Евгений Фёдоров депутат Государственной Думы рф, eafedorov ru Мария Катасонова - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1страница 2
Похожие работы
Евгений Фёдоров депутат Государственной Думы рф, eafedorov ru Мария Катасонова - страница №2/2


Артём Войтенков: Человеку свойственно себя оправдывать всегда. Любой человек думает, что он добрый и хороший, он делает всё правильно и здорово, даже если он предаёт. Он найдёт моральные оправдания для себя.
Евгений Фёдоров: Я понимаю. Я просто говорю вещи, которые потом надо вспомнить, вот и всё. Потом он будет говорить, а вот почему меня не спасли? А вот поэтому. Потому что ты предатель и тебя постигает кара, которую ты сам для себя создал.
Артём Войтенков: Опять-таки, они же работают в системе. Даже если человек… Вот сколько вас снимают? А сколько выходит, после того, что вас снимают? Есть люди, которые делают своё дело честно. Я общался с журналистами, которые сами приходят, снимают, видеооператоры. Низ - очень разный, там очень много патриотов действительно, которые вот Николая Викторовича Старикова приходят, снимают, заинтересованно, да. А потом не показывают. Не они же не показывают, начальство не показывает их.
Евгений Фёдоров: Работает система. Я понимаю. Я про это и говорю. То есть, я обращаюсь, конечно, не к рядовым журналистам, это понятно. Это к системе.
Артём Войтенков: Так те уедут.
Евгений Фёдоров: Нет, не все уедут. Не обязательно даже уедут. Потому что, не у всех получается уехать. Во-вторых, есть звено, которое не сможет уехать. И даже те, которые уедут, они там не будут почивать на кущах. Деньги у них отнимут, которые даже сейчас им дали. Имущество они там понастроили себе, коттеджей в Лондоне - у них отнимут, как всегда отнимали. Потому что, им эти коттеджи сейчас выдают, потому что имеют задачу ликвидации России. Имеют задачу готовиться к аншлюсу, наступлению на Россию. Поэтому им дают коттеджи. Когда эта проблема будет решена, отпадёт необходимость. Коттеджи будут нужны для других целей.
Артём Войтенков: Дежурный такой дом, да? Сегодня это дом того-то, завтра того-то.
Евгений Фёдоров: Поэтому, в данном случае, это не просто там предательство, которое ухудшает жизнь твоей страны. А это предательство, которое по тебе лично ударит, по твоей жизни, очень высока вероятность, по жизни твоих детей, по самому факту этой жизни. Поэтому, сейчас эффект предательства, который постоянно, цена за него резко растёт, за сегодняшнее событие.
Но есть и обратная сторона вопроса. Я как раз, знаете, у Гитлера было – захватить Урал на второй год, в планах. Когда он наступал на Советский Союз, и этот план у него не получился, потому что произошло изменение сознания, и люди начали защищать свою страну. Сегодня у американцев и немцев есть план: и глобальный, с которого мы начали разговор, финансовый, экономический, геополитический, и тактический.
Тактический план:

– Это Украина ближайший год.



- И следующий удар - по России.
Это очевидно, потому что им надо проблему России решить вот в эти полтора-два года, иначе у них не решается вопрос национальной безопасности. Такие же планы были у всех агрессоров, у всех интервентов: и у Наполеона, и у Гитлера и у всех предыдущих, которых было не счесть. И у них не получалось. И потом эти все интервенты говорили "вот, мы не поняли загадочную русскую душу. Там произошло русское чудо, русский мороз, который мороз для всех, но почему-то вот так вот сложилось". Ещё что-то произошло. Вот этот эффект сейчас начинает работать на Украине. Мы это просто видим по линии Беркута, по линии внутренних войск. Потому что просто люди, которым вообще было наплевать, что происходит в Киеве на Майдане, они сейчас вдруг вылезли из своих шахт и начали соображать. Вообще непонятным мистическим образом. Ничего в принципе особо не изменилось по сравнению с тем, что было несколько месяцев назад.
То есть, происходит эффект подъёма освободительного движения, то есть, национально-освободительного движения, в тотализированной Украине иностранной интервенцией. Это обычная вещь. И эффект Отечественной войны. Вообще, Отечественная война, это только… Ну были страны, в Испании, например были элементы Отечественной войны во времена Наполеона. Но эффект Отечественной войны – это чисто русское изобретение. И вот на Украине он поднимается. Возникает эффект обратного хода. То есть, у Германии, у Америки план свой: захватить (военным языком) Урал. У национального движения освободительного и эффекта Отечественной войны - свой план.
То есть, Берлин не был планом Отечественной войны. Или взять, в Париже, после 812-года не было планом Отечественной войны. Планом Отечественной войны было - освободить свою землю от интервентов. А уже освобождение своей земли от интервента так его ослабило, что возникло желание у царя Александра взять Париж и так далее. Германия – это особый разговор, потому что в силу гигантской жестокости, которую проводила немецкая армия на оккупированной территории СССР.
То есть, возникает эффект Отечественной войны. Он объективен, то есть, это само по себе объективное течение событий. Мы сейчас видим, что на Украине поднимается эффект Отечественной войны. Но Украина – единая территория с Россией, один народ. Не важно, что в 91-году разделили. То есть, это означает, что возникает (уже мой прогноз), удивительная ситуация.
Когда мы общаемся с нашим НОДом на Украине, многие ещё пару месяцев назад говорили: "Вот Россия восстановит суверенитет, и нам поможет освободиться". Наши НОДовцы везде говорили: в Харькове и везде говорили. Жизнь расставляет точки по-другому. Эффект освободительной войны, на Украине который складывается, приведёт к эффекту обратного освобождения России. То есть, получается, что Киев спасёт Москву, Киев спасёт Россию.
Артём Войтенков: Если победят.
Евгений Фёдоров: Я понимаю, но я просто вижу, как раскладывается разворот событий. Потому что, если не победят, это - война здесь, это отдельная катастрофа. Мы даже её не обсуждаем, мы же оптимисты. Значит, если у нас возникает пятьдесят на пятьдесят: пятьдесят процентов, что проиграем, пятьдесят, что победим, - мы считаем, что победим. Вот, в данном случае, две тысячи беркутовцев, которые защищают Киев, защищают Москву и Россию. Они создали своей защитой, тем, что они месяц, два, три держат в Киеве оборону против пятой колонны в спине, и американско-немецкой империи перед ними, эффект подъёма Отечественной войны на Украине, который даст эффект национального освобождения в России. Понятно, тоже через конституцию - условия создаст.
То есть, придётся в России чиновникам, людям, бизнесу, выбирать, на эффекте Украины. И это резко усилит освободительные процессы в России. То есть, когда мы обсуждаем наши процессы, мы реально должны сказать, что благодаря жителям Украины, небольшому их количеству, закладывается эффект спасения России. Как на войне, победа под Сталинградом создала условия для освобождения Киева и Украины. Вот, победа в Киеве, создаёт условия для освобождения России.
