Агата Кристи Девушка в поезде - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Агата Кристи Девушка в поезде - страница №1/1

Агата Кристи

Девушка в поезде

Агата Кристи

Девушка в поезде
Вот и все! – мрачно констатировал Джордж Роуленд, оглянувшись на величественный, почерневший от копоти фасад здания, откуда он только что вышел.

Дом являл собой символ всемогущества денег. И эти деньги, обладателем которых был Вильям Роуленд, дядя Джорджа, сказали свое последнее слово. Менее чем за десять минут Джордж, свет очей своего родственника, наследник его состояния, полный радужных надежд на будущее, оказался безработным.

«В этой модной одежде даже на пособие нечего рассчитывать, – грустно думал молодой человек. – Остается только писать стишки и ходить от двери к двери, предлагая их за два пенса: «От ваших щедрот, мадам...» – а на это у меня не хватит мужества».

Джордж был гордостью своего портного и одевался изысканно. Но, как оказалось, жить под стать своему пиджаку – значит подвергнуться дурному обращению.

«И во всем виновато это вчерашнее дурацкое ревю!» – думал он.

Спектакль состоялся накануне в Ковент Гарден. Джордж вернулся довольно поздно, а точнее утром. Роджерс, дворецкий дяди, человек весьма сострадательный, мог бы, без сомнения, рассказать об этом подробнее. А на другой день после чашки крепкого кофе, с тяжелой головой Джордж появился в конторе в пять минут первого. Он опоздал на два с половиной часа и сразу угодил в катастрофу. Роуленд старший, который в течение двадцати четырех лет прощал и платил, как всякий родственник, считающий это своим долгом, вдруг разительно изменился. Голова Джорджа, казалось, раскалывалась в челюстях средневекового пыточного инструмента, поэтому его ответы только разжигали гнев и без того недовольного дяди. Вильям Роуленд умел принимать решения, когда это было необходимо; употребив несколько точных слов, он выставил племянника за дверь и тут же возобновил прерванное изучение каких то нефтяных участков Перу.

Джордж Роуленд отряхнул с ног прах конторы своего дяди. Он был практичным парнем и считал, что в данной ситуации самое главное – хорошенько поесть. Поэтому по дороге он плотно позавтракал, а потом уже вернулся в родной дом. Вышколенный дворецкий не выразил удивления по поводу столь раннего возвращения молодого человека.

Добрый день, Роджерс. Соберите, пожалуйста, мой чемодан.

Да, сэр. На несколько дней, сэр?

На неопределенное время. Я отплываю сегодня в колонии.

Серьезно, сэр?

Да. То есть если найду подходящее судно.

Какие колонии вы намерены посетить, сэр?

Еще не решил. Все равно. Может быть, Австралию... Как вы считаете?



Роджерс тихонько кашлянул:

Я слышал, что это неплохое место для тех, кто хочет работать по настоящему. – Роджерс посмотрел на юношу с интересом и восхищением.

Понятно! – однозначно истолковал его взгляд Джордж. – Пожалуй, в Австралию я не поеду. По крайней мере, теперь. Найдите ка мне справочник, поищем что нибудь поближе.

Роджерс принес книгу, и Джордж принялся быстро перелистывать ее.

Перт – слишком далеко. Путни Бридж – слишком близко. Ремсгейт – пожалуй, нет. В Ригейте замерзнешь. О, вот что: место, называемое Роуленд Касл. Вы об этом месте что нибудь слышали?

По моему, сэр, туда надо ехать от Ватерлоо.

Вы просто удивительный человек, Роджерс! Все то вы знаете! Роуленд Касл! Интересно, на что похож этот город.

Вряд ли это город, сэр.

Ну, тем лучше. Меньше конкуренции. В таких маленьких поселках сохранился приятный феодальный стиль жизни. Там, конечно, примут и последнего из Роулендов. Вполне возможно, что через неделю меня выберут в мэры. – Он захлопнул справочник. – Жребий брошен. Приготовьте мне, пожалуйста, маленький чемодан, и как можно скорее.

Хорошо, сэр.

Через десять минут Роджерс вернулся.

Вызвать такси, сэр?

Да, пожалуйста.

