«Я обречен на подвиг» в 2013-м году исполняется 100 лет со дня рождения поэта Александра Яковлевича Яшина - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
«Я обречен на подвиг» в 2013-м году исполняется 100 лет со дня рождения поэта Александра - страница №1/1

«Я обречен на подвиг»
В 2013-м году исполняется 100 лет со дня рождения
поэта Александра Яковлевича Яшина

Прежде чем писать об Александре Яшине, я заново перечитал его стихи, прозу, публицистику и дневники. Познакомился с книгами о его творчестве. Погрузился в воспоминания о нем. Встретился и поговорил с людьми, знавшими его лично.

Перечитал, погрузился, поговорил - и понял, какой же трудной была его судьба при жизни и какая она у него счастливая после смерти. Говорю так и вспоминаю слова В.А. Каверина: «Важна не только судьба самого писателя, но и судьба памяти о писателе. Я прожил большую литературную жизнь, и перед моими глазами прошли десятки примеров взлетов и падений блестящих, на первый взгляд, литературных карьер. Казалось бы, такая была шумная известность, а после того как человек уходил из жизни, память о нем быстро исчезала, и о нем все забывали. Чем же объясняется такая благодарность и память? Откуда в судьбе самой памяти такой надолго упрочившийся взлет? Здесь дело в том, что Яшин оставил после своей жизни то, что можно назвать «памятью сердца», а между жизнью и творчеством у Яшина разрыва не было...»

Эти слова записала на магнитофонную ленту вологжанка Валентина Станиславовна Старкова еще в октябре 1977 года, когда вместе с сыном поэта Мишей приехала к Каверину в Переделкино.

Перечитываю эти строки еще раз и думаю, что в юбилейный для Яшина год, может быть, именно это и есть самое важное – счастливая и памятная в новых поколениях жизнь после смерти. Жизнь в слове, искреннем и выстраданном, которое и ныне находит живой отклик в сердцах людей, ради которых он жил и писал.

Он писал и верил в свой народ, отзывчивый на правду и памятливый на добро, верил, что с его творческим наследием так и будет. Однажды он сказал своей сестре Александре Антипьевне: «Погоди, Саня, будут к тебе люди приезжать - сюда, на Бобришный угор, - со всего Союза; будет здесь музей, а ты будешь все обо мне рассказывать…»

Так и случилось.

Александр Яковлевич умер в 1968 году, а через семь лет в Вологде появился литературный кружок под названием «Яшинская рябинка». За 33 года через него прошли более тысячи юных вологжан, для многих из которых слово поэта стало мерилом правды и совести, любви и веры, жизни и судьбы.

Январь 2008 года. Мы гуляем с Валентиной Станиславовной, бессменным руководителем кружка, а позже - клуба, по улицам Вологды. Она, вспоминая прошедшие годы, размышляет на тему памяти: «А ведь правда, жизнь творца после смерти - это его первые шаги в бессмертие. И нет, наверно, писателя, который бы об этом не думал. С этих первых шагов и начинается судьба памяти. Что помнят потомки? Что им дорого в его творчестве? Что осталось бесценным и непреходящим? Что оставляет время, а что отсеивает?.. Мы с учениками собираем материалы о Яшине - рукописи и книги, дневники и фотографии, воспоминания и письма, вещи и автографы… Но не только собираем, но и сами в разных жанрах записываем свои впечатления от встреч и поездок - в стихах и путевых заметках, в эссе и в дневниках. И, конечно, размышляем над ними. Уже и наши записи, не побоюсь сказать, сами обретают историческую ценность. Ведь в них, согласитесь, кроются мучительные духовные поиски юных земляков поэта. Есть в них и свои ответы на некоторые непростые вопросы…»

Я слышал, с каких слов поэта Валентина Станиславовна начинает уроки памяти, посвященные Александру Яшину.

«…Удивительное, окрыляющее душу чувство любви к родной земле, страстное желание ей добра, силы, изобилия порой захватывают меня всего. Хочу всем и каждому из нас счастья. И еще хочу, чтобы ощущение радости и какого-то полета души было доступно каждому человеку, чтобы каждый хоть раз в своей жизни испытал это благородное слияние всего себя с Родиной и уже никогда не забывал бы этого животворящего, очистительного, святого чувства».

