В современном русском языке: семантико-синтаксическая характеристика - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Итальянские заимствования в русском языке: семантико-прагматический... 2 523.06kb.
Высказывания с семантикой вынужденного действия в современном русском... 1 367.81kb.
Открытие конференции в 10. 30 в актовом зале 11. 20 – 12. 50 – работа... 1 179.33kb.
Исследовательская работа по теме «Заимствование англицизмов в русском... 1 252.36kb.
В помощь учителю! Основные правила правописания в английском языке... 1 123.29kb.
Статьи, представленные на английском языке, должны иметь хороший... 1 38.11kb.
«своя игра» (на русском языке) Батуми, 29-30. 07. 2011 1/9 финала 1 20.13kb.
Ономатопея в современном английском, русском и немецком языках 1 261.44kb.
Образец заполнения анкеты I. Фамилия, имя и отчество 1 104.8kb.
Любви в английской литературе 2 423.71kb.
Литературный Олимп: кого из современных писателей (пишущих на русском... 1 62.89kb.
Кейс 5 Тексты для сочинений-рассуждений 1 233.41kb.
- 4 1234.94kb.
В современном русском языке: семантико-синтаксическая характеристика - страница №1/1

На правах рукописи

Топорков Пётр Евгеньевич


ПРЕДИКАТИВЫ В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ЯЗЫКЕ:

СЕМАНТИКО-СИНТАКСИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА
Специальность: 10.02.01 – русский язык

АВТОРЕФЕРАТ
диссертации на соискание учёной степени

кандидата филологических наук

Москва – 2013

Работа выполнена на кафедре русского языка

ФГБОУ ВПО «Калужский государственный университет

им. К.Э. Циолковского» (КГУ им. К.Э. Циолковского)




Научный руководитель:

Ерёмин Александр Николаевич

доктор филологических наук, доцент






Официальные оппоненты:


Алтабаева Елена Владимировна

доктор филологических наук, профессор

(Российский государственный аграрный университет – МСХА имени К.А. Тимирязева, профессор кафедры связи с общественностью и речевых коммуникаций)




Мусатова Галина Александровна

кандидат филологических наук, доцент

(Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище (Военный институт им. В. Ф. Маргелова), доцент кафедры русского и иностранных языков)



Ведущая организация:

ФГБОУ ВПО «Московский государственный областной университет»







Защита состоится 11 декабря 2013 года в 14 часов на заседании диссертационного совета Д 212.136.01 при ФГБОУ ВПО «Московский государственный гуманитарный университет имени М. А. Шолохова» по адресу: 109240, Москва, ул. Верхняя Радищевская, д. 16-18.
С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Московского государственного гуманитарного университета имени М.А. Шолохова по адресу: Москва, ул. Берзарина, д.4.

Автореферат разослан « » ноября 2013 г.

Ученый секретарь диссертационного совета

кандидат филологических наук, доцент С.Ф. Барышева

В диссертации рассмотрены семантическая и синтаксическая специфика класса слов, получившего в отечественной лингвистике название «предикативы».

Данные единицы были впервые выделены в отдельный разряд Л.В.Щербой в работе «О частях речи в русском языке». Однако и сегодня предикативы в работах исследователей понимается по-разному. Сложность вопроса заключается как в определении их категориального статуса (являются ли предикативы частью речи или только семантико-синтаксическим классом слов), так и в установлении границ данной языковой категории.



Методологической и теоретической базой исследования служат работы В.В. Виноградова, М.В. Дегтярёвой, А.В. Исаченко, А.А. Калинина, А.А.Камаловой, Л.В. Щербы, Н.В. Поспелова, П.А. Леканта по различным вопросам морфологии, семантики и синтаксиса предикативов и предикативных сочетаний; Т.В. Булыгиной, О.Н. Селиверстовой, Ю.С. Степанова по семантическому анализу предикатов; Н.Д. Арутюновой, О.П. Ермаковой, В.Н. Телии по типологии лексических значений; Н.Ф. Алефиренко, Е.И. Дибровой, В.М. Мокиенко, В.Н. Телии по фразеологии; М.А. Грачёва, В.С. Елистратова, А.Н. Ерёмина, О.П. Ермаковой, Е.А. Земской, Р.И. Розиной по лексикологии некодифицированных форм существования языка.