Дворецкий, немного смущенный, подошел ближе:

Простите мне, сэр, но, будь я на вашем месте, я не стал бы придавать серьезного значения словам мистера Роуленда. Он был вчера на деловом обеде и...

Да, – прервал его Джордж, – но...

...поскольку ваш дядя имеет некоторое пристрастие к рюмочке...

Знаю, знаю! Нелегко вам с ним пришлось, бедняга Роджерс, да и со мной тоже! Но я решил заставить о себе говорить в Роуленд Касл, колыбели нашего знаменитого рода... Тогда, я уверен, будет совсем другой разговор, не так ли? Телеграмма или хвалебная заметка в утренней газете – и я вернусь, в случае надобности, по первому зову дяди. А пока – на Ватерлоо!

С вокзала Ватерлоо вот вот должен был отойти скромный, ничем не привлекающий заядлых путешественников поезд. Молодой человек выбрал именно его и сел в свободное купе первого класса в головной части поезда.

Далее все произошло с исключительной быстротой: в купе влетела девушка, похоже чем то очень взволнованная.

Спрячьте меня, умоляю вас! Скорее!



Джордж был человеком действия. Ровно через семь секунд девушка была уже спрятана под скамейкой, а молодой человек, слегка запыхавшийся, снова сидел в углу, небрежно скрестив ноги и внимательно читая спортивную страницу вечерней газеты. В дверях показалось искаженное гневом лицо.

Мне нужна моя племянница! Я уверен, что она здесь!



Джордж с видом глубокого изумления отложил газету:

Простите! Что вы хотите, сэр?

Куда вы подевали мою племянницу? – Волосы щеткой и гогенцоллернские усы выражали угрозу.

Нападение – лучшее средство защиты, и Джордж немедленно бурно отреагировал.

Какого дьявола вы тут скандалите?! – закричал он, великолепно имитируя гневный голос своего дядюшки.



Незнакомец на мгновение утратил дар речи – такая стремительность обезоружила его. Он был тучен, неповоротлив и задыхался от быстрой ходьбы. Его гортанный твердый акцент и напряженная поза позволяли угадать в нем немца, бывшего военного, привыкшего к униформе.

А Джордж всегда испытывал к иностранцам инстинктивное недоверие, которое в данном случае усиливалось антипатией к людям германского происхождения.

Какого черта вам здесь нужно? – еще раз грубо спросил Джордж.

Сюда вошла девушка, – на этот раз более спокойно ответил иностранец. – Я сам видел. Что вы с ней сделали?

Джордж, вскочив, отбросил газету.

Ах вот как? – зарычал он. – Шантаж, да? Вы ошиблись адресом, милейший! Утром я, кажется, читал статью насчет вас. Проводник, сюда!



Прибежал служащий, встревоженный громкими голосами.

Сэр, – сказал Роуленд с величественным видом, – этот тип меня оскорбил. Я буду жаловаться на попытку шантажа. Он уверяет, что я прячу здесь его племянницу! В газетах только что сообщили, что подобными делами занимается специально организованная банда. Этот человек – явно из банды. Уведите его! Вот моя визитная карточка.



Контролер посмотрел на обоих и быстро принял решение: он тоже привык относиться с недоверием к иностранцам и восхищаться хорошо одетыми пассажирами первого класса. Поэтому он положил руку на плечо толстяка:

Выходите из купе! Быстро!



Для иностранца это было слишком: он забыл, что говорит по английски, и вылил на обоих поток ругательств на родном языке.

Хватит! – решительно оборвал проводник. – Выходите из вагона: поезд сейчас тронется.



Послышался резкий свисток, и состав неохотно дернулся. Когда он миновал перрон, Джордж сказал:

Все в порядке! Можете вылезать!



Девушка выползла из под скамейки:

Как мне благодарить вас, сэр?

Был очень рад помочь, – небрежно ответил Джордж.

Теперь у него было достаточно времени, чтобы хорошенько рассмотреть случайную попутчицу. Она явно была ухоженной и элегантной, но сейчас ее красная шляпка смялась, а на лице и на платье виднелись следы пыли. Она поспешно стала приводить себя в порядок, а Джордж в это время вынужден был любоваться пейзажем за окном. Какое то время спустя, обернувшись, он нашел, что более прекрасной девушки не встречал никогда в жизни.

Вы вели себя великолепно! – воскликнула она с воодушевлением.

