’373. 2’Пелевин - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
’373. 2’Пелевин - страница №1/1

УДК 811.161.1’373.2’Пелевин

Секция №4 Функциональное и когнитивное исследование языковой семантики и грамматики.


Труфанова Наталья Владимировна, аспирант кафедры перевода и общего языкознания Кировоградского государственного педагогического университета имени В. Винниченка

Дом.адрес: г.Кировоград, ул.Жадова 28 к 2 кв 79, 8-050-147-92-53, natasha-shadow@rambler.ru


Труфанова Наталія Володимирівна, аспірант кафедри перекладу та загального мовознавства Кіровоградського державного педагогічного університету імені В. Винниченка

Дом.адреса: м.Кіровоград, вул.Жадова 28 к 2 кв 79, 8-050-147-92-53, natasha-shadow@rambler.ru


Trufanova Natalia, post-graduate student of the
translation and general linguistics Department of Kirovograd State V.Vynnychenko
Pedagogical University.
Home address: Kirovograd, Zhadova street 28-2, flat 79, 8-050-147-92-53, natasha-shadow@rambler.ru

Эргонимы в текстах литературы постмодернизма: лингвокультурный и лингвопсихологический анализ (на примере произведений В.О.Пелевина)

(10 библиографических записей)

В статье рассматриваются особенности функционирования эргонимов в современной художественной литературе (на примере текстов В.Пелевина). Внимание акцентируется на лингвокультурной и лингвопсихологической специфике их значений: ассоциациях, аллюзиях, архетипах, образах и подтекстах. Представлены выводы об основных недостатках в современных наименованиях банков, магазинов и ресторанов.

Ключевые слова: эргоним, фирмоним, лингвокультурный анализ, лингвопсихологический анализ.
Ергоніми в текстах літератури постмодернізму: лінгвокультурний і лінгвопсихологІчний аналіз (на прикладі творів В.О.ПЄлЄвіна)

(10 бібліографічних записів)

У статті розглядаються особливості функціонування ергонімів в сучасній художній літературі (на прикладі текстів В.Пєлєвіна). Увага акцентується на лінгвокультурній та лінгвопсихологічній специфіці їх значень: асоціаціях, алюзіях, архетіпах, образах і підтекстах. Представлені висновки про основні недоліки в сучасних найменуваннях банків, магазинів і ресторанів.

Ключові слова: ергонім, фірмонім, лінгвокультурний аналіз, лінгвопсихологічний аналіз.


ERGONIMS IN THE TEXTS OF POSTMODERNIZM LITERATURE: LINGVOCULTURAL AND LINGUOPSYCHOLOGYCAL ANALYSIS (ON THE EXAMPLE OF V.O.PELEVIN WORKS)

(10 bibliographic records)

In the article the features of functioning of ergonims are examined in modern literature (based on the example of V.Pelevin texts). Attention is accented on lingvocultural and lingvopsychologycal specifics of their semantics: associations, cues, archetypes, images and implications. Conclusions represent the basic errors in the modern names of banks, shops and restaurants.

Keywords: ergonim, firmonim, lingvocultural analysis, lingvopsychologycal analysis.

Социально-экономические перемены, развитие бизнеса и конкуренции привели к появлению множества различных фирм и организаций, каждая из которых в борьбе за клиента пыталась выделиться, в том числе и за счет оригинального названия, которое, таким образом, уже само по себе является одним из элементов рекламы (О.О.Белей, И.И.Ильченко, Н.В.Кутуза, Н.М.Лесовец, О.А.Семенюк, Н.В.Шимкевич). Увеличение колличества фирмонимов, их активное употребление в речи все чаще привлекает внимание лингвистов. «Сегодня в эргономии наблюдаем “номинационный взрыв”, своеобразный “эргономный бум” (Т.П.Романова, С.О.Шестакова), вызванный развитием экономических отношений в Украине, а, следовательно, и возникновением большого количества разнообразных фирм, организаций, учреждений, предприятий…» [5, с.3]. Лексико-семантическому анализу эргонимов посвятили свои работы З.И.Бузинова, И.Г.Долгачев, Л.В.Дубровина, И.И.Ильченко, Ю.О.Карпенко, И.В.Крюкова, С.А.Копорский, Н.В.Кутуза, В.В.Лобода, Б.И.Маторин, А.Минтон, Н.М.Морозова, Р.Росслер, Л.М.Соколова, В.П.Тимофеев, В.И.Ткачук, Т.О.Хейлик, Л.М.Щетинин и др. Структурное направление разрабатывают Г.В.Зимовец, Н.В.Кутуза, Н.М.Лесовец и пр. Принципы комплексного подхода пока еще только развиваются в трудах А.В. Беспаловой, О.О.Белея, Е. Жетельской-Фелешко, О.Г. Микиной, Т.П.Романовой, С.О.Шестаковой и т.д. Меньше изучено функционирование эргонимов в художественной литературе. Единичные исследования в этой сфере представлены работами Ю.А.Грушевской (в романе В.Пелевина «Поколение Пи»), М.А.Воробьевой (в произведениях В.Войновича), Е.А.Лебедевой (в романе Дж.Р.Р.Толкиена «Властелин колец»), О.А.Семенюка (в сатирико-юмористических текстах) и некоторых других. Следовательно, функционирование наименований фирм в художественной литературе является актуальной сферой исследования современной ономастики.

