Мир в маленьких дозах - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1страница 2
Похожие работы
Мир в маленьких дозах - страница №1/2

Дональд Винникот. «Ребенок, семья и внешний мир» 1964.
Глава 10.

Мир в маленьких дозах.
Прислушиваясь к дискуссиям на философские темы, обращаешь внимание, как много слов люди произносят о том, . что реально, а что нет. Кто-то говорит, что мы можем видеть, трогать, слышать, тогда как другой замечает, что только то реально, что можно досчитать. Это все очень сложно. Как же эти вещи могут быть применены к ухаживающей за ребенком матери? Надеюсь, |я могу объяснить.

Матери с младенцами имеют дело с развивающейся, изменяющейся ситуацией; малыш отталкивается от полного незнания окружающего мира, но со временем он превращается в человека, который достаточно знает об окружающем мире, и может найти путь способ как в нем жить. Это потрясающее развитие!

Но вы так же 'знаете людей, которые испытывают трудности во взаимодействии с тем, что мы называем реальностью. Они не воспринимают это как реальность. Некоторые вещи для меня и для вас в одно время кажутся более реальными, чем в другое. Кто-то может иметь мечту, которая кажется более реальной, чем сама реальность. И для некоторых людей мир их собственного воображения является более реальным, чем тот, что мы называем реальным миром, где им так сложно живется. |

Давайте зададим вопрос, почему обычный здоровый человек имеет в одно и тоже время ощущение реальности окружающего мира и реальности воображаемого и личного? Как это вышло, что и я и вы - такие? В этом есть огромное преимущество, т.к. мы можем использовать наше воображение, чтобы сделать мир более выразительным, и мы используем реальный мир, чтобы о нем мечтать и фантазировать. |Мы просто вырастаем такими? Хорошо, я все же скажу, что мы такими не вырастаем, в начале мама каждого из нас представляет нам мир в маленьких дозах. Каковы же дети,когда им 2, 3 или 4 года? В смысле взгляда на мир - каков он есть, что мы можем сказать о тоддлере? Для него каждое ощущение необычайно интенсивно.

Мы, взрослые, лишь в особые моменты достигаем подобной

интенсивноти чувств, принадлежащих раннему возрасту, и мы

рады любой не пугающей возможности, способствующей их

появлению. Для некоторых - это музыка или картина, это может быть футбольный матч или сборы на

танцы. Счастливы те, кто крепко стоит на земле и кто поддерживает способность наслаждаться интенсивными ощущениями, даже если они присутствуют только в запомнившихся снах. Для маленького ребенка, и намного больше для младенца,

жизнь представляет собой серию интенсивных переживаний. Вы

заметили, что происходит, когда| вы прерываете игру; на самом

деле вы предпочитаете предупреждать, так что если

возможно,ребенок сможет подвести игру к завершению и

перетерпеть ваше вмешательство. Игрушка, которую дядя

подарил вашему маленькому мальчику, является кусочком

реального мира, и, к тому же, если она была подарена в нужной манере, правильным человеком и в правильное время, это приобретает для ребенка значение, которое нам хорошо бы понять. Может быть, мы можем вспомнить свою собственную маленькую игрушку, и значение, которое она для нас имела тогда.

Ребенок в 2, 3, 4 года все еще находится как бы в двух мирах одновременно. Тот Мир, которым мы с ребенком разделяем, так же является миром его воображения, и ребенок способен переживать его интенсивно. Ребенку нет нужды все

время прочно стоять на земле. Если маленькая девочка хочет


полетать, мы не можем просто сказать ей "Дети не летают". вместо этою мы берем ее на руки, носим у себя на плечах, помещаем на верхушку шкафа, чтобы она чувствовала, что прилетела н гнездышко как птичка. Вскоре ребенок поймет, что тот полет не был волшебным действием. Некоторые сказки как, например, "Ковер-самолет", будут вкладом взрослых в эту тему. Около 10 лет ребенок будет упражняться в прыжках в длину и в высоту, пытаясь прыгнуть выше и дальше, чем другие. И эго будет всем тем, что останется, за исключением снов, от восхитительных ощущений, ассоциирующихся с идеей полета, которая естественно приходит в 3-х летнем возрасте.

Дело в том, что мы не привязываем реальность к маленькому ребенку и надеемся, что не должны этого делать даже когда ребенку 5 или 6 лет, т.к. если все идет хорошо, k этому возрасту у ребенка начинает развиваться исследовательский интерес к тому, что взрослые называют реальным миром. Этому миру есть что предложить, и принятие его не означает потери реальности личного воображаемого или внутреннего мира.

Внутренний мир маленького ребенка может быть как внутри, так и снаружи, и мы попадаем в воображаемый мир ребенка, когда играем в его игры, или иным образом участвуем в работе eго воображения.

Одному маленькому мальчику 3 года. Он счастлив, он ' играет целый день сам по себе или с другими детьми, он может сидеть за столом и есть как взрослые люди. В течение дня он хорошо понимает различии между тем, что мы называем реальными вещами, и тем, что мы называем детским , воображением. Какой он ночью? Он крепко спит, но иногда просыпается с пронзительным криком. Мама выпрыгивает из кровати, приходит, включает свет, берет его на руки. Доволен ли он? Напротив, он визжит, "уходи, ты ведьма, я хочу мою маму ". Мир его снов распространяется в действительность, и около 20 минут мама ждет, неспособная что-либо сделать, потому что для ребенка она ведьма, Внезапно он обнимает ее и прижимается к ней, засыпает, и мама может положить его обратно в кроватку. \

Или семилетняя маленькая девочка, чудесный ребенок, который рассказывает вам, что все дети в ее новой школе против нее, классная руководительница ужасная, и все время выставляет ее за дверь, унижая ее. Вы, конечно, идете в школу и разговариваете с учительницей. Я не утверждаю, что все учительницы замечательны; тем не менее, вы находите, что учительница - порядочный человек, и ситуация беспокоит ее.

Мы знаем, что такое дети. Мы не ожидаем от них точного понимания мира. Им должно быть позволено иметь то, что мы, говоря о взрослых людях, назвали бы иллюзиями. Возможно, вы решите все проблемы, пригласив учительницу на чай . Вскоре вы можете обнаружить ребенка в другой крайности -испытывающим сильную привязанность к учительнице, превращающим ее в идол и теперь боящимся других детей из-за учительской любви. Все это с течением времени проходит.

Теперь, если мы посмотрим на детей помладше, которые ходят в ясли, нам будет трудно догадаться, нравится ли им их воспитательница, даже если мы достаточно знаем о ней. Может, вы с ней знакомы, но, вероятно, вы не думаете и ней слишком часто. Она не привлекательна. Она даже может вести себя эгоистично, если, например, болеет ее мать. Но чувства, которые испытывает к ней ребенок, имеют совсем другую основу. Может быть, ребенок становиться зависимым от нее и преданным ей, потому что она надежна и добра, и она легко может стать человеком, необходимым ребенку для счастья и взросления.

Но все это берет начало в ранних отношениях между матерью и младенцем, обладающих особыми характеристиками. Мать разделяет определенную часть мира со своим приходит то время, когда ваш младенец начнет позволять вам уходить и возвращаться. маленьким ребенком, поддерживая эту часть достаточно маленькой, так, чтобы малыш не запутался, она увеличивает ее постепенно, в соответствии с растущими возможностями ребенка наслаждаться миром. Это одна из наиболее важных ее задач. Она делает это естественно.

Если мы посмотрим на это более внимательно, то увидим дне очень важных вещи. Мама старается избежать совпадений. Совпадения приводят к путанице например, поручить заботу о ребенке другому человеку одновременно с отлучением от груди; она способна провести границу между фактом и фантазией.

Когда мальчик проснулся ночью и назвал ее ведьмой, она ясно осознавала, что она не ведьма. Когда на следующий день он спросил ее, существуют ли ведьмы на самом деле, она достаточно просто сказала: "нет". В это же время она отыскала сказку о ведьме. Когда ваш мальчик отворачивается от молочного пудинга, приготовленного специально из лучших ингредиентов, и делает гримасу, будто ему предлагают яд, вы не расстраиваетесь, потоку что вы прекрасно знаете, что пудинг хорош. Вы так же знаете, что его мысли о яде сиюминутны. Вы обходите эту трудность, и через несколько минут пудинг будет съеден с удовольствием. Если вы не уверены в себе, вы начинаете суетиться и пытаетесь затолкнуть пудинг ребенку в рот, доказывая себе, что пудинг был хорошим

Ваше ясное представление о том, что реально, а что нет, любыми способами помогает ребенку, т.к. ребенок постепенно, шаг за шагом, начинает понимать, что мир существует вне воображения, а воображение - не совсем тоже самое, что мир. Одно нуждается в другом. Вы знаете, что первый объект, который ваш малыш любит - кусочек простынки или мягкую игрушку, - для младенца часть его самого, и если это забирают или стирают, результат плачевен. Когда малыш развивает способность начать выбрасывать все из кроватки конечно же, ожидая, что эти предметы поднимут и вернут, то вы знаете, что приходит время, когда ваш младенец начнет позволять вам уходить и возвращаться.

Эти более поздние вещи просты, если все предшествующее прошло хорошо. Я бы хотел опять взглянуть на раннее кормление. Я уже описывал способ, которым мать делает грудь или бутылочку доступной, когда малыш готовится вызвать нечто в воображении, а затем она убирает грудь, если эта идея исчезает из сознания малыша. Действуя так, мать дает старт знакомству малыша с миром. К девяти месяцам мать производит около тысячи кормлений, помимо этого делая все остальное с той же мягкой адаптацией к конкретным нуждам ребенка. Для удачливого младенца мир начинается с присоединения к его воображению; Вплетаясь в текстуру воображения, окружающий мир обогащает внутреннюю жизнь малыша через то, что он в нем воспринимает.