Ничего особенного. Просто... сыграли в прятки! Счастлив, что мог оказать вам услугу.

Я повторяю, вы – чудо!



Всякому приятно выглядеть героем в глазах такой красивой девушки, и Джордж наслаждался комплиментами и сияющими взглядами.

Затем вдруг возникло неловкое молчание. Девушка чувствовала, что ее спаситель ждет от нее объяснений.

Самое неприятное, – нервно сказала она, – что я, к несчастью, не могу вам объяснить всего...

Не можете!

Нет.

Так это же чудесно! – В его голосе звучала неподдельная радость. – Все как в романах. Там в первой главе героиня ничего не может объяснить, в последней она объясняет все, и непонятно только, почему она не решалась сделать это раньше. Не могу вам сказать, как я счастлив, что стал участником настоящего таинственного приключения! Я был уверен, что это выдумки писателей и такого никогда не происходит в жизни. Вне всякого сомнения, тут дело в секретных документах и в Восточном экспрессе? Не так ли? Я всегда питал слабость к Восточному экспрессу!

Девушка подозрительно посмотрела на молодого человека.

Кто вам сказал о Восточном экспрессе? – сухо спросила она.

Не совершил ли я нечаянно какой нибудь бестактности? – спросил он в свою очередь. – Может, ваш дядя имеет привычку ездить этим поездом?

Мой дядя... мой дядя...

Знаю, знаю, – сочувственно произнес Джордж. – У меня у самого есть дядюшка! Но не можем же мы нести ответственность за своих родственников? Они лишь мелкая помеха в нашей жизни.

Девушка расхохоталась:

Ох, с вами просто отдыхаешь, мистер...



Джордж в первый раз заметил у нее легкий акцент: она явно не англичанка.

Роуленд. Для друзей – Джордж.

А меня зовут Элизабет... – Она вдруг замолчала.

Очень красивое имя, – улыбнулся Джордж, чтобы развеять смущение девушки. – Надеюсь, вас не называют Бесси или еще каким нибудь ужасным именем вроде этого?



Она покачала головой:

Нет, мистер Роуленд.

Для друзей – Джордж. Не должны ли мы считать себя друзьями, раз уж вы вторглись в мое купе и заставили говорить неправду вашему дяде?

Конечно, Джордж.

Это уже лучше!

Вы знаете, он увидел меня еще в такси и на вокзале шел по пятам. Я вскочила в первый попавшийся поезд... Кстати, куда он следует?

В Роуленд Касл, – твердо ответил Джордж, – но, конечно, останавливается по дороге. Между нами говоря, я надеюсь, что он прибудет туда до полуночи. Медленно, но верно – таков девиз Южной железной дороги.

Но я не хочу туда ехать, в этот... как вы сказали...

Вы меня просто обижаете. Это чудесное местечко!

Вы его знаете?

Не очень хорошо. Но если Роуленд Касл вам не подходит, вы можете выйти в Уркинге, Вейбридже или в Уимблдоне.

Это идея! Я смогу вернуться в Лондон по этой же дороге.



Поезд замедлил ход.

Роуленд поднял на свою спутницу умоляющие глаза:

Не могу ли я сделать что нибудь для вас, мисс?

Нет. Я и так вам многим обязана.

Воцарилось неловкое молчание.

Ах, как я хотела бы объяснить вам!..

Прошу вас, не надо! Это все испортит. Но, может быть, я могу чем то помочь? Скажем, отвезти какие то... документы в Вену?

Поезд остановился.

Элизабет выскочила на перрон и повернулась к молодому человеку, стоявшему у окна:

Вы серьезно говорите? Вы и в самом деле готовы сделать что то для нас... для меня?

Что вам будет угодно, Элизабет!

Даже если я не стану объяснять причины?

Кто говорит о причинах?

Даже если... это опасно?

Это еще лучше!

И она, судя по всему, решилась:

Высуньтесь в окно и безразлично так поглядывайте по сторонам. Видите человека с бородкой? В светлом плаще? Он садится в поезд. Следите за ним, куда он пойдет и что будет делать.

И это все? А что я должен...

Вы получите дополнительные инструкции. С вами свяжутся... Следите за ним и... сберегите это. – Она сунула ему в руку маленький запечатанный пакет. – Храните его, даже если вашей жизни будет грозить опасность. Это ключ ко всему делу.