Артём Войтенков: Новости прямо сейчас. На Майдане неизвестный снайпер ранил двадцать силовиков.
Евгений Фёдоров: Прямо, как по Старикову.
Артём Войтенков: То есть, он стреляет с крыши дома захваченного и милиция к нему не может подойти.
Евгений Фёдоров: А у нас стрелял с крыши американского посольства и тоже не подойдёшь.
Артём Войтенков: Есть информация о применении против работников милиции ядовитого вещества.
Евгений Фёдоров: И мало того, милиция даже не может поставить снайперскую группу, чтобы его отстрелить, потому что в этом случае они нарушат указания США категорическое. Потому что США запрещают применять оружие, даже в случае, если это снайпер. То есть, дом захвачен, пробиться с помощью резиновых дубинок туда невозможно. Отстрелить снайпера путём снайперской группы невозможно. Вот вам, пожалуйста, политика США.
Артём Войтенков: Министры иностранных дел Польши, Германии, и Франции, двадцатого февраля прибывшие в Киев для переговоров с Виктором Януковичем и лидерами оппозиции, отменили встречу с руководством страны и улетели из Киева.
Евгений Фёдоров: Потому что, они прилетели, для того, чтобы принять капитуляцию Януковича, это было понятно сразу.
Артём Войтенков: Почему?
Евгений Фёдоров: Американцы запретили использовать оружие, запустили снайперов. Ранее с Януковичем договорились. Не забывайте - Янукович из пятой колонны. То есть, в этой ситуации, Янукович по сценарию США и Германии, должен был просто сдаться: подписать все бумаги, уйти в отставку, и назначить исполняющим обязанности президента указанное ими лицо. Это два лица могут быть: либо Яценюк, которого требуют американцы, либо Тимошенко, которую требуют немцы, потому что, у немцев есть Кличко и Тимошенко.
По плану немцев, Тимошенко должна толпа освободить из тюрьмы и внести на трон на место Януковича, и тем самым дать Тимошенко легитимность на период до выборов. И поскольку, судя по всему, Янукович вспомнил своё дворовое прошлое и оказался неожиданно для всех, даже, наверное, для него самого, крепким парнем, он просто не согласился на капитуляцию безоговорочную. И соответственно, в этой ситуации наличие делегации трёх, оно выглядит странно. Соответственно, они улетели, и теперь начнётся, так называемая горячая фаза вторжения. То есть, этих снайперов будет не один. Этих снайперов будет несколько. Там всё переходит к стадии террора, и массового применения оружия. Пока ещё не очень массового, но постепенно, поэтапно.
Артём Войтенков: Не, ну если один снайпер отстреливает двадцать бойцов, это уже война.
Евгений Фёдоров: Ну, он один. Смотрите, какая логика. У американцев таких снайперов сто человек. Обычно группа у них от пятидесяти до ста. Мы такую группу видим по Киргизии, по Москве, когда тут были события. То есть, это их методичка для действия спецподразделений в период оранжевых революций. Их где-то около ста человек должно быть по Киеву спрятано. Просто они выставили одного. Их задача сделать постепенно. Как пиявка, когда кровь сосёт, она вбрызгивает обезболивающее. Их задача: наращивать эскалацию военной компоненты постепенно, как бы для того, чтобы не было барьера, после которого можно официально всё это назвать интервенцией и войной. То есть, вперёд шаг, подождали, вроде контролируют информационное пространство СМИ, в том числе российские.
Почему я и говорю, что российские средства массовой информации являются на сегодняшний день не просто пятой колонной, а они система боевого обеспечения убийства людей на Украине. Потому что если наши СМИ будут говорить не об оппозиции, у которой какие-то радикалы сильно кричат, а будет говорить о том, что это интервенция и что это идёт нападение на украинское государство извне. То есть, на Украине разворачивается Отечественная война. Не гражданская, а Отечественная война, от интервентов, тогда по-другому срабатывают технологическая цепочка. У людей в головах включаются другие системы логики. И поскольку Киев и Москва подсознательно для любого человека в России одно и то же, то эта система логики мобилизует Россию. Хочет тут кто-то не хочет. Именно поэтому, задача США в российских СМИ, удержать терминологию процесса. То есть, чтобы не звучало слово интервенция, отечественная война, защита своей Родины, если мы говорим о Беркуте. Вот такие термины не должны звучать, и они от них убегают как тараканы, если вы обратите внимание.
Даже показывая откровенно иностранного боевика, даже когда о нём говорят, утечка же есть, не скроешь – иностранный солдат. Немецкий солдат в Киеве, вот будем называть вещи своими именами. Они от этого как бы перескакивают, и начинают всё это размывать в какой-то мелочёвке. Это чисто пропаганда Соединённых Штатов, которые здесь работают. И кстати, когда мы говорим об Олимпийских Играх, и прикрытии олимпийском, причем, это не только в Киеве. Обратите внимание, во время Олимпийских Игр число вооружённых массовых конфликтов и революций в мире сформировалось порядка пяти.
Артём Войтенков: Это Венесуэла. А что ещё?
Евгений Фёдоров: Венесуэла, Таиланд, где резко всё усилилось, это Греция.
Артём Войтенков: А Греция что?
Евгений Фёдоров: А то же самое. Смотрите сегодняшние новости. То есть, процессы пошли в нескольких точках мира. Не по всему миру, а там, где были готовы заготовки. То есть были заготовлены силы вторжения, или карательные силы, пятая колонна. Ждали прикрытия Олимпийских Игр идеологического, которое отвлекает внимание и позволяет американцам лучше контролировать информпроцесс. Дождались, и пустили в атаку всю эту толпу.
Артём Войтенков: Венесуэла понятно, Таиланд, в принципе тоже понятно. А Греция почему?
Евгений Фёдоров: Германия.
Артём Войтенков: Германия у себя в Европе начинает бить зачем?
Евгений Фёдоров: Извините, Греция – ключ к единству Европейского Союза.
Артём Войтенков: Тогда не Германия, тогда американцы устраивают Грецию.
Евгений Фёдоров: А это поле боя для них обоих. Но конкретно, это между Германией и американцами. Кто конкретно, я, конечно, не могу сейчас детали сказать, но понятно, что Греция сейчас - поле боя. Если Европейский Союз сейчас начнёт разрушаться, то он разрушаться начнёт, похоже, с Греции. Потому что, болгары живут на порядок хуже, но они там видно по пятисотлетней привычке жить под игом, они просто молчат. Просто терпят, молчат и живут на четырнадцать тысяч рублей в месяц, болгары, например. При том, что потенциал у них как минимум, такой же, как у греков, а вообще, с учётом атомных электростанций побольше будет. А греки в этом плане оказались более крепким орешком для Германии ещё тогда, в период Великой Отечественной войны. Поэтому они там всё ещё выясняют, строят греческую историю.
