Доброе утро, профессор Снейп! - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1страница 2
Похожие работы
Доброе утро, профессор Снейп! - страница №1/2





Название: « Доброе утро, профессор Снейп!”

Автор: Элинор.

Бета: Gabrielle Delacour. За что ей – большое спасибо.

Направление: гет. И только, милые мои, гет.

Пара: Конечно, моя любимая – Северус Снейп//Гермиона Грейнджер)

Рейтинг: NC – 17.

Жанр: мелодрама, будут присутствовать элементы трагедии (чуть-чуть, не бойтесь).

Концовка: обещаю, что будет счастливой и оптимистической.

Хочу поблагодарить Дж. Роулинг за создание таких великолепных персонажей. Благодаря этому, у нас самих есть желание творить.

Для читателя: в жизни профессора Снейпа произошла трагедия. Кто ему поможет?

Предупреждение от автора: ответственности за действия персонажей я не несу. Они уже

довольно взрослые люди, поэтому разрешения на те или

иные поступки у меня не спрашивают. Не думаете же вы,

что проф. Снейп будет считаться с мнением 24-летней

девушки)).

Заметки для читателя: во время описываемых событий Гермионе Грейнджер – 24-25 лет, Северусу Снейпу, соответственно, на 20-22 года больше.

Название поместья Северуса Снейпа – Глумхолл – любезно предоставлено Gabrielle Delacour.

«УС» – это Упивающиеся Смертью.

Фик закончен.

Глава первая.

Ночное дежурство.


– Мисс Грейнджер! Пройдите в палату номер 14. Очень тяжелый случай.

Обеспокоенный голос главврача разнёсся по всей больнице Святого Мунго.


Как раз в этот момент Гермиона закончила делать перевязку старенькому волшебнику, который не справился с управлением метлой.
– Мистер Джакомо, как вы себя чувствуете?
– Намного лучше, деточка, намного лучше.
– Вот и хорошо.
Гермиона помогла старичку лечь в постель, пожелала ему спокойной ночи и вышла в коридор.
Вначале девушка быстро шла, а затем побежала, спеша в назначенное место.

Прежде чем войти в палату, молодой медиковедьме пришлось остановиться и перевести дыхание. От быстрого бега закололо в боку.


Потянув на себя дверь, Гермиона вошла в небольшую комнату.

От сильного запаха дыма и гари у девушки защипало в носу.


– Что случилось? – обеспокоено спросила она у главврача, который склонился над бездыханным телом, лежащим на кровати.
В чёрной обгоревшей груде тряпья с трудом угадывалась человеческая фигура.
– В Хогвартсе произошёл несчастный случай, – ответил мистер Бингли, осторожно переворачивая безжизненное тело на спину после того, как просканировал его своей волшебной палочкой.
Гермиона поспешила коллеге на помощь.
– Мерлин, – охнула медиковедьма, когда увидела обезображенное огнём лицо человека.
Несмотря на обожжённое лицо и сильно обгоревшие волосы, Гермиона узнала пострадавшего.
– Это же… это же профессор Снейп…
Девушка осторожно убрала с его лица прядь волос. Сзади раздался тяжёлый вздох. Гермиона резко развернулась и увидела Альбуса Дамблдора. Казалось, что он сам еле держится на ногах.
– В Хогвартсе был пожар? – быстро спросила девушка.
При этом она осторожно снимала с мастера зелий куски обгоревшей материи, которая когда-то была одеждой.
– Близнецы Джон и Джек Уизли каким-то образом пробрались в хранилище лекарственных зелий мадам Помфри. Они говорят, что им не хватало какого-то ингредиента. Было уже поздно, поэтому Поппи в больничном крыле уже не было. А накануне она заперла в хранилище котел с сывороткой от ожогов. Сыворотка должна была настояться, прежде чем в неё добавят остальные ингредиенты. Близнецы решили подшутить и изменить цвет лекарства.
– Что же они туда добавили? – поинтересовалась Луна Лавгуд, которая дежурила вместе с Гермионой.
– Драконьей крови… – устало ответил директор.

– Вот, болваны! – в сердцах проговорил главврач, вливая в рот профессора Снейпа какую-то жидкость. – Удивительно, что Хогвартс не взлетел в воздух…


– Миона, что ты скажешь? Ожоги ведь твоя специализация, – быстро спросил мистер Бингли.
Гермиона уже успела освободить Снейпа от обгоревшей одежды и осторожно осматривала ожоги. Её взгляд упал на руку мужчины, свесившуюся с края кровати. Длинные изящные пальцы зельевара были обезображены огнем. Ничего не ответив, девушка кинулась вон из палаты.
У нее перед глазами стояли картинки воспоминаний – профессор Снейп показывает классу, как правильно готовить ингредиенты для зелий… Гермиона с восторгом смотрела, с какой скоростью и мастерством Снейп резал и шинковал, перетирал и толок… Пальцы мужчины порхали над котлом, добавляя измельченные компоненты.
А сейчас? Идиллические воспоминания сменились страшной реальностью.

Гермиона Грейнджер мчалась по коридорам больницы. Забежав в лабораторию, она схватила небольшую бутыль с каким-то раствором. Через несколько минут она была в палате № 14.


– Куда ты бегала? – оглянулся мистер Бингли. – Состояние профессора Снейпа ухудшается.
Мистер Бингли и Луна продолжали поить мастера зелий лекарствами.

Гермиона без слов поставила бутыль на стол и достала стерильные салфетки.


– Ты не будешь этого делать! Ты ещё не протестировала это лекарство! – кинулся мистер Бингли к Гермионе.
– Два часа назад я закончила последние опыты, – ответила девушка, продолжая смачивать салфетки и бинты в растворе.
– Если ты сейчас используешь весь раствор, то не сможешь больше воссоздать его. Ты же сама говорила, что с одним из ингредиентов у тебя возникли трудности!
– Это моё открытие, мистер Бингли, и я могу распоряжаться им так, как посчитаю нужным. Неужели вы не видите, что эти ожоги не совместимы с жизнью? Я вообще удивляюсь, что профессор Снейп выжил и не умер от болевого шока, – голос Гермионы был спокоен, хотя чувствовалось, что это стоило девушке большого труда.
Обойдя главврача, Гермиона положила одну из салфеток на обожённую грудь профессора Снейпа. Ей начала помогать Луна…
Салфеток, смоченных раствором, было мало. Сначала девушки обрабатывали наиболее пострадавшие места. Мистер Бингли вскоре успокоился и прошёл в соседнюю палату, где находились близнецы Уизли и мадам Помфри.
– Гермиона, осталось всего три салфетки, – сообщила Луна.
– Я знаю.
– Как же мы…
– Я не знаю…
Несколько минут Гермиона металась из одного угла палаты в другой.
– Руки? – спросила она у Дамблдора, который стоял у кровати зельевара.

Старик молча кивнул.