Давайте теперь опять взглянем на людей, рассуждающих о значении слова "реальность". Если мама одного из них, когда он был младенцем, представляла ему мир обычным хорошим способом, как это делаете вы, тогда он будет способен увидеть, что реальное включает 2 вещи, и он будет способен чувствовать обе разновидности реальности одновременно. Может быть, мама другого превращала все в путаницу, и для него тоже должны существовать 2 вида реальности. Этот несчастный человек считает, что все видят одинаково, или мир отчасти является плодом воображения. Мы можем оставить этих двух людей спорить.

Успех зависит от того, каким образом мир представляется младенцу и растущему ребенку. Обычно мать может начать и поддерживать свою удивительную способность преподносить мир в маленьких дозах, не потому, что она обладает таким умом, какой нужен философу, а просто из-за преданности, которую она испытывает к своему собственному малышу.

Глава 29.

О влиянии.

Трудность полного осознания бессознательных чувств и их важности всегда была препятствием на пути человека к самопознанию. Конечно, встречалось немало фактов, указывающих , что люди знают о существовании бессознательного – в виде полуосознанных идей, которые приходили им в голову, а потом «уходили»; в виде неожиданно всплывавших вомпоминаний о том, что казалось забытым; в виде осознанного обращения к вдохновению – как благотворного, твк и вредного характера. Но от этих случайных проблесков осознания факта еще очень далеко до полного его признания и понимания всей роли БСЗ в жизни человека. Для того, чтобы сделать идею бсз. Подлинным научным открытием, потребовалось немалое мужество, и честь этого открытия навечно принадлежит Фрейду.

Мужество нужно было прежде всего потому, что признание бсз. Неизбежно требует от нас признать и весьма болезненный для нашей гордости акт – а именно, что как бы мы ни пытались представить нашу слабость, нашу жестокость и совершаемое нами зло как что-то постороннее для нас, продукт дурного воздействия извне, в конце концов приходится согласиться, что все это порождено человеческой природой, находится в нас самих. Разумеется, вредное воздействие среды имеет место, но все трудности в борьбе с этим воздействием у всякого нормального ( то есть, не «испорченного» изначально) человека порождены, как правило, его внутренними конфликтами. Об этом человек тоже интуитивно знал уже давно – можно сказать, с того момента, когда было совершено первое в истории самоубийство.

Но и то добро, которое человек делает, он склонен объяснять не собственной природой, а, чаще всего, божественным вмешательством.

Таким образом, нашему самопознанию мешает страх поглядеть правде в глаза.


Гл. 29 –2.
А между тем, признание бессознательного таким же полноправным участником всех человеческих поступков, как и сознание, позволяет изучать эти поступки неизмеримо эффективнее. Одним из аспектов этой безграничной темы является вопрос о влиянии, которое человек испытывает и которое он оказывает на окружающее.

Вопрос о роли влияния в человеческих отношениях важен прежде всего для тех, кто обучает других и кто исследует жизнь общества и проблемы современной политики. Изучение этого вопроса неминуемо заставляет рассматривать чувства, в той или иной мере неосознанные.

Более полному пониманию всего комплекса проблем, связанных с влиянием, способствует изучение того особого типа отношений человека с окружающим миром, которые возникает в самом начале жизни, когда контакт с миром осуществляется в основном во время кормления. Одно­временно с чисто физиологическими ощущениями, вызываемыми кормлением, происходит восприятие окружающих вещей, людей и событий, их усвоение, сохранение или отбрасывание. И хотя с возрастом возникает масса дру­гих отношений, эти наиболее ранние сохраняются, в большей или меньшей степени, в течение всей жизни, и не случайно в языке встречается много слов и фраз, которые могут быть употреблены как по отношению к еде, так и к вещам несъедобным или к людям. Этот факт также помо­гает понять поставленную нами проблему.

Подобно тому, как могут быть младенцы, неудовлетворенные питанием, и могут быть матери, страстно - и напрасно - желающие, чтобы питание было принято, бывают люди, неудовлетворенные их взаимоотношениями с другими, испытывающие фрустрацию.

Человек, к примеру, может испытывать чувство пустоты, утраты, и бояться этого чувства и той агрессивной жадности, которую это чувство пустоты в нем порождает. Чувство пустоты может происходить от конкретных внешних причин – таких, как смерть близкого друга, потеря чего-то, представлявшего для человека большую ценность, - а может быть следствием тех или иных чисто субъективных факторов.

Гл.29 - 3

У человека возникает потребность заполнить пустоту - найти нового друга, новые взгляды и идеалы взамен утраченных. Нетрудно видеть, что такой человек в особенности склонен попасть под чужое влияние. Если он не способен терпеливо ждать, пока горе, печаль и подавлен­ность уйдут сами собой и возродятся надежды, он будет активно искать новые заменители или легко поддастся первому попавшемуся влиянию.

Не менее вероятен и такой случай, когда человек испытывает по­требность отдавать, забираться в душу к другим и заполнять их "сво­им". Основной движущий мотив такого человека - доказать самому себе, что он сеет добро, и вызвано это, разумеется, тем, что подсознательно он в этом сомневается. Он все время что-нибудь пропагандирует и ор­ганизует, всех поучает и побуждает к действию. Когда подобную по­требность испытывает мать, она стремится всячески руководить своим ребенком, перекармливает его и т.д. И между подобным неуемным стрем­лением наполнять других и описанным выше неуемным страхом пустоты в самом себе существует связь:' человек боится агрессивной жадности в других.

Аналогичными причинами, несомненно, порождено и встречающееся у каждого человека совершенно нормальное желание учить других. Наша работа нужна нам для сохранения психического здоровья, и учителю она нужна ничуть не меньше, чем врачу или медсестре. Примет или нет это желание гипертрофированные, ненормальные формы, зависит от того, в какой степени к нему примешивается беспокойство, тревога. В целом, по-видимому, можно сказать, что ученики предпочитают такого учителя, у которого стремление учить не является чрезмерным и не становится формой ухода от решения собственных проблем.

Нетрудно себе представить, что происходит, когда подобные полюса сталкиваются друг с другом и фрустрированный донор встречает фрустрированного реципиента. Второй из них стремится заполнить пустоту в себе каким-нибудь влиянием, первый ищет пустоту в других, чтобы заполнить ее своим влиянием. Возможен крайний случай, когда одна личность целиком, так сказать, поглощает другую. При этом часто наблюдается весьма забавное стремление выдать себя за кого-нибудь другого, разыгрывание роли. Именно этим может объясняться довольно распространенная ложная зрелость (инфантильность?) и такое поведение, когда кажется, что человек все время играет какую-то роль. Ребенок, например, может быть очень "хорошим", совершать добрые поступки, подражая какому-нибудь герою или героине, но подобная доброта выглядит неустойчивой. Другой ребенок, напротив, ведет себя плохо, разыгрывая роль злодея, которым он восхищается или которого боится, но при этом чувствуется, что зло не свойственно ему по природе, оно наигранное. Довольно часто детские болезни являются лишь имитацией болезни умершего близкого человека.

Эти интимные отношения, возникающие между тем, кто распространяет свое влияние, и тем, кто ему подчиняется, представляют собой специ­фическую разновидность любовных отношений и легко принимаются за настоящую любовь, в первую очередь самими участниками.

Между этими полюсами колеблются обычно все отношения учителя с учениками. В норме, учителю нравится преподавать, и успех его в этом деле придает ему уверенности в своих силах, но не является насущно необходимым для сохранения его психического здоровья. Аналогичным образом, ученик может охотно воспринимать то, чему его учат, не ис­пытывая потребности во всем подражать учителю, верить всему, что учитель говорит, и бездумно вызубривать это. Учитель должен с терпе­нием относиться к возможному недоверию и сомнениям со стороны ученика, подобно матери, спокойно воспринимающей смену одного любимого блюда у ее чада другим. Ученик, в свою очередь, должен научиться не отвергать с ходу материал, который ему кажется непонятным и трудноусвояемым.

Гл.29 - 5

Отсюда следует, что некоторых наиболее рьяных представителей преподавательского сословия следует удерживать от слишком рьяного общения с учениками, дабы их рьяность не помешала им снисходи­тельно относиться к ученикам, когда они воспринимают то, что он им предлагает, с некоторым недоверием, или даже поначалу отвергают это, Это те неизбежные досадности, с которыми приходится мириться, ибо бороться с ними означало бы проявить нездоровое злоупотребление властью.

Это справедливо и в отношении воспитания детей в семье. Иногда вместо подлинной любви родители стремятся повлиять на ребенка, и чем меньше возраст ребенка, тем сильнее это влияние на нем сказывается.

Если женщина не хочет столкнуться с неожиданным желанием ее ре­бенка натворить каких-нибудь безобразий в момент резкого позыва к испражнению, с детской непосредственностью, чреватой для нее всячес­кими неприятностями, то ей следует проявлять свою любовь к ребенку с умеренностью. Разумеется, она может настоять на своем силой, но достигнутый результат будет безрадостным, и ее победа обернется по­ражением, так как бессознательный протест ребенка может выразиться недержании, в неожиданном неуправляемом непослушании. Разве не то же самое на­блюдается в преподавательской практике?

Хороший учитель должен проявлять терпимость и быть готов к тому, что его стремление давать не находит спонтанного ответа, испытывает фрустрацию кормления. Ребенок также испытывает фрустрацию и учится вести себя цивилизованно не столько благодаря наставлениям учителя, сколько благодаря его способности бороться с фрустрацией, присущей процессу обучения.

Фрустрация, испытываемая учителем, связана не только с тем, что обучение никогда не дает идеального результата, ошибки неизбежны, а сам учитель может поступать несправедливо или даже низко. Гораздо труднее примириться с тем, что иногда ученики отвергают даже самый

что ни на есть лучший урок. На их восприятие могут влиять ситуаци­онные сомнения и недоверие, порожденное их собственным характером и опытом, отклонениями от нормы в их эмоциональном развитии. Неаде­кватное восприятие может быть связано с тем, что дети ожидают найти в школе полное соответствие их привычной домашней обстановке, либо, наоборот, полную противоположность ей.

