Стелла Камерон Беги – они уже близко Harlequin Romance – Стелла Камерон - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Стелла Камерон Беги – они уже близко Harlequin Romance – Стелла Камерон - страница №1/8

Стелла Камерон

Беги – они уже близко
Harlequin Romance –

Стелла Камерон

Беги – они уже близко
Глава 1
Неделя первая, пятница

– Почему ты нам лгал?

– Лгал? Что это значит? Отец прислал тебя в Голландию, чтобы ты обвинял меня во лжи? Я же помню тебя еще ребенком, Кристоф Сен Джайлс.

Кристоф тихо выругался и перевел дыхание.

– Прошлое не имеет никакого отношения к нашему делу. Равно как и эмоции. Это великолепный старый дом с бесценной историей или…



Бенно Коль в сердцах стукнул кулаком по столу:

– Прекрати!



Его горячность потрясла Кристофа.

– В детстве ты более уважительно относился к старшим. Я не потерплю оскорблений. Род Колей велик, мы еще в силе. Да, у нас возникли небольшие проблемы. В алмазном деле такое периодически случается. Естественный спад, как и хорошо спланированный, – будни нашего бизнеса. Нам нужен выгодный кредит, чтобы выстоять. Неужели это такая большая проблема для банка, с которым моя семья сотрудничает из поколения в поколение?

– В принципе нет. – Кристоф с прищуром посмотрел в окно, оглядев улицу Рокин, на которой в Амстердаме разместились офисы магнатов алмазного бизнеса. – Я глубоко уважаю вас, сэр. Но мы рассматриваем не вполне рядовой вопрос, не так ли?

Послышались скрип кресла и тяжелый вздох Бенно. Сейчас его ход.

Кристоф водил пальцем по холодному стеклу, покрытому каплями дождя, и молчал. Мрачный пейзаж за окном был под стать его настроению – унылая серость.

Бенно встал и подошел ближе.

– Зачем отец прислал тебя? Разве нельзя было все вопросы решить по телефону?

– Так больше не может продолжаться, – сказал Кристоф, почувствовав навалившуюся усталость. Он посмотрел на Бенно, отмечая, как годы все изменили. Раньше мистер Коль казался ему великаном, а сейчас он ниже его ростом.

– Что не может продолжаться? – Бенно настаивал на ответе.

– Я потратил неделю на изучение кипы документов. – Кристоф старался держать себя в руках. Гнев – плохой помощник в делах. – Ты мог быть честным со мной и помочь. Извини, что своим присутствием ставлю тебя в неловкое положение. Отец предполагал, что так будет. Он, конечно, мог прислать другого сотрудника, но из уважения к вашей семье поручил это мне как начальнику кредитного отдела банка. Наши семьи многое связывает.

– Весьма благодарен. – Бенно скривил рот в подобии улыбки. Он оставался невозмутимым, пристальный взгляд голубых глаз скользнул по лицу Кристофа и переключился на созерцание происходящего за окном. – Ценю вашу доброту. Так ты закончил с бумагами? Если да, то я бы хотел получить деньги как можно скорее. Надеюсь, полет домой в Цюрих будет приятным. – Бенно выпрямился и подтянулся. Кристоф заметил, что тот изрядно похудел с их последней встречи четыре года назад, а волосы, некогда едва тронутые сединой, стали совсем белыми.



Кристоф сжал руку в кулак. Он с самого начала командировки знал, какой непростой разговор ждет его в Амстердаме, и внутренне был готов к нему.

– Кредита не будет, Бенно.



Маска безразличия сползла с лица пожилого мужчины. Он схватил Кристофа за локоть.

– Будет. Вы не можете мне отказать. Без денег нам конец. Ювелирный дом Коля не может вот так прекратить свое существование, ты понимаешь это? Однажды твой отец передаст тебе свое дело, процветающий банковский бизнес, который когда то получил от своего отца. Ты займешь его место, как Лукас займет мое. Это семейные традиции. Семья Сен Джайлс не сможет спокойно наблюдать, как рушится вековой бизнес другого уважаемого семейства. Так не должно быть лишь потому…

– Что кто то тебя обворовывает.

Повисла долгая гнетущая тишина. Кристоф внимательно смотрел на человека много старше и опытнее его, в глазах которого читались удивление и признание собственного поражения. Кристоф чувствовал уверенность и испытывал в свои тридцать пять ощущение превосходства кипучей энергии и жизнедеятельности над многолетним опытом и мощью. Это придавало силы и тешило самолюбие.

Наконец Бенно тряхнул головой и безжизненно опустил руки.

– Это просто безумие. Ты отдаешь отчет своим словам?

– Я знаю, что говорю, – твердо ответил банкир. Кристоф потянулся за сигаретой. Разговор предстоит тяжелый. – Детальное изучение документов позволяет сделать вывод, что именно утечка средств является причиной финансовых трудностей компании.

– Надеюсь, ты поделишься со мной своими соображениями? – Бенно провел рукой по волосам и опустился в кресло.

– С большим удовольствием, – с легкостью согласился Кристоф, обходя стол и усаживаясь напротив. Бенно невольно подался вперед. – Внешне все выглядело так, как и в отчетах для банка. Но…

– Почему Сен Джайлсы просто не выдали мне кредит? К чему все это расследование?

– Потому что, как ты говоришь, семейное дело не раз переживало кризис и никогда не нуждалось в кредитах. Сейчас компании необходимы деньги, и очень большие. За последнее время ты уже сделал довольно крупные вливания из личных средств, но это не решило проблемы. Необходимо разобраться, какова причина, чем настоящая ситуация отличается от предыдущих. Ни один банк не станет рисковать такой суммой, просто доверившись дружбе. – Сказанное Кристофом было истинной правдой, но ему было невероятно трудно произносить эти слова с холодным сердцем.