Надо сказать, что во всех странах Европы существует, особенно сейчас, когда начались переговоры по созданию интернационала НОД, у нас просто есть информация абсолютно из всех стран Европы о мощных движениях по идентичности. Такой термин новый политкорректный появился, но это, по сути, движение НОД. Причём у нас письма есть абсолютно из всех государств Европы, разного уровня. Из Венгрии - это фракция парламента, в которой двадцать процентов депутатов, например.
Артём Войтенков: В Венгрии я даже снимал этого товарища, который сюда приезжал, они очень так жёстко настроены. Он говорит, что Евросоюз – это гибель Европы. Вот это просто прямым текстом.
Евгений Фёдоров: Понятно, да. Именно поэтому, если вы обратите внимание, нет венгерских боевиков, и нет потенциала Венгрии на территории Украины и Киева, а польские есть. То есть, фактически у них на Украину только одно окно - это Польша. Ну и море, собственно, которое будет битва за Одессу и Крым. Хорошо хоть там подготовились, мы об этом уже говорили. В том числе, в силу той информации, которую мы говорили с вами. То есть, люди это понимают. В мире дураков становится всё меньше и меньше.
Артём Войтенков: А тогда вот как получается, что американцы с немцами вроде как воюют за Украину, в союзе. Но в то же самое время американцы воюют с Германией в Греции.
Евгений Фёдоров: Ну и что? Это конкуренция. Она была всегда. Даже в вертикали власти всегда есть конкуренция. Есть просто общие цели и приоритеты, есть внутренняя конкурентная борьба. Да, Германия вассал Соединённых Штатов Америки, о чём нам пишут и немцы, кстати. И очень много писем на этот счёт от немцев уже, в рамках интернационала НОДа. Но при этом, будучи вассалом, у любого государства, даже вассального, есть свой интерес. Отсюда вот эта идея Меркель ввести свою систему спецслужб, отсоединившись от американцев, начать разведдеятельность против Соединённых Штатов Америки. Она же об этом сейчас заговорила.

- С одной стороны это шантаж США в рамках единой системы. Шантаж НОДом, откровенно говоря, только немецким, официальным НОДом.



- А с другой стороны, конечно, любой хочет усилить свою самостоятельность и возможности.
То есть, это в целом начинает колебаться американская империя - в ней начинают вассалы и требуют большей самостоятельности, пока. И при этом они ведут свою борьбу. И при этом у них долгосрочный эффект.
Вот смотрите, как на Украине. Сегодняшняя пятая колонна в Верховной Раде, она же молчала год. Под каким предлогом? Под предлогом того, что Янукович вёл страну к сдаче. Они официально об этом говорили. Тягнибок, и Кличко, они даже публично говорили: "Мы не будем блокировать Януковича, несмотря на то, что у нас много людей в Верховной Раде, порядка сорока, или сорока пяти процентов, потому что, он выполняет наши цели". Публичная была позиция. Но как только Янукович дошёл до определённого края и остановился, что само по себе странно для них. Для русского это не странно - уничтожить немца не под Минском и Брестом, а под Волгоградом. Для русского это не странно. А для немца и англичанина это странно - такая позиция. То есть он прогибался, прогибался, прогибался, прогибался, и на каком-то этапе, когда остался миллиметр до окончательного решении украинского вопроса об аншлюсе, он вдруг остановился.
Артём Войтенков: Одна подпись осталась.
Евгений Фёдоров: Да. Его. И объявил выговор министрам, которые подписали этот документ до него. В принципе, и без его подписи документ мог быть действительным при определённых обстоятельствах. Та же система и здесь. То есть, немцы, во-первых, управляются американцами, во-вторых, у них есть внутри собственный интерес, который они проводят с помощью американцев, создавая четвёртый рейх параллельно. Если обратите внимание, Евросоюз и немецкая захваченная территория вообще совпадают. И логика, вот сейчас борьба за Украину, это всё вот та же история, с одной стороны. А с другой стороны, они, имея свой интерес, не ссорятся с американцами, но при определённых обстоятельствах могут с ними поссориться. То есть, у них есть фактор управления и есть фактор совпадения интересов.
Артём Войтенков: С другой стороны, Германия тоже как бы за горло взята. Там же и базы английские есть.
Евгений Фёдоров: Это понятно. Мир, он с одной стороны простой: чёрное и белое, интервенты и национальный курс, вассалы и сюзерены. А с другой стороны, внутри себя он конечно многозвенный и сложный. Конечно, это всё борьба. А любая война – это не миллиард особенностей и нюансов? Это - то же самое, это конкуренция, борьба, всё вот так и идёт.
Возьмите, например ту же Румынию. Румыния хочет решать свои проблемы, будучи в составе Европейского Союза, без состава Союза, она всё время ставит свои проблемы. А какие у неё проблемы? Взять Молдавию, и взять Одессу. И вот Румыния эту цель имеет с момента появления румынской государственности, не так давно появившейся относительно, исторически. Вот они с этой целью лезут, лезут, лезут, везде. Они же сам не могут это решить. Что, могла бы Румыния взять Одессу, отняв её у Советского Союза в Великую Отечественную войну? Конечно, не могла бы, даже смешно об этом говорить. Но, в составе Германии могла бы. Что, Гитлеру не хотелось взять Одессу себе? Хотелось. Но, поскольку Румыния союзник и их три дивизии непонятные воюют в составе немецкой армии, значит вот вам ваша Одесса. Это обычная внутренняя система работы. И сейчас они хотят взять Одессу. То есть, захват Украины для Одессы, непосредственно, означает румынизацию, внутри системы.
Потому что, потом, когда немцы захватят Украину, они её распределят по союзникам, по вассалам: Польше достанется своя часть, румынам достанется своя часть. И просто это будет поделено внутри и придётся жителям Одессы учить румынский язык.
Артём Войтенков: В качестве государственного.
Евгений Фёдоров: В качестве обязательного для целей проживания на территории.
Артём Войтенков: А вот, коли мы про Германию заговорили, то Германия, помимо того, что там стоят англо-американские войска, туда же ещё накачиваются турки с 1960-го года, да? Как план Маршалла закончился, они туда турок погнали. Там порядка уже десяти процентов, что ли.
Евгений Фёдорво: Много турок. Именно поэтому, у немцев существует план уравновешивания турков русскими.
Артём Войтенков: Они русскими немцами, как бы выгребают отсюда.
Евгений Фёдоров: Какие русские немцы? Это просто пропагандистский сленг, который не соответствует действительности. Знаете, как попасть в Германию можно? Очень просто. До последнего времени, это касалось больше не России, а Украины, Казахстана, бывшей территории и СССР. Идёшь в посольство, и просто пишешь бумагу о том, что ты считаешь себя немцем. Всё. Достаточно.
Артём Войтенков: Родословную не спрашивают.
