Школьников И. А, Шнырова О. В - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Школьников И. А, Шнырова О. В - страница №1/1

Школьников И.А, Шнырова О.В.
Суфражизм и политические партии в Великобритании в середине Х1Х-начале ХХ вв.: опыт взаимодействия.// Гендерная реконструкция политических систем. Спб., «Алетейя», 2004

Сейчас, на пороге ХХ1 в., когда на Западе вторая волна феминизма, иногда называемая "феминисткой революцией" привела к тому, что равенство полов во многом стало реальностью практически во всех сферах жизни, в том числе и в политике (хотя, разумеется, нельзя сказать, что все проблемы в этой области решены), в нашей стране вопрос о приемлемости для женщин политической деятельности по-прежнему остается открытым и очень часто решается не в пользу женщин. Причем приводимые аргументы о несовместимости женщин и политики далеко не новы и во многом напоминают доводы противников женских политических прав начала ХХ века. На наш взгляд, слабая представленность женщин во властных и политических структурах связана не только с тем противодействием, которое им оказывается со стороны этих структур, по сути, являющимися мужскими корпоративными объединениями, но и недостаточной активностью и объединенностью женских организаций, выступающих за допуск женщин в политику и во власть. С этой точки зрения опыт борьбы за политические права предшествующих поколений женщин становится не просто объектом научного интереса, но и может быть полезен для современного женского движения в России. Деятельность английских суфражисток вдохновляла наших бабушек, она может быть полезным примером и для нас.

Практически во всех развитых странах Запада феминистское движение к концу Х1Х в. начинает выдвигать в качестве первоочередной задачи достижение политического равноправия женщин. Но, нигде эта борьба не достигла такого накала и не носила такого затяжного характера, как в Великобритании. По мнению известного специалиста по истории британского суфражистского движения Д. Моргана, суфражизм к 1912 г. переместился с периферии английской политической жизни в ее центр. К 1914 г. крупнейшая, но не единственная суфражистская организация Национальный союз суфражистских обществ насчитывала 53 000 членов. На опыт британских суфражисток ориентировались женские организации, выступавшие за политические права женщин в других европейских странах, в том числе и в России.

На первый взгляд то обстоятельство, что движение за права женщин с самого начала приобрело политический характер в стране, где знаменитая викторианская мораль и общественное мнение ограничили место женщины в обществе строгими рамками пассивности и подчинения, кажется парадоксальным. Однако, с другой стороны, именно Англия является родиной идей парламентаризма и классической либеральной доктрины. Именно развитие парламентаризма в сторону расширения народного представительства в парламенте в результате нескольких реформ избирательного права, проведенных на протяжении Х1Х в., позволило сторонникам женского равноправия требовать распространения избирательных прав и на женщин в результате одной из таких реформ. Либеральная же доктрина, исходящая из принципа всеобщего равенства и полагающая нецелесообразным исключение из общественной жизни вполне дееспособной половины человечества, стала теоретической основой феминистского движения не только в Великобритании, но и в других странах. Широко известно, что работа одного из ведущих теоретиков либерализма Дж. С. Милля "О подчинении женщины" была названа "Библией феминизма" и способствовала формированию программных установок многих феминистских организаций. Представители радикального крыла либеральной партии во главе с Миллем активно выступали в парламенте за предоставление избирательных прав женщинам наравне с мужчинами в период обсуждения нового закона о выборах в 1867 г. Однако вопрос о политических правах женщин не стоял в числе первостепенных ни в программе либералов, ни в программах других английских политических партий. Вместе с тем, сторонники женского политического равноправия имелись среди политиков всех ориентаций. Таким образом, суфражизм не был вопросом партийной политики, но определялся в большей степени личными убеждениями и личным жизненным опытом каждого политического деятеля в отдельности. Отсутствие влиятельной политической партии, последовательно поддерживающей требования суфражисток в парламенте, как раз и обусловило длительный характер борьбы английских женщин за политическое равноправие.

Еще одним фактором, который способствовал возникновению суфражистского движения, была политическая ситуация, сложившаяся в Великобритании к середине XIX века. По сути, суфражизм являлся составной частью того движения за расширение демократических свобод, которое охватило в середине прошлого столетия большую часть английского общества. "Женщины, ирландцы, рабочие, тред-юнионы, члены палаты общин - все хотели голоса, суверенитета, независимости. Каждый из них в Х1Х в. управлялся группами меньшими, чем они сами: женщины - мужчинами, ирландцы - британскими лордами, рабочий класс - буржуазией, члены палаты общин - пэрами." (Levine F. The Truth about the British Suffragettes. / Feminist Revolution. N.Y., 1975 P.46).