Актуальность нашей работы заключается в следующем:

1. Проблема определения категориального статуса предикативов не получила в среде отечественных лингвистов бесспорного решения.

2. Вопрос установления границ класса предикативов недостаточно широко освещён в лингвистике.

3. Область современного языка, связанная с определением синтаксических особенностей функционирования предикативов в составе конструкций различных типов, является малоизученной.



Объектом исследования являются лексико-семантические особенности слов, их место в грамматической системе языка и функционирование в конструкциях различных типов.

Предметом исследования являются предикативы – лексико-семантический класс слов из разных частей речи.

Материал исследования составляет более 1000 языковых единиц. Иллюстративный материал почерпнут из словарей, текстов художественной литературы, а также Национального корпуса русского языка.

Основной целью исследования является уточнение категориального статуса предикативов как формирующейся части речи в русском языке, а также описание их семантико-структурных типов.

Поставленная цель конкретизирована следующими задачами:

1. Определить содержание и объем исследуемого языкового феномена.

2. Выделить и подробно рассмотреть конкретные семантико-структурные модели, по которым образованы существующие в языке предикативы и по которым возможно образование новых единиц.

3. Проанализировать особенности синтаксического поведения предикативов в структуре синтаксических конструкций различных типов, в частности, в простом и сложноподчинённом предложениях.

4. Описать явление «цитации» (по А. Вежбицкой) на материале предикативов различных семантико-грамматических разрядов.

5. Теоретически обосновать и проиллюстрировать изменение семантической структуры предикатива (оценка ↔ состояние) в тексте. Отметить условия, способствующие семантико-синтаксической модификации конструкций, включающих предикативы, в сторону безличности или двусоставности.

6. Показать связь семантики предикатива с характером его функционирования в качестве именной части сказуемого в главной части сложноподчинённого предложения. Рассмотреть основания, обусловливающие возможность/невозможность присоединения придаточных с причинной семантикой к главной части, включающей предикативы.

7. Выявить семантико-синтаксические особенности предикативов в живой литературной речи, общей внелитературной речи, жаргонах (преимущественно в молодёжном жаргоне), народных говорах.

Для решения сформулированных задач в рамках настоящей работы применяются следующие методы современной лингвистики: текстовый анализ, метод наблюдения над языковым материалом, метод сопоставления, метод лингвистического эксперимента.

Научная новизна диссертационного исследования заключается в следующем:

1. В диссертации представлен и описан значительный по объёму репертуар предикативов на основе разных частей речи. Показаны семантические и синтаксические характеристики исследуемых слов (значений) и фразеологизованных предложно-падежных форм.

2. В диссертации содержится анализ функционирования предикатива в структуре различных синтаксических конструкций.

3. В исследовании отмечены семантико-синтаксические особенности предикативов в литературном языке и нелитературных подъязыках.



Теоретическая значимость работы заключается в том, что в ней представлено большое разнообразие моделей образования предикативов. В научный обиход введён значительный фактический материал. Исследованы тенденции активизации некоторых моделей в разных сферах русского национального языка. Отмечается тенденция формирования новой части речи – предикатив.

Практическая значимость исследования определяется тем, что результаты исследования могут быть использованы:

1) при чтении курса «Современный русский язык» и спецкурсов, посвящённых анализу различных семантико-функциональных особенностей предикативов;

2) при написании учебно-методических пособий по вопросам морфологии и синтаксиса современного русского языка;

3) при составлении словарей-справочников предикативов.



На защиту выносятся следующие положения:

  1. Предикативы – это особый класс слов (отдельных значений) и словоформ, функция которых ограничена позицией сказуемого. Можно утверждать, что предикативы обнаруживают тенденцию к объединению их в рамках особой части речи.