Без слов медиковедьма двумя салфетками обмотала кисти профессора зельеварения.
– Но, Герми, одной салфетки для лица будет мало. Ожоги не сойдут полностью…
– Мисс Лавгуд, если Северус выживет, то он… я надеюсь… одобрит наше решение. Для Мастера Зелий руки – это… – Дамблдор закашлялся и тяжело опустился на стул.
– Я подумала, что… профессор Снейп поможет мне воссоздать рецепт…и тогда мы сможем полностью убрать оставшиеся ожоги с лица. Очень хорошо, что у него не пострадали глаза, – Гермиона провела над телом Снейпа волшебной палочкой.
– У него большая потеря крови…
В этот момент в палату вбежал мистер Бингли, неся результаты анализов профессора зельеварения.
– У него большая потеря крови, профессор, – обратилась Гермиона к мистеру Бингли.
– Я знаю, Гермиона, но у него очень редкая группа крови, – Бингли протянул девушке листок из лаборатории.
– А в хранилище? Может, в хранилище ещё осталось? – с надеждой спросила Гермиона.
Главврач устало мотнул головой.
– Гермиона, ты же знаешь, что в хранилище её нет. Ты же сама ассистировала мне на операции час назад.
– Почему в хранилище нет крови? – спросил Дамблдор, подзывая к себе результаты анализов.
– Сегодня произошла серьёзная авария. К нам привезли восемь пострадавших волшебников. У одной ведьмы и её ребёнка была сильная кровопотеря. Мы спасли их, но на это ушли все резервы.
– У меня эта группа крови, – заметил Дамблдор. – Но понадобится время, чтобы заключить соглашение.
– Я знаю, директор. Но, вы извините, но… ваш преклонный возраст не позволяет вам стать донором. Вся надежда на мисс Грейнджер.
Гермиона протянула руку и взяла листик с медицинской формулой.
– Да. Я согласна.
– Ты должна добровольно пожертвовать свою кровь, иначе ничего не получится. Ты же знаешь, с донорами заключается магический контракт. Ведь кровь – очень важное вещество и его часто используют в различных…
– Я знаю, где её могут использовать, – перебила Гермиона главврача. – Но заключать контракт нет времени. Он действителен, когда закреплен печатями верховных Магов, старейшин.
– Да, я один из них, – кивнул Дамблдор.
– И что же нам теперь делать? – подала голос Луна Лавгуд.

– Гермиона… – Дамблдор подошёл к девушке. – Ты можешь выйти замуж.


– За кого? – не поняла Гермиона.
– За профессора Снейпа.
– Профессор Дамблдор, он же… Как я могу выйти за профессора зелий, он же в коме. К тому же, как вы себе это представляете?
– Я вас обвенчаю, я имею на это право. И ты, как его законная жена, сможешь стать донором.

– Не сильно ли много вы хотите от неё? – не выдержал мистер Бингли. – Она пожертвовала своим научным открытием, готова сдать для него кровь, а вы еще предлагаете ей это замужество.


Вспышка ревности на мгновение исказила красивое лицо колдуна.
– Ну, я же могу и развестись? Потом, правда? – Гермиона посмотрела на директора.
– Гермиона, дело в том, что подобные заклятия нерушимы. Узы такого брака разорвать нельзя.
– Вы хотите сказать, что я навсегда буду связана с профессором, и не смогу выйти замуж?
– Да, ты будешь миссис Снейп до конца своих дней, – вспылил мистер Бингли.

– Да, это так, – подтвердил Дамблдор.


– У меня есть время подумать? – в замешательстве спросила Гермиона, пристально смотря на неподвижное тело на кровати.
- Герми, ты с ума сошла. Ты загубишь свою жизнь. Он может не выжить, а если и выживет, то, как ты будешь с ним жить? – Луна пыталась отговорить подругу.


  • Директор, а вы не подумали о том, что этот брак является нарушением закона? – спросил мистер Бингли. – Вы заключаете брак без ведома самого профессора Снейпа.




  • Арчибальд, закон будет бессилен, если Северус умрёт. Мы должны спасти ему жизнь.

Гермиона молча вышла в больничный коридор.

Девушка прижалась лбом к холодному стеклу и задумалась.

Одна мысль сменяла другую, смешиваясь в цветном калейдоскопе.

«У меня и так нет личной жизни, – констатировала факт Гермиона. – Никто из мужчин не захочет быть с такой, как я». Она закрыла глаза, вспоминая реакцию Виктора Крама, когда призналась ему, какое на неё наложено заклятье. Виктор повёл себя омерзительно низко и трусливо. « Он не любил меня… А кто полюбит? Бингли? Я не испытываю к нему совершенно никаких чувств… только уважение, как к талантливому врачу… Мы уже давно работаем вместе, и ничего, кроме дружбы, я не могу ему предложить… Я не хочу давать ему надежду… Неужели мне суждено быть одной? Как странно – моя судьба может зависеть от одного человека, ведь сама снять заклятие я не могу. Я беспомощна, как котёнок. Но судьба любит затейливые игры, и теперь уже от меня зависит жизнь человека…»

Гермиона провела пальцем по замерзшему стеклу, рисуя знак вопроса.


– Я согласна, – девушка посмотрела в глаза директора Дамблдора.
– Что ж, тогда приступим.
Глава вторая.

Доброе утро, профессор Снейп!


– И как же мне теперь тебя называть? Миссис Снейп? – грустно спросил мистер Бингли.
– Теперь она – законная жена профессора Снейпа, – отозвался Дамблдор, пряча волшебную палочку.
– Луна, пойди, посмотри, всё ли приготовили для переливания крови…

*******
– Гермиона, как ты себя чувствуешь? – над Гермионой склонились

Дамблдор, мистер Бингли и мадам Помфри.
– Слабость во всём теле, и голова сильно кружится…
– Да, такое часто бывает. А больше тебя ничего не беспокоит?
– Нет, всё в порядке.
– Тебе следует несколько дней полежать в постели. И принимать восстанавливающее зелье, – ответил мистер Бингли.
– А профессор Снейп… как он?
Главврач замялся:
– Он всё еще в коме.
– Значит, всё зря? – Гермиона встретилась взглядом с директором Хогвартса.
– Нет, ты поступила правильно, Гермиона. Без тебя профессор Снейп бы умер. А теперь у него есть все шансы выздороветь.
– Но он в коме, директор.
– Прошло очень мало времени. Вот увидишь, он очнётся.
– У профессора Снейпа сильный организм, он должен справиться, – сказал главврач. – Ну, Миона, набирайся сил.
В палате с Гермионой остались мадам Помфри и Альбус Дамблдор.
– Как себя чувствуют близнецы? Луна сказала мне, что с ними ничего серьезного не произошло.
– Они испугались, наглотались дыма и ядовитых испарений. Но профессор Снейп успел вовремя вынести их из хранилища, – объяснил Дамблдор. – Билл Уизли уже забрал их из больницы.
– Профессор, как обычно, совершал ночной обход школы?
– Да. Северус почувствовал специфический запах и догадался, что кто-то пробрался в хранилище. Драконья кровь уже начала взаимодействовать с зельем, когда Северус выносил близнецов. А потом он вернулся, чтобы потушить пламя и убрать другие опасные концентраты. Но огонь уже был повсюду. Северус успел перекрыть доступ огню к взрывоопасным зельям, но выйти не успел…
– Балки, Гермиона, на него обрушились горящие балки, – продолжила рассказ директора мадам Помфри. – Когда подоспели мы с Филчем, было уже поздно… Северус был ещё в сознании, когда мы разобрали завал. И мы сразу же доставили его в больницу.
Гермиона откинулась на подушки и закрыла глаза.