За почти семидесятилетнюю историю борьбы за политическое равноправие женщин (с конца 50- гг. Х1Х в. до 1928 г., когда женщины, наконец, получили равные права с мужчинами) британские суфражистки приобрели богатый опыт политической деятельности и выработали широкий спектр методов взаимодействия с политическими партиями и давления на парламент и правительство с целью проведения в жизнь законов, улучшающих положение женщин. Хотя полного политического равноправия англичанкам удалось добиться только в 1928 г., но предоставление права участия в парламентских выборах было не единственным требованием суфражисток. Во второй половине Х1Х в. благодаря деятельности суфражисток женщины получили права голоса в школьных советах и местных органах самоуправления, возможность активного участия в ряде государственных социальных служб, были приняты законы, улучшающие права замужних женщин, женщины получили доступ к высшему образованию и т.д. Для достижения своих целей суфражистки использовали самые разнообразные методы лоббирования: использовали личные связи и контакты, создавали комитеты поддержки тех кандидатов в парламент, которые симпатизировали суфражизму, обещали и оказывали поддержку, в том числе и финансовую, тем парламентариям, которые выдвигали и поддерживали законопроект о праве голоса для женщин, собирали подписи под петициями и подавали их в парламент, устраивали кампании в прессе, шествия и митинги. Эти методы варьировались в зависимости от исторической и политической ситуации и были направлены не только на оказание давления на правящий кабинет, но и на привлечение внимания общественности и формирования благоприятного общественного мнения. Рассмотрим более подробно, как эволюционировали стратегия и тактика суфражисток на протяжении всего длительного периода их борьбы.

Массовым политическим движением суфражизм становится с середины 60-х г.г. XIX века. На наш взгляд, английский суфражизм в своем развитии прошел пять этапов, отличающихся друг от друга эволюцией организационных форм и взаимоотношениями с политическими партиями Великобритании, прежде всего, либералами, как инициаторами постановки вопроса о женских избирательных правах. В соответствии с этим, периодизация истории английского суфражизма выглядит следующим образом:

1. середина 60-х - начало 70-х годов Х1Х века. - Время возникновения первых женских организаций, целью которых была борьба за избирательные права; начало постоянных дискуссий в английском парламенте по вопросу о наделении женщин правом голоса;

2.70 - 80-е годы Х1Х века. - Период "организационных и идеологических новшеств..." (Bolt C. The Women's Movements in the United States and Britain from 1790s to 1920s. L., 1993. P. 139), когда были определены основные цели и задачи движения; начало активного сотрудничества с ведущими политическими партиями Великобритании;

3. 90-е годы Х1Х века. - Качественно новый этап в истории английского суфражизма, характеризовавшийся появлением новых процессов как внутри парламента, так и в самом женском движении, в среде которого, вследствие разногласий по тактическим вопросам начинается постепенный раскол. Кроме того, этот период - время резкого ухудшения отношений с либеральной партией;

4. 1903 - 1914 г. г. - Так называемый "милитантский" период, начавшийся с разделения суфражистского движения на два крыла, и характеризовавшийся появлением новых форм борьбы, а также окончательным разрывом женских организаций с либеральной партией;

5. 1914 -1918 г.г. - Специфика данного этапа была обусловлена I Мировой войной, когда на волне патриотического настроения, захлестнувшей английское общество, оба направления суфражистского движения временно отказались от своей деятельности, нацеленной на получение избирательных прав, направив свою активность на помощь фронту.

В целом, в английском суфражизме можно выделить две основные тактические линии: одна из них была присуща умеренному или конституционному направлению, а вторая - так называемому "милитантскому". Кроме того, тактика борьбы, присущая умеренному суфражистскому движению, в своей эволюции прошла два этапа. На первом этапе (середина 60-х - конец 80-х годов XIX века) умеренные суфражистки не контактировали напрямую с какой-либо политической партией и, прежде всего, либералами. Связано, на наш взгляд, это было с еще не оформившейся окончательно тактической линией и методами борьбы, что, в свою очередь, было обусловлено зарождавшимся характером самого движения. Второй этап (конец 80-х г. г. XIX века - начало XX века) принес с собой значительные изменения в тактике суфражисток. Отныне они, осознав невозможность достижения своей цели вне парламентской системы, начинают устанавливать близкие контакты с либеральной партией, большинство членов которой зарекомендовало себя как сторонники суфражизма Этап этот, со своими взлетами и падениями, хотя и привел, в конце концов, к разочарованию суфражисток в либералах и установлению более близкого сотрудничества с партией лейбористов, имел огромное значение для всего суфражистского движения и, прежде всего, для разработки более эффективных методов борьбы. Тем не менее, на первом этапе своего развития суфражистки сознательно избегали контакта с какой-либо политической партией, избрав для достижения своей цели обходной путь.

Как основные методы борьбы были определены митинги, организация демонстраций, памфлеты, подача петиций, а также лоббирование симпатизирующих суфражизму парламентариев (Bolt C. Op. Cit. P. 121). На данном этапе развития суфражистского движения этими мероприятиями и ограничивалось взаимодействие женских организаций с либеральной партией в лице ее отдельных представителей. Накануне парламентских выборов, они выясняли у каждого депутата его отношение к вопросу о женских избирательных правах, и в том случае, если он оказывался сторонником подобной меры, то ему оказывалась поддержка посредством проводимой агитации среди избирателей в пользу данного кандидата. По окончании выборов, их результаты тщательным образом анализировались и составлялись списки тех парламентариев, которые выразили свою симпатию к суфражизму. Другим тактическим направлением было использование этих парламентариев для обеспечения поддержки вносимым в палату общин законопроектам о женских политических правах и для оказания давления на руководство партии. Однако, как показало время, эта тактика оказалась несостоятельной: все предпринимаемые попытки добиться права голоса для женщин оканчивались неудачей. В конце концов, в суфражистском движении назрела необходимость пересмотра политики неприсоединения к политическим партиям.