Евгений Фёдоров: Это просто надо пройти для себя внутреннее решение и поставить подпись под документом. А учитывая, что за это платят деньги. Я специально в своё время ездил в Германию, изучал миграцию, в том числе русскую. Был под Гамбургом в городах, построенных немцами для мигрантов. Вот непосредственно под Гамбургом. Просто города под двести тысяч населения, полностью заполненные мигрантами, в основном, где я был - из России. Там даже не столько Россия была, сколько Украина, Казахстан и так далее. Туда приезжают просто люди. Им дают жильё, им платят пособие до тысячи евро на тот период, которые естественно выбирают из России, это же наши деньги, только транслированные через систему евро. Для чего их немцы там ввозят?
Артём Войтенков: Чтобы турок разбавлять.
Евгений Фёдоров: Чтобы разбавлять турок, то есть, уравновешивать национально этнический состав населения. То есть, они проводят национальную политику. Как до них проводил Гитлер эту политику, только немножко другими методами. Как политику проводит любое государство. Которую нам запрещено проводить. Я всегда вам тут же напоминаю, что в конце прошлого года, под новый год Дума приняла закон о фильтрации мигрантов в Россию, а Совет Федераций по требованию американцев его завотировал. И в результате, на сегодняшний день механизм фильтрации миграции в России, продавленный Путиным, не сработал. Об этом тоже СМИ естественно не говорят, потому что, они стараются эти вещи оккупационные, об этих вещах не говорить. То же самое и там. То есть, попытки Путина решить проблему миграции в России, тут же сталкиваются с институциональной системой пятой колонны влияния США, которые их останавливают. Этот закон так и исчез. То есть, силы пробить его у Путина уже нет. Если под Новый год он ещё мог его пробить хотя бы до Совета Федераций, то сейчас уже сил нет пробить. Потому что это пятая колонна, она системно сопротивляется.
Артём Войтенков: А вот то, что в Германии закрыли все атомные электростанции, это тоже её как бы ослабление получается? Потому что, электроэнергия получается более дорогая для Германии, для германской промышленности хуже.
Евгений Фёдоров: Да, но опять же баланс. Немцы понимают - да, электроэнергия дорогая, но мы будем производить управление. Будем жить за счёт рабского труда других народов. Компенсируют это другим решением.
Артём Войтенков: То есть, производство смещаем.
Евгений Фёдоров: Да зачем нам производство? Мы производим солдат и начальников. Всё остальное должны делать другие. Это простая логика империи.
Артём Войтенков: Хорошо. Тогда вы упомянули про то, что на Украине может подняться освободительное движение, даже если они не хотят.
Евгений Фёдоров: Оно уже объективно поднимается. Не хотят этого, но вынуждены защищая себя и свою семью от бандитов и интервентов, они вынуждены осуществлять акт национально-освободительного движения, причём, в том числе и с оружием в руках. Ясно, что к этому всё идёт.
Артём Войтенков: Вы ещё говорили, что русские поедут туда.
Евгений Фёдоров: Обязательно. Уже едут.
Артём Войтенков: Уже едут. А вот подробнее расскажите, как.
Евгений Фёдоров: По нашей информации, значительное количество русских, в том числе из небольших городов, обычно из провинции. Почему-то как-то там, в большей степени, поехали просто волей своего сердца защищать. Многие просто защищать свои семьи, части семей: родителей, детей, жён. У нас же всё единая система, перемешано.
Мы сейчас обсуждали вопрос с НОДом на Украине. Там мы даже вынуждены на базе НОДа формировать пункты приёма тех людей, которые приезжают по линии НОДа в том числе из России, для того, чтобы защищать свои семьи. Официально я вам даже скажу, как называется этот приёмный пункт: Сборный пункт добровольцев по защите российско-украинских семей от немецкой интервенции. Располагается центральный сборный пункт в Харькове. То есть, там же, где объективно складывается основной штаб сопротивления интервентам на территории Украины.
Мы знаем, что есть такие звонки, есть такие люди, и есть необходимость. Соответственно, наши украинские друзья в Харькове сформировали такой приёмный пункт. Потому что просто людям помочь сориентироваться на территории. Я так понимаю, что такие же пункты и в Киеве. Но в Киеве, я так понимаю сейчас антитеррористическая операция, всё парализовано, транспорт парализован, связь парализована. Там трудно просто человеку даже сориентироваться, куда ему идти.
А Харьков объективно складывается как центр сопротивления. Причём я не знаю, хотел ли это Харьков, потому что Крым занимал всегда более жёсткую риторику, или Одесса. Но так в жизни и бывает. Одесса - с другой стороны там море, она блокирована Турцией. Это важные очень факторы, они всегда влияют на процессы. Граница с Россией опять же в Харькове ближе, в отличие от Одессы. Попробуй в условиях американского военно-морского флота там подойти.
Там есть целый ряд факторов, которые сформировали из Харькова основной центр сопротивления. То есть, фактически, в Харькове базируются силы, потому что про армию ещё нельзя говорить. Хотя, если пришло вооружённое вторжение, конечно, на каком-то этапе эти силы будут армией. Но силы сопротивления иностранной интервенции именно в Харькове базируются. То есть, там складывается центр сопротивления Украины вообще от иностранной интервенции и агрессии. Потому что, понятно, что бои основного фронта: фронт идёт в Киев, а генеральный штаб сопротивления получается в Харькове, объективно. Я думаю, на каком-то этапе и Янукович туда переедет.
Артём Войтенков: Посмотрим. А вот вы говорите, что Янукович сдаёт, вся верхушка Украины сдаёт, но в то же время проводятся уже армейские операции. А их же могли не проводить?
Евгений Фёдоров: Слушайте, а мы могли бы не вводить войска в Осетию Южную. Могли бы?
Артём Войтенков: Да.
Евгений Фёдоров: Но после того, как наш батальон решил умереть, защищая себя, свои жизни, а не ушёл не сбежал через Саланг, как рассчитывали грузины и американцы. Выхода не было.
Артём Войтенков: Можно было там бросить.
Евгений Фёдоров: Нельзя
Артём Войтенков: Можно. Бросали и не такие силы.
Евгений Фёдоров: В условиях публичной компоненты не получается.
Артём Войтенков: Какой публичной? Никто бы и не узнал бы.
Евгений Фёдоров: Не так. Во-первых, был Путин. Во-вторых, было общество. В котором идея суверенитета и национального интереса - они всё равно генетически существует. Слушайте, мы бы не дожили тысячу лет нашей государственности, если бы просто от того, что власть захватила пятая колонна, значит, можно было бы всё что угодно делать. Многое делать можно, но не всё, что угодно. Поэтому, формируется внутреннее сопротивление. Оно генетическое, оно базируется на других вещах. Это как, я сейчас смотрю, наш народ в Сочи плачет от того, что наша команда проиграла в хоккей. Рассматривая это как трагедию. Но это просто игра. А это касается твоей жизни и жизни твоей страны.