– Продолжай. – Бенно потер переносицу побелевшими пальцами. Необходимо сохранять самообладание и спокойствие. – Мой юный друг, – продолжил он, смягчив тон, – говори же скорее, что ты хотел.



Кристоф откинул со лба прядь волос. В его планы вовсе не входило причинить вред уважаемому человеку.

– Было весьма просто понять, что в документах что то нечисто. Бенно, два месяца назад, всего за несколько недель до того, как ты обратился за кредитом, компании возвращены несколько очень ценных камней. Тринадцать, если не ошибаюсь.



Бенно поднял глаза.

– Воля клиента всегда была для нас законом. Наш основной принцип – удовлетворение любых пожеланий покупателей. Человек имеет право отказаться от покупки, если чем то недоволен или просто передумал.



Кристоф пристально следил за Бенно.

– Я понимаю. А где сейчас эти камни? Почему их нет в каталоге камней, поступивших в продажу?

– Я… – мужчина сделал неопределенный жест рукой, – я могу все объяснить.

– Сделай милость. – Голос Кристофа звучал ровно. – Не сомневаюсь, что ты посвятишь меня, если захочешь. Кто то украл эти камни, прежде чем они были выставлены на продажу, верно? Нам необходимо узнать, кто это сделал, чтобы не допустить повторного инцидента. Ты решил, что кредит поможет выиграть время, необходимое, чтобы оправиться от потери, но это ошибка. Слухи о твоей подмоченной репутации дошли даже до Цюриха. Это еще одна причина, по которой я здесь. Слухи – непозволительная роскошь в бизнесе. Недоверие – это гибель, особенно в такой области, как торговля бриллиантами.



В воздухе вновь воцарилась тишина, прерываемая лишь мерным тиканьем старинных часов на стене и приглушенным скрипом, доносившимся из мастерской за стеной.

Бенно тяжело откинулся в кресле и покачал головой.

– Ты почти все правильно понял, – сказал он наконец. – Но нам лишь известно, что камни исчезли до того, как оказались в руках покупателя.



Кристоф положил локоть на стол.

– Я не вполне понял? Ты хочешь сказать, вы их не получали?

– И да и нет. Камни мы получили. Они были такого же веса и огранки, но несравненно худшего качества. – Он вскинул волевой подбородок. – Наши бесценные камни исчезли после того, как покинули это здание, но до момента встречи с клиентом. Умно, весьма умно.

– Господи, – не сдержался Кристоф. – Ты же понимаешь, что это значит? Если никто из персонала не заявил о подмене, то вор находится в этом здании, рядом с тобой.

– Нет! – Бенно стукнул кулаком по столу. – Этого не может быть! Подмену совершили, когда… в момент…

– В момент передачи? – Кристоф удивленно поднял бровь. – Тогда это еще раз доказывает, что в деле замешаны твои люди. Выяснение обстоятельств необходимо начать с персонала.



Бенно вскочил на ноги и грозно навис над столом.

– Только через мой труп. Представляю, как это будет выглядеть. Все так и было рассчитано. Это провокация, Кристоф. Думаю, надо искать концы в «Меттер бразерз», а не здесь. Филипп ненавидит меня, как и его отец ненавидел моего отца. Уже четыре поколения наши фирмы враждуют. Они много раз старались убрать нас с рынка, но им ничего не удавалось. На этот раз они близки к цели, но я не позволю посеять недоверие среди клиентов и работников фирмы друг к другу. Никто, слышишь, никто не имеет права копать под меня и моих людей. Они вне подозрений. Если хочешь поиграть в детектива, займись Филиппом и его людьми.

– Сядь, – спокойно сказал Кристоф. Лицо Бенно покрылось пятнами, губы посинели. – Пожалуйста, тебе будет плохо. Поверь, я здесь, чтобы помочь. Мы будем действовать сообща, у меня и в мыслях не было чем то навредить Колям.

Бенно вновь опустился в кресло, тяжело дыша и с трудом справляясь с приступом гнева.

– Кражи больше не повторялись. Последние недели все спокойно. Я уверен, что подобное больше не произойдет.

– Не разделяю твоей уверенности. – Кристоф сел поудобнее. – Не могу сказать, почему мошенники решили затаиться, но они, несомненно, повторят попытку, если мы не выясним, кто за этим стоит. Ты помнишь, решение о моем приезде принималось почти три недели. Не исключено, что это и спугнуло жуликов. Как только я уеду, они начнут действовать. – Он достал зажигалку, повертел в руках, словно желал убедиться, что не забыл ее, и вновь убрал в карман пиджака. – Я говорил с Лукасом.

– Да, еще одна странность. – Бенно бесцеремонно прервал Кристофа. – Один из сыновей Меттера, Герберт, на днях улыбнулся Лукасу. Улыбнулся моему сыну. Враги, не разговаривавшие сто пятьдесят лет, так себя не ведут. Уверен, они в этом замешаны. Меттеры сделали то, что давно планировали, – очернили нас. Необходимо срочно компенсировать убытки компании. Чем скорее мы это сделаем, тем меньше поднимется шума, и наша репутация будет спасена.

– Ты не думаешь, что официальное расследование…

– Нет! – Бенно отрицательно покачал головой. – Нет и нет. Это окончательно нас погубит.

– Что ж, хорошо. – Кристоф расправил широкие плечи. – Ты хочешь получить кредит и не хочешь начинать расследование, следовательно, мы будем играть по моим правилам. Придется поверить, что я смогу сделать так, чтобы все были в выигрыше.

– Что ты имеешь в виду? – В голосе Бенно мелькнули нотки подозрения.

– Частное расследование. Мое. Под подозрением находятся все, кто имел дело с пропавшими бриллиантами или мог быть связан с ними. Почему ты не рассказал мне об этой женщине, Ренфру?