Такая попытка была предпринята в 1888 году, и ее следствием был раскол суфражистского движения. Его причиной были разногласия по вопросу о том, позволить политическим фракциям присоединиться к Национальному женскому суфражистскому обществу в качестве филиалов или нет. В результате прежде единое общество распалось на две части: Центральный комитет под руководством Милисент Фосетт и Лидии Бекер, которые твердо придерживались политики неприсоединения; и Центральное национальное женское суфражистское общество, которое выступало за сотрудничества с политическими группами. По сути, данный раскол произошел между теми, "кто хотел работать в сотрудничестве с либеральной партией...и теми, кто хотел остаться независимыми". (Banks O. Faces of Feminism. Oxford, 1981. P. 120-121).

События 1888 года стали возможными, на наш взгляд, еще и потому, что с начала 80-х годов Х1Х века английские женщины стали все глубже вовлекаться в партийную политику, устанавливая более тесные отношения с политическими партиями. Реакцией на активность суфражисток и либеральных парламентариев, требовавших избирательных прав для женщин, было создание в 1875 году специального парламентского комитета, в котором преобладали представители консервативной партии, "В защиту целостности права участвовать в выборах", как мужской прерогативы. Впоследствии, в 1883 году, при консервативной партии создается так называемая "Лига подснежника" ("Primrose League"), насчитывавшая к концу Х1Х века около миллиона членов, как мужчин, так и женщин. (Гижицкая Л. Женское избирательное право в Англии. // Мир Божий, 1897, №9. С. 85) Их основной задачей была агитация избирателей во время выборов голосовать в поддержку кандидатов от консервативной партии. Политическая программа "Лиги подснежника" ограничивалась требованием активного избирательного права для незамужних и овдовевших женщин. Такая активная деятельность консерваторов объясняется тем, что женщины в Великобритании считались консервативным элементом общества. Дополнительные основания для подобной точки зрения давала их низкая активность на выборах в органы местного самоуправления, куда они были допущены с 1869 года.

Обеспокоенные активностью консерваторов, члены манчестерского суфражистского общества поручили Л. Бекер провести в Лондоне собрание тех парламентариев, которые поддерживали суфражизм. Эта встреча состоялась 10 июня 1887 года, и в ее результате был учрежден парламентский комитет, состоявший из 71 депутата. Целью данного комитета было обеспечивать связь между суфражистскими организациями и либеральной партией. За год до этого, по примеру "Лиги подснежника", была создана Женская либеральная федерация, объединившая под своей эгидой ряд либеральных местных женских ассоциаций. Цели создания либеральной организации были такие же, как и у "Лиги подснежника". Отличала их политическая платформа. Женская либеральная федерация ратовала за предоставление всем женщинам, как замужним, так и одиноким, активного избирательного права на местных и парламентских выборах. Другим существенным отличием являлось то обстоятельство, что с самого начала в Женской либеральной федерации, состоявшей в основном из жен либеральных парламентариев сложилось достаточно сильное суфражистское крыло, поставившее задачу борьбы за женские избирательные права. Однако остальная часть федерации, возглавляемая женой У. Гладстона, видела свою цель в оказании поддержки своим мужьям в их борьбе за парламентские места.

С одной стороны, подобная интеграция женских обществ в либеральную единую федерацию являлась, безусловно, положительным результатом для организационного развития суфражистского движения. Однако отношения федерации с либеральной партией складывались весьма напряженно. Причиной тому служила, прежде всего, политика, проводимая лидерами партии в отношении законопроектов о женских избирательных правах.

Первый крупный конфликт возник в начале 90-х годов Х1Х века и был обусловлен переходом либеральной партии на умеренные позиции. В 1892 году в ответ на просьбу У. Гладстона повременить с решением женского вопроса, дабы сначала уладить проблему о самоуправлении Ирландии, члены Женской либеральной федерации ответили отказом. С этого момента начинается постепенный распад либерально - суфражистского альянса, окончательно оформившийся к 1912 г. Однако данный конфликт негативно сказался, прежде всего, на самом суфражистском движении. Его следствием был раскол Женской либеральной федерации на два крыла - умеренное, представленное Национальной женской либеральной ассоциацией, и радикальное в лице Союза утилитарных суфражисток, выступавших за более радикальную тактику.

Неоднократные факты раскола по тактическим и программным вопросам свидетельствовали об определенной слабости суфражистского движения. На наш взгляд, это было обусловлено отсутствием единой, созданной на федеральном уровне, организации, которая координировала бы деятельность ее отделений. Действительно, вплоть до конца Х1Х века, все женские организации действовали независимо друг от друга, вырабатывая и внося в парламент законопроекты зачастую не согласованные между собой. Свидетельством этому были два билля, представленные либералами в 1895 году. Один из этих законопроектов о наделении избирательными правами только замужних женщин, внесенный Мак - Лареном, был поддержан и в значительной мере подготовлен Национальным женским суфражистским обществом. Другой билль, представленный Ч. Дилком, и требовавший права голоса для всех женщин, был подготовлен в сотрудничестве с созданной в 1889 году Женской лигой избирательных прав, большинство членов которой состояло из социалистов, а также при поддержке Женской либеральной федерации.