*******


Через несколько дней Гермиона Грейнджер зашла в палату профессора зельеварения Северуса Снейпа.
– Доброе утро, профессор Снейп! – бодро произнесла девушка и подошла к кровати бывшего учителя.
Мужчина лежал неподвижно, его глаза были закрыты. Гермиона подошла к окну и открыла жалюзи.
– Почему вы лежите в темноте, профессор? Сейчас ведь день, прекрасный зимний день. На улице выпал снег. Всё белое, как в сказке.
Продолжая разговаривать с мастером зелий, Гермиона выполнила все процедуры. Затем села на стул возле его постели.
– Профессор, я совсем забыла… Я не представилась. Я надеюсь, что вы помните меня… Меня зовут Гермиона Грейнджер, я закончила Хогвартс 6 лет назад. Сейчас я работаю врачом в этой больнице. И мне это нравится. Хотя я до сих пор не привыкла смотреть на людские страдания и боль. Иногда после смены я просто не могу уснуть без успокоительного.
Девушка еще немного посидела в тишине, а затем тихонько вышла.
*******

– Доброе утро, профессор Снейп! Посмотрите, снег уже растаял. Ой, если бы вы знали, как сегодня у меня промокли ноги, пока я добиралась на работу. Почему не аппарировала? Просто я хотела пройтись немного перед работой. На улице так хорошо. Март. Мой любимый месяц.


*******

– Доброе утро, профессор, Снейп! Сегодня Луна подарила мне нарциссы. Посмотрите, какие они красивые! А как они пахнут! – Гермиона вдохнула аромат цветов и блаженно закрыла глаза. – Я поставлю цветы у вас на столике.

Девушка ловко влила мужчине в рот нужное лекарство и осторожно убрала в сторону покрывало, осматривая заживающие раны.
– Профессор, хочу сказать, что в скором времени от ожогов не останется и следа.
«Вот только лицо… некоторые шрамы всё равно останутся…», – огорчённо подумала про себя волшебница.
Гермиона села рядом с постелью Снейпа и взяла его безжизненную руку в свои ладошки.
– Профессор, ваши руки полностью зажили, ни одного шрама. Они стали такими же, как и были.
Рука мужчины была теплой и мягкой… И Гермионе казалось, что сейчас, в этот момент, он шевельнётся и сожмет её ладонь. Поэтому девушка не спешила отпускать длинные изящные пальцы из своей маленькой ладошки.

– О, профессор, какие у вас длинные пальцы. – Гермиона приложила его ладонь к своей, сравнивая размеры. – Вы не играете на пианино?… Хотите, я почитаю вам газету?


Девушка аккуратно положила руку Снейпа на кровать, рядом с неподвижным телом, и потянулась за «Пророком». Вдруг рука мужчины соскользнула с постели и упала к ней на колени.
– Ну, профессор, так уж и быть. Вообще, я не разрешаю мужчинам прикасаться к моим коленкам, но, если вам так удобнее, то вам можно… Вы всё- таки мой муж.
Она начала читать вслух, иногда вставляя свои комментарии.
*******

– Доброе утро, профессор Снейп! Как вы себя чувствуете? Почему я спрашиваю? Да потому что у вас прошли все ожоги, – Гермиона осторожно наносила на тело мужчины целебную мазь. – Между прочим, за вами должок. Какой? А кто мне поможет воссоздать моё зелье? Когда я проводила опыты, у меня что-то пошло не совсем правильно… И теперь я не могу всё воспроизвести… Ну да ладно, поговорим об этом позже. Кстати, Джинни Уизли выходит замуж за Гарри Поттера. Свадьба состоится через месяц – 15 июня.

*******

– Доброе утро, профессор Снейп! Джинни вышла замуж. Я считаю, что Джинни и Гарри – очень хорошая пара. Я была на торжественной части. Нет, банкет я пропустила. Как же вы без меня? Сегодня сова принесла новый выпуск «Алхимика». Вам почитать? Знаете, тут есть несколько интересных статей, – Гермиона опустилась в удобное кресло (стул был давно убран) и открыла журнал. Рука мастера зелий привычно лежала у девушки на коленях…


*******

– Доброе утро, профессор Снейп! Нет, день не задался с самого утра. Прилетел Виктор Крам. Знаете, мне на его месте было бы стыдно после такого вообще смотреть в глаза. Он сказал мне, что подумал и решил… А- а- а! Он подумал и решил, что сможет справиться с моим заклятьем… Предложил мне выйти за него замуж. Представляете, каков наглец. Я, естественно, ему отказала. Почему? Как, почему? По двум причинам – я уже замужем, это, во-первых; а во-вторых, я его презираю… – Гермиона вздохнула. – Я опять сегодня плохо спала. Да, теперь я понимаю слова Волдеморта, когда он накладывал на меня заклятье. Каждая ночь превращается для меня в кошмар, пытку. Да нет, дело не только во снах, профессор, далеко не во снах… А сегодня у меня была серьезная операция. Устала-а-а…


– Гермиона, зайди ко мне в кабинет, – попросил мистер Бингли по громкой связи. – К тебе пришли.
Зайдя в кабинет главного врача, девушка увидела Альбуса Дамблдора.
– Здравствуй, Гермиона. У меня есть предложение…

Глава третья.

Новый дом для Гермионы.
– Доброе утро, профессор Снейп! Знаете, профессор, теперь я понимаю, почему ваше поместье называется Глумхолл. Бр-р-р. Вы когда тут последний раз делали ремонт? Судя по всему, прибиралась тут последний раз ещё ваша прапрабабушка. Знаете, эльфам потребовался месяц, чтобы привести поместье в нормальный вид. Мало? Ну, вы учитывайте, что трудились все эльфы Хогвартса. Я, профессор Дамблдор и профессор Бингли решили, что вам в родном доме будет лучше, чем в больнице, – Гермиона присела на край большой кровати, на которой лежал профессор зельеварения. – Ваши домашние эльфы называют меня госпожой. Я пыталась их переучить, но они сказали, что просто по имени называть меня не будут, разве что – госпожа Гермиона. Я уже привыкла… Уже конец августа, профессор, а вы всё еще лежите… Скоро начнётся новый учебный год. Дамблдор не хочет искать нового мастера зелий. Говорит, что будет ждать вашего выздоровления. Кто ведёт зельеварение? Мадам Помфри согласилась на время вас заменить. Она так переживает. Говорит, что до четвертого курса у неё проблем нет, но дальше… Да, дальше начинаются сложные зелья. Директор Дамблдор договорился, что у старшекурсников временно будет вести уроки мистер Сидни, зельевар из Святого Мунго. Так что выздоравливайте, профессор…И ещё – я перевезла к вам все свои вещи. Знаете, ужасно неудобно аппарировать по семь раз на день…
Месяц спустя.
Гермиона проснулась в три часа ночи от собственных громких стонов.
– Мерлин, когда же это закончится? – девушка просунула руку под подушку, разыскивая заветный пузырёк с зельем. – Хм, неужели забыла в спальне профессора? Как не хочется вставать с тёплой постели…
Она медленно встала и поплелась в соседнюю спальню. Переступив через высокий порог, Гермиона Грейнджер привычно вошла в спальню своего бывшего страшного учителя. Мужчина неподвижно лежал на белоснежных простынях. Небольшой ночник отбрасывал блики на Северуса Снейпа. Гермиона склонилась над ним, всматриваясь в его лицо. Казалось, что волшебник просто крепко спит, а не пребывает в коме почти год. Девушка поправила непослушную прядь его чёрных волос, отмечая про себя, что они отросли до прежней длины. О трагедии свидетельствовали только шрамы на лице Снейпа. Один пересекал левую щеку мужчины, ещё два шрама были на лбу и подбородке. Гермиона уже привыкла к этому…
Девушка тихонько вздохнула и поправила тёплое зелёное одеяло, которым был укрыт мастер зелий. Затем Гермиона подошла к небольшому столику, который был заставлен различными пузырьками. Найдя свою бутылочку, она открутила крышку и выпила всё её содержимое.