Поезд тронулся. Джордж стоял у окна и не сводил глаз с удаляющегося силуэта Элизабет.

Едва поезд останавливался, Джордж бросался к окну, чтобы убедиться, что его подопечный не удрал. На более длительных стоянках он выходил на перрон.

Бородатый сошел в Портсмуте и снял номер в маленькой второразрядной гостинице. Джордж сделал то же самое. Их номера оказались почти рядом. Хотя Джордж был новичком в искусстве слежки, он поклялся себе оправдать доверие Элизабет.

В ресторане он сидел неподалеку от своего «клиента». Обедающих было немного, и те были заняты исключительно едой. Правда, один из них – невысокий, рыжеватый, с усами и походкой кавалериста – обратил внимание на Джорджа. После обеда этот человек, выбрав удобный момент, завязал разговор с Джорджем и предложил сыграть партию в бильярд, но Роуленд вежливо отказался: уголком глаза он увидел, что бородатый взял шляпу и плащ, собираясь уходить.

Джордж тут же последовал за ним.

Путешествие было долгим, нудным и, по видимому, совершенно бесплодным. Человек просто побродил по городу и вернулся в отель.

Может, он почувствовал, что за ним следят? Пока Джордж размышлял об этом, дверь внезапно открылась и впустила рыжеволосого, давешнего знакомца по ресторану. Тот тоже откуда то возвратился.

Вы мистер Роуленд? – спросил Джорджа портье. – Два иностранных джентльмена желали бы видеть вас. Они ждут в маленькой гостиной, в конце коридора, сэр.



Удивленный, Джордж направился в гостиную. Два человека встали и почтительно поклонились.

Мистер Роуленд? Вы, полагаю, догадываетесь, кто мы? – спросил один из них.



Говоривший изъяснялся на хорошем английском. Седые волосы джентльмена внушали почтение. Другой был помоложе, очень светлый блондин, и агрессивное выражение его по германски тяжелого прыщавого лица не вызывало симпатии.

Ни тот, ни другой не были похожи на толстяка с вокзала Ватерлоо, и Джордж с облегчением приветливо обратился к ним:

Присаживайтесь, пожалуйста, джентльмены. Рад познакомиться с вами. Могу ли я предложить вам что нибудь выпить?



Старший поднял руку:

Нет, спасибо, лорд Роуленд. У нас очень мало времени... только чтобы задать вам один вопрос.

Очень любезно с вашей стороны возвести меня в пэры, и, конечно, жаль, что вы не хотите выпить со мной. Но что за вопрос?

Вы ехали из Лондона с дамой, а сюда при ехали один. Скажите, где эта дама сейчас?



Джордж быстро встал.

Я отказываюсь вас понимать, джентльмены, – сказал он ледяным тоном, подражая герою какого то романа. – Позвольте проститься с вами.

Вы прекрасно все понимаете! – вскричал молодой иностранец. – Куда вы подевали Элис? Что сделали с ней?

Спокойнее, – прошептал старший. – Прошу вас.

Могу вас заверить, – сказал Джордж, собравшийся уходить, – что я не знаю никого с таким именем. Вы, видимо, ошиблись, господа.

Пожилой бросил на него испытующий взгляд.

Ошибки нет, – сухо сказал он. – Я позволил себе просмотреть регистрационный журнал отеля. Вы записались как мистер Дж. Роуленд из Роуленд Касл.



Джордж покраснел.

Это... это была шутка, – неуверенно сказал он.

Жалкая отговорка. Не валяйте дурака. Так где же Элис, ваша светлость?

Если вы говорите об Элизабет...



Прыщавый подскочил:

Это неслыханно! Подобная фамильярность...

Я говорю, – медленно уточнил второй, – и вы это отлично знаете, о великих княгинях Анастасии, Софии, Александре, Марии, Елене, Ольге и Елизавете Катонийских.

Ох! – простонал Джордж, судорожно роясь в своей памяти. – Катония – это, кажется, маленькое королевство на Балканах, где только что произошла революция? – Усилием воли он заставил себя успокоиться. – Ну правильно, мы говорим об одной и той же особе, – сказал он с кажущейся легкостью. – А я называю ее просто Элизабет.