И только лишь в 1897 году был создан Национальный союз женских суфражистских обществ (NUWSS), объединивший все существующие суфражистские организации в федеральное общество, на основе единой программы - избирательное право для всех женщин, вне зависимости от их семейного статуса. Его лидером стала Милисент Фосетт, жена видного политического деятеля, члена парламента от либеральной партии Генри Фосетта, также сторонника политических прав женщин. Объединение способствовало активизации деятельности суфражисток и организации общенациональных кампаний в поддержку избирательных прав женщин. Хотя NUWSS был внепартийной организацией и апеллировал ко всем "друзьям суфражисток", он придерживался пролиберальной ориентации. Члены союза надеялись, что избирательное право женщинам будет предоставлено в результате принятия законопроекта, представленного отдельным членом парламента.

Однако, время шло, но, несмотря на все усилия суфражистских организаций, пытавшихся конституционными методами воздействовать на правительство и парламент, чтобы заставить его принять закон об избирательном праве для состоятельных женщин-домовладелиц (в Великобритании в начале ХХ в. в силу сохранения имущественного ценза и ценза оседлости 37% мужчин также не имели права голоса), принятие закона о женском избирательном праве все откладывалось и откладывалось. Негативную роль сыграла англо-бурская война 1899 - 1902 гг., приковавшая к себе общественное внимание и вытеснившая борьбу суфражисток на периферию политической жизни. Это привело к разочарованию некоторых членов федерации в методах борьбы и возникновению сомнений по поводу их эффективности. Самой активной оказалась группа недовольных в Манчестерском отделении федерации под руководством Эммелин Панкхерст. Это имя было широко известно в суфражистских кругах, так как представляло собой целую династию, стоявшую у истоков суфражистского движения. Ричард Панкхерст, муж Эммелин, был известным адвокатом, активным членом Независимой рабочей партии и горячим сторонником равноправия женщин. При его непосредственном участии в Манчестере в 1867 г. была создана первая суфражистская организация. Он придерживался радикальных взглядов, что в конечном счете привело его на левый фланг политического спектра Великобритании. Он стал одним из создателей Независимой рабочей партии, был членом Фабианского общества. Своим радикализмом он заразил и свою жену, которая также стала членом НРП, а затем и лейбористской партии. В 1898 г. он скоропостижно скончался от воспаления легких, но в Манчестерской суфражистской ассоциации к этому времени уже активно работали его жена Эммелин и двое дочерей: Кристабель и Сильвия. Благодаря авторитету своего имени, а также несомненным качествам лидера и таланту оратора, Эммелин Панкхерст было достаточно легко привлечь к себе сторонников, когда она в 1903 г. объявила о создании новой суфражистской организации - Женского социально-политического союза (WSPU), который и породил новое направление в суфражизме: милитантство. В создании новой организации ей помогал лидер Независимой рабочей партии Кейр Гарди, также последовательный сторонник женских избирательных прав, неоднократно выступавший в поддержку суфражизма в парламенте. Первоначально предполагалось, что WSPU, так же как и Лига подснежника или Женская либеральная федерация станет женской организацией внутри НРП. Но, однако, Эммелин решила все же создать независимую женскую организацию, хотя и воспользовалась поддержкой Гарди, который помог ей собрать средства, необходимые для начала деятельности. Позднее, в 1906 г., лейбористы все же создали партийную женскую организацию (Women's Labour League) В соответствии со сложившимися традициями ее первым президентом стала Маргарет Макдональд, жена лидера лейбористской партии Рамсея Макдональда.

В отличие от Национальной федерации суфражистских обществ, ориентировавшейся в основном на поддержку либеральной партии и принимавшей в свои ряды мужчин, Женский социально-политический союз объявил о своей внепартийности и исключительно женском членстве. Так как его основательница и руководительница Э. Панкхерст, так же как и ее покойный муж, была членом НРП, то организация с самого начала стала уделять большое внимание привлечению в свои ряды женщин-работниц. Однако, несмотря на решительный лозунг: "Дела, а не слова!", выдвинутый WSPU, к новой тактике, связанной с нарушением общественного порядка его члены прибегли только через два года.

Первоначально Союз действовал теми же методами, что и Национальная федерация суфражистских обществ, от которой он отпочковался, однако вскоре они были признаны недостаточными. В 1905 г. в парламенте вновь был снят с обсуждения билль о включении женщин в число избирателей из-за отсутствия поддержки со стороны правительства. Для прессы и общественного мнения суфражистское движение к этому времени утратило свою новизну, и к нему проявляли мало интереса. Таким образом, наиболее решительные поборницы избирательного права были вынуждены искать более действенные меры для воздействия на парламент, правительство и общественное мнение. Такими мерами и стали действия милитантского характера. Эммелин Панкхерст, супруги Петик-Лоуренс, Энни Кени и другие лидеры WSPU провозгласили, что поскольку женщины не имеют права участвовать в принятии законов, то они и не обязаны этим законам повиноваться. Отсюда вытекала тактика гражданского неповиновения, чем, по сути, и было милитантство. Начало этой тактике было положено Эммелин Панкхерст и Энни Кени 13 октября 1905 г. на встрече с избирателями кандидата от либеральной партии лорда Грея. Выступление кандидата было сорвано суфражистками, требовавшими ответа на вопрос: "Намерено ли либеральное правительство предоставить женщинам право голоса?". Вызванная полиция препроводила суфражисток в полицейский участок. Суд признал их виновными в нарушении общественного порядка и присудил каждой заплатить штраф по пять шиллингов. Сумма была достаточно символической, однако, следуя тактике гражданского неповиновения, Панкхерст и Кени отказались его заплатить, предпочтя отправиться в тюрьму. Их арест наделал много шума. По мнению специалиста по политической истории Великобритании Эйкина "этот инцидент привлек больше общественного внимания к вопросам женского избирательного права, нежели целый год мирной агитации" (Aikin K.W. The last years of liberal England. 1900-1911. L., 1972, P.132) Это был первый случай, когда женщины применили насилие в борьбе за право голоса. Вскоре после этого в прессе появился термин "суфражетки", который стали использовать применительно к сторонницам милитантской тактики, чтобы отличить их от умеренных суфражисток. Для Женского социально-политичекого союза эта акция имела положительные последствия. Его заметили, у него появились сторонники по всей стране, его казна пополнилась новыми пожертвованиями. С этого момента его штаб-квартира перемещается в Лондон и деятельность сосредотачивается на воздействии на парламент.