Учителю приходится мириться с этими разочарованиями, как и уче­нику приходится подчас мириться с плохим качеством преподавания, плохим характером или настроением учителя. Бывают дни, когда и учитель встает не с той ноги.

Наблюдения над процессом обучения убеждают нас, что при нор­мальных отношениях между учителем и учениками обеим сторонам прихо­дится жертвовать своей непосредственностью и независимостью, и этот факт играет не меньшую роль, чем преподавание и усвоение учебного материала. Каким бы высоко квалифицированным ни было преподавание, оно не даст результата, если отсутствуют нормальные отношения от­дачи и восприятия, если одна из сторон подавляет другую. Какой вывод можно сделать из всего этого? Рассмотрение данного вопроса, как и всякое размышление по по­воду образования, убеждает нас, что нет ничего обманчивее, чем оценка результатов обучения по простому академическому "успеху" или "неуспеху". "Успех" может означать на деле лишь то, что ребенок научился приспосабливаться к данному учителю, данному предмету или даже ко всему процессу обучения путем рабского подчинения им, научился принимать все, что дают, открыв рот и закрыв глаза, и проглатывать, не задумываясь. Это в корне неверно, ибо отвергает возможность всякого здравого сомнения; это наносит ущерб индивидуальному развитию ребенка, но служит благодатной почвой для укоренения диктаторских отношений.
Таким образом, рассматривая вопрос о роли влияния в процессе обучения, мы приходим к выводу, что наихудшим образованием является такое, которое подавляет самое святое, что есть в ребенке: его способность сомневаться в себе самом. Всякий диктатор осознает этот факт и добивается своей цели, предлагая людям существование, свободное от каких бы то ни было сомнений. Какая тоска!


ГЛАВА 24. Воровство и ложь.

Мать . которая вырастила несколько здоровых детей, знает, что каждый из них несет в себе вновь и вновь массу острых проблем, особенно в 2, 3, 4 года. У одного ребенка наблюдается период, когда он кричит по ночам, так, что соседи с ним плохо обращаются, второй ребёнок отказывается от опрятности, третий настолько опрятен и послушен, что мать беспокоится, что у ребёнка отсутствует собственное мнение, непосредственность. Пока один из её детей подвержен ужасным вспышкам раздражения, возможно с битьем головой и перехватом дыхания до тех пор пока мать не дойдёт до предела и ребенок посинеет как в припадке. Эти вещи, происходят так естественно и могут создать длинный список в жизни семьи , и одной из этих. неприятных вещей, является привычка воровать.

Маленькие дети довольно регулярно вытаскивают монетки из сумки мамы . Обычно это создаёт проблемы, мать достаточно тоталитарно относится к такому поведению ребёнка , выворачивая содержание своей сумки и этим портят всё дело. Она развлекается этим. У неё может быть даже две сумки, одна из которой совершенно недоступна ребенку, в то время как другая, менее ценная доступна ребёнку для изучения. Постепенно ребёнок перерастает это и ничто не оставляет следа от этого. Мать довольно верно чувствует, что это нормальное, здоровое явление, и что это является частью внутреннего отношения к ней и людям вообще.

Мы можем довольно легко наблюдать как часто случается, что мать дсйствнтельно беспокоится, когда её маленький ребёнок берёт, принадлежащие ей вещи и прячет их. Это происходит, если у её старшего ребёнка это явление было доведено до крайности. Нет ничего более приводящего в беспорядок благополучие в доме , чем присутствие в нём' старшего ребёнка или взрослого, который подвержен воровству. Вместо базового доверия ко всем и способности оставить вещь в любом месте появляются особые приемы, направленные на то, чтобы защитить свою способность, такую как деньги, шоколадки, сахар и т.д. В этом случае , в доме есть больной человек. Многие люди ощущают что-то нехорошее злобное, когда думают об этом. Они плохо себя чувствуют, когда сталкиваются с воровством в то время когда упоминается слово мастурбация. Люди могут испытывать неприятные ощущения и чувствовать себя подавленными не только сталкиваясь с воровством напрямую , но даже только думая об этом, так как внутренняя борьбы имеет отношение к их собственному детству. Это происходит потому, что мать иногда необоснованно волновалась о достаточно нормальных тенденциях своего ребёнка. которые проявлялись в тенденции взять вещи матери.

Если немного подумать, то будет заметно, что в обычном доме, в котором есть больной человек, которого можно назвать вором могут расти многие воры. только это не называется воровством. Ребёнок идёт в кладовую и берёт булочку или две, или угощается кусочком сахара из буфета. В хорошем доме никто не называет ребёнка, сделавшего это вором. Для родителей должно быть необходимо составить свод правил, которых нужно соблюдать. Так они могут постановить, что детям можно брать хлеб, возможно пирожное при этом они не должны брать без разрешения, или сахар из буфета, или ещё какие-то особые сладости. Но ребёнок, который регулярно крадёт яблоки и быстро отдаёт их. действуя по принуждению, является больным, его можно назвать вором. Он не знает почему он это сделал, под прессом обстоятельств он вынужден будет лгать. Вопрос в том, что этот мальчик делает? /Разумеется, вором может быть и девочка, но громоздко употреблять два местоимения сразу потреблять два местоимения сразу/ . Вор не смотрит на объект, который должен взять, а смотрит на человека обладающего им, он смотрит на свою собственную мать, только не знает этого, для вора это не чернильная ручка или велосипед соседей и яблоко из сада. которое может принести удовольствие. Ребёнок, который болен этим, не способен наслаждаться обладанием украденной вещи, это является лишь выходом наружу его фантазии, которая принадлежит области его примитивных сексуальных импульсов и лучшее, что он может извлечь из этого - это наслаждение самим процессом воровства и повышением своего мастерства в этой области. Причиной этого является то, что ребёнок потерял контакт со своей матерью, мать может быть или не быть при этом рядом. Она может быть рядом и может быть отличной матерью, способной дать ему любое количество любви. С точки зрения ребёнка существует что-то утерянное, он может уважать свою мать, даже любить её, но на уровне чувства по какой-либо причине она является для него потерянной. Ребёнок, который ворует - это ребёнок, который ищет свою мать или человека, у которого он имеет право украсть, в действительности он ищет человека, у хоторого он может брать вещи так, как будто он ребёнок двух лет и как он брал вещи у носи матери, только потому, что она его мать, потому что у него есть на неё права.

Здесь существует ещё одно положение: его собственная мать действительно его, потому что он придумал её. Идея её возникновения постепенно проистекает из его собственной способности любить. Мы знаем, что миссис, у которой 6 детей в определённое время родила ребёнка Джони, она кормила его, успокаивала его и затем у её появился другой ребёнок. С точки зрения этого Джони , когда он родился эта женщина было чем-то, что он сотворил . Активно адаптируя к нуждам ребёнка она дала ему почувствовать в себе способность к созиданию. То, что дала ему его мать должно быть прочувствовано , это должно быть субъективным для него, прежде чем объективная реальность может что-то значить для него. Безусловно, что придаваясь воровству вор нуждается в восстановлении отношений с миром и нахождения человеком, понимающим его, желающего принять активное участие в его адаптации, способного создать для него иллюзию того, что мир содержит то, что он может постичь и приспособить его к этому миру.

Так какое же практическое приложение этого? Скажем в том, что здоровый ребёнок только постепенно становится способным объективно воспринимать мать, которую г начале создал в своём воображении. Этот болезненный процесс называется освобождением от иллюзий , и нет особой нужды в том, чтобы активно разочаровать маленького ребёнка; достаточно сказать, что нормальная мать старается оттянуть его разочарование и допускает это только тогда, когда почувствует, что ребёнок в состоянии воспринять это.

Двухлетний ребёнок, ворующий монетки из сумки своей матери играя проявляет то, что считает мать своим созданием и имеет на неё право и на её собственность. Эта ил|люзия может исчезнуть только очень быстро, например рождение другого ребёнка может быть ужасным этапом, даже, если ребёнок подготовлен к появлению брата или с сестры и даже, если у него сформировалось доброе чувство к новому ребёнку. Резкое разочарование для маленького ребёнка, который сотворил свою собственную маму в своём воображении, может стать причиной начала стадии непроизвольного воровства. Вместо того, чтобы играть вещами своей матери, имея на это полное право ребёнок может почувствовать непроизвольное влечение к воровству, особенно сладостей, но при этом он не испытывает удовлетворения от обладания этими вещами. Если родители понимают, что Эта фаза непроизвольного воровства , они проявят чувствительность , внимание, они будут терпеть это и постараются понять, что ребёнок, сующий свой нос в чужие сумки нуждается в особом внимании, при чем каждый день. Прежде всего родители, понимающие ситуацию не будут разговаривать с ребёнком строгим тоном и требовать признания, они должны понимать, что если они сделают это, ребёнок обязательно начнёт им врать, так же как и воровать и это будет их виной. Во всех домах одинаковые проблемы и в большинстве случаев, если к ребёнку проявить понимание, то он сам всё расскажет о содеянном. Однако должно существовать достаточное родительское понимание того, что происходит, чтобы избежать разрушительного действия, либо они чувствуют, что должны "вылечить" воровство на ранних стадиях, чтобы оградить ребёнка от начинающегося, хронического воровства в последствии. Воровство - это , в конце концов, тот итог необходимого страдания, которое испытывают дети от плохого "управления" ими и суть в количестве этого страдания. Это касается не только воровства . Существует много причин, по которым дети испытывают слишком много страданий. Они испытывают страдание от внезапного разрушения иллюзии, в результате возникает побуждение к воровству без знания почему ребёнок вдруг сделал то или другое.

Родители, который чувствуют детей, должны пояснить причину этих актов. Те же родители, кто просит детей объяснить почему они сделали, что они сделали, тем самым увеличивают трудности этих детей, которые становятся довольно трудно преодолеть в дальнейшем. Ребёнок не может дать настоящую причину, он не знает её и результат может быть таким - вместо того, чтобы чувствовать вину от своего неправильного действия и осуждать его /действие/, ребёнок будет испытывать расщепление персоны на две части: одна ужасно требовательная, а другая злая, обладающая толчком к воровству. Ребёнок, который больше не чувствует вину - начинает врать.