Объясните же мне причины!.. Где она?.. – вскричал молодой иностранец. – Мы будем драться!

Простите, не понял!..

Именно так! Будем драться на дуэли!

Нет, – твердо ответил Джордж. – Я ненавижу дуэли.

Почему это? – насмешливо спросил молодой иностранец.

Боюсь, что меня ранят.

Ах так? Ну, тогда я незамедлительно разобью вам лицо!

И молодой человек подошел вплотную к Джорджу. Секунда – и он, описав в воздухе изящную параболу, тяжело приземлился на пол и тут же поднялся с затуманенными глазами.

Роуленд улыбнулся:

Как я вам только что сказал, я всегда боялся быть раненным на дуэли, поэтому изучил немало приемов дзюдо.



Оба иностранца молча и теперь с интересом смотрели на молодого человека, под беспечным видом которого скрывались весьма опасные качества.

Вы за это еще поплатитесь! – сквозь зубы процедил молодой иностранец, бледный от ярости.



Старший же не терял по крайней мере внешнего достоинства.

Это ваше последнее слово, лорд Роуленд? Вы по прежнему отказываетесь сказать нам, где находится ее светлость?

Я, право, и сам не знаю этого.

Позвольте вам не поверить.

Вы по природе недоверчивы?

Старший покачал головой.

Этим дело не кончится, уверяю вас. Вы еще услышите о нас, – пробормотал он, и оба вышли из гостиной.



Оставшись один, Джордж провел рукой по лбу. События принимали все более головокружительный размах. Похоже, он впутался в какой то международный скандал первой величины. «Может, начинается война?» – подумал он и вдруг вспомнил про человека с бородкой. Интересно, где он? Не исчез ли?

Но тот по прежнему сидел в углу гостиной. Джордж устроился в противоположном углу. Минуты через три человек поднялся и вышел. Роуленд вышел следом за ним и увидел, что тот отправился в свой номер.

Джорджу страшно хотелось спать, но он боялся, как бы бородатый не сбежал ночью. Поразмыслив, он нашел решение проблемы: распустил свой толстый шерстяной носок, получив таким образом длинную прочную нитку нейтрального цвета. Один ее конец он прикрепил липкой лентой к двери бородатого, а другой – уже у себя в номере – к маленькому серебряному колокольчику (воспоминание о развлечениях прошедшей ночи). Если бородатый выйдет из своей комнаты – колокольчик тотчас зазвонит.

Джордж положил под подушку пакетик, доверенный ему девушкой, и лег; но сон пришел не сразу. Какая связь между сбежавшей великой княгиней, пакетиком и бородатым? Знают ли те два иностранца, что пакетик у него, Джорджа? И что в нем? Усталый и измученный всеми этими мыслями, он наконец забылся тяжелым сном.

Его разбудил слабый звон колокольчика. Джордж был не из тех, кто, едва раскрыв глаза, сразу готов действовать, поэтому ему понадобилась по крайней мере минута или полторы, чтобы прийти в себя. Затем он вскочил и тихонько приоткрыл дверь: его «дичь» промелькнула в конце коридора. Стараясь не шуметь, Джордж пошел следом. Бородатый открыл дверь в ванную комнату. Это было тем более удивительно, что другая, точно такая же ванная находилась как раз напротив его номера.

Джордж чуть приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Бородатый стоял на коленях и поднимал доску паркета. Когда он начал выпрямляться, Джордж поспешно ретировался. В щелку двери своего номера он видел, как бородатый вошел в свой.

Джордж, выждав, прокрался в ванную тоже и поднял отстающую паркетину. Некоторое время спустя он вернулся к постели и прежде всего сунул руку под подушку: пакет исчез!

Джордж в отвратительном настроении проглотил первый завтрак, размышляя над превратностями минувшей ночи. Он оказался недостойным доверия Элизабет, он не сумел сберечь пакет, а «тайна ванной» не представляла никакого интереса. Так что ему нечем было гордиться.

Покончив с едой, он вернулся к себе. На площадке лестницы его ждала встревоженная горничная.

В чем дело, мадемуазель?

Сэр, джентльмен с бородкой просил меня разбудить его в половине девятого. И теперь он не отвечает, а дверь закрыта изнутри.