Искренность этих слов подтверждена всей его жизнью. И надо ли говорить, что через такие вот слова Яшина кружковцы быстрее обретают чувство Родины и любви к ней. Особенно тогда, когда в памяти их живы и воспоминания о людях, с которыми они встретились и познакомились на жизненных тропинках Александра Яшина. Их адреса с самого начала подсказала вдова поэта Злата Константиновна. Я сам знаком со многими кружковцами и не понаслышке знаю, какой след оставили в сердцах ребят встречи с фронтовыми друзьями и современниками поэта.

Май 1976 года. Позади Москва, ЦДЛ, электричка, боровые тропки с пружинистой хвойной подстилкой. И вот они уже в усадьбе Дунино и обходят её по тропам Пришвина. Пихты. Река и зеленые дали за ней. Поляна, заросшая травой. Новая скамейка - две ели, самодельное кресло из пня, за которым любил, уединившись, работать писатель, молодые дубки, выращенные из желудей - их Пришвин привез из Михайловского и Ясной Поляны.

А потом рассказ Валерии Дмитриевны Пришвиной о дружбе двух писателей - певцов природы своего края - Яшина и Пришвина. Их объединяла не только неистовая любовь к природе и жизни во всех её проявлениях, но и «шоферские» дела - однажды они даже соревновались на своих машинах.

«Я помню, - рассказывает Валентина Станиславовна, - как слушали Валерию Дмитриевну мои ребята… Для них и для меня это была встреча с миром, вроде бы и утраченным нами, но именно с тем миром, который мы пытались тогда найти и обрести в самих себе и по которому искренне тосковали - каждый по-своему…»

Валерия Дмитриевна призналась тогда, что ей нравится посвященный Пришвину цикл из книги Яшина «Угощаю рябиной». Она вспомнила и слова, какими Яшин его заканчивает: «И кажется мне, что по одной из этих тропинок, уже не по пришвинской, а по своей - иду я сам. И может статься, еще не поздно, и я расскажу людям обо всем, что увижу и услышу на родной стороне…»

И он рассказывал. И так самозабвенно, как мог только он; так самобытно, что голос его в России был слышен и узнаваем. И так искренне, что не откликнуться на него сердцу русскому было нельзя.

«Он работает до исступления, до слез, - пишет критик Василий Александрович Оботуров, лично знавший поэта, - и верит, что есть и в нем искра Божья, не зря его кормит народ своим хлебом».

Но ему для «спокойствия и уверенности в себе» и для «полноты счастья» важно еще знать:



«Но плачет ли кто-нибудь
Над моими книгами?
Счастлив ли я?..»

Он искренне верит, «что его понимают, что его работа крайне необходима людям». Верит и идет «своей тропинкой на большом пути к человеку-другу…» И на пути этом тернистом и ухабистом, обретая врагов и друзей-единомышленников, Александр Яшин со свойственной ему откровенностью и прямотой признается себе и людям: «…Трудно моим землякам – и мне трудно. Хорошо у них идут дела – и мне легко живется и пишется. Меня касается всё, что делается на этой земле, на которой я не одну тропинку босыми пятками выбил. На полях, которые еще плугом пахал. На пожнях, которые исходил с косой и где метал сено в стога…»

У многих ребят из «Яшинской рябинки» была в жизни и встреча с родиной поэта.

Февраль 1975 года. Эта была первая поездка кружковцев в Блудново – на Бобришный угор. «И она, эта встреча, - оживилась моя собеседница, - явилась для всех нас чудом явления поэта и открытия человека, которого помнят и чтят на его благословенной родине». После таких встреч ребята глубже понимали и острее чувствовали поэтическую строку Яшина, и каждый из них живо откликался на радостные и болевые движения его обнаженной и чуткой ко всему души.

Его глазами они начинали открывать для себя мир, в котором

Подснежников появленье,
Березовых почек рост
Он сравнивал по значенью
С рожденьем новейших звезд…

Они, слыша напряженье оголенных строк, вполне осознают умом и чувствуют сердцем, что



Счастливый дар не на года
Дается
И не в одолженье,
Не для забав и развлеченья,
А навсегда –
Со дня рожденья
Для непрестанного труда…

А подвиг его – жизненный и литературный – в том и состоит, что он заставляет нас ко всему относиться по правде и совести. Только так, сохранив в чистоте свои земные дела и помыслы, может человек оправдать свое предназначение на земле, посвятив Отечеству и людям свою неповторимую жизнь – дар Божий.



 

Владимир Кудрявцев