Однако удар от того, что ребёнок украл велосипед не смягчается знанием того, что вор ищется матерью. Это в общем другой котелок рыбы. Чувство мести в жертве, конечно не могут игнорироваться и, любая попытка к сентиментальности относительно детей преступников наносит ущерб, поднимая напряжённость общего антагонизма к преступникам. Судьи в нашем суде не могут думать о воре только как о "больном" и не могут игнорировать антисоциальную природу правонарушительного действия и раздражение, которое это должно породить в ограниченной частице общества, но которое воздействовали, действительно мы помещаем огромное напряжение в общество, когда мы просим, чтобы судья распознали факт, что вор является больным и вместо того чтобы отбывать наказание, направлять его на лечение. Большинство случаев воровства никогда не доходит до судов, потому что обычно с этим удовлетворительно справляются хорошие родители.

Можно сказать, что мать чувствует напряжение, когда её маленький ребёнок своровал у неё, но она никогда бы не подумала назвать это воровством, она легко узнаёт, что ребёнок выражает так свою любовь. В умении справляться с 4-5 годовалым ребёнком, или ребёнком, который проходит через стадию, при которой как необходимое существует воровство, это конечно некое напряжение для родительской толерантности. Мы бы дали этим родителям что-нибудь, что мы можем дать на пути понимания процесса, чтобы помочь им перенести их собственного ребёнка и помочь в его социализации. Эта причина, по которой я пытаюсь осветить; точку зрения отдельной персоны, нарочно упрощая проблемы, чтобы родители могли попытаться быть хорошими родителями и учителями.

ГЛАВА 17.

А ЧТО НАСЧЁТ ОТЦА?

В моей работе мамы часто обсуждают со мной один вопрос: "А что насчёт отца?" Я полагаю что это ясно каждому, что в нормальных случаях это зависит от того, что делает для этого мама, чтобы отец смог бы узнать или не узнать своего ребёнка. Имеется много причин по которым отцу трудно принимать участие в воспитании ребёнка. Одно из них - отец не всегда может быть дома, когда ребёнок в состоянии бодрствования. Но очень часто, даже когда отец дома, для матери немного трудно решить, когда она желает использовать своего мужа, или когда она хочет, чтобы он вышел из игры. Нет сомнений, что намного проще уложить ребёнка в постель до прихода отца, чтобы приготовить обед или постирать бельё. Но многие из Вас, имея свой собственный опыт, согласятся с тем, что если двое женатых людей день за днём разделяют опыт ухода за своим младенцем, состоящий из множества мелочей, которые могут показаться глупыми со стороны, но которые чрезвычайно важны как для младенца и его родителей, то это значительно укрепляет связь между родителями ребёнка. По мере роста ребёнка связь между родителями становится глубже, если они по-прежнему разделяют опыт ухода.

Я знаю, что некоторые отцы очень пугливы в отношении своих детей в самом начале, и нет сомнений, что некоторые из них никогда не смогут быть вовлечены в интересы ребёнка , но в любом случае матери могут попросить своих мужей о помощи в небольших вещах и может организовать купанье младенца, когда отец может наблюдать или даже принять участие, если он пожелает это сделать. Как я говорю, это зависит от того, что вы для этого делаете. ,

Без сомнения, в каждом случае это хорошая вещь для отца как можно раньше войти в жизнь ребёнка. Люди так отличаются один от другого. Некоторые мужчины полагают, что они могли бы быть лучшими матерями для их детей, чем их жены . Это особенно верно, когда они проводя с ребенком около 30 минут способны быть "терпеливыми" матерями, забывая тот факт, что матери должны быть "хорошими" 24 часа в сутки и так день за днём. Реально есть отцы, которые делают некоторые вещи лучше, чем матери, но они всё же не могут быть ими; другие способы решения проблемы должны быть найдены. Но обычно, если матери знают, что они успешны в своей собственной работа, и тогда они смогут позволить своим мужьям войти в эту жизнь, если те того желают.

Если мы начнём с самого начала, то мы сможем ясно увидеть, что младенец первой из всех узнаёт свою маму. Рано или поздно определённые качества матери распознаются младенцем и некоторые из них - мягкость, сладкость он ассоциирует всегда с мамой. Но мама имеет качества и другого сорта: например она может быть твёрдой, строгой и требовательной; действительно её пунктуальность относительно кормления оценивается ребёнком ужасно . так как скоро он понимает тот факт, что он не будет накормлен тогда, когда он просто хочет есть. Я мог бы сказать, что определённые качества матери, что не существо, а часть её постепенно группируются вместе в уме ребёнка и эти качества притягивают к себе чувства, которые наконец младенец становится готовым испытывать по отношению к отцу. Намного лучше иметь строго отца, которого можно любить и уважать, который не будет простой комбинацией качеств матери, её правил, разрешений, запретов, вещей мёртвых и не изменяющихся.

И так, когда отец приходит в жизнь ребёнка, как отец, он принимает чувства, которые младенец имеет сформированными относительно своей матери и это значительное облегчение для матери, когда отец может принять это.

Позвольте мне показать, если я смогу выделить различные моменты жизни, где ценность отца неоспорима. Первая вещь, о которой я хочу сказать, заключается в том, что отец нужен в доме, чтобы помогать матери чувствовать себя хорошо в своём теле и быть счастливой в своём сознании. Младенец очень ч чувствителен к отношениям между родителями, и если, всё идёт хорошо, pебёнок первый оценивает этот факт и стремится показать эту оценку, показывая себя довольным и лёгким для обслуживания. Я полагаю, что младенец мог бы обозначить словами "социальная безопасность".

Сексуальный союз матери и отца обеспечивает обстоятельства, вокруг которых ребёнок может строить фантазии, опору за которую он может цепляться, которую он может читать; и кроме того это обеспечивает природной основой для персонального решения проблем треугольных отношений.

Вторая вещь, о которой я хочу говорить, заключается в том, что отец нужен для того, чтобы дать матери моральную поддержку, поддерживать её aвторитет, и быть тем человеком, который разделяет законы и порядок, насаждаемые матерью. Ему не нужно быть дома во время, чтобы делать это, но ему следует быть достаточно часто, чтобы ребёнок ощущал его как реального, живого человека.

Большая часть жизни ребёнка должна устраиваться матерью и ребёнку нравится чувствовать, что мама управляет домом, когда отца действительно нет дома. Конечно каждая женщина может быть способна говорить и действовать авторитетно; это очень трудная ноша для мамы, если ей приходится обеспечивать строгий и требовательный элемент в жизни ребёнка и oдновременно любить его. Кроме того намного легче для ребёнка иметь двоих родителей; один родитель может оставаться любящим, а другой будет ненавидим и это само по себе будет стабилизирующим фактором. Иногда вы видите ребёнка ударяющего или ненавидящего свою мать , и вы чувствуете, ее [и бы отец поддержал её, ребёнок захотел бы вероятно пнуть его, и очень вероятно не сделал бы это совсем. Время от времени ребёнок будет ударять кого - либо, и если отца не будет рядом, чтобы сказать, чтобы он прекратил , он 6удет снова ударять свою маму и это очень запутывает ребёнка, так как она его мама и он её любит.

Третья вещь, о которой хочу сказать, что .отец ребёнка имеет положительные качества, что отличает его от других мужчин, и что оживляет его индивидуальность. Ранний период жизни, когда впечатления такие яркие, наступает момент, когда маленькому мальчику или девочке следует узнать своего отца. Конечно, я прошу отцов форсировать это событие. Один ребёнок будет следить за отцом, когда ему несколько месяцев, протягивать руку, когда он входит в комнату и слушать звук его шагов , тогда как другой будет отворачиваться от него и только постепенно позволяя ему становиться важной персоной в его жизни. Один ребёнок будет хотеть узнать, что он действительно из себя представляет, тогда как другие воспринимают отца как что-то неясное, с трудом узнавая в нём реального человека. Тем не менее, если есть отец и он хочет узнать своего собственного ребёнка - это счастливое обстоятельство, и в данном случае отец значительно обогащает мир ребенка. Когда оба родителя легко принимают ответственность за жизнь ребёнка, это создает основу для хорошего дома.

Очень трудно начать описывать способы, которыми отец может обогатить жизнь своего ребёнка, так широки эти возможности. Дети формируют свои идеи, по крайней мере отчасти, на том, что они видят или думают, когда смотрят на него. Они узнают новый мир, открываемый им отцом, когда он постепенно раскрывает природу своей работы, а которую он уходит каждое утро и возвращается вечером.

Среди детских игр есть игра "Отцы и матери", где как Вы знаете отец каждое утро уходит на работу, в то время как мама занимается хозяйством и заботиться о детях. Домашняя работа, это та вещь, которую ребёнок легче всего узнает , так как это всегда происходит вокруг ребёнка, на работе, что отец делает, не говоря о хобби отца, когда он не работает, расширяет взгляд ребёнка на мир. Как счастливы дети умелых мужчин, которые, когда они дома позволяют смотреть детям на дело своих рук, и позволяют участвовать в делании прекрасных и полезных вещей. И если отец иногда присоединится к их игре , и готовы привнести ценные новые элементы, которые могут быть вплетены в игру. Кроме того знания отца позволяют ему увидеть определённые качества игрушек, которые могли бы помочь в их игре, не мешая развитию природного воображения ребёнка. К несчастью некоторые отцы портят это когда покупают их маленьким мальчикам паровую машину, которой играют г сами. Или им так нравится какая-либо игрушка, что они не позволяют с ней играть, боясь, что ребёнок её сломает. Это уводит игру отца слишком далеко,

Одна из вещей, что отец должен делать для детей - это быть живым и оставаться живым в течение первых лет жизни ребёнка. Ценность этого простого акта очевидна, чтобы быть забытым. Хотя для ребёнка очень свойственно идеализировать своих отцов, и это так же очень ценно для них, иметь опыт жизни с ними и узнавать их как человеческие существа. Я знаю мальчика и девочку, которые полагали, что провели восхитительное время но время последней войны , когда их отец был в армии. Они жили со своей мамой в доме с прекрасным садом и имели всё что было необходимо и даже больше Иногда они впадали в состояние антисоциальной активности и почти и разобрали свой дом. Сейчас, когда они оглядываются назад, они могут видеть , что эти периодические вспышки были неосознанными попытками, заставить отца появиться собственной персоной. Однако их мать умудрялась помочь им , поддерживаемая письмами от мужа, но вы можете вообразить как страстно oнa желала иметь его дома рядом с собой, так что она могла бы хоть изредка отдохнуть, в то время как он приказывает им отправляться в постель.