Девушка передёрнула плечами от холода. Трусики, маечка и мягкие тапочки не сильно греют. «Наверно, нужно было надеть и себе пижаму», – подумала Гермиона, посмотрев на мужа.

Разведя в камине огонь, девушка уселась в кресло и загрустила. Ей совершенно не хотелось возвращаться в свою спальню. В ЭТОЙ спальне был человек, компания. Пусть он не реагировал на неё, не разговаривал с ней, но Гермиона чувствовала, что она не одна. На глаза навернулись слёзы-предательницы. Вначале волшебница сдерживала их, прикусывая нижнюю губу и плотно закрывая глаза, но потом разрыдалась на всю спальню. Она плакала долго и отчаянно, размазывая слёзы по щекам. Слезы капали на белую маечку, на руки, сжимавшие пузырёк из тёмного стекла. Внезапно она прекратила плакать и вытерла мокрое лицо. У Гермионы совершенно не осталось сил, чтобы подняться с кресла.

Девушка свернулась калачиком и заснула. Благо, завтра был выходной.


Гермиона проснулась через час от холода. Огонь в камине погас и не посылал девушке живительное тепло. Она поднялась с кресла и побрела к постели Северуса Снейпа. Она прилегла на самый краешек кровати и накинула на себя край пухового одеяла. Наконец-то она нормально заснула.

Сны…


Как только Гермиона заснула, сны атаковали её с новой силой. Но благодаря зелью она не могла разобрать их смысла. Девушка перевернулась на бок – спать на краю постели было очень неудобно. Затем опять изменила позу, при этом прижалась к чему-то тёплому.
« Профессор…», – пронеслось в затуманенной голове.
Гермиона сонно вздохнула, когда кто-то прикоснулся к её обнажённому бедру.
– Мерлин, в выходной поспать не дают. Я не помню, когда в последний раз нормально спала, – с этими словами девушка опять согнула ногу в колене и улеглась на что-то мягкое и тёплое. Мягкое и тёплое пошевелилось, пытаясь осторожно отстранить сонную гриффиндорку.
– М-м-м, как тепло, – девушка поёрзала и потянула край одеяла, накрывая им голову.
Гермиона удивлённо распахнула глаза оттого, что почувствовала, что ей что- то упёрлось во внутреннюю часть бедра.
Девушка тихонько пошевелилась и опустила руку под одеяло.

Мерлин, она практически лежала на мастере зелий. Во сне девушка прижалась к Снейпу и закинула на него ногу.


«И он… и у него… Он на меня отреагировал».
После такого открытия Гермиона резко села в постели и посмотрела на Снейпа.

Мастер зелий недоумённо приподнял бровь, рассматривая сонную девушку.



Гермиона сглотнула и принялась поправлять сползшие с плеч бретельки, затем пригладила спутавшиеся волосы.
– Мисс Грейнджер? Что вы здесь делаете? – спросил Северус Снейп, не сводя взгляда с бывшей ученицы.
– Э… вообще, я тут живу, профессор, – Гермиона прижала к груди край одеяла, прикрывая откровенный наряд.
– Хм, я не припоминаю, чтобы вы жили в моём поместье. Кстати, что с комнатой?
– Ремонт. Капитальный ремонт, профессор, – гриффиндорка хотела привстать, но в последний момент передумала и ещё больше завернулась в одеяло.
– И всё же, как вы здесь очутились?
– Я тут живу около двух месяцев. Я ухаживаю за вами, профессор Снейп.
– Зачем?
– В начале декабря с вами случилось несчастье. В Хогвартсе был сильный пожар. Мы еле спасли вас. Но вы впали в кому. Вы находились в таком состоянии почти 10 месяцев.
– Почему за мной ухаживаете именно вы? – Снейп закрыл глаза, пытаясь вспомнить события той злополучной ночи.
– Я работаю врачом в больнице Святого Мунго. Когда вы пострадали, было моё дежурство. К тому же я…
– Что случилось с близнецами? – неожиданно спросил мужчина.
– Так вы всё вспомнили?.. С ними всё в порядке, Билл забрал их из больницы на следующий день, – девушка начала искать под одеялом недостающую часть своего туалета, всячески ругая себя.
– Я помню события той ночи, мисс Грейнджер… До и во время пожара…
Гермиона провела рукой по одеялу, пытаясь отыскать свои трусики, которые сняла во сне.
– Вы это ищете? – мастер зелий приподнял руку. На указательном пальце мужчины покачивались кружевные женские трусики.
– Да, это мои, – Гермиона потянулась за его рукой.
Мужчина отвёл руку в сторону.
– И как часто вы спите в моей постели, мисс Грейнджер? Не думал, что это входит в обязанности сиделки.
– Я не спала в вашей постели, профессор! Это было впервые. Я задремала на кресле, замерзла. И решила прилечь рядом с вами, а потом заснула.
– Хм, и потеряла нечаянно своё бельё.
– Я не потеряла, а машинально сняла, потому что я сплю без… – Гермиона залилась румянцем и изменила тему. – К тому же, я вам не сиделка. Повторяю, в больнице Святого Мунго я работаю врачом.
Внезапно перед кроватью появился домовой эльф.
– Хозяин здоров! Я знал, что он поправится! Хозяйка мне говорила, что…
– Ты сказал ХОЗЯЙКА? – перебил эльфа Северус Снейп.
– Да. Хозяйка, госпожа, госпожа Гермиона – так мы обращаемся к миссис Снейп, – эльф прижал уши к голове, не понимая, почему хозяин разозлился.
– Что это значит? – развернулся профессор зельеварения к побледневшей Гермионе.
– Профессор, послушайте меня. Это было необходимо сделать…
– Необходимо выйти за меня? – прошипел Снейп, прищурив глаза. – Пока я лежал в коме, вы воспользовались моим бессознательным состоянием. Я не думал, что гриффиндорцы способны на такое. Не понимаю, зачем вам это было нужно…
Гермиона положила свою ладошку на руку мастера зелий:
– Профессор, вы неправильно поняли ситуацию, всё было совсем не так…

Мужчина оттолкнул от себя руку девушки и медленно, почти по слогам, тихо

произнес:
– Немедленно убирайтесь вон из моей спальни. Я не нуждаюсь в ваших услугах.
– Что ж, я уйду. Но вы должны были выслушать меня… прежде, чем кидаться такими догадками.
– Вон отсюда, – повторил зельедел.
Гермиона молча кивнула и откинула одеяло. Встав с постели, она быстро

обернулась простынею, обула тапочки и пошла к двери.


– Вы забыли вот это! – Снейп кинул девушке вдогонку белые кружевные трусики.
Гермиона развернулась, подняла их с пола и швырнула в мастера зелий.
– Оставьте себе на память, профессор. Хоть будете знать, как выглядит женское бельё, – с этими словами Гермиона вышла из спальни, хлопнув дверью.
Зайдя в свою спальню, Гермиона натянула штаны от пижамы и рухнула на пол, беззвучно плача. Наплакавшись вволю, девушка начала собирать свои вещи.

Через полчаса сборы были окончены. Сложив уменьшённые коробки в маленький рюкзачок, Гермиона позвала домового эльфа.


Бедный домовик ещё не пришёл в себя после увиденной сцены.
– Генри, ты должен хорошо ухаживать за своим хозяином. Твой брат должен тебе помогать. Я скажу мистеру Бингли, что профессору нужна сиделка.
– Госпожа, это я виноват, – Генри ударился головой о стену.
– Тише, Генри, здесь нет твоей вины, – Гермиона оттащила домовика на приличное расстояние от стены. – Он бы всё равно узнал. Но ты же слышал, он не дал мне ничего объяснить.
Девушка пожала маленькую лапку Генри и аппарировала в свою квартиру.
Глава четвёртая.