Активизация деятельности суфражисток, в том числе и милитанток, в 1905 г. была неслучайной: в 1906 г. предстояли новые парламентские выборы, на которых к власти рассчитывали прийти либералы. Милитантки, используя ситуацию, стремились оказать поддержку сторонникам и не допустить в парламент противников женского избирательного права, предполагая таким образом обеспечить большинство сторонников суфражизма среди парламентариев. Однако их надежды не оправдались: сформированное в 1906 г. либеральное правительство Кембелл-Баннермана так же не стремилось предоставить право голоса женщинам, как и предшествующий кабинет министров, состоящий из консерваторов, несмотря на то, что большинство членов либеральной партии в парламенте были сторонниками избирательных прав женщин.

Это обстоятельство способствует ужесточению тактики милитанток и приводит к атакам на либеральный кабинет. На дополнительных выборах 1907 г. они применяют тактику не характерную для суфражисток: они агитируют против всех кандидатов-либералов и сторонников либерального правительства, независимо от их личного отношения к проблеме избирательного права для женщин. Такая позиция объясняется тем, что Э. Панкхерст и ее сторонницы пришли к выводу, что проведение в парламенте избирательного билля для женщин отдельным кандидатом невозможно и поэтому необходимо обеспечить преобладание в парламенте той партии, которая обещает провести реформу избирательного права в пользу женщин. Милитантки разбрасывают листовки с гостевой галереи в парламенте, приковывают себя наручниками, звонят в дом премьер-министра, устраивают многочисленные митинги и шествия на улицах, срывают предвыборные собрания либералов. Такая тактика привела к потере либералами нескольких мест в парламенте, что заставило политические партии всех ориентаций отнестись более серьезно к проблеме суфражизма.

С 1908 г. начинается кампания голодовок в тюрьмах. Требуя освобождения, арестованные суфражетки перестают принимать пищу. Чтобы не допустить смертей от голода в тюрьмах, тюремная администрация с одобрения правительства была вынуждена прибегнуть к насильственному кормлению. Эта процедура была в те времена достаточно болезненной: пациентку привязывали к креслу и через вставленную в нос трубку вливали питательные растворы. Иногда это приводило к достаточно серьезным повреждениям носоглотки. Кроме насильственного кормления положение арестованных женщин осложнялось тем, что по свидетельству М. Фосетт суды относились к ним предвзято при вынесении приговоров "незначительные нарушения закона, как, например, размахивание флагами и произнесение речей в вестибюлях парламента, наказываются более жестоко, чем серьезные преступления, совершенные мужчинами". (Fawcett M. Women's Suffrage. L., 1912 P.63) Показателем дискриминации женщин со стороны судебной системы было также и то, что суфражеток содержали в тюрьмах, как заключенных, осужденных за уголовные, а не за политические преступления, в то время как мужчины, участвовавшие в акциях суфражисток и приговоренные к тюремному заключению, получали статус политических заключенных, что давала им определенные привилегии в тюремном режиме. Эта практика привела к серии голодовок заключенных милитанток, требующих права предоставления им статуса осужденных за незаконную политическую деятельность.

Все это привело к тому, что голодающие милитантки обрели в глазах общества ореол мучениц, и общественное мнение стало выражать симпатии им, а не либеральному кабинету, отдавшему приказ о столь жестоком обращении с женщинами. Против жестокого обращения с арестантками выступали многие видные деятели культуры и политики, как, например, Б. Шоу и Ф. Сноуден. Показателем растущих симпатий к суфражизму явилось создание организаций, поддерживающих суфражистское движение. Так, в 1907 г. была создана Мужская лига за избирательные права женщин (Men's League for Women's Suffrage). С другой стороны, активизация и рост суфражистского движения в не только в лице его радикального крыла, но и со стороны более умеренной Национальной федерации суфражистских обществ, также вынужденной перейти к более решительным действиям, привели к консолидации противников суфражизма, и в 1908-1910 гг. создается ряд антисуфражистских организаций: Женская национальная антисуфражистская лига (Women's National Anti-Suffrage League), Мужская лига против женского избирательного права (Men's League for Opposing Women's Suffrage), Шотландская национальная антисуфражистская лига (Scottish Women's National Anti-Suffrage League).