Ученые неоднократно отмечали, что «эргонимы в условиях конкурентной экономики приобретают черты, опреде­ляющие их роль не только как обозначения фирмы, но и как элемента имиджа предприятия, элемента диалога хозяина (номинатора) и клиента (адресата)» [11, с.11]. «В то же время эргонимы представляют эстетические вкусы и языковые идеалы социума очерченного часового промежутка, моду, национальные и культурные традиции, ценностные ориентиры и приоритеты» [6, с.10]. Культурно-психологический компонент значения наименований подчеркивали также Ю.А.Грушевская, Л.М.Емельянова, Е.А.Яковлева, Д.Я.Яловец-Коновалова, Н.В.Шимкевич и др. Исходя из этого, целью нашей статьи является изучение лингвокультурных и лингвопсихологических особенностей функционирования эргонимов в литературе постмодернизма с учетом принципов интертекстуальности, прецедентности и языковой игры, характерных как для произведений постмодерна, так и для названий коммерческих фирм.



В научной литературе термин «эргоним» еще не является общепринятым, параллельно с ним функционирует ряд синонимичных вариантов: фирмоним (О.О.Белей, Ю.А.Грушевская, В.А. Коршунов, Т.К.Николаева и др.), НКП – сокращение от «название коммерческого предприятия» (Д.Я.Яловец-Коновалова), эргоурбоним (Р.И.Козлов), микротопоним (С.А.Копорский, Л.М.Щетинин), парагогоним (В.В.Лобода), ктематоним (В.Д.Бондалетов), коопоним (Т.О.Хейлик), ойкодомоним (А.М.Мезенко), урбоним (Н.М.Морозова). Однако в последних исследованиях все большую популярность приобретает эргоним (А.В.Беспалов, М.В.Голомидова, А.М.Емльянова, С.В.Земская, Г.В.Зимовец, И.И.Ильченко, И.В.Крюкова, Н.В.Кутуза, Н.М. Лесовец, Н.В.Подольская, Н.В.Шимкевич, Е.А.Яковлева и др.), под которым чаще всего понимают собственное имя делового объединения людей, в том числе союза, организации, учреждения, корпорации, предприятия, общества, заведения, кружка (определение Н.В.Подольской).