Возвращение.


Минуло несколько недель, и к началу октября Гермиона немного успокоилась. Только её ночи стали еще страшнее и тревожнее.

Девушка добросовестно выполняла свою работу в больнице и сразу же после смены аппарировала в свою небольшую квартирку. Бросала сумку на кресло и, не раздеваясь, ложилась ничком на диван. Через некоторое время медленно приподнималась, стаскивала с себя одежду, плелась на кухню. Поужинав, она ложилась в постель, накрывалась одеялом с головой и тихонько плакала.

Перед работой приходилось закапывать покрасневшие глаза, чтобы никто ни о чём не догадался. Гермиона тихо впадала в депрессию.

В свою очередь, профессор Снейп в тот же день смог подняться с постели. Мастер зелий держался за стену, пока дошёл в ванную.



Итогом его путешествия были – разбитое зеркало и пустая бутылка огневиски.
Через неделю Северус Снейп разблокировал каминную связь и убрал ограничители для почтовых сов. Уже через час в спальне зельевара расхаживал Альбус Дамблдор.
– Северус, тебе совершенно нельзя пить. Ты погубишь все старания Гермионы.
– Я не хочу о ней слышать, директор, – Снейп привычным жестом запахнул чёрную мантию.
– Тебе придётся о ней послушать, Северус. Хочешь ты этого, или нет. Она спасла тебе жизнь, а ты так оскорбил её, даже не дав объясниться. И кто ты после этого?! – директор Хогвартса наступал на мастера зелий, сверкая голубыми глазами. – Садись и слушай. И проси всех богов, чтобы девочка после всего этого простила тебя. Если она не даст тебе прощения, я пойму её и не буду просить за тебя.
После разговора с Дамблдором Глумхолл был закрыт ещё на одну неделю…
*******
Субботним октябрьским вечером в дверь Гермионы Грейнджер позвонили. Она вздрогнула от резкого звука, но открывать не стала. Звонок повторился. Гермиона включила телевизор. Но за дверью продолжали настойчиво нажимать на кнопку. Девушка выключила телевизор и легла на диван, закрыв глаза. Неожиданно наступила тишина.
– Миссис Снейп? Почему вы не открываете дверь? – возле дивана стоял Северус Снейп.
– Что вам от меня нужно? – безразлично спросила Гермиона, уставившись в одну точку.
– Гермиона, посмотрите на меня.
– Я непрерывно смотрела на вас 10 месяцев, профессор. Спасибо, насмотрелась. Оставьте меня одну, у меня завтра сложное дежурство, – Гермиона отвернулась от мужчины. – У меня нет к вам никаких претензий.
– Гермиона, я хотел попросить прощения…
– Я вас прощаю. До свидания, профессор Снейп. Вернее, прощайте.
– Гермиона, я…
– Не смейте произносить моё имя.
– Простите меня. – Мужчина сделал паузу, но потом продолжил. – Я не знал, что делаю. Директор Дамблдор мне всё рассказал.
– А мне не выпала честь быть вами выслушанной, – тон девушки всё ещё оставался безразличным.
– Что я могу сделать, чтобы искупить свою вину?
– Уйти.
– Я не уйду, – мастер зелий продолжал стоять возле жены.
– Тогда уйду я, – волшебница поднялась с дивана, положила в карман пижамы волшебную палочку и направилась к входной двери.
– Гермиона, я был идиотом.
– Я же попросила, не произносите вслух моё имя, – девушка вышла в коридор и хлопнула входной дверью.
Северус Снейп кинулся за ней. Гермиона спускалась по ступеням.
– Куда вы направляетесь? На улице сейчас холодно. – Снейп быстро догнал гриффиндорку.
– Не переживайте, не в ваше поместье.
– Девочка моя, я не знаю, что тогда на меня нашло, – профессор зельеварения преградил Гермионе дорогу.
– Я тоже не знаю, профессор. Пропустите меня. Я аппарирую к Луне домой.
– Я не пущу.
Гермиона устало вздохнула и села на ступеньку.
– Вы пропустите меня?
– Нет.
– Я же сказала – я вас прощаю.
– Я хочу, чтобы вы вернулись.
– Да как вы смеете? – с этими словами девушка встала и попыталась обойти профессора зельеварения. Но Снейп её не пропустил.
Отчаявшись, Гермиона накинулась на мужчину с кулаками, пытаясь пройти к выходу. Зельевар терпеливо снёс все удары. Увидев, что ничего не помогает, Гермиона зарыдала. Без слов Северус Снейп подхватил девушку на руки, завернул ее в свой теплый плащ и аппарировал в поместье.
Зайдя в спальню, которую раньше занимала Гермиона, мастер зелий осторожно положил свою хрупкую ношу на кровать. Девушка села на край постели.

Возле кровати стояли Генри и его брат – Мерри.


– Госпожа! – если бы было можно, домовые эльфы бы запрыгали.
– Генри, Мерри, аппарируйте в квартиру миссис Снейп и соберите все её вещи, – отдал распоряжение профессор зельеварения.
– И чего вы хотите добиться? – спросила Гермиона.
– Я хочу искупить свою вину.
– А, вас стала мучить совесть?
– Дело не в совести. Я поступил просто ужасно... оскорбил, обидел девушку, которая спасла мне жизнь, которая дала мне свою кровь и пожертвовала своим будущим – После этих слов Северус Снейп опустился перед Гермионой на колени. – Как мне искупить свою вину?
Гермиона совершенно не была готова к такому продолжению событий. Профессор Снейп стоит перед ней на коленях, прося прощения… Неожиданный поворот… Она не знала, что ответить.
– Гермиона, пожалуйста, не молчите, – мастер зелий осторожно положил свою ладонь ей на колено.
Гермиона вздрогнула от этого прикосновения. Ей была знакома тяжесть этой руки. Десять месяцев, изо дня в день…
В комнате наступила тишина, которую нарушало лишь потрескивание поленьев в камине.
– Гермиона, я вспомнил… вспомнил ваше тепло… когда вы брали мою руку в свои ладони, когда моя рука лежала у вас на колене… – мужчина медленно провел кончиками пальцев по женской ноге, скользя от бедра к колену…

Гермиона подняла голову и посмотрела Снейпу в глаза.


– … я помню запах ваших духов … теперь я везде узнаю его… – мастер зелий, не отводя глаз, наклонился вперёд и принюхался.
Девушка немного отклонилась назад и опёрлась руками о постель.
– … я помню ваш голос… вы разговаривали со мной, что-то читали… он доносился до меня откуда-то издалека, но я его слышал… и я ждал… чтобы услышать его вновь…
– Я знала, что вы слышите меня, – прошептала Гермиона. – И я привыкла разговаривать с вами… мне казалось, что вы должны были меня понять. – Гермиона отвернулась, пряча скатившуюся слезинку.
– Я не достоин ваших слёз, – Снейп осторожно вытер лицо девушки. – Простишь ли ты меня?
– Я простила вас…
– Я хочу, чтобы ты вновь поверила мне, поверила в меня, Гермиона. Прошу, останься…
– Я не знаю…
– Прошу тебя, – мастер зелий обхватил ладонями талию Гермионы, словно боялся, что девушка исчезнет. – Останешься?
– Я… Я останусь.
– Ещё никто не делал для меня столько… – мужчина опустил голову и уткнулся лицом в колени девушки. Его руки медленно соскользнули с её талии и обвили её бёдра.
Какое-то время Гермиона сидела, не двигаясь, привыкая к новым ощущениям. А потом нерешительно положила ладошку на черноволосую голову профессора.