Обеспокоенный, Роуленд бросился в свой номер – и с порога увидел таинственно исчезнувший ночью пакетик, лежащий на прикроватном столике!

Он взял его, повертел в руках. Да, это был тот самый пакет со сломанными печатями. После некоторого колебания Джордж вскрыл его. Там лежала картонная коробочка, а в ней, на розовой вате, простое обручальное кольцо. И никакой надписи на нем!..

С ума сойти! Ничего не понимаю!



Внезапно он вспомнил о словах горничной.

Одного взгляда в окно было достаточно, чтобы понять, что вдоль стены гостиницы шел широкий карниз. Гнев и любопытство заглушили всякую мысль об опасности. Через несколько секунд он уже стоял на карнизе и мелкими шажками пробирался к окну бородатого. Заглянув в номер, он увидел, что в комнате никого нет. Неподалеку проходила пожарная лестница, стало быть, искать человека было бессмысленно: он, конечно же, ушел по ней. Но вещи свои взять не успел. Может быть, в них Джордж отыщет ответ хоть на один свой вопрос?

Он тщательно осматривал старый саквояж, когда легкий шум заставил его прервать это занятие. Шум доносился из платяного шкафа. Джордж кинулся к нему, распахнул дверцу... и тотчас упал на ковер, опрокинутый выскочившим оттуда мужчиной.

После нескольких минут ожесточенной схватки противники, запыхавшись, наконец выпустили друг друга, и Джордж узнал нападавшего – это был невысокий человек с рыжеватыми усами.

Кто вы такой, черт побери?! – вскричал Джордж.



Тот протянул свою карточку:

Лейтенант Джеральд из Скотленд Ярда. А теперь скажите мне, как вы оказались замешанным в это дело?

Сам удивляюсь, – задумчиво пожал плечами Роуленд. – Не найти ли нам, лейтенант, более подходящее место для разговора?

В баре Джордж выложил инспектору все. Джеральд слушал с интересом.

Да, все это довольно таки запутанно, – сказал он, когда Джордж замолчал. – Тут немало темных мест, но я скажу вам, что знаю сам. Я следил за вашим бородатым, Марденбергом, когда на сцене появились вы, и то, как вы вели слежку, возбудило во мне подозрение: вы меня заинтересовали. В прошлую ночь, воспользовавшись вашим отсутствием, я пошарил в вашем номере и обнаружил пакетик, который лежал у вас под подушкой. В нем не оказалось того, что я искал, и потому при первом удобном случае я вернул его вам.

Это, конечно, немного прояснило дело, но, признаюсь, я все таки вел себя по идиотски.

Не согласен. Для любителя вы действовали неплохо. Вы сказали, что искали в ванной то, что там спрятал человек с бородой?

Да. Но это оказалось банальным любовным письмом, а я вовсе не собирался вмешиваться в личную жизнь этого типа.

Вам не трудно будет показать мне это письмо?



Джордж вынул из кармана конверт и протянул инспектору. Тот развернул и прочитал его.

На первый взгляд вы как будто правы: обыкновенное любовное послание. Но попробуйте линией соединить все точки над «i», и вы получите... план укреплений Портсмута!

Неужели? – ошарашенно спросил Джордж.

Да, это так. Мы давно приглядываем за этим человеком, но он хитер и ни разу не попался. И вот почему. На все опасные дела он посылает молодую девушку.

А как ее зовут, вы не знаете? – глухо, уже предчувствуя неладное, спросил Джордж.

У нее много имен, но самое распространенное – Бетти Чейз. Очень красивая девушка.

Бетти, – повторил Джордж, – Бетти... Спасибо, инспектор...

Что с вами, сэр? Вы плохо себя чувствуете?

Да, мне кажется, я заболел. С первым же поездом я вернусь в Лондон.

Инспектор глянул на часы:

Сейчас будет пригородный. Лучше подо ждите экспресса.

Все равно, – мрачно заметил Джордж.
Сидя в купе первого класса, Джордж с равнодушным выражением лица просматривал газету и вдруг чуть не подскочил.
«Вчера в Лондоне состоялся один из самых романтичных браков – лорда Роуленда Грея, второго сына маркиза д’Эксминстера, и великой княгини Анастасии Катонийской. Церемония прошла в узком семейном кругу. После революции в Катонии великая княгиня жила в Париже со своим дядей. Она встретила лорда Роуленда, когда тот был еще атташе посольства в Катонии, так что обручение состоялось довольно давно».
Тогда, значит... – Роуленд поймал себя на том, что сказал это вслух, и не мог более красноречиво выразить свои чувства. На него будто напал столбняк, и он уставился, не мигая, в пространство.