Анализируя эргонимы различных исторических периодов, ученые отмечают определенную языковую моду (И.И.Ильченко, И.В.Крюкова). Для дореволюционных предприятий было характерно вставлять в название имя владельца и по возможности избегать иноязычных слов и заимствованных компонентов. Эргонимы 20-30х гг. ХХ ст. характеризовались употреблением красивых, но тематически неподходящих или семантически непрозрачных названий [10, с.318-320], что отражало общий культурный фон эпохи. «В советское время эргонимы не отличались разнообразием и выдумкой, зато точно отражали суть. Баня называлась баней, парикмахерская – парикмахерской, в названии завода обязательно присутствовали профиль и место расположения, например, Волгоградский трубный завод. Иногда название промышленного предприятия украшали именем видного деятеля: Ленина, Дзержинского, Крупской. Вторая группа советских эргонимов, довольно многочисленная, не была по смыслу связана с называемым объектом, но имела идеологическую окраску («Красный октябрь», «Баррикады», «Красная заря»)» [4, ]. Для этого времени модным было употребление в названиях ключевых слов эпохи. Следующим этапом называют конец 80х-90е годы: «экономическая трансформация общества конца 80 - началу 90-х годов ХХ ст. повлеклась к резкому увеличению и ощутимого структурного разнообразит репертуар собственных названий предприятий» [1, с.3]. О.А.Семенюк подчеркивает «иноязычность» названий отечественных предприятий, магазинов и т.п. «…Те, кто называют свою «фирму» считают, что к иностранному названию больше доверия у клиентов, и оно красивее звучит, придавая определенную солидность предприятию» [10, с.322]. И.В.Крюкова отмечает западную традицию использования мифологических имен [4, ]. В этот период мы наблюдаем активное обращение к чужой культуре, что свидетельствует с одной стороны о разочаровании в своей, а с другой – о резкой смене ценностей и ориентиров. Эргонимы середины 90х гг. оцениваются учеными неоднозначно. И.В.Крюкова считает, что мотивировка исчезла из названий после 1993 года. Тогда появились финансовые пирамиды, чья деятельность поначалу была окутана тайной, а названия непонятны: «Менатеп», «МММ», «Экорамбус» [4, ]. Противоположная точка зрения представлена в работе О.А.Семенюка, который говорит о появлении более «говорящих», прозрачных названий [10, с.326]. Также в этот период наблюдается возвращение дореволюционных терминов и клише (лавка, дом, двор, Ко) и активное использование предлога «у». Современному периоду свойственно разнообразие. А.М.Емельянова и Е.А.Яковлева анализируют иноязычные тенденции. И.В.Крюкова подчеркивает экзотичность названий. И.И.Ильченко исследует «модную в последнее время тенденцию обращаться к античности…» [3, с.199]. А Н.В.Шимкевич выделяет «закономерность, которую можно назвать правилом умеренной новизны: удивлять – желательно, эпатировать – категорически нельзя» [11, с.11-12].

Своеобразную оценку эргонимам последних эпох дают писатели-постмодернисты, заимствуя их из объективной реальности и создавая подобные по устоявшимся клише, они переосмысливают то культурное и психологическое значение, которое несут в себе фирмонимы.



Интересны названия банков, встречаемых в текстах В.Пелевина: «Тута-банк» и «Тама-банк» [8, ]. С точки зрения ономастики – это семантически неясные, каламбурные названия. Лингвопсихологическая характеристика слов «тута» и «тама» как «мест с неясной локализацией» объясняет ощущение ненадежности, создаваемое такими эргонимами. Лингвокультурный анализ свидетельствует, что разговорные формы «тута» и «тама» контрастно противопоставляются солидному заимствованию «банк». Кроме того, элементом культурной характеристики можно считать объяснение писателем этих названий: «Ни в коем случае не следует путать "Тута-банк" с "Тама-банком", а некоторое концептуальное сходство их названий мы попытаемся объяснить. Оно связано с методикой первоначального накопления. В те дни, когда Полканов собирал стартовый капитал для своего бизнеса, его единственным достоянием были табличка с надписью "Обмен валюты" и молоток. Обычно он вешал табличку возле какой-нибудь глухой подворотни, прятался там и ждал клиента. Когда кто-нибудь из них заходил в подворотню и спрашивал Полканова, где здесь банк, Полканов отвечал: «Тута!». После чего немедленно бил клиента по голове. То ли из сентиментальности, то ли из суеверия предприниматель не пожелал расстаться со словом, принесшим ему удачу, деньги и возможность войти с первую десятку российских финансистов…Что же касается Марлена Хрюслина, президента совета директоров «Тама-банка", то он, как и все предприниматели в те годы экономического рабства, тоже был вынужден пользоваться табличкой с надписью "Обмен валюты", но его ролью было направить клиента в подворотню, где стояло совсем другое юридическое лицо с удавкой. Когда прохожие, увидев табличку, спрашивали, где здесь банк, Хрюслин, показывая в глубь подворотни, говорил: "Тама"» [8, ]. Используя эргоним «Гамма-банк» [9, 143], Пелевин раскрывает психологическую мотивацию такого выбора: «…оказывается в стаде шимпанзе три вида самцов – Альфы, Беты и Гаммы. Самыми сильными были Альфа-самцы. Бета-самцы были послабее, но совсем чуть-чуть, поэтому все время соревновались с Альфами. А Гамма самцы были настолько слабее, что никогда не лезли в драку. В результате получалась интересная картина: пока Альфы с Бетами мочили друг друга в кустах, выясняя, кто круче, Гаммы оплодотворяли большую часть самок в стаде» [9, с.143]. Культурный анализ подчеркивает шаблонность названия, возможную пародию на «Альфа-банк». «Эники-банк» [9, с.265] с лингвопсихологической точки зрения вводит клиента в состояние растерянности (фрустрации), так как само по себе слово «эники» ничего не значит; но, учитывая культурный компонент, аллюзию на известную детскую считалочку «Эники-беники ели вареники…» (где тот, на кого указали, не может больше участвовать в игре, то есть «пролетает», «остается ни с чем»), подчеркивает ненадежность банка. Таким образом, в подобных эргонимах отразилось авторское видение моды на семантически неясные названия банков.