Глава пятая.

Что происходит с миссис Снейп?
Гермиона осталась в Глумхолле, как и пообещала Северусу Снейпу.

После работы девушка сразу же аппарировала в поместье. Прошло несколько недель, и она стала называть его «домом».


Генри и Молли подавали ужин. К возвращению Гермионы Снейп всегда поднимался из подземелий, где находилась его лаборатория.
Всё свободное время волшебники тратили на воссоздание целительного зелья, благодаря которому Гермионе удалось спасти Северуса.
Девушка показала Снейпу все свои записи и лабораторные дневники. Она надеялась, что Мастер Зелий выяснит, какая ошибка была допущена, и почему ей не удаётся повторно сварить живительное зелье.
Гермиона привыкла к обществу своего бывшего учителя. Он продолжал называть её по имени, но больше не прикасался к ней. Единственным контактом могло быть нечаянное прикосновение в лаборатории, когда волшебники проводили опыты.
Откровенных и доверительных бесед тоже больше не было, но Гермиона понимала, что Та ситуация была особенной, и не ожидала, что угрюмый и неразговорчивый профессор зельеварения изменится. Характер Снейпа остался прежним, но его отношение к бывшей ученице стало другим. Во всяком случае, так показалось самой Гермионе. Иногда гриффиндорка ловила на себе его пристальные взгляды, когда он думал, что она была занята приготовлением зелья или записями.
В свою очередь, события того вечера полностью изменили мнение девушки о декане Слизерина. И ещё очень долго она вспоминала его слова: «Ещё никто не делал для меня столько…».
Шрамы на лице Снейпа стали не такими заметными, но окончательно не исчезли. Гермиона видела, что мужчина старался не обращать на них внимания, но иногда, судя по всему, они сильно болели.
Северус сообщил ей, что после Рождественских каникул возвращается преподавать в Хогвартс. Дамблдор так и не нашёл постоянную замену на его место, а Поппи Помфри было тяжело совмещать две должности. К тому же Слизерин нуждался в декане. Гермиона восприняла эту новость, как должную. Хотя… что скрывать… ей было тяжело отказаться от совместных завтраков и ужинов, от работы в лаборатории. Но Снейп мог бы аппарировать после работы домой…
Несколько раз девушка хотела затронуть эту тему, но никак не решалась начать разговор.
*******

Была середина ноября – самая ненавистная пора для Гермионы. Постоянные дожди, которые обильно посылало угрюмое небо, сырость и слякоть…


В одну из таких ноябрьских ночей девушка долго не могла уснуть. В последнее время ей не помогало даже содержимое спасительного пузырька.
Забывшись в беспокойном сне, Гермиона металась в постели.
Внезапно проснувшись, она резко села, благодаря Мерлина, что сообразила накладывать на комнату чары не слышимости.
Раздался стук в дверь. На часах было 3 часа ночи.
– Войдите.
В спальню Гермионы вошёл Северус Снейп.
Поверх шёлковой пижамы на мужчине был длинный халат.
– Гермиона, что-то случилось? – мастер зелий подошёл к кровати гриффиндорки.
– Нет, профессор ничего не произошло.
– Почему же вы стонали? Вы себя плохо чувствуете?
– Я не больна.
– Хорошо. – Снейп сел в кресло рядом с кроватью девушки. – Вы можете мне объяснить, почему почти каждую ночь из вашей спальни раздаются стоны?
– Я не хотела мешать вам спать, профессор. Но вы не могли что-либо слышать. Я накладывала на спальню чары неслышимости.
– Наверное, мне нужно было предупредить вас, но я как-то не учел это… Глумхолл – очень старое поместье. И для его комнат нужно применять другое заклинание.
– Так вы всё слышали?
– В те ночи, когда я не был в лаборатории, – да, всё.
Гермиона прикрыла глаза ладонью.
– Гермиона, что с вами происходит?
– Это долгая история.
– Я умею слушать.
– Хорошо… Вы помните тот год, когда пал Волдеморт? Я тогда заканчивала Хогвартс.
– Да. Тогда вас похитили УС прямо после церемонии награждения за лучший школьный проект по нумерологии. Недалеко от здания Академии.
– УС не успели причинить мне вреда. Скорее всего, они не ожидали, что события развернутся с такой скоростью. Я слышала, как Петтигрю сообщал Волдеморту, что УС терпят поражение. Благодаря общей панике мне удалось бежать из комнаты, где меня закрыли, и вернуть свою палочку. Звуки боя были совсем близко. Судя по всему, Волдеморт и не думал сражаться с аврорами. Он собирал своё ближайшее окружение. Не знаю, как это получилось, но я натолкнулась на него в боковом коридоре, когда они собирались аппарировать. Вдогонку он послал мне «Круциатус», но я смогла поставить против него щит. Тогда Волдеморт сказал: « Какая умная, прилежная девочка. И такая чистая, невинная. Тебе очень подойдёт мой подарок. Каждая ночь превратится для тебя в кошмар и сладкую пытку». И тогда он наложил на меня заклятье. Мой охранный щит не смог отразить его.
– Так вот почему вас нашли тогда без сознания? – медленно спросил Снейп, расставляя все точки над «и».
– Да. Все думали, что меня оглушили. Это заклятье очень трудно обнаружить.
– Каждая ночь превратится для тебя в кошмар и сладкую пытку… – мастер зелий задумчиво повторил слова Гермионы. – Не хотите ли вы сказать, что Волдеморт наложил на вас заклятье «45 дней»?
Гермиона покраснела и кивнула, боясь посмотреть Снейпу в глаза.
– Чудовище. – Снейп откинулся на спинку кресла. – Почему вы никому ничего не сказали?
– Мне было стыдно. Сначала я не понимала, что со мной происходит, а потом я нашла книги в запретной секции на эту тему.
– Филч не мог поймать вас в течение месяца.
– Да, я ночью пробиралась в библиотеку… Теперь вы понимаете, почему я люблю ночные дежурства?
– Вы не спите ночью.
– Когда я поняла, с КАКИМ заклятьем мне придётся бороться… я вообще решила никому про это не рассказывать. Если бы об этом кто-то узнал… Мне и без огласки было прескверно.
– Вы знаете, как можно снять заклятье? – поинтересовался Снейп, внимательно смотря на Гермиону.
Она на мгновение заколебалась.
– Знаю, профессор.
– Ну, и?
– Ну и ничего. Я смогла бы сварить себе зелье, которое нужно принимать перед тем, как… Ну, вы меня поняли… Но со всем остальным большая проблема.
– Неужели у вас никого не было?
– У меня были очень серьёзные отношения с Виктором Крамом. Мы собирались пожениться. Я решила, что должна всё рассказать ему… он меня не понял. Наверно, побоялся, что не справится, а может, не захотел лишних проблем…
– … а может, просто не любил вас, – добавил Снейп. – Я уверен, что он не захотел рисковать, ведь сила заклятья может отрицательно повлиять на магическую силу волшебника, если он не достаточно опытен (могущественен).
– До моего рассказа он вообще не знал, что такое заклятье существует. Я не могла скрывать от него правду, начинать семейную жизнь со лжи… Я даже рада, что так всё сложилось.
– Странно, что Крам ничего не знал, он же закончил Дурмштанг. Хотя… да, про это заклятье знают мало. Наиболее распространено «Четвёртое Непростительное»*, но у него своя специфика.
На несколько минут в комнате наступила тишина.
– Гермиона, а вы уверены, что правильно во всём разобрались?
– Правильно ли я себе поставила «диагноз»? Думаю, да. – Девушка задумалась, а потом начала перечислять:
– Вечером у меня всегда повышается температура, а к утру она всегда приходит в норму. Если я ложусь спать, то мне очень трудно заснуть. Хотя раньше я засыпала очень быстро и спала крепко. Иногда я испытываю сильные головные боли. У меня очень болезненно проходят критические дни. Но со всем этим я справляюсь. Я варю себе зелья. А самое главное… – Гермиона замялась, но потом решилась продолжить. – Во время сна я нахожусь в сильном сексуальном возбуждении. Желание настолько велико, что становится болезненным. Иногда мне снятся эротические сны… из-за этого мне становится ещё хуже…
Но больше всего меня волнует то, что из-за проклятия я не могу иметь детей. Я уже смирилась с тем, что не выйду замуж, но с тем, что у меня не будет ребёнка, я не смирюсь никогда.
– Гермиона, … вы – девственница? – поинтересовался мастер зелий.