  2. Предикативы формируются на основе разных частей речи с неодинаковой степенью семантического и синтаксического обособления.

  3. В целом предикативы подразделяются на 2 основных класса: а) личные предикативы, б) безличные предикативы.

  4. Наличие в семантике предикативов на -о компонентов оценки и состояния может вызывать в речевой практике их семантические изменения либо в сторону единиц со значением состояния, либо в сторону собственно оценочных имён. Нередко эти единицы синкретичны (оценка + состояние).

  5. Семантический синкретизм исследуемых единиц в структуре главной части сложноподчинённого предложения влияет на трактовку при них придаточных как причинных, причинно-аргументирующих или совмещающих эти характеристики.

  6. В нелитературных сферах русского национального языка предикативы могут обнаруживать семантические, семантико-структурные и синтаксические особенности.

Структура диссертации

Диссертация состоит из Введения, 4 глав, Заключения, Списка литературы и Приложения.

В первой главе дан обзор истории и специфики понятия «состояние» в философии и лингвистике. Определено место данной категории в ряду других философских категорий. Представлены точки зрения на исследуемый феномен в философии античности, Нового времени, немецкой классической философии, диалектическом материализме и современной философии науки. Рассмотрены основные характеристики понятия «состояние» в лингвистике. Выделены основные модели высказываний с типовым значением «cубъект и его состояние».

Во второй главе рассмотрены конкретные семантико-структурные модели предикативов как класса слов в современном русском языке, в частности, местоимения-предикативы (не по мне, ни в какую, вне себя, нечто, ни о чём), отглагольные предикативы (на вылете, в завязке, в ответе, на подхвате, на ходу), предикативы – оценочные имена (дрянь, жесть, подлец, прохвост, не сахар). Кроме того, рассмотрено понятие цитации применительно к предикативам некоторых семантико-структурных типов.

В третьей главе проанализированы особенности функционирования предикатива в синтаксических конструкциях различных типов (в простом предложении и сложноподчинённых предложениях). Рассмотрено явление семантико-синтаксического синкретизма предикативов – слов категории состояния и оценочных предикативов, образованных на основе кратких прилагательных.

Четвёртая глава содержит анализ особенностей функционирования предикатива в различных формах национального языка, в том числе в живой литературной речи, общей внелитературной речи, сленге и жаргонах, диалектах. Кроме того, рассмотрены основные семантико-структурные модели предикативов, характерные для того или иного национального подъязыка.

В Заключении представлены основные выводы исследования.

В Приложении приведён список предикативов, рассмотренных в работе.

Основное содержание работы
Исследование семантико-синтаксических характеристик предикатива является одной из важных проблем лингвистики. Для понимания своеобразия данного класса слов необходимо рассмотреть в общенаучном и философском аспекте понятие «состояние», составляющее основу категориального статуса предикатива.

«Состояние» – одна из важных категорий, входящих в категориальный аппарат лингвистики и философии. Она применяется при анализе фактов объективной действительности. В философии «состояние» – это фундаментальная категория познания, отражающая одну из форм бытия.

Содержание понятия «состояние» имеет свою специфику.

В философских системах античности категория «состояние» понималась при этом и как форма бытия вещей, и как звено в процессе изменения. В философии Нового времени, в частности, в работах Г.В.Лейбница исследованы состояния отдельных вещей с указанием того, что состояния вследствие смежности находятся во взаимосвязи и взаимодействии. В классической немецкой философии основным предметом исследования служила диалектически противоречивая природа понятия «состояние». Наиболее существенно этот вопрос рассматривается в философских системах И. Канта и Г.В.Ф. Гегеля. При этом у Канта диалектика анализируемого понятия связывается с идеей эволюционно-исторического прогресса, а у Гегеля – с диалектикой развития.

В философии диалектического материализма отмечается неразрывная связь понятий «качество» и «состояние». Состояние определяется как «философская категория, выражающая неотделимую от бытия объекта его существенную определенность, благодаря которой он является именно этим, а не иным объектом» [ФЭС 1989: 255], цит. по: [Акмалова 2005: 24].