Возьмем экстремальный случай. Я знал одну девочку, отец которой умер её рождения. Трагедия здесь заключается в том, что она имела только идеализированного отца и на этой основе формировался сё взгляд на мужчин. Она не имела опыта проживания с реальным отцом. В своей жизни она легко воображала мужчину, который был идеальным, который имел только положительные черты. Но рано или поздно, неизбежно, каждый мужчина;., которого она узнавала оказывался несовершенным и каждый раз, когда это случалось она впадала в состояние отчаянья и постоянно жаловалась. И как вы можете вообразить этот паттерн разрушил её жизнь. Она была бы более счастлива, если бы её отец был бы жив в её детские годы. Она бы идеализировала его, любила его с его недостатками, что позволяло бы ей пережить свою ненависть к нему, когда он её разочаровал.

Всем хорошо известно, что имеется особенная связь между отцом и дочерью. Фактически каждая маленькая девочка не желает быть на своём месте, хочет быть на месте своей матери. Матери должны быть очень понимающие, когда подобные чувства существуют. Некоторые матери много легче принимают такие отношения между отцом и сыном, чем между отцом и дочерью. Жаль, если близкие отношения между отцом и дочерью осложняются чувствами ревности и соперничества, вместо того, чтобы позволить развиваться им естественным путём; рано или поздно маленькая девочка будет осознавать крушение того, что принадлежит к этой романтической привязанности и она в конечном счёте вырастет и посмотрит в других направлениях , для решения этого вопроса. Если отец и мать счастливы в отношениях друг с другом, эти .ильные привязанности между отцом и детьми не будут восприниматься как конкурирующие с привязанностью между родителями.

Так же хорошо известно, что мальчик и его отец иногда находятся в состоянии соперничества в отношении матери. И это не вызывает тревогу, если 'отец и мать счастливы вместе. Невозможно испортить отношения между двумя родителями, кто чувствует безопасность в любви друг к другу. Чувства маленького мальчика достаточно сильные, так что и следует принимать серьёзно.

Есть дети, которые ни разу в своей детской жизни не провели со своим отцом целый день или даже пол дня и это кажется мне ужасным. Я бы сказал, это это обязанности матери, время от времени отправлять отца и дочь, или отца и сына в совместные экспедиции. Этот жест будет полностью оценен всеми участниками и некоторое из этого опыта будет помнится всю жизнь. Это не всегда легко для матери отправить свою маленькую дочь с отцом, когда она хотела бы выйти с ним одна без детей, и конечно ей следует делать это, или иначе она будет не только укреплять своё чувство обиды, но так же будет ответственна за потерю контакта с её мужем. Но иногда, если она сможет отправить отца вместе с детьми, или одни из них, она будет добавлять много к с своей оценке в качестве матери и жены. Так если Ваш муж дома, вы можете легко принять, что это стоящая вещь, помочь ему и детям узнать друг друга. И это не в ваших силах сделать их отношения богаче; это зависит от отца и детей. Но в ваших силах сделать их возможными или навредить им.




Глава 31 Застенчивость и страхи у детей.

Задача доктора - заниматься индивидуальными потребностями одного-единственного пациента, которого он консультирует. Поэтому доктор не тот человек, кто бы мог беседовать с учителями, поскольку у учителей как раз и нет возможности уделять внимание одному ребенку в каждый момент времени. Вероятно, у учителя часто возникает желание сделать что-то абсолютно подходящее для одного-единственного ребенка, но они воздерживаются от этого из страха нарушить групповой процесс, в целом.

Это не означает, однако, что у учителя отсутствует интерес к изучению подопечных детей каждого в отдельности, и то, что может сказать доктор, вероятно, позволит учителю лучше понять, что происходит, когда ребенок, например, застенчив или имеет фобии. Лучшее понимание приведет к уменьшению тревоги и увеличению способности справляться с этими явлениями, даже в ситуациях, когда прямой совет не может быть дан.

Есть одна вещь, впрочем, которую делают врачи и которой могли бы заняться и учителя в большей степени, чем это делается ими обычно. Доктор выстраивает из бесед с родителями образ прошлой жизни ребенка и его состояние в настоящем и пытается соотнести те симптомы, из-за которых ребенка привели к врачу, с личностью ребенка и с его внутренним и внешним опытом. У учителя не всегда достаточно времени и возможностей для этого, однако мне хотелось бы отметить, что и те возможности для диагностики, которые имеются в наличии, не всегда в полной мере используются. Часто учителя знают, что собой представляют родители ребенка, особенно, когда те просто «невозможны»: придирчивы к ребенку или же, наоборот, попустительствуют. Учителю может быть известно и положение ребенка в семье. Но можно увидеть значительно больше.

Даже когда на внутреннее развитие не обращается специального внимания, всё же многое можно связать с такими событиями, как, например, смерть любимого брата или сестры, тети или бабушки, или, разумеется, с потерей одного из родителей. Иногда на приеме я встречаюсь со случаями, когда ребенок вполне хорошо справлялся до тех пор, пока, скажем, старшего брата не задавила машина и он не погиб, и который после этого стал мрачным, или у него появились боли в конечностях, появилась бессонница, пропало желание ходить в школу, или появились трудности в общении со сверстниками. Часто я вижу, что никто не потрудился выяснить это, или хотя бы просто связать эти факты вместе. Родители, в распоряжении которых имеется вся информация, должны справляться с собственным горем, и потому они часто не сознают связи изменений в состоянии ребенка с семейной утратой.

Следствием такой недостаточности в изучении истории развития является то, что учитель вместе со школьным врачом, пытаясь помочь такому ребенку, совершают ряд ошибок, что лишь запутывает ребенка, которому всего лишь нужен кто-то, кто смог бы дать ему понимание.

Конечно, этиология детского страха и робости не так проста, как я сейчас это представил. Чаще всего невозможно найти четко выступающего внешнего фактора, однако позиция учителя должна состоять в том, что если такой фактор всё-таки существует, то его обязательно надо заметить.

Я всегда вспоминаю очень простой случай подобного рода - случай смышленой девочки двенадцати лет, которая в школе стала раздражительной, а по ночам у неё появился энурез. Никто, как выяснилось, так и не понял, что девочка боролась со своим горем в связи со смертью любимого брата. Этого маленького брата увезли из дома на неделю или две, пока у него не пройдет грипп, но сразу после этого он не вернулся домой, поскольку у него появились боли, и ему был поставлен диагноз туберкулез бедра. Как и все в семье, сестра была довольна, что брата поместили в хорошую туберкулезную клинику. С течением времени боли у брата усилились, и, в конце концов, он умер от распространившегося туберкулеза. Она опять радовалась вместе со всеми тому, что, как они говорили, было счастливым избавлением для брата. События повернулись таким образом, что она так и не испытала острого горя, а горе все-таки в ней было, оставаясь нераспознанным. Я застал её врасплох, спросив: «ты ведь была очень к нему привязана, не так ли?», что вызвало полную потерю контроля с её стороны и море слез. Результатом этого выражения горя стало то, что она вернулась к обычному поведению в школе, прекратился и энурез. Возможности такого прямого излечения не подворачиваются, конечно, каждый день, тем не менее, этот случай иллюстрирует, насколько беспомощными могут быть учитель и врач, которые не знают, как собрать историю жизни ребенка.

Иногда диагноз становится ясным только после длительного обследования. Девочка 10 лет, училась в школе, где очень много внимания обращалось на индивидуальность каждого ребенка. Я встречался с её учительницей, которая сказала:

«Этот ребенок, как и многие другие, пугливая и застенчивая. Обычно, при общении с детьми своего класса, мне удается справляться с этим, так что за несколько недель дети избавляются от изрядной доли робости. Но с этой девочкой мне не справиться, ничего из того, что я делаю, не приводит к изменениям, она не становится ни лучше, ни хуже.»

Так случилось, что эта девочка проходила психоанализ, и не могла избавиться от застенчивости, пока её скрытые подозрения не были вскрыты и проанализированы. Она страдала от серьёзного психотического расстройства, которое не могло быть вылечено иначе, как с помощью психоанализа. Учительница была абсолютно права, обратив внимание на отличие этой застенчивой девочки от других детей, которые были похожи на неё лишь поверхностно. Любое проявление доброты для этой девочки было ловушкой, а любые подарки -отравленными плодами. Она не могла ни учиться, ни чувствовать себя в безопасности, пока она была больна. При этом, движимая страхом, она, насколько была в состоянии, старалась походить на других детей, с тем, чтобы не выдать себя и свой потребности в помощи, потому что она не верила, что кто-нибудь может ей помочь и не могла эту помощь принять.

После года лечения девочки у психоаналитика, та же учительница уже смогла оказывать ей помощь, так же, как она помогала другим детям, и в конце концов девочка смогла стать гордостью школы.

Многие дети с повышенной пугливостью, имеют в своей психологической организации ожидания преследования, и хорошо, если удается отличить их от других детей. Такие дети часто на самом деле становятся объектами преследования. Они в буквальном смысле напрашиваются на то, чтобы их дразнили и обижали, можно сказать, что они создают ситуацию преследования в компании сверстников. Они с трудом могут подружиться со сверстниками, скорее, с другими детьми их может связать поиск и наличие общего врага.