Артём Войтенков: Вот именно, что мозги пудрят игрой, а про серьёзные вещи, жизненные очень мало кто рассказывает. В этом вся и беда. А вот про Плющенко я в каждой второй строке новостей интернета. Плющенко, Плющенко, целую неделю. Про Украину меньше в три раза.
Евгений Фёдоров: Естественно, это механизм отвлекательный, вы абсолютно правы. Но, тем не менее, есть генетика, есть отец, дед, прадед, есть семейный альбом. Есть устойчивая, подсознательная, национальная ориентация граждан России. Ориентация на поддержку своей страны. На решение проблем совместное. Есть такое. И если бы этого не было, не было бы государственности. Потому что, испытаний российской государственности за её историю было много. И в том числе был и захват интервентами, причём пять захватов. И вот это срабатывало. Может быть не сразу, а после гигантских потерь, но срабатывало. Почему в этом и есть оптимизм в прогнозах.
Артём Войтенков: Это с одной стороны понятно. С другой стороны, войсками командуют командиры. Бойцы не могут так вот взять, без приказа командира и пойти на улицу, защищать.
Евгений Фёдоров: Бойцы могут умереть.
Артём Войтенков: Когда им скажут.
Евгений Фёдоров: Нет. Когда даже о них забудут.
Артём Войтенков: Им же говорят, сейчас проводится антитеррористическая операция. Могли бы не проводить её на Украине.
Евгений Фёдоров: Мы возвращаемся к вопросу Януковича. Не командование решает. Командование как раз против всех этих операций. Потому что, с командованием, как правило, так или иначе, интервенты уже договорились.
Артём Войтенков: А кто же решил тогда проводить операцию?
Евгений Фёдоров: А вариантов нет. Жизнь заставила.
Артём Войтенков: Могли бы сказать: нет, всё нормально.
Евгений Фёдоров: Это акт открытого предательства. В системе акт открытого предательства происходит автоматическая замена. То есть, условно говоря, генерал дал команду сдаться, его заместитель арестовал генерала вопреки закону, и взял командование на себя. И бойцы замгенерала поддержали. Это все понимают. Там более сложные конструкции, чем просто предательство. Вот, чтобы Горбачёву предать Советский Союз, пять лет приходилось вести специальную работу. Если бы он вышел в 86-году и сказал: "Предлагаю ликвидировать Советский Союз".
Артём Войтенков: Он бы не сошёл с этой трибуны сам, его бы унесли.
Евгений Фёдоров: Вот и всё. Да. Значит, ему пришлось пят лет работать для того, чтобы обеспечить систему: ликвидировать заранее КГБ, ликвидировать вертикаль власти в вооружённых силах, что он и делал. Создать КПРФ, для того, чтобы расколоть КПСС. То есть, это была специальная работа профессионалов. Под управлением тогда ещё института Кондолизы Райс, которая там работала. И она оказалась успешной, то есть, качественная профессиональная работа врага. Так вот, не может взять генерал, даже являющийся элементом пятой колонны интервента, взять и сказать: "Ребята сдавайтесь". Русским ребятам он так сказать не может.
Артём Войтенков: Нет, он просто может их не вывести из казармы. Всё.
Евгений Фёдоров: Он обязан их вывести из казармы. Это более сложная вещь. Не может не вывести их из казармы, потому что это участие его в заговоре. Потому что, ему звонит дежурный по части и спрашивает: "А почему команда поступила, по плану, а вас нет?" А если у вас по плану предатель, план пишет предатель, казармы не выводит предатель, то у вас уже много предателей, а это уже заговор. А заговор подлежит уголовной ответственности. То есть, если у вас член пятой колонны агент в одном месте, в другом, в третьем, в четвёртом, в десяти местах, это происходит и так и работают американцы, немцы и так далее. Но если они, эти десять агентов между собой обсуждают, как им сдать страну - это уже заговор. В сегодняшнем мире это сделать невозможно незаметно. То есть, обязательно кто-то из десяти, там, одиннадцатый не будет агент. Он заметит, доложит – уже знают все. Плюс рядом Россия со своими спецслужбами, как мы знаем, с прослушкой. То есть, невозможно заговор организовать незаметно. Поэтому, если они объединятся все агенты, то это заговор. Но заговор вскрывается. А по отдельности ими всеми американцы управляют, на каждого имеют свою систему влияния. Тому денег, тому имущество, на того повлияли, а объединить не могут.
Артём Войтенков: Понятно. Когда генерал МВД не даёт команду выходить бойцам, они просто сидят в казармах.
Евгений Фёдоров: С какой стати он не должен дать команду?
Артём Войтенков: А почему он должен дать эту команду?
Евгений Фёдоров: А потому что, у него по плану вывод бойцов, потому что на улице беспорядки. У него функция такая. У него работа. На улице беспорядки, команда их Генштаба поступила, обязан вывести.
Артём Войтенков: Команда не поступила из Генштаба. Там все проамериканцы.
Евгений Фёдоров: Не так. Тогда в Генштабе заговорщик. А Генштаб – это сто человек. Значит что, все сто? Не может быть. Значит, либо это заговор, заговор вскрывается, это уголовный кодекс. Вообще наказывают за заговор, а не за пятую колонну или за агентурную работу на врага, в принципе, по закону. А за заговор наказывают и по украинскому и по российскому законодательству. То есть, если американский агент Иван Сидоров, начнёт договариваться о совместной деятельности с американским агентом Петровым, то в этом случае есть факт уголовного нарушения. Но они не смогут проводить совместную политику, если они не договорятся. Но это как бы другой уровень предательства. Одно дело предательство личное, как агент. А другое дело предательство коллективное, как заговор. Заговор ловится даже по уголовному кодексу и Украины и России. И он заметен, его трудно сделать.
Артём Войтенков: То есть, получается, что вот эти антитеррористические операции, которые сейчас разворачиваются на Украине, происходит чисто автоматом, чтобы генералы как бы снимают с себя ответственность. Они говорят: "Да, вот мы по бумажке должны так поступать. Мы так поступаем. Даже если мы этого не хотим".
Евгений Фёдоров: Более сложно. Кто-то так. Вы правы абсолютно. Для кого-то это так. Даже если он не хочет, он это делает автоматически. Либо он говорит, я заболел. И сейчас, кстати, очень много агенты, американцы на Украине, скорее сейчас болеют, чем они работают. У нас есть информация, что повально везде замы командуют, много больных, как-то образовалось, и так далее. Но сама система, она, будучи построена, она имеет свой устойчивый характер. Мало того, если этот генерал начинает открыто переходить на сторону американцев, если бы он был европейский генерал, может быть у них там другие традиции. А у нас это становится заметно, и он сразу выпадает из системы управления, даже, несмотря на то, что у него есть официальные полномочия. То есть, фактически, вот эти две тысячи Беркутов, которые на улице, заставляют своих начальников-агентов работать на свою страну. Или, как минимум, уходить и болеть. Тогда замы работают.