– Пауле? – Бенно напряженно сглотнул. – Почему тебя интересует Паула? С какой стати мне о ней рассказывать? Она работает у нас всего девять месяцев.

– Именно поэтому. – Кристоф положил ногу на ногу. – Паула была самым новым сотрудником компании, и у нее весьма занимательная биография. Думаю, об этом ты тоже не собирался мне рассказывать.

Бенно слегка наклонил голову и стал массировать виски.

– Это уже слишком. От кого ты узнал? И ты… – он неодобрительно глянул на Кристофа, – кто дал тебе право задавать вопросы моим сотрудникам без моего ведома? Если тебя что то интересует, надо прежде всего спросить у меня. – Бенно поспешил взять себя в руки и изменить выражение лица. – В любом случае в Пауле нет ничего подозрительного. Она дочь моего старого друга американца. Он уже умер, а Паула хочет заниматься огранкой бриллиантов. Из нее получится отличный мастер.

– И что дальше?

– Дальше?.. – Бенно поднял голову. – Ее родители развелись несколько лет назад, мать вновь вышла замуж. У нее есть брат, служит в военно воздушных силах США. Паула, конечно, еще не замужем, ей двадцать шесть. Очень милая девушка. Что еще я могу сказать? Пожалуй, все.

– Не совсем, – заметил Кристоф. Он покрутил кольцо на мизинце левой руки, взвешивая следующую фразу. – Мой старый друг Лукас сказал намного больше тебя, он великолепно понимает, что мне необходимо обладать полной информацией, чтобы спасти вас. Твой сын очень мне помог, подробно ответив на все мои вопросы о персонале. Жаль только, что он не рассказал, что камни похитили. Но Лукас сообщил несколько очень важных деталей для нашего дела. Надеюсь, вы оба будете действовать заодно со мной, а не против меня.

Бенно выглядел взбешенным.

– Лукасу следовало прежде посоветоваться со мной, хотя его можно понять. Что он рассказал?

– Отец Паулы работал на твоего отца. Майкл Ренфру был учеником огранщика бриллиантов, как и сейчас его дочь.

– Верно. – Казалось, Бенно немного расслабился. – Мы с Майклом были одногодки и очень дружили. Я был расстроен, когда он решил вернуться в Америку. Майкл умер год назад, а Паула попросила дать ей возможность поработать в компании. Мы с Анной были очень ей рады. С тех пор как Лукас женился, наш дом опустел. Теперь Паула живет в домике для гостей, и мы относимся к ней, как к дочери, которой у нас так никогда не было.

– Но ведь Майкл Ренфру не просто так решил вернуться в Америку, правда?

– Лукас… – Бенно на мгновение закрыл глаза. – Лукас слишком разболтался. Я устал, Кристоф. Старею. Прекратим эту игру в прятки. Скажи мне, что ты знаешь.



Кристоф наклонился и сжал запястье Бенно.

– Это не единственная кража. Первая произошла много лет назад. Тогда все удалось замять, потому что пропал лишь один камень. В то же время исчез и твой друг, верно, Бенно? Майкл Ренфру покинул Голландию и вернулся в Штаты. Доказательства его вины не было, но внезапный отъезд вызывал подозрения. Сейчас, после его смерти, появляется дочь, которая хочет заниматься не чем иным, как огранкой бриллиантов. Ты веришь в то, что Паула ничего не знает о давней пропаже камня? Неужели ее появление в Амстердаме – простое совпадение? А как насчет желания отомстить? Вполне возможно, Ренфру рассказал дочери о произошедшем, но скрыл свою причастность, сказав, например, что его подставили. А Паула решила получить то, что ты задолжал отцу.

– Достаточно, – раздался голос Бенно. – Не желаю больше ничего слышать о Пауле. Ее отец невиновен, я всегда был в этом уверен. Лукасу не следовало посвящать тебя в эту историю. Если тебя интересуют анкеты всех сотрудников, ты их получишь. Действуй. Но я не желаю впредь слышать подобные предположения в отношении Паулы.

Кристоф удовлетворенно отметил, что старик все же пошел на уступки.

– Доверься мне, Бенно. Обещаю, я ничего не буду предпринимать без твоего согласия.



Господи, помоги мне так поступить!

– Меня удивило, что Лукас принял меня несколько враждебно. У него есть причины недолюбливать меня, но нет повода совсем отвернуться. Мы были лучшими друзьями. Неужели время способно все разрушить?



Бенно отвел взгляд.

– Тот год, что ты провел с нами, – сколько тебе тогда было?

– Двадцать два.

– Да, это было особенное время. Для всех нас. Для Лукаса ты стал как брат. Дай ему время привыкнуть к тому, что прежде всего ты преследуешь интересы своего бизнеса.



На лице Кристофа появилось выражение признательности.

– Спасибо за понимание. Нам всем сейчас непросто.

– Я бы хотел, чтобы ты остановился у нас. – Кончиком пальца Бенно прочертил на столе круг. – Анна тоже приглашала.

– Боюсь, не смогу. Не в этот раз. Я приду на ужин на следующей неделе и сам поговорю с ней.



Мужчина напротив кивнул.

– Гостиница хорошая?

– Ох, я же забыл сказать! – воскликнул Кристоф. – Петер настоял, чтобы я пожил на его яхте. Сейчас он живет в квартире в доме Лукаса и Санди, а яхта пустует. Петер сказал, что там будет удобнее, чем в гостинице, и более уединенно.

– Отлично, – рассмеялся Бенно. – Эта идея с яхтой прекрасно подходит для того, чтобы вы с Лукасом опять сблизились. Петер Ван Верш хороший человек и самый верный друг из всех, кто общался с моим сыном. Помню, как вы втроем ремонтировали этот плавучий дом и называли себя тремя мушкетерами. – Он широко улыбнулся. – Мы с Анной вечерами обсуждали, интересно, что вы там делаете, когда не прибиваете доски?