Еще одной современной тенденцией стало появление слова «бутик» в названиях магазина. В произведениях В.Пелевина мы находим достаточно примеров авторской иронии по этому поводу: бутик «ХайТризон» (англ. Height Reason») [7, с.76] – такой эргоним психологически создает у клиента ощущение непонятности. В культурном аспекте часть «Хай» рассматривается как популярное среди молодежи приветствие, а для старшего поколения выглядит скорее аллюзией на Гитлеровский знак. Русский перевод (магазин одежды «Высокий смысл») говорит об излишней претенциозности. Использование слова «бутик» вместо «магазин», как нам кажется, свидетельствует о психологическом недоверии к своему и культурному престижу чужого, иностранного. Еще более претенциозно вследствие лингвопсхологического и лингвокультурного анализа выглядит название «Архетипик Бутик» [7, с.76]. Его психологический компонент раскрывается в ассоциации «Архипелаг Гулаг» (на которую намекает писатель), с точки зрения культуры слово «архетипик» воспринимается как «маленький еще архетип» и прозрачный намек на возросшую роль материальных ценностей, их претензии на роль архетипа (самого важного, общего для человечества символа-понятия). Мода на «европейское» особенно отразилась в названиях с иноязычными вкраплениями, которые с учетом лингвокультурной и лингвопсихологической информации могут звучать двусмысленно. Например: бутик «Lovermarks» [7, с.75], где английский эргоним призван создавать иллюзии принадлежности к Европе, окончание –s, как комментирует писатель, было данью молодежному правописанию, с другой стороны фонетическая оболочка второй части слова выступает как аллюзия на К.Маркса, соединяя, таким образом, в одном названии тенденцию к европеизации и советский консерватизм. Возвращение фирмонимов-аббревиатур открыло широкие возможности писателю для языковой игры. В текстах В.Пелевина встречается эргоним «ГКЧП» [9, с.108], вызывающий ассоциации с советской силовой структурой, усиливающиеся неясностью названия и функций конторы, которая закономерно ведет к ощущению настороженности и недоверия. Расшифровка «Городской клуб чайных перемен» раскрывает ряд культурных аллюзий: использование заимствованного слова «клуб» вместо «общество, кружок» подчеркивает европейскую ориентацию, сочетание «чайные перемены» - намек на Восток, Китай, «Книгу Перемен» - ориентацию на Восток. Таким образом данный эргоним совместил в себе все популярные культурные тенденции, но оказался семантически избыточным, лишив название всякого смысла. Другим примером несогласованности фирмонима может служить Пелевинский мебельный магазин «Три кита» [7, с.18], название которого вызывает психологическую ассоциацию с водой и рыбалкой. А культурная аллюзия раскрывается через мифологему «киты» - основа (3 кита, на которых стоит мир), в этом контексте название звучит слишком претенциозно. Следовательно, одной из основных проблем эргономии магазинов в литературе как ироническом отражении действительности является несогласованность ассоциаций и необоснованность иноязычных вкраплений.