Этих детей, как правило, приводят к нам по поводу различных болей или нарушений аппетита, но интересно, что эти дети часто жалуются, будто бы учитель их бил.

К счастью, мы знаем, что предметом жалоб не является объективная правда. Эти жалобы - значительно более сложное явление, часто бред в чистом виде, иногда искажение фактов, всегда -сигнал страдания, сигнал гораздо худших бессознательных преследователей, тайных и потому более угрожающих для ребенка. Конечно, существуют и плохие учителя, и некоторые из них могут больно бить детей, но крайне редко можно столкнуться с ними именно посредством такого метода. Жалоба ребенка -почти всегда представляет собой симптом психического заболевания, связанного с идеями преследования.

Многие дети справляются с иллюзиями преследования, постоянно совершая мелкие неблаговидные поступки, вызывая тем самым к жизни реального учителя-преследователя, который постоянно наказывает. Такой ребенок подталкивает учителя к строгости, и один такой ребенок может привести к строгому обращению учителя с целым классом, которое на самом деле, «выгодно» только для одного ребенка. Иногда может быть полезно передать такого ребенка какому-нибудь ничего не подозревающему коллеге, с тем, чтобы сохранить возможность нормального обращения с другими, более здоровыми детьми.

Конечно, важно помнить, что страх и робость имеют и здоровый, нормальный аспект. В своей клинике я узнаю определенные типы психических расстройств именно по отсутствию нормальной застенчивости. Ребенок может всё время вертеться рядом, пока я занимаюсь с другим пациентом, или подойти прямо ко мне, не будучи вовсе знакомым со мной и забраться на колени. Более нормальные дети будут бояться так себя вести, их методы общения - совсем другие. Часто они открыто заявляют, что их папа лучше.

Такой здоровый страх со всей очевидностью проявляется у тоддлеров. Маленький ребенок, который совершенно не боится Лондонских улиц, или даже грозы, наверняка болен. Как и у других детей, во внутреннем мире такого ребенка существуют многие вещи, которые ему страшны, но он не может пойти ни риск обнаружения их во внешнем мире, не может позволить своему воображению выйти из-под контроля. Родители и учителя, которые сами используют уход в реальность как главную защиту против всего непостижимого гротескного, и фантастического, иногда обманываются, считая, что ребенок, который не боится собак, докторов и чернокожих, разумен и смел. По-настоящему же маленький ребенок должен быть в состоянии пугаться, с тем, чтобы получить облегчение от внутреннего ощущения «плохого» тем, что «плохое» перенесется на людей, предметы и явления во внешнем мире. Постепенно тестирование реальности позволит смягчить внутренние страхи, но этот процесс та ни для кого и не совершается в полной мере. Малыш, который не боится, либо притворяется, усиливая свою храбрость, либо же просто болен. Но если он болен, и полон страхов, его всё-таки можно разубедить, исходя из его способности видеть хорошее внутри себя как хорошее вовне.

Таким образом, робость и пугливость, - это предмет диагностики и рассмотрения непременно в соответствии с возрастом ребенка. Исходя из принципа, что нормальные дети обучаемы, а больные дети впустую занимают время и силы учителя, важно прийти к заключению относительно нормальности или ненормальности симптомов в каждом конкретном случае. Я выдвинул предположение, что надлежащее применение сбора жизненной истории может существенно в этом помочь, особенно если сочетается со знанием механизма эмоционального развития ребенка.


ИХ СТАНДАРТЫ И ВАШИ
.

Я полагаю, что все люди имеют свои идеи и свои стандарты каждый кто строит дом имеет идеи о том, как ему следует выглядеть, об окраске и о мебели. Большинство людей знают в каком доме они хотели бы жить, если бы разбогатели. Они знают где им лучше жить: в городе или в деревне, или например какой фильм стоит посмотреть.

Когда вы вышли замуж, вы почувствовали: сейчас я могу жить так как хочу.

Маленькая пятилетняя девочка, которая коллекционировала слова, услышала как кто-то сказал: "Собака пришла домой добровольно". Адаптируя слова на следующий день она сказала мне: "Сегодня мой день рождения, так что всё следует дель согласно моим желаниям". И так, когда вы замужем вы чувствуете: "Сейчас, наконец я могу жить в атмосфере, которая соответствует моим желаниям", используя преследователей, тайных и потому более угрожающих для ребенка. Конечно, существуют и плохие учителя, и некоторые из них могут больно бить детей, но крайне редко можно столкнуться с ними именно посредством такого метода. Жалоба ребенка -почти всегда представляет собой симптом психического заболевания, связанного с идеями преследования.

Многие дети справляются с иллюзиями преследования, постоянно совершая мелкие неблаговидные поступки, вызывая тем самым к жизни реального учителя-преследователя, который постоянно наказывает. Такой ребенок подталкивает учителя к строгости, и один такой ребенок может привести к строгому обращению учителя с целым классом, которое на самом деле, «выгодно» только для одного ребенка. Иногда может быть полезно передать такого ребенка какому-нибудь ничего не подозревающему коллеге, с тем, чтобы сохранить возможность нормального обращения с другими, более здоровыми детьми.

Конечно, важно помнить, что страх и робость имеют и здоровый, нормальный аспект. В своей клинике я узнаю определенные типы психических расстройств именно по отсутствию нормальной застенчивости. Ребенок может всё время вертеться рядом, пока я занимаюсь с другим пациентом, или подойти прямо ко мне, не будучи вовсе знакомым со мной и забраться на колени. Более нормальные дети будут бояться так себя вести, их методы общения - совсем другие. Часто они открыто заявляют, что их папа лучше.

Такой здоровый страх со всей очевидностью проявляется у тоддлеров. Маленький ребенок, который совершенно не боится Лондонских улиц, или даже грозы, наверняка болен. Как и у других детей, во внутреннем мире такого ребенка существуют многие вещи, которые ему страшны, но он не может пойти ни риск обнаружения их во внешнем мире, не может позволить своему воображению выйти из-под контроля. Родители и учителя, которые сами используют уход в реальность как главную защиту против всего непостижимого гротескного, и фантастического, иногда обманываются, считая, что ребенок, который не боится собак, докторов и чернокожих, разумен и смел. По-настоящему же маленький ребенок должен быть в состоянии пугаться, с тем, чтобы получить облегчение от внутреннего ощущения «плохого» тем, что «плохое» перенесется на людей, предметы и явления во внешнем мире. Постепенно тестирование реальности позволит смягчить внутренние страхи, но этот процесс та ни для кого и не совершается в полной мере. Малыш, который не боится, либо притворяется, усиливая свою храбрость, либо же просто болен. Но если он болен, и полон страхов, его всё-таки можно разубедить, исходя из его способности видеть хорошее внутри себя как хорошее вовне.

Таким образом, робость и пугливость, - это предмет диагностики и рассмотрения непременно в соответствии с возрастом ребенка. Исходя из принципа, что нормальные дети обучаемы, а больные дети впустую занимают время и силы учителя, важно прийти к заключению относительно нормальности или ненормальности симптомов в каждом конкретном случае. Я выдвинул предположение, что надлежащее применение сбора жизненной истории может существенно в этом помочь, особенно если сочетается со знанием механизма эмоционального развития ребенка.язык маленькой девочки. И это не означает, что ваши желания лучше чем желания вашей свекрови, но они ваши, что делает их совершенно особенными. Допускаем, что вы получили собственную .комнаты или квартиру, или дом, вы прямо приступили обустраивать и декорировать его , так как вам хотелось бы. И когда Вы повесели новые , занавески , Вы пригласили людей посмотреть Ваш дом. Смысл заключается в том, что Вы достигли такого состояния дел, при котором Вы можете выразить себя в своем окружении, и Вас может удивить то, как Вы это сделали. Очевидно Вы шли к этому всю свою жизнь.

Вы были счастливы в те дни, когда избегали ссоры с вашим мужем по поводv мелочей, это забавная вещь, что спор приблизительно всегда начинался с того, ч о "хорошо" или что "плохо" , где реальное беспокойство - столкновение двух желаний, двух созвучий . Этот ковёр хорош для Вас, если Вы купили или выбрали его, или выторговали его на распродаже, и он хорош с точки зрения мужа, если он выбрал его ';

но как вы чувствуете себя, если вы оба выбрали этот ковёр? К счастью люди, ко влюблён, часто находят возможным, что позволить их "соответствиям" в некоторой степени на время перекрывается, так что все немножко правы; один из способов решения этого вопроса, вероятно принять, ничего не проговаривая, что её способ существования - забота о доме, в то время как мужчина проявляет себя на работе. Каждый знает, что дом английского мужчины - это замок его жены. И дома мужчине нравиться наблюдать за действиями жены, идентифицируя её с домом. Увы, слишком часто мужчина не имеет того на своей работе, чтобы соответствовало независимости жены, в её собственном доме. Слишком редко мужчина чувствует себя идентифицированным со своей работой и при таком состоянии дел мелкие лавочники и "средние" мужчины теряют своё мастерство, не стремятся продвигаться по службе -"застаиваются".

Когда мы говорим о женщинах, не желающих заниматься домашним хозяйством, мне кажется, что мы игнорируем тот факт, что дом - это единственно место, где женщина имеет столько власти. Только здесь, если у неё достаточно смелости, она способна развернуться, найти себя, стать личностью. Важная вещь заключается в том чтобы после своего замужества женщине реально надо быть способной получить собственную квартиру, где она может "двигать локтями" не стесняемая ближайшим родственниками и не прятаться за собственную маму.

Говорю это потому, что я хочу показать как должно быть всегда трудно, когда ребёнок выбирает свой собственный путь. В этом случае он расстраивает чьи-то планы образно говоря, опрокидывает чью-то тележку с яблоками и никому не следует говорить, что это не имеет значение, если это действительно расстраивает. Это тележкой с яблоками для юной мамы является вновь найденная независимость уважение к себе, как человеку способному делать вещи созвучные ему. Некоторые..' женщины предпочитают не иметь детей, потому что женитьба казалась им потерей каких-то своих ценностей, если только не означало установление их собственной сферы влияния, добытой после долгих лет планирования и ожидания.