Артём Войтенков: Две тысячи Беркутов скоро кончатся, если их будут по пятьдесят в день отстреливать. На месяц их хватит и всё.
Евгений Фёдоров: К этому времени, на мой взгляд, стабилизируются дополнительно уже система национального сопротивления. Сработают механизмы. Конечно, фактор предательства, он важный фактор. Но этот фактор касается всё-таки некоторого количества людей. Он не касается всей системы и всех людей, в этих условиях. Потому что идёт открытая интервенция, открытое нападение на государство. Короче, если бы вместо Януковича был бы Горбачёв, он бы лучше подготовился. Профессиональнее бы подготовился под сдачу страны. О чём, кстати, Горбачёв его и осуждал. Он же тут недавно, Горбачёв, вдруг откуда-то возник и осуждал Януковича за то, что Янукович плохо изучал его уроки по капитуляции и сдаче страны. Плохой ученик. Вы сейчас меня пытаетесь раскрутить на биохимию системы, которая не политическая система. Это уже система психологическая. То есть, происходит психологическое сопротивление нации. Оно не на уровне законов, приказов и директив.
Артём Войтенков: Ну, это же тоже работает.
Евгений Фёдоров: Я понимаю, но это немножко другая вещь. Это вам надо взять психолога, и психолог вам объяснит, почему предатель вдруг становится патриотом.
Артём Войтенков: Это я понимаю, что когда жить захочешь, к кому хочешь побежишь.
Евгений Фёдоров: Об этом и речь. На месте там же вот эти боевики, которых туда немцы с американцами заслали, это же не психологи и не специалисты по психологическим операциям. По психологическим операциям сидят отдельно, в отдельных штабах. Это реальные боевики, которые просто тупо пришли умирать за деньги. Всё. Набраны были по всему миру, и пошли туда умирать. Они не имеют там сверхвысокого образования. Многие из них откровенно туповаты. Поэтому они на этого полковника, генерала, даже если тот придёт и скажет: "У меня на контакте там из Соединённых Штатов, я агент".

Он скажет: "Ну и классно".



И по кумполу молотом, который показали. И всё. Там срабатывают другие уже эффекты.
Артём Войтенков: Понятно. Маша сказала, что к Вам из посольства США приходили?
Евгений Фёдоров: Да.
Артём Войтенков: Что хотели?
Евгений Фёдоров: Ой, это отдельный разговор. В посольстве США забеспокоились, когда мы начали проводить ежедневные пикеты напротив посольства. Естественно, об этом было доложено в Вашингтон (я так понял), потому что иначе бы не был этот контакт. Наверное, это был последний пинок, как я понял, поэтому они пришли, - в спину Макфола. После этого в Вашингтоне было принято решение, что Макфола надо убирать, потому что он не справился с задачей оранжевой революции.
Какая вообще оранжевая революция, если напротив посольства поднимается национально-освободительное движение? А американцы со своим историческим опытом отлично понимают, что они могут выиграть любую войну против любого государства, за исключением войн национально-освободительных, войн отечественных.
Для них появление вообще НОДа, а уж тем более, напротив посольства, - сигнал для большого начальства в Вашингтоне, для госсекретаря, что посол не управляет процессами на оккупированной территории. И это, конечно, я так понимаю, был второй звоночек в отношении Макфола. Понятно, что его поставили наступать (оранжевая революция), а он даже обороняется плохо, потому что когда он приходил, НОДа не было, а сейчас НОД появился, да ещё напротив посольства. Бюрократы, они же обычно по картинкам работают. И это был фактор.
Самое важное - были лозунги национально-освободительного движения. Потому что у посольства-то митинги были часто, но обычно там, "Не вторгайтесь туда-то", "Не делайте то-то", что не рассматривается как угроза американской империи. А в данном случае это 100% идеологема угрозы. И у них возникла необходимость автоматическая попытаться снять угрозу, то есть попытаться решить проблему. Для этого, соответственно, было поручено специалистам очень хорошим...
Я вот говорил с человеком, который действительно реальный, очень серьёзный политический специалист, аналитик, чувствуется очень хорошая школа: прекрасное знание русского языка, прекрасное знание русской культуры. Человека готовили много лет для работы по российскому направлению. Разговор он, естественно, начал с завуалированной угрозы. Могу даже сказать, как. Он сказал так: "Вот у нас есть группа товарищей, которая хочет "мочить" (мягче было только слово), а есть вот я и группа товарищей, которая хочет договариваться. Вот я пришёл поговорить". Понятно, что это угроза. С этого мы начали наш разговор по инициативе, кстати, посольства США. Я не приглашал и вообще даже пропуска в Думу не оформлял.
Артём Войтенков: То есть они сами прошли?
Евгений Фёдоров: Естественно. Конечно. Они же работают с Думой в постоянном режиме, мы же об этом говорили. И дальше вот мы подробно обсуждали этот вопрос. Для чего мне вообще нужно было, почему я дал согласие? Да, естественно, были угрозы.
Артём Войтенков: Согласие на что?
Евгений Фёдоров: На встречу, когда они пришли, постучали в дверь. Согласие поговорить с ними. Дело в том, что в половине случаев освобождения стран национально-освободительное движение происходит при посредстве переговорного процесса. Например, Индия и Англия. В Индии было восстаний море, сотни восстаний против английского владычества, которые расстреливали (Сипайское). Но при этом решение проблемы суверенитета было достигнуто под давлением восстания, под давлением народа, но непосредственно освобождение было достигнуто дипломатическим путём, то есть переговорным процессом. Так же, как, допустим, и освобождение Алжира от Франции во времена де Голля и так далее. Нам по любому в национально-освободительном движении должно быть сопровождение переговорным процессом для цели достижения результатов и снятия, скажем так, в тех случаях, когда это возможно, избыточного давления, когда мы будем менять Конституцию.

Поэтому, на мой взгляд, переговорный процесс должен быть. В чём был интересный разговор? Мы конкретно обсуждали. Я говорил о том, что необходимо американцам принять на себя решение о поэтапном выходе из Российской Федерации с точки зрения её колониально-вассального статуса. Так вот говорил такими же словами.


Артём Войтенков: Они согласятся на это?
Евгений Фёдоров: Это другой вопрос. Они не согласились и не отказались. Началось просто обсуждение темы. Для нас очень важно, чтобы тема суверенитета перешла в конкретную плоскость в плане поэтапного вывода влияния США. Мы обсуждали и конкретные вопросы. Например, они сами подняли вопрос о ассоциации "Голос" - типа пример, что они, да, поддерживают, но поддерживают вот таких вот. "Голос", дают деньги "Голосу", а "Голос" типа тут сам что-то делает. А он специалист по политике, то есть выбирает избирательное законодательство.