Кристофер не смог сдержать смех:

– Ничего такого, что бы не делали вы в нашем возрасте, сэр, уверяю вас.



Напряжение постепенно улетучилось, и атмосфера в офисе стала вполне комфортной.

– Это нас и беспокоило. – Бенно криво усмехнулся.

– Как вы думаете, – осторожно начал Кристоф, – сейчас подходящее время, чтобы познакомить меня с персоналом?

– Сейчас? – Лицо хозяина кабинета опять стало суровым. – Почему так срочно? Даже не знаю, как объяснить твое присутствие.

– Не надо ничего объяснять, – быстро отозвался молодой человек. – Вернее, не все. Только не стоит лгать. Скажи, что я старый друг, имею отношение к бизнесу и интересуюсь, как идут дела. Я и правда интересуюсь. Не был в мастерских с тех пор, как мальчиком приезжал сюда с родителями.

Бенно размышлял несколько секунд, потом с трудом поднялся.

– Никаких вопросов?

– Я дал тебе слово. – Кристоф поднял обе руки. – Исключительно вежливое любопытство.

Бенно ринулся к двери с видом человека, мечтающего быстрее покончить с неприятной миссией.

Они вошли в просторное большое помещение, ни одна голова не поднялась им навстречу. Около дюжины мужчин и одна женщина сидели за столами, их разделяли изогнутые стеклянные перегородки. Напротив каждого стоял небольшой станок с быстро вращающимся чугунным диском, рядом лежали разнообразные, порой весьма причудливые инструменты. Ловкие руки поворачивали кристаллы то одной, то другой стороной, создавая мельчайшие грани и превращая камень в произведение искусства. Некогда бесформенный минерал вскоре оживет и заискрится ледяным огнем. Сейчас же алмазы напоминали кусок глины в умелых руках скульптора.

– Проходи. – Бенно взял Кристофа под локоть и подвел к пожилому лысоватому мужчине. – Это Виктор Годез, старший огранщик. Он работал еще при моем отце, до того, как дело перешло мне.



Мужчина поднял голову, отложил лупу и надел очки. Выражение лица Виктора говорило о нежелании вести разговор, однако он учтиво смотрел на Бенно и ждал распоряжений.

– Виктор, – начал Коль, – это Кристоф Сен Джайлс, мой… э э э… партнер по бизнесу и друг. – Бенно натянуто улыбнулся. – Правда, он больше друг Лукаса, чем мой. Кристоф давно не был в мастерской, с детства.



Виктор вытер руку о синий халат и протянул Кристофу.

– Здесь мало что изменилось, – произнес он, оглядывая комнату с единственным окном и лампами по углам.

– Да, мне кажется, что раньше все так и было, – вежливо ответил молодой человек. Он не сводил взгляд с Виктора, стараясь не смотреть на женщину, сидящую рядом. – Не буду мешать вашей работе, просто посмотрю, если не возражаете.

Бенно слегка подтолкнул Кристофа к мастеру.

– Девушка? – сказал Кристоф чуть громче. – Очень интересно.



Паула Ренфру посмотрела прямо ему в глаза.

– Извините, вы что то сказали? – спросила она.



Кристоф улыбнулся в ответ, чувствуя, что во рту пересохло. Паула была необыкновенно мила и поражала истинно американской красотой. Великолепные зубы, нежная кожа, блестящие густые темные волосы. А какие глаза! Два бездонных темно синих озера. Проклятье!

– Я сказал, что впервые вижу здесь женщину.



Кристоф стал говорить какие то комплименты, пока Паула не рассмеялась, окончательно смутив его.

– Я Паула Ренфру, мистер…

– Просто Кристоф, – ответил молодой человек. – Кристоф Сен Джайлс. Я не шовинист… э э э… как вы говорите? По чести говоря?

– Уже точно не помню, – девушка опять рассмеялась, – хотя, безусловно, приятно слышать старый американский сленг. А я, наверное, никогда не смогу выучить ваш язык. Голландский такой сложный.

– Я не голландец. – Кристоф нервно сунул руки в карманы. Пора прекращать этот флирт и заняться делом. Однако рядом с такой девушкой трудно держать себя в руках.

Паула посмотрела на него несколько насмешливо:

– Вот как?

– Я швейцарец, из Цюриха. Мы с Бенно… – Кристоф позволил себе краем глаза взглянуть на старика и быстро отвернулся. – Мы шутим, что оба знаем четыре языка, а говорить между собой можем только по английски.

– А вот и Лукас, – вмешался Бенно. В его голосе слышалось беспокойство. – Отложим наше знакомство с мастерской. Позже я тебе еще что нибудь покажу.



Кристоф слегка повернулся, не сводя глаз с Паулы. Девушка смотрела на него открыто и без тени волнения. Собственно, что ей волноваться? Она понятия не имеет, кто он такой и зачем приехал.

– Увидимся, – сказал ей Кристоф не вполне уверенно. – Может, потом расскажете мне о мастерской?



Паула улыбнулась, и Кристоф поспешил за Бенно. Последнее, что он видел, – красиво очерченные пухлые яркие губы без малейшего следа помады. В университете его называли Счастливчик Сен Джайлс – из за огромной популярности среди женской аудитории. В сложившейся ситуации с Паулой Ренфру ему приходилось рассчитывать только на везение.

Лукас Коль ждал его в кабинете отца. Кристоф еще раз поразился строгости в его облике. Он был всего на пару дюймов ниже, около шести футов. Блондин с серыми глазами, Лукас обладал внешностью киногероя. Кристоф вспомнил, что, когда ему был двадцать один год, вокруг всегда были толпы поклонниц и обожателей. Сейчас, в тридцать четыре, красота Лукаса стала более зрелой, сохранив основное оружие мужчины – внутреннюю силу и невероятный магнетизм. Немного удивляло, что он женился на модели, правда весьма популярной в Амстердаме.