Хорошо, представим, что юная жена только, что обустраивался свой дом, и очень гордящаяся этим и только что начинающая обнаруживать, что ей нравиться быть капитаном своей судьбы: что случается, когда у нас появляется маленький ребёнок? Я Думал, что когда она была беременной, она не обязательно позволяла себе думать о младенце, как об угрозе её вновь приобретённой независимости, потому что в то время имелось много других проблем достойных внимания.

Имеется так много идей, что иметь ребёнка волнительно, интересно и вдохновляюще, и в любом случае она может ощущать, что младенца можно встроить в свою схему вещей и наслаждаться его ростом внутри сферы своего влияния. До сих пор так достаточно хорошо и не вызывает сомнений, что она была права, что её ребёнок сделает своим часть культуры и стиль поведения того дома, в котором он был рождён. Однако имеется ещё о чём можно говорить и что очень важно.

Почти с самого начала ребёнок имеет собственные идеи; и если вы имеете 10 детей, вы не найдёте среди них 2-х похожих, хотя все они растут в одном и том же доме, в вашем доме. 10 детей будут видеть в Вас десять различных матерей, и даже один ребёнок будет смотреть и видеть Вас как любящую и прекрасную женщину, но в некоторые моменты, когда мало света или ночью, когда Вы входите к нему в комнату, 'потому что ему сниться страшный сон, он будет видеть в Вас дракона или ведьму, или что-то ещё, что воспринимается им как что-то ужасное и опасное. Главное заключается в том, что каждый входящий в ваш дом приносит с собой собственный взгляд на мир и потребность контролировать свой маленький кусочек мира и прежде всего каждый новый ребёнок - угроза вашей конструкции мира, вашему тщательно сконструированному и хорошо поддерживаемую порядку вещей. И зная как много '.значит для Вас ваш собственный путь, я сочувствую Вам.

Позвольте помочь Вам. Я думаю, что некоторые трудности, возникающие в этой ситуации, проистекают из того факта, что Вы имеете склонность думать то, что нравиться Вам потому, что это правильно, хорошо, умнее, лучше, безопаснее, быстрее, более экономично и так далее. Нет сомнений, что часто Вы имеете право так думать и ребёнок едва ли может соперничать с Вами, когда это касается вопросов относительно знаний внешнего мира. Но главный смысл заключается в том, что Ваш путь лучше, не потому что он лучше на самом деле, а потому что он Ваш. Он Вам нравиться и вы ему доверяете. То есть это реальная причина по которой Вы хотите доминировать. Дом Ваш, и отчасти поэтому Вы вышли замуж. Кроме того, Вы можете чувствовать себя в безопасности только в том случае, когда все "бразды" правления в ваших руках. »

Да, Вы имеете все права просить людей в вашем доме соответствовать вашим нормам: накрывать стол вашим образом, читать молитву перед употреблением мяса и не богохульствовать. Но ваши притязания строятся на том основании, что это Ваш дом , что это ваш способ жизни, и не потому что ваш способ лучше, хотя это возможно.

Ваши собственные дети могут рассчитывать, что вы знаете, чего вы хотите и во что верите и им будет в большей или меньшей степени основывать свои стандарты на наших, но в то же самое время, и в этом смысл, что дети сами имеют свои идеи и свою ".веру, и ищут свой порядок вещей созвучный их желаниям. Детям не нравится , ''бесконечная путаница и бесконечный эгоизм. Можете ли Вы понять, что это может 'навредить ребёнку, если вы так озабочены утверждением своих собственных прав в своём собственном доме, и что вам не удалось позволить природным тенденциям ребёнка, создавать свой собственный мир. Если Вы достаточно уверены в себе я думаю, что Вам понравится наблюдать, как далеко Вы можете позволить каждому из ваших детей доминировать на ограниченной сцене внутри вашего более широкого влияния. Сегодня мой день рождения и всё созвучно моим желаниям", - сказала маленькая девочка и это не привело к хаосу, это привело к тому, что день был построен немного иначе и кроме того это было создано самим ребенком, а не мамой, няней или учительницей.

Конечно, этот сорт вещей мама обычно делает в самом начале жизни peбенка Не будучи способной быть полностью по власти ребёнка, она даст ему грудь. через определенные интервалы времени, что само по себе является хорошей вещью благодаря которой ребёнку предоставляется короткий период обмана чувств, что он сосёт "воображаемую " грудь и ему ещё не надо осознавать, что "воображаемая" грудь, не даёт удовлетворения, но тем не менее она прекрасная мечта. Он не может понравиться питаясь "воображаемой" грудью. Иначе говоря, чтобы всё было хорошо . грудь тоже должна принадлежать матери, которая находится во внешнем мире и независима от младенца. Это ещё не достаточно для младенца иметь идею. что »и хотел бы поесть; также необходимо чтобы мама имела идею, что она хотела бы его накормить. Осознавание этого процесса - очень трудная задача для ребёнка и мать может защитить своего младенца от слишком ранней и резкой потери иллюзий.

Во-первых, очень ощущается, что ребёнок важен... Если ему требуется еда или он плачет от дискомфорта, все остальные дела следует оставить до тех пор пока не буду г удовлетворены все потребности ребёнка. И ему позволительно, насколько возможно быть импульсивным - например, для деланья беспорядка нет лучшей причины, чем та «что ребёнок хочет это делать. Это кажется курьезным изменением с точки зрения младенца становится требовательным, иногда внезапно, потому что она испытывает страх перед соседями и начинает так называемый тренинг, не расслабляясь до тех пор пока младенец не будет соответствовать её стандартам чистоты. Она думает, что она сделала хорошо, если её малыш оставляет все надежды сохранить свою полезную спонтанность и импульсивность. Фактически ранний и слишком строгий тренинг относительно чистоплотности в конечном итоге часто проваливается и ребёнок чистый и опрятный в 6 месяцев становится открыто неповинующимся и компульсивно грязным и чрезвычайно трудно это восстановить. К счастью, в большинстве случае ребёнок находит способ выхода из трудностей и надежды полностью не теряться: спонтанность просто маскируется под симптом "мокрой постели". /Как наблюдатель. не тот, кто стирает простыни; меня до сих пор восхищает ребёнок доминирующей матери, писающий в кровать и стискивающий свой пистолет, точно не понимая зачем он это делает/. Награда велика для матери, кто сохраняя свои собственные ценности может позволить подождать развития ощущений собственных ценностей ребёнка.

Если Вы позволите ребёнку развить свои собственные права доминировать, Вы будете помогать ему. Будут иметь место столкновения между вашим и en, стремлениями доминировать, но это естественно и много лучше. Вы имеете более вескую причину - почему Вам нравится Ваш путь.

Позвольте вашему ребёнку иметь угол в комнате или шкафу , или кусочек стены, где он или она пачкают, или наводят порядок, или украшать согласно их собственным настроениям, фантазиям и прихотям. Каждый ваш ребёнок имеет права на кусочек вашего дома, который он может назвать своим и он так же имеет право на кусочек вашего времени каждый день и кусочек времени отца на который он может рассчитывать и в течение которого вы в его мире. Конечно - другая крайность - мало полезна, когда мать не имеет ясной линии жизни, позволяет её ребёнку иметь свой. Тогда в этом случае ни она. ни её ребёнок не будут счастливы.



КОРНИ АГРЕССИИ.

Читатель может заключить из различных сносок разбросанных по этой книге, что я знаю младенцы кричат, кусаются, питаются и таскают маму за волосы и имеют импульсы агрессивные или деструктивные, которые так или иначе неприятны.

Уход за детьми усложняется деструктивными эпизодами, которые могут нуждаться в управлении и определенно требуют понимания. Я бы мог оказать помощь в понимании этих изо дня в день повторяющихся событий, если бы мне удалось сделать сообщение по корням агрессивности как я могу воздать должное этому обширному и трудному вопросу, не забывая о том, что многие из моих читателей не изучают психологию, но принимают участие в воспитании детей.

Агрессия имеет 2 значения. При одном значении под агрессией понимают прямую или непрямую реакцию на фрустрацию. При втором значении - под ней понимают один из двух главных источников энергии человека. И очень много проблем возникает при дальнейшем размышлении над этим простым утверждением, и здесь я могу только начать развивать эту главную тему.

Это будет согласоваться с тем, что мы не можем рассуждать об агрессии, так как она проявляется в жизни ребёнка. Предмет гораздо шире, чем только это; и в любом случае мы имеем дело с развивающимся ребёнком и переходом одной вещи в другую, что занимает нас гораздо глубже.

Иногда агрессия демонстрируется открыто расходуясь, или требуется кто-то, чтобы встретить её и не допустить повреждение от сделанного. И так же часто агрессивные импульсы не проявляются открыто, но они проявляются в форме некоторых разновидностей, противоположных открытому проявлению агрессии. Это будет, вероятно, хорошая идея для меня , рассмотреть эти различные виды, этих различных противоположностей.

Но сначала я должен сделать общее замечание. Благоразумно принять, что в основе все люди существенно схожи, и что это несмотря на наследственные факторы, которые делают нас тем, что мы есть и делают нас индивидуально различными. Я имею ввиду то, что есть некоторые общие черты в человеческой природе, которые можно найти во всех младенцах , детях и всех людях любого возраста, и утверждение о развитии человеческой личности от раннего младенчества к ранней независимости могло бы быть применимо ко всем человеческим существам в независимости от пола, расы, цвета кожи или социального окружения. Эти проявления могут варьироваться от человека к человеку, но они всегда имеют общий знаменатель. Один младенец может иметь склонность быть агрессивным, а другой кажется едва ли способным с самого начала проявлять агрессивность в любом виде; и тот и другой имеет сходные проблемы, просто они проявляют агрессивные импульсы различными способами.