Дума в пятницу только приняла закон о выборах, который собственно он и курировал уже внутри посольства. И напоминаю, что сам закон о выборах (а вот он), он как раз был на столе. Он поднял этот вопрос. Мы обсудили конкретно законодательство. Просто как пример, как это работает. Когда мы с ним общались, о чём мы с ним говорили. Вот ассоциация "Голос". Американцы дают ей деньги. Он подтвердил: "Дают". Собственно, и они об этом говорили. Секрета здесь нет. Дальше ассоциация "Голос" написала закон о выборах - тоже она об этом сказала, на американские деньги. Закон о выборах был вначале внесён в Госдуму десятью депутатами (написан американцами), потом убран, и сейчас он внесён уже правительством и уже принят Государственной Думой в редакции, профинансированной Соединёнными Штатами Америки. То есть прямая цепочка, причём публичная. Это и есть технология внешнего управления.
Хороший закон или плохой - другой вопрос. Может быть, хороший, может, плохой. Частично хороший, частично плохой. Но важно не то, что хороший он или плохой, а то, что мы принимаем конкретные законы (на примере), подготовленные и профинансированные США. И это один закон. Просто мы почему о нём говорили? Потому что он в пятницу принимался. А таких законов в день по нескольку штук. В экономике их вообще сотни. Это и есть система внешнего управления.
Я говорил о том, что необходимо начать переговорный процесс по демонтажу системы внешнего управления США, в конкретном ключе. Я считаю, что обязательно должны национально-освободительное движение сопровождать такого рода переговорные процессы. Естественно, там у него может быть не такой уровень (для начала) - это нормальная вещь. Вести переговоры по освобождению своей Родины - нормально. Даже с врагом ведут переговоры - боевым, военным врагом я имею в виду. Главное - повестка дня этих переговоров. Повестка дня - формирование "дорожной карты" (на английском языке скажу) по уходу Соединённых Штатов из Российской Федерации. Подобно тому, как есть "дорожная карта" (и мы даже на этот пример ссылались) по уходу Соединённых Штатов из Афганистана. Конечно, не до конца (частичная), но тем не менее. Вот такого рода "дорожная карта" на уровне переговорного процесса должна появиться. Если к ней не готово сегодняшнее руководство США, может быть, значит, будет готово, допустим, через полгода, через год, когда мы здесь надавим и НОД будет не сто тысяч человек, а десять миллионов. То есть сложатся условия для продавливания этих вопросов.
Вообще национально-освободительное движение 90% - это скрытая борьба. Та часть людей, которая на улицах, - это, наверное, "соль" вопроса, то есть главное направление, особенно пикетчики. Но большую часть работы проводит Путин, проводит та часть государства, которые сторонники национального курса, которых Путину удалось здесь подтянуть к этому процессу. И в том числе и переговорный дипломатический процесс тоже занимает важную роль.
Артём Войтенков: Они же к Вам пришли не обсуждать, как им выходить из России?
Евгений Фёдоров: Естественно. Именно поэтому, (я на это не обратил внимание - ребята говорят), они вышли очень расстроенными. Потому что они вошли с одной повесткой дня: напугать и как бы поддавить вопрос, что называется. А ушли с другим предложением, которое они, конечно, же доложат, потому что я понимаю их технологию работы. Они же бюрократы. Они там доложат и пусть там уже, в Вашингтоне, по крайней мере, появится первое предложение о конструктивном решении проблемы колониального статуса России и отношения американского госаппарата к этому вопросу.
Артём Войтенков: А от вас они что хотели? Чтобы свернули движение или как?
Евгений Фёдоров: Максимум - свернули движение. Но это персональное давление. До этого американцы меня и с должностей увольняли - мы же это понимаем, почему всё это происходило, и на телевидение не пускали. У них огромная пятая колонна в России, у них есть механизмы влияния и манипулирования (мы это понимаем). Может, на меня и меньше, на других больше, но есть всегда. Вопрос-то не об этом.
У них есть чувствительные темы. Допустим, чувствительная тема посла, потому что посол - их начальник и, конечно, он расстроился, что из-за нас его увольняют. Значит, это и есть дополнительные чувствительные темы, которые для них, скажем так, более важны, более приоритетны.
Я еще, когда служил в Афганистане, у нас всегда был переговорный процесс даже с "Аль-Каидой". Потому что всегда переговаривались со старейшинами, определяли зоны безопасности, находили какие-то возможности обмена пленными и так далее. То есть переговорный процесс сопровождает боевые действия, в том числе НОДовские действия, политические действия всегда и должен сопровождать. И контакты важны. Мы договорились о долгосрочных контактах при необходимости. Я бы сказал такую формулировку.
Артём Войтенков: Ну а вы сами как расцениваете? Они Вас вызывали на ковёр в посольство года полтора назад?
Евгений Фёдоров: Я тогда не пошёл.
Артём Войтенков: Почему они полтора года ничего не делали? Почему они пришли именно сейчас? То есть какой-то произошёл перелом.
Евгений Фёдоров: Я же Вам объясняю. Перелом в том, что посла выгнали по нашему требованию.
Артём Войтенков: Ну и что? Другого поставят.
Евгений Фёдоров: Это правда. Другого поставят, но людям этого посла...
Артём Войтенков: А.... То есть это часть его команды.
Евгений Фёдоров: Есть же локальные интересы, конечно.
Артём Войтенков: То есть они уедут вместе с послом, например? Должности потеряют...
Евгений Фёдоров: Может быть, а, может, нет. Тут-то всё выстроено, а там – не понятно.
Артём Войтенков: А его уже уволили. Они же пришли к Вам после того, как Макфол объявил, что он улетает.
Евгений Фёдоров: Да. Но объявил об этом после нашего митинга, а не до. После серии митингов у посольства.
Артём Войтенков: Какой смысл им тогда к Вам приходить, если их всё равно всех...?
Евгений Фёдоров: Это методика работы - вести постоянный диалог с объектами, на которых нужно воздействовать. Я-то их понимаю. Я бы тоже вёл такой диалог. Я тоже считаю, что диалог надо вести всегда. Может, это банально звучит, я вообще считаю, что диалог всегда лучше. Есть ещё один аспект, с которого они начали идеологический - это антиамериканизмы. Я хотел бы это подчеркнуть.
Национально-освободительное движение - не антиамериканское. Оно антиоккупационное. Что это означает? Чтобы было понятно: у нас было национально-освободительное движение, которое называлось Великая Отечественная война. Мы освободили свою страну от Гитлера, от фашистов, от немцев - от немцев в данном случае, немецкого государства, его правления. И с этого момента мы стали нормально относиться к немцам. Вот этот же вопрос с американцами. Решив проблему суверенитета страны, мы изменяем систему отношений с американцами. Это не значит, что они будут другими.
Это как, если у вас в лесу звери бегают, вы зверей не поменяете. Вам надо носить с собой палку, ходить по тропинкам, чтобы не сталкиваться со зверями, если палки с собой нет и так далее. Это мировая конкуренция. Она была, будет и есть всегда. Мы никогда не изменим наше окружение. Оно нам всегда будет конкурентно, или враждебно для нас, потому что "враждебно" - это элемент конкурентной борьбы.