Когда Кристоф и Бенно вошли в офис, Лукас стоял к ним спиной.

– Давай сразу все выясним, – резко сказал он, решительно повернувшись и взглянув на друга юности. – Мы с отцом и так много перенесли и впредь хотим спокойно жить и работать.



Кристоф открыл рот, чтобы ответить, но Бенно прервал его:

– Лукас, Лукас, сынок, Кристоф – наш друг, а не враг. Ты слишком резок с ним. Вам предстоит работать вместе.



Лукас слушал отца, рассматривая правую ладонь и нервно покручивая обручальное кольцо.

– Я должен делать то, что должен, отец. И еще я должен быть уверен, что поступаю правильно. Разве хорошо подозревать друзей?

– Черт возьми, – не выдержал Кристоф. – Ты можешь быть мужчиной и понять, что это бизнес?

– Мы сейчас обсуждаем не меня, – холодно ответил Лукас. – Думаю, тебе стоит задуматься о своем поведении.



Кристоф глубоко вздохнул и машинально потянулся за сигаретой.

– Это на тебя не похоже, Лукас. Не будем упражняться в острословии. Давно пора во всем разобраться. Расскажите мне подробно, что произошло с камнями после того, как они были готовы к продаже.

– Ну… – начал Лукас.

– Говори, – резко произнес Бенно. – Чем быстрее мы перестанем ругаться, тем скорее все закончится.

– Да тут и говорить нечего. – Лукас пожал плечами. – Если вы настаиваете. Камни были сортированы, составлен список, и их упаковали в бумажные пакеты. Каждый пакет был подписан и уложен в коробку вместе с другими. – Он встал и подошел к окну. – Все как всегда. Довольны?

– Лукас, – тихо сказал Бенно. – Кристоф знает, что произошло с тринадцатью камнями, знает все. Он пытается выяснить, как это могло случиться.

– Знает? – Он удивленно посмотрел на отца. – Ты ему рассказал?

– Мне не надо было ничего рассказывать. Он все прочитал в документах. Единственное, что я добавил, что бриллианты пропали после того, как покинули это здание, и до того, как попали к заказчику. – На лице Бенно появилась маска печали. – Кристоф хочет выяснить, что произошло, и увериться, что подобное не повторится. Или…

– Или? – нервно переспросил Лукас.

– Или мы не получим кредит, – закончил глава семейства.



Кристоф поднял руку и стал тереть глаза.

– Бриллианты были готовы к продаже. Что потом?

– Их отнесли в хранилище, – ответил Бенно.

– Я сам расскажу, – вмешался Лукас. – Хранилище находится на цокольном этаже. Туда же приходят клиенты, которые хотят выбрать камень. Я или отец, а иногда и мы вместе обязательно сопровождаем покупателя. После сделки мы запечатываем все конверты, составляем необходимые бумаги. Затем передаем камень доставщикам. Существует также служба охраны, которая отвечает за сохранность камня. Они же сопровождают товар до передачи заказчику. Раньше покупатели уносили с собой баснословной цены камни в кармане пиджака. В наше время такое невозможно. Амстердам уже не тот.

– Ты понимаешь суть, Кристоф? – спросил Бенно, и глаза его сверкнули.

– Думаю, да. – Он был не совсем уверен.

– Нет, не понимаешь. Я помогу тебе. Сядь. Бриллианты не так то просто подменить.

Поколебавшись минуту, Кристоф опустился на край стула.

– Слушая тебя.

– Мы не получали конверты с поддельными камнями. Кроме того, что надо поймать вора, тебе еще придется установить, кто изготовил столь отличные копии и как их подменили.

Лукас оторвался от созерцания уличного пейзажа и встал рядом с креслом отца.

– Мы с Лукасом, – продолжал Бенно, – видели настоящие бриллианты в этом здании перед тем, как они отправились к покупателю. Понимаешь, дорогой Кристоф? Тебе лучше заняться поисками за пределами фирмы, это принесет больше пользы. В противном случае тебе придется доложить отцу, что я ворую сам у себя.

– Или я, – добавил Лукас.
Глава 2
Неделя вторая, понедельник

Толчок в спину заставил Паулу ухватиться за локоть Петера Ван Верша. Неудачно взмахнув рукой, она испачкала лицо мороженым, которое с удовольствием ела секунду назад. Паула громко чихнула.

– Ой. – Она прикрыла ладонью подбородок. – Не найдется салфетки?



Петер повесил фотоаппарат на плечо и стал рыться в карманах.

– Клубника тебе очень идет, дорогая. Я должен это сфотографировать, прежде чем дам салфетку. Эй, Лукас, Санди, подождите минутку. У нас необычайное происшествие.

– Клоун, – фыркнула Паула, выхватывая у него салфетку. – Если бы все вокруг не твердили, какой ты милый, Петер Ван Верш, я бы решила, что ты садист.

Лукас и Санди Коль уже пробирались к ним сквозь толпу. Лукас нежно обнимал свою довольно высокую жену, стараясь огородить ее от толчков.

– Что случилось, Паула? Тебе не нравится праздник в честь королевы? Тебе это, должно быть, кажется диким. – Лукас взял из ее рук мороженое и выбросил в мусорный бак.

– Нет, все нормально, если не считать ужасной толчеи. – Девушка посмотрела на перепачканные руки. – Каждый год 30 апреля город сходит с ума?

– И в День королевы, и в любой другой день мы найдем повод для праздника, – вступила в разговор Санди, откинув назад золотисто каштановую косу. – В Амстердаме любят устраивать всевозможные фестивали.