Поезд остановился на маленькой станции, и в купе вошла девушка.

Из раздумий его вывел знакомый голос:

Добрый день, Джордж!

Господи! Элизабет!

Девушка улыбнулась, еще более восхитительная, чем в прошлый раз.

Джордж схватился за голову:

Умоляю вас, скажите: вы – великая княгиня Анастасия или... Бетти Чейз?



Она удивленно посмотрела на него:

Я? Ни та, ни другая. Я – Элизабет Грей и могу вам теперь все объяснить. Простите меня. Мой брат Роуленд давно любил Элис...

Великую княгиню?

Да. Друзья зовут ее Элис. Во время революции Элис была в Париже. Старый Штюрм, канцлер, хотел выдать ее замуж за одного из своих кузенов, принца Карла, противного прыщавого парня.

Кажется, я его где то встречал, – вспомнил Джордж.

Элис его терпеть не могла. Но принц Озрик, ее дядя, запретил ей видеться с Роулендом. Она бежала в Англию, и там я ее встретила. Роуленд был в Швеции, и мы дали ему телеграмму. Но в последнюю минуту – надо же такому случиться! – такси, в котором мы ехали, столкнулось с другим, где сидел старый принц Озрик: видимо, он следил за нами. Самое страшное – это то, что он был опекуном Элис! И вот мне пришла в голову мысль: мы мгновенно обменялись с нею пальто и шляпами и приказали шоферу ехать на вокзал Ватерлоо. Как мы и предполагали, Озрик ошибся и пошел за красной шляпой на моей голове. Но я не хотела, чтобы он увидел мое лицо и понял свою ошибку... Вот так я оказалась у вас в купе и обратилась к вам за помощью.

Все это очень хорошо, – сказал Джордж, – но что же было дальше?

Дальше? А дальше я должна просить у вас прощения... Я немного перегнула палку! Мне показалось, что вы горите желанием участвовать в каком нибудь таинственном приключении, и я не могла удержаться, чтобы не втянуть вас в него. Увидев на перроне незнакомого человека довольно зловещего вида, я поручила вам следить за ним. И доверила вам на сохранение пакетик...

В котором хранилось обручальное кольцо.

Да, кольцо! Мы с Элис купили его, чтобы передать Роуленду, который должен был при ехать из Швеции перед самой церемонией, так что у него не оставалось времени, чтобы бегать по ювелирным магазинам. Элис положила кольцо в карман пальто. Как они потом обошлись без кольца, не понимаю.

Понятно! – кивнул Джордж. – Понятно и очень просто, когда все знаешь. Вы позволите? – Он взял левую руку девушки, снял с нее перчатку и облегченно вздохнул: кольца на пальце не было... – Вот и прекрасно, – глядя в хорошенькое личико Элизабет, прошептал он. – Прекрасно! Пусть теперь никто не говорит, что это кольцо куплено зря.

Ой! – вскрикнула Элизабет. – Но вы же, Джордж, меня совсем не знаете!

Я вижу, что вы очаровательны, а это самое главное. И вы леди Элизабет Грей.

Джордж! Вы сноб?

Совершенно справедливо! Страшный сноб! Но я сейчас думаю о главном – о дяде... с которым я поссорился. Когда он узнает, что мы обручены и в его роду появится голубая кровь, он немедленно возьмет меня компаньоном в дело.

О, Джордж! Он и вправду очень богат?

Элизабет! Вы корыстны?

Безмерно! Я обожаю тратить. Но главным образом думаю об отце, у которого пять дочерей, благородных и прекрасных, как день. Он всегда мечтал о богатом зяте.



Похоже, наш брак будет благословлен на небе и одобрен на земле, – весело сказал Джордж. – Не поселиться ли нам в Роуленд Касл? Меня наверняка выберут там лорд мэром, если вы станете моей женой... Элизабет, дорогая, я сейчас нарушу все железнодорожные правила и поцелую вас!