Если мы посмотрим и попытаемся увидеть начало агрессии в человеке - факт наличия младенческих движений. Это даже начинается до рождения и проявляется не только во вращении нерожденного ребёнка, но так же в более или менее внезапных движениях конечностей, что заставляет мать говорить, что она ощущает движение плода. Когда младенец движется, или делает движения ручками и ножками , он на что-то наталкивается. Наблюдатель, возможно, мог бы назвать это "ударом" или "пинком", но субстанция для подобных действий отсутствует, так как младенец (не рожденный или новорожденный) ещё не стал личностью, которая могла бы иметь ясные причины для подобных действий. Итак, каждый ребёнок имеет стремление двигаться и получать некоторое мышечное удовольствие от этого и приобретать опыт при движениях и наталкиваниях на что-либо.

Проследив только одно это свойство, мы могли бы описать развитие младенца, отличая прогресс от простых движений к действиям, которые выражают злость, или состоянием, которые означают ненависть и её контроль. Мы могли бы продолжать описывать путь, когда движения по типу ударов и толчков могут стать движениями, производимыми с целью нанести вред, и вместе с этим мы можем найти способ защитить объект , который любим и ненавидим . Кроме того мы могли бы проследить организацию деструктивных идей и импульсов в поведенческий паттерн в конкретном ребёнке; и в здоровом развитие всё это можно показать как путь , которым осознанные и неосознанные деструктивные идеи и реакции на подобные идеи появляются в воображении или игре ребёнка и так же в агрессии, направленной на то, что признается ребёнком, строящим разрушения из его непосредственного окружения. Мы можем видеть, что эти разные младенческие толчки и удары приводят к открытию мира, который не принадлежит младенцу и к началу взаимоотношений с внешними объектами. И, следовательно вначале агрессивное поведение - это простой импульс, который приводит к движению и к началу исследований. Агрессия в этом случае всегда связана с установлением "четких различий между что есть "Я" и что не есть "Я".

Проясняя это я надеюсь, что человеческие индивидуумы похожи, несмотря на факт, что каждый существенно различается, и я смогу сейчас обратиться к некоторым противоположностям агрессии.

Например, имеются различия между застенчивым и самоуверенным ребёнком. Один ребёнок будет иметь тенденцию добывать освобождение открыто выражая агрессию и враждебность, другой будет иметь тенденцию находить агрессивные импульсы не в себе, а где-то в другом месте, пугаясь их, воспринимая их, как что-то приходящее из внешнего мира. Первый ребёнок счастлив, потому что он узнаёт, что ясно выраженная враждебность - ограничена и реализуема, тогда как второй ребёнок никогда не достигает удовлетворительной конечной точки.

Некоторые дети определённо стремятся видеть их собственные подавляемые агрессивные импульсы в агрессии других. Это может развиваться нездоровым способом, так как заносы мании преследования могут истощаться и должны пополняться с помощью обмана. Итак, мы находим ребёнка всегда ожидающим преследования и возможно становящимся агрессивным в защите своего "Я" против воображаемой атаки. Это - болезнь, но родители могут найти подобное в качестве фазы в развитии, практически любого ребёнка.

Рассматривая ещё одну разновидность противоположности агрессии, мы можем сопоставить ребёнка, который легко агрессивный с тем, кто держит свою агрессию внутри себя, становясь при этом напряжённым, сверхконтролированным и серьёзным. Отсюда естественно вытекает степень подавления всех импульсов, включая творческие, так как творчество тесно связано с безответственностью младенчества и детства. Однако в случае этого последнего выбора, хотя ребёнок что-то теряет в терминах внутренней свободы, но можно сказать, что имеется приобретение в том, что 5е1т-контроль начал развиваться вместе с некоторым уважением к другим и с защитой мира от того, что иначе было бы детской безжалостностью. Для развития здорового ребёнка важно появление способностей понимать других людей и идентифицироваться с внешними объектами и людьми.

Одна из затруднительных вещей, которая касается чрезмерного 5е1т-контроля, заключается в том, что с милым и добрым ребёнком, который обычно послушен, могут происходить периодические взрывы агрессивных чувств и поведения, и это не имеет никакой положительной окраски, по крайней мере для ребёнка, который после этого даже может не помнить о случившимся. Всё что родители могут сделать в этом случае - найти силы справиться с подобными неприятными эпизодами и надеяться, что по мере взросления ребёнка, у него могут развиться более приемлемые выражения агрессии.

Другой более зрелый выбор для агрессивного поведения ребёнка - с1гсатч -сновидения / или фантазии/. В с1геагпту / воображение / деструктнвность и убийство переживается в фантазиях и •п'и фантазии ассоциируются с любой степенью телесного возбуждения и ')то уже реальный опыт, а не просто интслектуалыюе . Ребёнок, КОЮ?).!)') МОЖС1 \11|>!11»1|»111. 1||!1111;1Ч1»1М11 ( ^ОПП1. ) С И11101Ч111.01 1010ПЫМ КО ЦССМ 1Н1Д.1М ШрОПОИ 'Ю11С11И10С111. ИЧН ОДИН. ИНН С ДрМНМИ ДСП.МП. 1''СЛ11 ||1С 1||С(1111,' СОИ СОДСрЖН! СЛИШКОМ МНОЮ ДСС1|1\ М111Ч11.1,\ 11ДС11 ШШ СОДСрЖИТ СЛИШКОМ 011,111,11\ 10 у1|101\ НСНрНКОСНОНСПНЫМ 001.СКП1М 11,1111 ССЛ11 1)1 НИМ СЛСДУС! НОЛ11Ы1) ОССНОрЯДОК, 1'01'Д!) рсо^нок ПрООуЖДИСГСН С 11|)0111111СЛ1.111.1М КрПКОМ, ЧДССЬ МИМ11 НГрПСТ СПОЮ рОЛ!.. (\\'Д\Ч11 ДОСГуННОИ, ИОМОШИИИСМ ребенку ПробуДНТЬСЯ 01 НОЧНОЮ КОШМ!»?!!. •1'111< ЧТО И11С11111ЯЯ рСЛЛЫЮСГЬ МОЖСТ ОКПЧПТЬ СНОС уС110К'!1НВ!110ЩСе 11Л11Я1111С СЩС р11Ч. ')|01 ПрОЦССС

пробуждения чш1мсг и лучшем случпе мину! .10. Ночпоп кошмп]» сим по себе может быть необыкновенно удоплетцорптельиым опытом для ребенкц.

Здесь я должен сделпгь четкое р;плнчне меж;1у сиокидениямн Л1ге;1И11|1у/ и дисниымн сновидениями /с1;1у с1ге;11и1пу/. Гиячынаиие имеете фантачий диениой жичии:

•)го не то, на что я ссылался, существенное отличие сновидений от сновидений наяву Л1ау с1геаттц/ заключается в том, что тот кто видит сны - спит и может быть разбуженным. Сон может забываться, но он приснился и это очень важно. (Есть реалистические сны, которые могут перетекать в дневную жизнь ребёнка, но это другая история).

Я говорил об игре, которая строиться на фантазиях и черпает из тотального источника, каким бы могли являться сновидения, и глубокие и даже глубочайшие пласты бессознательного. Это будет ясно видно, какую важную роль играют в здоровом развитии принятие ребёнком символов. Одна вещь символизирует другую и следствием этого является значительное облегчение от грубых и трудных конфликтов, что является абсолютной истиной. Это даёт возможность ребёнку экспериментировать всем, что может быть найдено во внутренней психической реальности, которая является основой выращивания ощущения своего Я. Там будет агрессия, так же как и любовь. Во взрослеющем ребёнке появляется другая альтернатива для деструктивности и очень важная. Это - сопв^гис^оп /конструктивность/. Я постарался описать в некоторой мере сложный путь, благодаря которому при благоприятном окружении, конструктивные побуждения устанавливают связь с принятием ребёнком ответственности за деструктивную сторону своей природы. Появление конструктивной игры и её сохранение - наиболее важный знак здоровья в ребёнке. Это то, что не может быть имплантировано, так же как не может быть имплантировано доверие. Это появляется в течение времени как результат жизненного опыта ребёнка в окружении. которое ему обеспечивают родители или те, кто за ним ухаживает.

Это взаимоотношение между агрессивностью /ацё^зюп/ и конструктивностью /сопс1г11с1юп/ могут быть протестированы, если мы лишим ребёнка возможности делать что-то для тех кто дорог и близок, или возможности содействовать /согИпЬЩе-ш/, шанса участвовать в удовлетворении семейных потребностей. Под "соп(пЬи1е-ш" я понимаю данные вещей для удовольствия или быть похожим на кого-нибудь, но в тоже самое время находя, что это то, что нужно для счастья матери или для ухода за домом. Это подобно нахождению собственного убежища. Ребёнок претендует на то, чтобы ухаживать за младенцем, или застилать постель, или печь пирожные и состояние удовлетворённого участника будет лишь в том случае, если претензии ребёнка кем-нибудь принимаются серьёзно. И если эти требования ребёнка осмеиваются, то это становиться простым иммитированием и ребёнок переживает ощущение физической несостоятельности и беспомощности, В этот момент легко может вспышка открытой агрессивности и деструктивности в ребёнке.

Кроме того, подобное состояние может происходить в обычном течении событий, потому что никто не понимает, что потребности ребёнка отдавать даже больше чем получать.

Это будет видно, что активность здорового младенца характеризуется естественными движениями и склонностью сталкиваться с предметами, и что младенец постепенно приходит к использованию этого имеете с пронзительным криком, плсваписм, выделением мочи и кала в обслуживание члосгн, ненависти и мести. ГсО^пок оцпоирсмспич приходи) к любим п испиши.'ги. и пршшшо иропшорсчтЧ,

ОДНИМ Н» ППНООЛСС ИПЖ111<1\ ПрПМСрОП СОСД1111Н101Ц11Х !11рС>;С11И11ЫС Ч\ИС 11111 11 ЧуПСГИИ ЛЮбпН НП.11ЯСГСН НОбуЖДСПНС 1\ КУСППШО. КОЮрОС ОЩуЩИСТСН ГДС-ГО 01 11Н111 МССНЦеН.


следующая страница >>