Развитие ресторанного бизнеса привело к необходимости поиска все более оригинальных, «кричащих» названий. Иногда, даже слишком эпатажных. Пародируя их, В.Пелевин на страницах литературы создает брэнд «гламурный вертеп «Лобковое Место» [7, с.388], вызывающий ассоциации интимного характера. Кроме того, нарушение орфографии имеет психологическую цель привлекать внимание и подсознательно запоминаться (память на ошибки). Культурные аллюзии с лобным местом (место казни, шире смерти) раскрывают негативный потенциал названия; с другой стороны лобным в старину называли место важных собраний, оглашения царских указов и церковных ритуалов, атмосфера серьйозности которых плохо сочтается с веселым разгульным духом, царящем в ресторане. Иное значение имеет культурная ассоциация с архитектурным памятником «Лобное место» в Москве, подчеркивающая контраст (и не только географический) между вертепом на окраине и памятником на Красной площади. Использование популярного сегодня в шоу-бизнесе слова «гламурный» со стертым значением (феномен сатиации) подчеркивает принадлежность к современной «элитарной» культуре. «Вертер», что означает балаган, кукольный театр, прозрачно указывает, что гламурные посетители – марионетки. Распространенные тенденции несоответствия кухни и названия отражает русский ресторанчик «Сакура» [9, с.105], название которого путает ожидания клиента. Образ сакуры как японского национального символа вносит и японский колорит. Интересно также, что в качестве названия для ресторана выбрана вишня, которая не плодоносит. Все эти факторы вызывают ироническое отношение читателя к данному заведению.



Таким образом, разнообразие, эпатажность и вызванная ею дефектность эргонимов современного периода находит свое отражение в литературе постмодернизма. Писатели, используя принципы интертекстуальности, прецедентности и языковой игры, подчеркивают наиболее характерные тенденции современной эргономической моды: семантическую неясность и клишированность в названиях банков, несогласованность ассоциаций и необоснованность иноязычных вкраплений в наименовании магазинов, нелогичность и эпатажность в фирмонимах ресторанов. Лингвокультурный и лингвопсихологический анализ позволяет проследить особенности восприятия и понимания названий потребителем, проанализировать ассоциации и культурные коннотации, так как эргоним – это не просто название, а «элемент рекламной политики фирмы и предполагается, что он должен создаваться с учетом того, как он может быть воспринят адресатом» [11, с.5].
Источники и литература

  1. Белей О.О. Сучасна українська ергонімія (на метеріалі власних назв підприємств Закарпатської області України): автореф. дис. на здобуття наук. ступеня канд. філол. наук: спец.10.02.01 – «Українська мова»/ О.О.Белей. – Львів, 2000. – 12 с.

  2. Ільченко І.І. Відонімні ергоніми м.Запоріжжя //Лексико-грамматические инновации в современных славянских языках: Материалы IV Международной научной конференции. Днепропетровск, 9-10 апреля 2009 г. / Составитель Т.С. Пристайко. – Д.: Пороги, 2009. – С.197-199.

  3. Крюкова И.В. Мода на названия [Электронный ресурс] / И.В.Крюкова //ИнформНаука. – Режим доступу: http://www.informnauka.ru/rus/2008/2008-02-18-8-051_r.htm

  4. Кутуза Н.В. Структурно-семантичні моделі ергонімів (на матеріалі ергонімікону м.Одеси): автореф. дис. на здобуття наук. ступеня канд. філол. наук: спец.10.02.01 – «Українська мова»/ Н.В Кутуза. – Одеса, 2003. – 20 с.

  5. Лєсовець Н.М. Ергонімія м. Луганська: структурно-семантичний і соціально-функціональний аспекти: автореф. дис. на здобуття наук. ступеня канд. філол. наук: спец.10.02.01 – «Українська мова»/ Н.М.Лєсовець. – Луганськ, 2007. – 19 с.

  6. Пелевин В. О. Ампир В: Роман / Виктор Пелевин. – М.:Эксмо, 2007. – 416 с.

  7. Пелевин В. О. Папахи на башнях [Электронный ресурс] / В.О.Пелевин. – Творчество Виктора Пелевина. – Режим доступу: http://www.pelevin.info/pelevin_47_0.html

  8. Пелевин В. О. Числа: Роман / Виктор Пелевин. – М.:Эксмо, 2007. – 320 с.

  9. Семенюк О.А. Язык эпохи и его отражение в сатирико-юмористическом тексте: Монография/О.А.Семенюк. – Кировоград: РИЦ КГПУ им. В.К.Винниченко, 2001. – 368 с.

  10. Шимкевич Н.В. Русская коммерческая эргонимия: прагматический и лингвокультурологический аспекты: автореф. дис. на здобуття наук. ступеня канд. філол. наук: спец.10.02.01 – «Русский язык» /Шимкевич Николай Валерьевич. – Екатеринбург, 2001. – 23 с.