Паула с улыбкой посмотрела в зеленые глаза Санди, в очередной раз отмечая про себя, что ее лицо, при всей безупречной красоте, кажется неестественным из за отсутствия мимики.

Петер обнял Паулу за талию и широко улыбнулся:

– Ей все очень нравится. Правда, Паула? – Он слегка наклонился к ней и увлек за собой в толпу, не дожидаясь ответа. Чета Коль осталась позади.



«По крайней мере, у меня есть возможность лучше узнать город, побродить по узким улочкам, полюбоваться каналами», – подумала Паула. По прошествии девяти месяцев она уже чувствовала себя здесь как в родном городе. Девушка с удовольствием вдохнула теплый воздух и улыбнулась.

– Выглядишь вполне счастливой, – мгновенно заметил эту перемену Петер. – Прекрасно! Хорошо, когда люди счастливы.



Он был очень обаятельным. Высокий поджарый блондин со смеющимися голубыми глазами стал для Паулы хорошим другом, с которым она чувствовала себя в безопасности. Петер принадлежал к тому типу мужчин, которые умеют дружить с женщинами. По крайней мере, Паула на это надеялась. Он не пробуждал в ней никаких романтических мыслей, но совершенно очаровал своим чувством юмора. Санди рассказала ей, что Петер и Лукас ровесники, им обоим тридцать четыре, они дружат еще со школьных времен. Паула была немного удивлена, поскольку Петер выглядел моложе угрюмого, всегда сосредоточенного Лукаса и даже моложе двадцатидевятилетней Санди.

Близкие отношения троих друзей были вполне объяснимы. Петер снимал мансарду в доме Лукаса и Санди, хорошо знал привычки пары и никогда не вторгался к ним в неурочный час. Кроме того, он был весьма востребованным фотографом и большую часть времени проводил в большой новой студии, занятый очередной сессией.

Сегодня, в день национального праздника, Петер решил взять выходной и отдохнуть, как все нормальные люди.

– Буду учить Паулу, как стать настоящей голландкой, – сообщил он во всеуслышание, когда они обедали на прошлой неделе. – Кстати, Лукасу тоже не помешает отвлечься от работы. Он же постареет раньше времени, если будет так серьезно относиться к работе.



Паула сразу же согласилась провести этот день вместе. Санди не выразила никакой радости, хотя милостиво согласилась к ним присоединиться.

– Вперед, ребята! – провозгласил Петер, уверенно продвигаясь в толпе и увлекая за собой Паулу. Лейдзеплейн и отель уже почти рядом – он всматривался в даль, стараясь разглядеть путь поверх голов, и указал на площадь в конце улицы, Лейдзеплейн. – Лукас, ты обещал, что выпивка за твой счет, – крикнул он, повернувшись. – Просто умираю от жажды.



Санди и Лукас уже их догоняли. Оба высокие и красивые, они привлекали всеобщее внимание, многие оборачивались им вслед.

Паула старалась не отставать от друзей. При своем не очень маленьком для женщины росте в пять футов, она чувствовала себя лилипутом среди множества высоких людей.

– Прошу вас, подумайте и о пигмеях, – заныла Паула, вынужденная каждую минуту уворачиваться от толчков. – Имейте совесть, пожалуйста. – На этот раз она едва не столкнулась с велосипедистом, правила езды которых уже немного изучила. Ужасное столпотворение! – Мне нужна такая штука. – Паула указала на велосипед, едва переводя дух.



Трое друзей остановились.

– Какая? – переспросила Санди.

– Велосипед, – торжественно заявила Паула. – Мне надо купить велосипед, чтобы окружающие меня наконец заметили.

На лице Лукаса появилась сдержанная улыбка, которой он так редко радовал близких.

– А ты умеешь ездить?

– Никогда не пробовала, – покачала головой девушка. – Но я научусь. Прямо сейчас.

Раздался оглушительный смех.

– Отлично, – не сдавалась Паула, – рада, что так вас развеселила. Почему я не могу ездить на велосипеде? Я читала, что в Голландии каждый житель покупает по три велосипеда в год. Мне же нужен всего один.

– Подумай, почему люди покупают три велосипеда? – Петер положил руку ей на плечо и посмотрел нарочито испуганно. – Не думаешь, что в отчет закралась ошибка?

– Нет… я…

– Хватит, Петер, – вмешался Лукас, – не путай девушку, у нее и так голова кругом. Мы потом ей все расскажем о велосипедах и многом другом. А сейчас я тоже хочу пить.

Петер притворился обиженным, но вскоре опять достал фотоаппарат и начал настаивать на общем снимке напротив расписной уличной шарманки. Щелкнул затвор камеры, и Паула заткнула уши, услышав скрипучие звуки, производимые музыкальным инструментом по велению чьей то руки, бросившей монетку во чрево. За несколько секунд они пронеслись по улице, минуя серые здания с красочными витринами магазинов, и оказались на площади Лейдзеплейн. Здесь располагалась гостиница, к которой и направилась компания.

Паула залюбовалась Санди, идущей чуть впереди, ее природной грацией и красотой. Поражало, что, всегда безразличная к происходящему, Санди выглядела совершенно другой на обложках журналов. Паулу неожиданно кольнуло чувство зависти. Возможно, и она обладала некоторыми данными, чтобы стать моделью, но у нее никогда бы не хватило терпения. Да и характер был не совсем подходящий. Паула улыбнулась, заметив, какой момент сейчас поймал Петер. Получится весьма пикантный снимок. Такая удача выпадает не часто.

В этот момент Санди повернулась к мужу и улыбнулась. Они оба казались с утра напряженными, и Паула порадовалась, что их настроение немного улучшилось.

– Лукас! – Санди остановилась, едва не сбив Петера, шедшего прямо за ней.