Таким образом, за достаточно короткое время Женскому социально-политическому союзу удалось сделать то, чего не смогла за несколько десятилетий добиться более умеренная Национальная федерация суфражистских обществ: поставить вопрос о женском избирательном праве в ряд важных политических вопросов, требующих решения. Новым было и то, что в отличие от NUFSS, объединявшей в основном представительниц среднего класса, WSPU уделял достаточно много внимания привлечению на свою сторону женщин-работниц, что способствовало значительному расширению социальной базы суфражистского движения. Иной была и политическая ориентация милитанток: в отличие от умеренных суфражисток, продолжавших поддерживать либералов, они были склонны искать себе союзников среди тори, которые в это время достаточно часто высказываются в поддержку права голоса для женщин, и среди лейбористов. В последствии к такой тактике перешла и Национальная федерация суфражистских обществ, что привело к распаду либерально-суфражистского альянса, существовавшего с 60-х гг. XIX в. и возникновению коалиции суфражисток и лейбористов.

Однако успехи, достигнутые в начале милитантского курса, вскоре были ослаблены из-за расколов в Женском социально-политическом союзе и усиления агрессивных методов борьбы этой организации. Эммелин Панкхерст, лидер WSPU, безусловно, была прекрасным организатором и блестящим оратором. Л. Фэй сообщает, что бывали случаи, когда во время выступления Э. Панкхерст на митингах, присутствовавшие на них женщины бросали к ее ногам деньги и драгоценности. (Faye L. The Truth about the British Suffragettes./Feminist revolution. N.Y., 1975 P.47) Первоначально все ее последователи были ей исключительно преданны, однако вскоре ее стремление к единоличному принятию решений и нетерпимость к чужому мнению привели к тому, что организацию стали покидать ее ближайшие сподвижники. Первый раскол произошел в 1907 г., когда из WSPU вышло около 70 женщин во главе с Терезой Биллингтон-Крейг и Шарлоттой Деспард. Его причиной было несогласие части милитанток с диктаторскими методами руководства Эммелин Панкхерст и с явным предпочтением, оказываемым ею состоятельным членам организации, в частности, супругам Петик-Лоуренс. Хотя такое предпочтение было вполне понятным, так как именно из их пожертвований формировался фонд организации и издавалась популярная суфражистская газета "Votes for women" ("Право голоса для женщин"), это привело сначала к серьезным разногласиям, а затем к расколу. Вышедшие создали Женскую Лигу Свободы (Women's Freedom League), ставшую самостоятельной и достаточно популярной организацией. Она немногим отличалась от Женского социально-политического союза за исключением того, что ее методы борьбы были, пожалуй, несколько более умеренны, хотя и очень сходными с методами WSPU, что приводило к тому, что общественное мнение часто не видело разницы между этими организациями. В отчете о ежегодной конференции WFL от 1908 г. перечисляются следующие направления деятельности организации: "1.Действия, независимые от других политических партий;

2. Оппозиция любому правительству до тех, пор, пока не будет достигнуто избирательное право для женщин;

3. Участие в парламентских выборах и дополнительных выборах в оппозиции к кандидатам правительства и независимо от всех других кандидатов;

4. Решительная агитация против несправедливых законов в отношении женщин;

4. Организация женщин по всей стране, для того, чтобы дать им возможность выразить их желание обрести политическую свободу;

Просвещение общественного мнения обычными способами, как то: собрания, демонстрации, дебаты, распространение литературы." (Women's Freedom League. Report of the Annual Conference. February 1908. L.,1908 P.1)

Среди популярных методов воздействия на правительство, проводимых Лигой в рамках кампании гражданского неповиновения была акция "Нет права голоса, нет налогов" (No vote, no tax), призывающая женщин уклоняться от уплаты налогов на том основании, что поскольку государство не желает предоставить женщинам, обладающих доходами и собственностью, право голоса наравне с мужчинами, то, следовательно, у них нет и обязанностей перед этим государством. Кампания носила массовый характер, и многие англичанки к ней присоединились.

"Просвещение общественного мнения обычными способами" также носило массовый характер и принимало разнообразные формы. По всей стране организовывались турне отрядов суфражисток в повозках, украшенных лозунгами, требующими избирательных прав для женщин, организующие летучие митинги, в городах по улицам фланировали суфражистки, увешанные плакатами, рекламирующими деятельность Лиги, раздающие листовки прохожим, многочисленные торжественные процессии с транспарантами, флагами и знаменами шествовали по улицам. Наглядной агитации обе милитантские организации уделяли большое внимание. Целая организация художниц-суфражисток создавала суфражистскую символику, открытки, листовки, значки, нарукавные повязки, плакаты, знамена, транспаранты и многое другое. Все это в большом количестве распространялось среди населения.

Показателем роста влияния суфражистского движения становится то, что теперь оно воспринимается как серьезная политическая сила представителями всех партий. Русский суфражистский журнал "Союз женщин", уделявший практически в каждом своем номере несколько страниц освещению борьбы англичанок за политические права, свидетельствовал в 1908 г., что "в последнее время почти все кандидаты заявляют себя сторонниками равноправия женщин, очень предупредительно отвечают на запросы Национального союза... приходят на женские митинги, говорят о равноправности женщин во всех своих речах, а иногда и в программах" (Союз женщин, 1908, №10 С.17).