Гермиона растерялась.


– Нет.
– Тем более…
– Я поняла, что вы хотите спросить. Нет, после секса становится только хуже. Желание усиливается. Поэтому после Виктора у меня никого не было. Я ни с кем не встречаюсь. Мне, вообще, тяжело общаться с мужчинами, особенно чувствовать их прикосновения.
– Хм, извините меня. Я тогда позволил себе обнять вас.
– Ничего. Вы же не знали, профессор. К тому же, за десять месяцев я к вам привыкла. И по отношению к вам я ничего не испытываю…
Снейп удивлённо приподнял бровь.
– … я имела в виду, что мне не было неприятно, когда вы ко мне прикасались.
– Ещё есть какие-то признаки?
– Нет. Больше ничего. Всё, как описано в книге. Для того, чтобы снять заклятье, нужно в течение 45 дней строго по схеме принимать зелье и… – Гермиона замялась и замолчала.
– …и при этом регулярно испытывать оргазм. Партнёр обязателен, – невозмутимо продолжил мастер зелий. – Гермиона, мы с вами – взрослые люди, и вам нечего стесняться. Как же тогда должен был себя вести я, ведь на протяжении десяти месяцев вы видели меня без одежды.
– Это разные вещи, профессор, – девушка отвернулась к окну и посмотрела на посветлевшее небо.
Убедившись, что разговор окончен, зельевар встал с кресла и вышел из спальни.

*«Четвёртое Непростительное».

Информация про «ЧН» взята из одноимённого фика, который размещён на сайте Тутси в разделе «Фики – NC-17».

Адрес: http://ss-hg.narod.ru/law.html

Цитата из фика:
«Priapus. Четвертое Непростительное. Одни забыли о нем. Другие смеялись над ним. А некоторые проделывали с ним грязные шуточки. Довести мужчину до крайней точки возбуждения и не дать ему разрядки… Единственным способом для жертвы нейтрализовать действие этого проклятия – было заняться с кем-нибудь сексом. Именно сексом со всеми его физиологическими атрибутами. Мастурбация здесь не поможет, а только усугубит положение. Чтобы избавиться от проклятия вы нуждаетесь в другом человеке, желаете вы этого или нет.»

Глава шестая.

Начало.
После ночного разговора волшебников прошло 10 дней.
Снейп больше не задавал девушке никаких вопросов на эту тему; казалось, что он занят только своей лабораторией. А Гермиона, в свою очередь, была только рада этому. Она не хотела вновь испытывать чувство стыда и досады, обсуждая этот щекотливый и болезненный для неё вопрос.
*******

– Профессор, я вас разбудила? – Гермиона опять проснулась от собственных стонов.


«Это уже стало входить у меня в привычку», – отметила она про себя.

На пороге её спальни стоял мастер зелий.


– Нет, Гермиона, вы меня не разбудили. Я ещё не ложился, – Северус Снейп вошёл в комнату своей жены. В руках он держал флакон с каким-то зельем.

Девушка потянулась за палочкой, чтобы зажечь свечи.


– Не стоит, – мягко сказал Снейп, вкладывая в её руки крохотный сосуд. – Выпейте это сейчас же.
– Я опять забыла своё зелье в лаборатории? – Гермиона выпила содержимое пузырька. – Но это не моё зелье! Что это? – она ухватилась за руку Снейпа.
– Это первый шаг в снятии с вас заклятия, Гермиона, – мужчина сел на кровать девушки.
– Мерлин, что вы собираетесь делать? – в ужасе воскликнула Гермиона, отодвигаясь от мастера зелий.
Тем временем Снейп расстегнул и снял сюртук, затем скинул туфли. Гриффиндорка растерянно наблюдала за его действиями.
– Профессор, я понимаю, что вы хотите мне помочь, но лучше уйдите, – попросила она дрожащим голосом.
– Я не сделаю вам больно, обещаю. Вам нечего бояться, просто доверьтесь мне.

Мастер зелий подсел к Гермионе ближе. Девушка отсела дальше, судорожно заворачиваясь в одеяло.


– Дайте мне вашу руку, – попросил Северус Снейп. – Пожалуйста.
Через несколько секунд Гермиона протянула мужчине свою ладошку.

Профессор зельеварения осторожно сжал хрупкие пальчики, а затем начал целовать каждый из них. Гермиона попыталась высвободить руку, но Северус не отпускал её.


Девушка тихо вскрикнула, когда мастер зелий обхватил губами один из ее пальчиков. При этом он не сводил с девушки пристального взгляда. Гермиона смутилась, вспыхнула, но руку уже не отдергивала. Казалось, что тёмные глаза профессора успокаивают, обещая безопасность, но в то же время изучают, усыпляют бдительность…
Тем временем мужчина потянулся вперёд и одной рукой обхватил талию Гермионы, усаживая её ближе к себе, а другой убрал в сторону одеяло. Девушка поспешно опустила вниз поднявшуюся сорочку и судорожно свела ноги.
Словно не замечая паники гриффиндорки, Снейп погладил её плечи.

Гермиона сгорала от стыда, не переставая благодарить Мерлина за то, что не зажгла свет, и в комнате горела лишь одна свеча.