– Что случилось, любимая? – Лукас нежно обнял жену. – В чем дело?

Санди, нахмурившись, смотрела куда то в сторону, лицо потемнело.

Паула перевела взгляд, но не увидела ничего, что могло бы так расстроить девушку. Их, как и прежде, окружала пляшущая и поющая толпа.

– Санди, послушай, – неожиданно серьезно сказал Петер. – Не знаю, что произошло между вами с Лукасом и Кристофом, но, пойми, Сен Джайлс имеет право быть здесь. Успокоилась?



Паула удивленно смотрела на Петера. Что происходит? Она внимательнее оглядела толпу и увидела его – Кристофа Сен Джайлса. Почему появление этого мужчины так всех расстраивает?

– Не лезь, Петер, – пробормотал Лукас. – Это тебя не касается. Пошли.

– Касается, черт возьми! – Петер говорил очень серьезно. – Все, что заставляет двух моих лучших друзей вести себя как заклятые враги, – мое дело тоже. В любом случае уже поздно. Он нас видел. Ты хочешь повести себя, как последняя свинья?

Паула обратила внимание, что Кристоф уже направляется к ним. Она переводила взгляд, наблюдая то за красивым, великолепно сложенным мужчиной, легко пробирающимся сквозь толпу, то за Лукасом Колем и его женой. Санди внезапно побледнела, словно была готова упасть в обморок. Лукас сохранил каменное выражение лица, глаза сверкнули холодным светом. Паула чувствовала себя, словно пришла на прием к стоматологу, ей хотелось спрятаться, чтобы ее никто не заметил.

– Да, мир тесен, – раздался голос Кристофа, окруженного детьми в разноцветных бумажных коронах. – Приятно оказаться среди знакомых. Глупо отмечать день рождения королевы в одиночестве.

– Привет, Кристоф. – Петер заключила друга в объятия и похлопал по широкой спине. – Рад тебя видеть. Извини, что сразу не пригласил тебя. Просто отвык, что ты где то рядом.

Паула осторожно взглянула на Лукаса, все его мысли были написаны на лице. Я и не собираюсь привыкать. Ненавижу тебя.

Девушка поджала губы и опустила голову. Она не считала возможным вмешиваться, хотя с детства не любила ссоры.

Когда она подняла взгляд, Кристоф с любопытством ее разглядывал и широко улыбался. Какие у него красивые губы!.. Паула поспешила одернуть себя и натянуто улыбнулась.

– Они хорошо к вам относятся, Паула? – спросил он. – Скажите мне, если посмеют вас обидеть, я с ними разберусь. Знаете, я люблю роль экскурсовода, а Амстердам – мой второй дом.



Лукас издал какой то непонятный звук и наклонился, чтобы завязать шнурки.

– Разве мы можем быть неучтивыми с такой прекрасной женщиной? – поспешно вмешался Петер. – Ты же знаешь, Кристоф, я всегда добр к детям, собакам и пожилым людям. А к таким красоткам вдвойне.

– О господи, – вздохнул Кристоф. – Ты не изменился. Паула, будьте осторожны. Он был трижды обручен и трижды сбегал от невест.

Она больше не могла выносить это соревнование в остроумии. «Да» – единственное, что Паула смогла произнести.

Внезапно все замолчали. Через несколько секунд на площади грянул оркестр, оглушая все присутствующих. Буквально по первым высоким нотам, взятым трубой, Паула узнала мелодию своей любимой песни. Друзья повернули головы, разглядывая музыкантов, а Паула с интересом наблюдала за Кристофом Сен Джайлсом. В пятницу, когда они познакомились, он был в темном элегантном костюме и выглядел очень по деловому. Сегодня на нем были джинсы и спортивная кофта с длинным рукавом. Эта одежда еще больше подчеркивала достоинства его фигуры. К ее удивлению, Кристоф тоже не сводил с нее глаз. Паула слегка покраснела и улыбнулась.

– Ты не очень разговорчива, – сказал Кристоф, немного нагнувшись, чтобы никто не слышал.



Оценив одежду, Паула подняла голову и оглядела безупречно постриженные темные волосы с легкой сединой на висках.

– Я всегда молчу, когда думаю.



Время давно перевалило за полдень, на небе появились небольшие облака. Редкие солнечные лучи отбрасывали тени на лицо Кристофа, подчеркивая небольшие морщинки. Кожа была красивого оливкового оттенка, мужественная шея и широкая грудь, вероятно покрытая темными волосами, которые выбивались из выреза на футболке.

– Я тоже стараюсь молчать, когда чувствую, как назревает скандал, а я ничего не могу сделать.



В этот момент их взгляды встретились. Какие красивые темные глаза!..

Безусловно, Кристоф Сен Джайлс невероятно сексуальный мужчина. Паула поймала себя на мысли, что разглядывает его с большим удовольствием.

– Ничего не будет, – прошептал он. – Поверь мне. Мы старые друзья, просто нам надо время, чтобы все стало как прежде. – Он заткнул уши и заорал, перекрикивая музыку: – Петер, может быть, где нибудь посидим?

– Мы как раз собирались, – ответил Лукас. – Думали зайти…

– В «Американ отель», – закончил за друга Петер. – Самое время выпить для мушкетеров и их дам. Обидно, что у нас не хватает женщин, не то что в былые времена. Что ж, мы вместе с Кристофом будем ухаживать за Паулой.



Кристоф внимательно посмотрел на девушку:

– Может быть, дама не согласится.

– Дама будет рада, господин Сен Джайлс, – сказал Петер, а Паула потупилась. – Она очень общительна.

После этих слов в глазах Кристофа мелькнул интерес. А может, ей просто показалось. Молодой человек коснулся ее холодной рукой.

– Я в этом и не сомневался. Но если вы будете называть меня господин Сен Джайлс, то вы для меня госпожа Ренфру, а мне больше нравится имя Паула.