Решительные и достаточно успешные действия милитанток заставляют и умеренный Национальный союз суфражистских обществ перейти к более активным действиям и изменить свою политическую тактику. Они также приходят к выводу, что невозможно проведение билля в парламенте о женском избирательном праве отдельным кандидатом и поэтому они начинают "создавать в каждом избирательном округе женские суфражистские общества внепартийного характера". (Rover C. Women's Suffrage and Party Politics in Britain. 1866-1914. L., 1967 P.65) Это свидетельствовало о том, что умеренные суфражистки также начинают ориентироваться на правительство как на инициатора соответствующего законопроекта, независимо от партийной принадлежности его членов. В немалой степени в формировании такой позиции способствовала политика, проводимая новым либеральным кабинетом, сформированным в 1908 г., во главе которого встал Г. Асквит, известный как последовательный противник политического равноправия женщин. Декларируя при встречах с депутациями парламентариев-сторонников женского избирательного права о намерении правительства предоставить в недалеком будущем политические права женщинам, Г. Асквит в 1908 г. фактически не дал возможности принятию очередного законопроекта о праве голоса для женщин, несмотря на то, что большинство парламентариев голосовало в его поддержку.

Очередная неудача стала поводом для ужесточения тактики милитанток. Одна из основных проблем милитантства, на наш взгляд, состояла в том, что, для того, чтобы обеспечивать себе постоянное общественное внимание, их тактика должна была становиться все более радикальной. Летом 1909 г. в ответ на арест лидера WSPU Э. Панкхерст состоялась стихийная акция протеста суфражеток в центре Лондона, вылившаяся в разбивание камнями витрин магазинов и окон правительственных зданий. С этого момента тактика гражданского неповиновения приобретает открыто агрессивные и террористические формы. Начинаются массовые покушения на собственность как политиков, выступавших против женского политического равноправия, так и ни в чем неповинных рядовых англичан.

Усиление милитанства вызвало очень неоднозначную реакцию в обществе. Как писал в своих мемуарах лейборист Ф. Сноуден "до тех пор, пока женщины ограничивали свою деятельность такими простыми действиями как привязывание себя к уличным фонарям и парковым оградам, либо разбрасыванием листовок с гостевой галереи палаты общин на головы парламентариев ... общество скорее забавлялось, чем сердилось... Но когда они начали разрушать собственность и подвергать риску не только свою, но и чужую жизнь, общественное мнение стало настраиваться против них" (Snowden Ph. Autobiography. N.Y.,1926 P.153) Агрессивные действия милитанток дали дополнительные аргументы противникам женского равноправия, умеренные суфражистки также публично отмежевались от них. Но с другой стороны, эти действия произвели впечатление и на правительство, которое стало активнее проявлять готовность пойти на уступки. Новая предвыборная кампания либералов началась с выступления Асквита 10 декабря 1909 г., где он заявил о том, что если либеральное правительство после выборов вновь будет сформировано, то оно примет закон об избирательных правах женщин. К тому же милитантки меняли свою тактику в зависимости от поведения правительства и парламента. Когда в 1910 г. в парламенте был создан так называемый согласительный комитет из членов всех парламентских фракций во главе с уже упомянутым Ф. Сноуденом для разработки согласительного билля - законопроекта о женском избирательном праве, который бы устроил все партии, милитантки прекратили войну, для того, чтобы продемонстрировать свою добрую волю правительству. В итоге деятельности согласительного комитета был создан законопроект, предусматривавший предоставление женщинам цензового избирательного права, на тех же основаниях, что и мужчинам. Законопроект получил большинство голосов во втором чтении, однако его дальнейшее обсуждение было отложено до осенней сессии.

Летний перерыв был использован суфражистками обоих направлений для организации кампании в поддержку билля. С июля по ноябрь состоялось 4000 митингов и собраний в поддержку законопроекта. Самой крупной акцией была демонстрация в Гайд-Парке, организованная WSPU, собравшая около полумиллиона человек. (Fawcett M. Women's Suffrage. L., 1912 P.81)

Однако после того, как билль снова был забаллотирован, Женский социально-политический союз после десятимесячного перерыва возобновил тактику гражданской войны с правительством. Следующий перерыв в атаках на правительство был сделан в 1911-1912 гг., когда в парламенте обсуждался второй согласительный билль. Вновь все суфражистские организации работали согласованно, ведя пропаганду в пользу законопроекта, однако, он снова был снят с обсуждения. В результате, начинается процесс постепенного распада альянса Национального союза суфражистских обществ с либеральной партией. Также как и WSPU, он начинает ориентироваться на союз с лейбористской партией. Как показывают результаты парламентского голосования 1911 г. вся лейбористская фракция была на стороне избирательных прав женщин. (Fawcett M. ....P.81)

Что касается Женского социально-политического союза, то он вновь ужесточает свою тактику. В 1912 г. организуется массовая кампания покушения на частную собственность. Снова разбивались витрины дорогих магазинов, бросались камни в окна правительственных зданий, сжигались кислотой поля для гольфа, поджигались почтовые ящики и дома противников суфражизма. Массовые аресты не могли остановить акций милитанток. Значительная часть общества была шокирована подобными действиями, в самом союзе также не все одобрили кампанию насилия, что привело к новому расколу организации в 1912 г., однако Эммелин Панкхерст и ее сторонницы были готовы сражаться до конца, чтобы доказать, что женщины, как и ирландские революционеры, способны бороться за свои права, невзирая на жертвы. Поскольку в тюрьмах находилось более тысячи суфражисток, регулярно объявляющих голодовки, то правительство вынуждено было рассматривать эту проблему и принимать по ней решение. В 1913 г. был принят закон о временном освобождении суфражисток из заключения по состоянию здоровья. Так как он давал право властям вновь арестовывать освобожденных после улучшения их состояния, то этот закон получил название "Акт кошки-мышки" и резко критиковался суфражистками всех направлений.