Но после того, как мы освободим себя от внешнего управления (в данном случае американского, до этого - немецкого, до этого - французского и так далее), мы должны будем выстраивать с ними отношения партнёрства. Не "липового", как нам тут они рассказывают: "Партнёрство - это когда вы выполняете наши приказы" (американцы так считают). А партнёрства равновесного. И в этом плане очень важно именно, что мы боремся с оккупацией, а не с Соединёнными Штатами Америки. Но оккупанты сегодня для нас - государство США, конкретно: Госдепартамент, министры, правительство, чиновники и так далее. Вот эти моменты надо чётко понимать. И они как раз тоже являются важным предметом переговоров, потому что в принципе при разрушении однополярного мира (американской империи) американцы же не исчезнут тоже, значит, надо уже заранее планировать это будущее. Кстати, об этом я тоже говорил. Давайте посмотрим лет на пять - на десять вперёд. Ушли - задумались. Как я понял, Макфол не уходит на повышение, а он уходит в отставку - в чистую отставку.
Артём Войтенков: Ух ты! Как его!
Евгений Фёдоров: А как вы думаете? Такую страну профукал. Такая была хорошая страна, такая мощная колония, ключевая для Соединённых Штатов. И он не выполнил задачи, которые перед ним стояли. Как вы думаете, что за это его будут гладить по головке что ли? Это чистая отставка. Вообще без разговоров. Это никакое не перемещение на формальную вышестоящую позицию - нет. Всё. Пенсия и деревня. Ну а как?
Человека послали уничтожить Путина, решить проблему оранжевой революции, то есть изменить статус страны на жёсткую управляемость, а ещё лучше (в перспективе) расчленить. Он не только эти три задачи не выполнил. Он отступил назад. Он не смог отбить национально-освободительное движение на стадии его зарождения, когда оно наиболее слабое. Сейчас-то оно уже и без него будет работать. А он его просто не смог отбить, когда мог это сделать - объективно мог (я ещё раз говорю).
Когда я общался с представителями, американскими экспертами, я вижу, что они действительно суперпрофессионалы, реальные профессионалы. И вообще колониальное управление - это не управление шашкозакидательское. Я вот привожу этот пример. Не смогли бы, допустим, англичане полтора миллиона солдат из Индии использовать во время войн в своих рядах, если бы там была чистая колония под названием "Я всех расстреливаю, кто против". Это механизм управления процессом, в том числе и пропаганда, перевербовка людей на свою сторону. Как они Болотную перевербовали так, реально. Как за Навального шестьсот тысяч в Москве мобилизовали? Это же предатели. Но они же не все понимают, что они - предатели.
Артём Войтенков: Большинство не понимает.
Евгений Фёдоров: Их уболтали. Это тоже форма профессионального управления. И управляли этими процессами те люди, которые были у меня. То есть это реальные профессионалы, которые умеют решать задачи на оккупированных территориях - высочайшего качества профессионалы. На нашем уровне, я понимаю, такие были только в Советском Союзе. Сейчас-то их зачистили за двадцать лет всех.
Посмотрим вот что. Я думаю, что от событий на Украине возникает эффект. Я уже хотел бы это подчеркнуть - эффект обратного хода. Поскольку это единое у нас пространство: Украина, Россия - одно и то же, то победа национально-освободительного движения на Украине в виде Отечественной войны, которая там, к сожалению, складывается. Там уже процесс пойдёт, это уже видно. Как бы там через полгода, год не дошло до бомбёжек авиации НАТО. Почему я и говорю, что Украине один из вариантов сейчас - надо Януковичу заключить договор с Россией, чтобы хотя бы защититься от югославского авиационного сценария. Американцы, чувствуется, настроены на это, что если у Януковича появится хотя бы один вооружённый солдат (сейчас-то ни одного у нет нет), против вооружённых солдат - они тут же этих снайперов, которых они посадили, прикроют авиацией. И тут надо просто заключать такого рода договор - хотя бы по линии ПВО прикрытие (по линии ядерного щита) Украины. Но, конечно, там будет поддержка со стороны России просто людей. Это понятно: уже процессы запущены.
Но важно вот что: те люди, которые пойдут на Украину защищать её свободу и независимость от иностранного вторжения, будут участвовать в Отечественной войне на территории Украины, в том числе и из России - они же потом вернутся в Россию. Они будут носителями национально-освободительного движения в России. То есть Украина окажется из положения сверхколонии (сильной колонии) сейчас, если победа произойдёт (а я надеюсь на это) в положении первой свободной страны русского мира. И она в этом случае будет рассадником идеи свободы для русского мира и, извините за такое слово, рассадником суверенитета для русского мира идеологического, что важнее на порядки, и физического, то есть с точки зрения людей и кадров.
Артём Войтенков: Лучше сказать, родником.
Евгений Фёдоров: Хорошо, давайте. Поскольку я - циник, извините, я говорю такие слова.
Артём Войтенков: Понятно. Ладно. Хорошо, будем на это надеяться, если Украину не разбомбят окончательно.
Евгений Фёдоров: Как Вы думаете: если Украину разбомбят, к чему это приведёт? Это приведёт к гибели миллионов людей.
Артём Войтенков: Да.
Евгений Фёдоров: Украина не сдастся. Это русские. Русские не сдаются. Оттого, что их бомбят, убивают, вырезают, русские не сдаются.
Артём Войтенков: Ну, да. Это поднимет волну такую и у нас большую.
Евгений Фёдоров: Это вообще изменит мировой ландшафт. Это переведёт в категорию, в которой Россия у последней черты. Возникает эффект реального сопротивления и реального прозрения народа, я бы так сказал. Почему я и говорю, что вот те люди, которые сегодня в средствах массовой информации обеспечивают возможный или предтеррор на Украине (понятно, что они - предатели) - на них это выльется. Если мы на Украине проиграем, то террор перебросится в Москву и на них это выльется. Я имею в виду средства массовой информации, которые врут постоянно об украинской ситуации, не называя вещи своими именами. Не говоря, что это интервенция, агрессия, а говоря про какую-то оппозицию.
А если там победа произойдёт, тоже на них это выльется. То есть по любому они ошиблись. Когда человек становится предателем, он иногда сильно ошибается. Поэтому я думаю, что те работники средств массовой информации - прежде всего, конечно, руководители достаточно высокого уровня, они в этой ситуации сегодня ошиблись. Если в 93-ем году, может, ещё и не ошиблись, потому что (для себя лично я имею в виду) предали, но как бы личную судьбу, то сейчас, вполне возможно, что они уже свою личную судьбу не сберегут.
Поэтому я советую, может, кстати, впервые, российским средствам массовой информации перебежать на сторону национального курса и на сторону Путина. Этот совет у меня впервые. И этот совет уже обоснованный.
Набор текста: Наталья Альшаева, Наталья Малыгина
Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет телевидение
<< предыдущая страница