Санди, не сказавшая с момента приезда Кристофа ни слова, увлеченно рассматривала изделия на лотке уличного торговца.

– Посмотри на это, Лукас. – Она держала в руках небольшую сумочку, вышитую бисером. – У меня в детстве была такая же. Ген мне купил… – Она замолчала и вернула сумочку на место. Санди взяла Лукаса под руку. На глазах были слезы.

– Кто такой Ген? – спросила Паула у Петера.

– Понятия не имею. Может, старый друг? Осторожно!



Но было уже поздно. На Паулу несся человек на велосипеде. Она не смогла устоять и повалилась на землю, стараясь отползти в сторону. Кристоф и Петер бросились к ней, но опоздали. Сильный удар заставил ее опять упасть на булыжную мостовую и расплакаться. Грязь летела из под колес во все стороны. Санди протянула ей руку, но в следующую секунду в нее тоже полетели куски земли. Паула инстинктивно закрыла голову руками, ожидая очередного удара.

– Осторожно надо ездить, – послышался голос Лукаса, и его сильные руки легко подняли жену с земли. – Ты в порядке, chérie1?



Кристоф помог Пауле встать на ноги. Он обнял ее за талию, убирая волосы с лица.

– Как ты? – спросил он. – Все в порядке?

– Думаю, да. – Паула огляделась, отряхивая колени. Ее бил озноб.

Лукас помогал Санди привести себя в порядок.

– Ничего особенного не случилось, за исключением того, что меня сбил какой то чокнутый голландец.

– Твое чувство юмора говорит о том, что все хорошо, – улыбнулся Петер. – Ты должна быть очень внимательной, если действительно хочешь стать велосипедистом.

Паула уныло посмотрела на свои перепачканные ладони:

– Что мне с ними делать?



Она сердито оглядела высокие, почти до колен, сапоги – все в грязи – и решила, что они очень подходят для езды на велосипеде, а иногда, возможно, и на мотоцикле. Тротуары в Амстердаме были скорее опасным, чем свободным от транспорта и спокойным местом для пешеходов.

Паула перевела взгляд на стоящего рядом Кристофа. Он держал ее за руку и пытался отряхнуть грязь с рукава. Затем мужчина вытащил из кармана носовой платок и вытер ей сначала одну, потом другую ладонь. Когда он наклонил голову, девушка невольно залюбовалась его красивой прической, широкими плечами хорошего спортсмена и улыбнулась.

Никому не приятно быть сбитым шальным велосипедистом на тротуаре, но, если этим можно заслужить внимание такого мужчины, как Кристоф, она готова время от времени падать.

– Осмелюсь вмешаться в эту трогательную сцену, – сказал Петер, ревниво наблюдая за ними, – но ты стоишь на своей сумке, Паула.

– Благодарю, – отозвалась девушка, – а я даже не заметила.

Кристоф слегка наклонился.

– Позволь мне? – сказал он, задержав ее руку чуть дольше положенного.



Затем Кристоф преклонил колено и стал собирать разбросанные вещи. Лукас поднял ручку, маленький флакончик духов и протянул их Пауле:

– Ваши женские мелочи, – тряхнул головой и широко улыбнулся. – Почему вы не понимаете, что несколько гульденов в кармане – все, что нужно человеку?

– Лукас, прекрати, – вмешалась Санди.

– Вот, прошу. – Кристоф сложил расческу, кошелек, прочие мелочи и протянул сумку Пауле. – Думаю, мне все удалось собрать.



Петер наклонился:

– Кроме этого. – В его руках был маленький листок бумаги. – Не сомневаюсь, это любовное послание.

– Это не мое. – Паула взглянула на листок. – Никогда не получала любовных записок. – Она отвела взгляд, стараясь не смотреть на Кристофа.

– Тогда ты не будешь возражать, чтобы я прочитал. – Петер развернул пожелтевший листок.



Паула казалась напряженной. Иногда Петер правда слишком много себе позволяет.

– Пожалуйста. Ведь сегодня полагается делиться.



Если Петер и заметил ее резкость, то не подал виду. Он начал читать, и Паула замолчала, не отрывая свой взгляд от записки. Лукас, Кристоф и Санди удивленно переглянулись. Улыбка вскоре вновь вернулась на лицо Петера.

– Действительно, не имеет к нам никакого отношения. – Он стал сворачивать листок.

– Нет, – сказал Кристоф. – Мы все должны прочитать. Любишь ты напускать туману.

Петер протянул бумажку.

– Я хочу выпить, приятель. Пошли скорее.



Никто даже не шелохнулся. Кристоф пробежал глазами содержимое и передал Лукасу, который внимательно прочитал, в то время как Санди смотрела через плечо. Казалось, что Паула на грани. Задумчиво глядя на Петера, она провела рукой по его волосам и обняла. Пальцы слегка тряслись. Что же происходит?

– Да, – сказал Лукас, убирая листок в карман. И повернувшись к Петеру: – Нельзя отказывать жаждущим. Пошли в бар.



Кристоф остановил его мягким движением руки.

– Не спеши, Лукас. Мне кажется, Паула тоже имеет право прочитать. Если бы не этот листок, мы бы не задержались. Не будем лишать ее удовольствия.



Паула вздохнула. Что еще за шутки? Лукас передал записку, и она увидела одну единственную строчку. Прочитав, Паула рассмеялась. Петер немедленно к ней присоединился.
«Они уже близко. Следи за ошибками».
Лукас, Кристоф, Санди смотрели на нее выжидающе. Петер отвел взгляд.

– Что ж… Не знаю, откуда это, но предназначалось явно мне. Надо срочно купить газету и почитать новости. – Шутка показалась ей удачной. Странно, но никто не смеялся.


следующая страница >>