Подводя итоги, можно констатировать, что накануне Первой мировой войны суфражизм действительно переместился в центр политической жизни Англии. Отныне в решение проблемы женских избирательных прав вовлекаются все три ведущие политические партии Великобритании, которые начинают рассматривать данный вопрос как часть более общей задачи реформирования избирательной системы. В свою очередь, это обеспечило активную партийную борьбу, стимулировавшую более быстрое решение данной проблемы. Кроме того, с этого времени меняется и сам ее характер. Так, если во второй половине XIX века вопрос о праве голоса для женщин рассматривался как отвлеченный, не требующий немедленного разрешения, и носящий внепартийный характер, то с началом XX столетия он начинает составлять неотъемлемую часть предвыборных программ многих парламентариев.

Тем не менее, прежде, чем добиться права голоса английским женщинам потребовалось более 70 лет упорной борьбы. Столь долгое решение вопроса о политических правах женщин было обусловлено, на наш взгляд, следующими причинами. Во-первых, проблема женского политического равноправия являлась абсолютно новой доктриной для английского общества, в котором, несмотря на демократическую парламентскую систему, приверженность к традициям затрудняла коренные политические изменения, поэтому расширение электората проходило постепенно в течение почти века.

Во-вторых, как следствие первого обстоятельства, вокруг данной проблемы на протяжении долгого времени практически полностью отсутствовала хоть сколько ни будь активная партийная борьба. В свою очередь, это было обусловлено тем, что лидеры, прежде всего, либеральной партии, относились к вопросу о праве голоса для женщин либо "с полным безразличием или со скрытым антагонизмом". (Рапопорт С. И. Борьба женщин за права (Письмо из Англии). // Мир Божий, 1905, №6. С. 66). Парадокс заключался в том, что наиболее активно за политическое равноправие женщин ратовали так называемые "заднескамеечники", то есть рядовые члены либеральной партии, в то время как ее лидеры были последовательными противниками предоставления женщинам избирательных прав. Поскольку же именно лидер партии определял фактический ее курс, то все попытки частных парламентариев провести соответствующий законопроект оканчивались неудачей во многом из-за противодействия со стороны руководства. Поэтому, когда в декабре 1916 года во главе либералов и правительства встал Ллойд Джордж, являвшийся сторонником суфражизма, то уже через три месяца законопроект о праве голоса для женщин был обсужден в парламенте и принят большинством голосов, а меньше чем через год он приобрел силу закона. Иная ситуация наблюдалась в среде консерваторов, лидеры которых, по крайней мере номинально, выступали в поддержку суфражизма, в то время как рядовые члены - против. Характерным примером может служить позиция лидера консерваторов, Б. Дизраэли, занятая им в отношении данного вопроса во время обсуждения второй парламентской реформы 1867 года. Высказавшись в палате общин за женское избирательное право, Дизраэли преследовал интересы не женщин, а своей партии. Дело в том, что данная реформа была инициирована либералами, поэтому основной задачей консерваторов было суметь использовать власть, которую они занимали в кабинете министров, для проведения своего билля с тем, чтобы перехватить "стратегическую инициативу у либералов, восстановить престиж и популярность партии...". (Науменков О. А. Борьба партий и вторая парламетская реформа 1867 г. в Англии. Уфа, 1988. С. 10). Более того, возглавив в 1874 году правительство, Дизраэли в течение тех семи лет, что находился у власти, ни разу не воспользовался своим положением, чтобы хоть как-то способствовать продвижению законопроекта о праве голоса для женщин, что свидетельствует, на наш взгляд, о сознательном манипулировании идеей о политическом равноправии женщин для достижения своих партийных интересов, в частности, для победы на парламентских выборах, к чему впоследствии прибегали и некоторые лидеры либералов.

Наконец, в-третьих, причина столь долгого решения данного вопроса коренится в самом суфражистском движении, а именно в ограниченности его социальной базы, которая вплоть до начала XX века включала в себя представительниц лишь средних и высших классов, а также в сильной приверженности к традиционным, конституционным методам борьбы. В противном случае деятельность воинствующего крыла суфражистского движения, вряд ли была столь эффективной и не привлекла бы внимания к проблеме женских политических прав со стороны общественности и правительства. В связи с этим, степень эффективности деятельности милитантского направления не может быть оценена однозначно. С одной стороны, милитантки, действительно, дискредитировали суфражистское движение в глазах общественности и политических партий, зачастую препятствовали действиям умеренных суфражисток, вынудив правительство пойти по пути репрессий. С другой стороны, во многом, благодаря именно им, требование женских избирательных прав стало восприниматься более серьезно, заставив правительство, в конце концов, пойти суфражисткам навстречу и удовлетворить их интересы.



Рассматривая историю суфражизма с позиций нашего времени, отрешившись от тех страстей, бушевавших не только в английском, но и, в частности, в российском обществе, стоит отдать должное последовательности, целеустремленности и сплоченности суфражистского движения, которое, разрушая традиционные предрассудки и стереотипы викторианского общества, утверждало новую модель женского поведения и идеал Новой женщины. Поэтому те методы, которые применялись суфражистками для лоббирования своих интересов, вполне могут найти свое применение и в наши дни.