Северус наклонился к девушке поближе и поцеловал её шею, плавно скользя губами к подрагивающему плечику. Его движения были осторожны и неторопливы, словно он боялся испугать девушку. Гермиона закрыла глаза и замерла, прислушиваясь к новым ощущениям, которые нахлынули сокрушающей волной. Её не покидало чувство нереальности происходящего – злобный декан Слизерина, который изводил всех своими придирками и замечаниями, теперь находился в её спальне и крепко обнимал её. Она закусила губу, чтобы подавить возглас. Но от мужчины не скрылось тяжёлое дыхание бывшей ученицы.
– Расслабьтесь, Гермиона, – лаская нежную шейку девушки, Северус Снейп торопливо расстегивал пуговички на её ночной сорочке. Затем он развёл в стороны края рубашки и потянул её вниз, обнажая плечи и уже возбужденные груди девушки. Гермиона стыдливо прикрыла грудь ладонями, но Снейп мягко отвёл её руки.
– Вы не должны стесняться, – тихо прошептал профессор зельеварения, продолжая осторожно ласкать девушку.
Снейп не спешил ласкать обнажённую грудь Гермионы. Поглаживая и нежно массируя её плечи и руки, он несколько раз, словно невзначай, прикоснулся к нежной коже груди. Даже в сумраке спальни он видел, как затвердели соски и налились груди Гермионы, бесстыдно ожидая ласки. Но профессор умышленно не прикасался к ним. Вскоре Гермиона тихо застонала и выгнула спину, демонстрируя мужчине свою красоту. Казалось, что девушка просила, чтобы он прикоснулся к ней. Поддерживая обеими руками спину Гермионы, Снейп прижался губами к её разгорячённой коже.
Когда Северус склонился над ней, Гермиона на мгновение замерла, но тут его горячий язык коснулся возбуждённого соска, и она тихо застонала от наслаждения. Губы мужчины обхватили розовый бутон, нежно играя с ним. В это время руки профессора исследовали податливое женское тело, всё больше распаляя и возбуждая; казалось, что его пальцы оставляют горячий след на её бархатной коже.
Гермиона застонала ещё громче и прижала голову Снейпа к груди.
– У тебя красивая грудь, Гермиона, – прошептал мастер зелий, нежно сжимая упругую плоть. – Ты же не будешь меня больше стесняться? – он осторожно уложил жену на подушки.
Одной рукой он гладил её груди, а другой стягивал через ноги ночную рубашку вместе с трусиками. Вскоре шелковая сорочка осталась лежать на полу.
– Ты – бесстыжая девочка, ходишь в мокрых трусиках. Разве так можно делать? – прошептал Северус Снейп на ухо стонущей Гермионе. – Из-за этого я не могу их снять.
Он провел ладонью по плоскому животу девушки, а затем плавно спустился к краю шелковых трусиков. Мужчина медленно потянул трусики вниз, постепенно освобождая влажную Гермиону из тесного плена. Неожиданно девушка напряглась.
– Не надо, – Гермиона лежала на кровати со сведёнными ногами. Её затуманенный взгляд стал осмысленным.
– Ты же хочешь снять заклятие, Гермиона? Ты выпила зелье, мы не можем остановиться. Будь хорошей девочкой, расставь передо мной ножки…
– Северус… профессор, я не могу так…
– Как, ТАК?
– Так быстро. Мы же даже не…
– Значит, не хочешь? – Северус продолжал медленно снимать с девушки трусики. Гермиона опустила руки вниз и попыталась одеть их.
Без лишних разговоров Снейп поймал оба запястья гриффиндорки, свёл их вместе левой рукой и прижал над её головой к кровати.
– Аccio, шарф, – прозвучал в тишине спальни спокойный голос Снейпа.

Гермиона поняла, что хочет сделать её бывший учитель, и попыталась оттолкнуть его ногами. Но мастер зелий навалился на неё всем телом и быстро связал руки шарфиком. Затем он немного приподнял девушку вверх и привязал конец шарфа к спинке кровати. Теперь Гермиона могла отбиваться только ногами


– Немедленно развяжите меня, – потребовала девушка, уворачиваясь от рук мужчины.
Устав ловить Гермиону, Северус прижал рукой её ноги к постели, а свободной рукой начал стаскивать трусики.
Гермиона продолжала извиваться, мешая ему.
– Хочешь быть плохой девочкой? Значит, будем заниматься этим при свете! – прошептал мастер зелий, но Гермиона его услышала.
– Ты не хочешь? Стесняешься. Значит, это будет самый яркий свет, Гермиона. Ты не хотела меня слушать.
В спальне загорелся яркий свет. На секунду Гермиона закрыла глаза и затихла.

Тем временем Снейп отбросил в сторону её влажные трусики и развёл ноги Гермионы в стороны.


– Вы не посмеете! – взвизгнула Гермиона.

– Еще как посмею, родная, – Снейп встал между ног девушки. – Мерлин, как мне всё хорошо видно, Гермиона. Я могу рассмотреть всё в подробностях. Не красней. Знаешь, что я сейчас вижу?… Нет?… Да ты же вся дрожишь.


– Не трогайте мои ноги, – пригрозила Гермиона. – Я не дрожу.
– И ты хочешь сказать, что у тебя здесь сухо? – Снейп осторожно прикоснулся к возбужденной женской плоти. – О, да под тобой даже простыня мокрая, тебе нравится?… Если будешь бить меня ногами, привяжу и их.
Гермиона затихла, делая вид, что её ничто не трогает. Тем временем Снейп пальцами развёл складочки Гермионы и жадно припал к ним губами.

Гермиона запрокинула голову и громко застонала.


– Северус, Мерлин, что ты делаешь, – Гермиона начала извиваться в руках бывшего учителя.
Мастер зелий продолжал ласкать девушку, слизывая капельки влаги с её лона.

Последние барьеры рушились.


Если вначале бёдра Гермионы конвульсивно сжимались, противясь его откровенным ласкам, то очень скоро её движения стали требовательными.

Гермиона приподняла бёдра, чтобы продлить контакт с горячими губами Снейпа.


Тогда мужчина просунул ей под ягодицы ладони, удерживая её на нужном уровне.

Гермиона расставила ноги пошире и закусила губу.

Снейп провёл языком по нежному розовому бугорку. Остановился. Нажал на него сильнее, опять лизнул. Язык Снейпа начал медленно скользить по женскому естеству, осторожно проникая внутрь. Сначала его ласки были очень легкими и нежными, но через время Гермиона почувствовала, что мужчина начал проникать в неё сильнее и жёстче, жадно вылизывая её сок.
Девушка потянула шарфик, пытаясь освободить руки, но – тщетно.

Вскоре она слышала лишь свои громкие стоны и просьбы. Снейп исполнял все её желания.


– Северус, я не могу. Я больше так не могу.
– Что ты не можешь? – мастер зелий приподнял голову.
– Я нахожусь на самом пороге, но достичь оргазма не могу.
– В этом всё и дело, Миона. Чтобы освободить тебя, ты должна испытывать оргазм каждый день, в течение полутора месяцев. Но довести тебя к наивысшей точке наслаждения будет нелегко.
После этих слов Снейп приподнялся и перевернул Гермиону на живот. Потом развязал ей руки
– Стань на колени, – попросил он девушку, становясь сзади неё. Гермиона послушно опустилась на колени и локти. Она громко застонала, когда представила эту картину со стороны. Сзади раздался еле сдерживаемый стон мастера зелий, когда Гермиона прогнула спину и наклонилась сильнее, подставляя себя мужскому рту.

Мужчина, больше не сдерживая себя, провёл языком вдоль припухшей жаждущей женской плоти, задвигал языком внутри. Гермиона задрожала, перестав громко стонать. Через несколько минут Снейп почувствовал губами, как сокращаются мышцы девушки, что свидетельствовало о том, что маленькая гриффиндорка бесстыдно кончает в рот своему бывшему учителю. Мастер зелий чувствовал, что её оргазм был сильным и долгим. Пытаясь растянуть сладостные минуты, Снейп поддерживал девушку и продолжал её нежно ласкать.


Через некоторое время Гермиона опустилась на постель, тихонько подрагивая и приходя в себя после пережитого наслаждения.
Северус осторожно провёл ладонью по её распущенным волосам и прошептал:
– А теперь – спи…
Глава седьмая.

Продолжение.

Спи… Спи… А теперь – спи…
Гермионе казалось, что эти тихие, сказанные шёпотом слова, прозвучали пять минут назад. Но за окном уже всходило солнце, а часы показывали 7 часов утра.
Девушка осторожно села в постели, вспоминая события этой ночи. Всё это было похоже на очень яркий и реалистичный сон. Но смятая постель и её брошенные на пол вещи свидетельствовали об обратном.
Оглядевшись, Гермиона заметила на тумбочке небольшой пузырёк и записку.

«7.30. С. С.»


следующая страница >>