В современной философии понятие состояния – одна из абстрактных категорий, отражающая количественные и качественные формы бытия, существование объектов любой природы, внутренне присущих и приобретенных ими особенностей, а также меры их сущностных (как внутренних, так и внешних) свойств и качеств.

Концепт «состояние» достаточно пристально рассматривался в лингвистике.

Являясь семантической категорией, «состояние» входит в ряд фундаментальных языковых структур и отражает особый тип положения вещей в содержании языковых (лексических и синтаксических) единиц.

Мы разделяем позицию, представленную в работах [Булыгина 1982], [Булыгина, Шмелёв 1997] и в качестве основных квалификационных признаков языковой категории «состояние» выделяем следующие:

1) признак временнóй локализованности;

2) признак фазовости;

3) признак квантифицируемости;

4) признак одновалентности;

5) признак несочетаемости с родовыми именами;

6) признак статичности;

7) признак дуративности;

8) признак неконтролируемости;

9) признак пассивности.

В ходе изучения данного класса слов отечественными и зарубежными лингвистами использовались два термина – предикатив и категория состояния. Оформились два основных подхода к определению понятия «предикатив».

В рамках первого подхода термины категория состояния и предикатив используются как синонимы (предикатив в узком смысле). Подобный взгляд на проблему представлен, в частности, в трудах В.В. Виноградова‚ Е.М. Галкиной-Федорук‚ Н.С. Поспелова‚ А.Н. Тихонова‚ Н.С. Валгиной и других ученых. В академической «Русской грамматике» (1980) предикативы «условно причислены» к классу наречий, с которыми их сближает неизменяемость, мотивировка качественными прилагательными, наличие сравнительной степени.

Второй подход основан на несинонимическом употреблении терминов. В этом случае понятие предикатива не сводится к категории состояния (предикатив в широком смысле).

Впервые данный разряд слов выделен в особую часть речи академиком Л.В. Щербой в работе «О частях речи в русском языке» (1928), который назвал их по общему значению «категорией состояния». Он понимал эту категорию достаточно широко, включив в нее не только некоторые предикативные наречия‚ но и краткие прилагательные, а также предложно-падежные формы существительных со значением состояния, выступающие сказуемым в предложении.

В рамках второго подхода выполнены также работы А.В. Исаченко, П.А. Леканта, М.В. Дегтярёвой и др.

Мы также придерживаемся второго подхода и к предикативам относим слова (отдельные значения), фразеологизованные предложно-падежные формы, функционирование которых ограничена позицией сказуемого.

В количественном отношении большинство предикативов составляют фразеологизованные сочетания типа «предлог + сущ.» (в ходу, в масть, на выданье, под мухой, не при делах. А я и без понятия!). Категория состояния некоторыми лингвистами рассматривается как особая часть речи, однако при широком толковании понятия «предикатив» данная группа слов также может быть включена в состав рассматриваемого класса в качестве особой разновидности – безличного предикатива. К словам категории состояния отнесём часть единиц, образованных на основе предложных и предложно-падежных форм существительных (время, охота, недосуг, не до речей, в лом), а также часть лексикализованных и фразеологизованных форм местоимений, функционирующих в качестве именной части сказуемого безличного предложения (Мне не по себе).

Личные предикативы образованы на основе следующих частей речи и особых форм:

I. На основе глагола:

- на основе формы инфинитива и императива с оценочным значением.

Ср.: Прикид у него очуметь (устная речь);

― Как дела? ― Зашибись! ― ответил я и улыбнулся. (Олег Гладов. Любовь стратегического назначения (2000-2003)).

- на основе краткого причастия.

В чайной было полутемно, накурено, сыро и душно. (Владимир Войнович. Монументальная пропаганда // «Знамя», 2000).

Отпричастный безличный предикатив может вступать в синонимические отношения со словами категории состояния.

II. На основе имени существительного:

а) предикативы на основе И.п.

Группа предикативов, образованных на основе существительных в И.п. выражает семантику оценки различных типов. В данной группе предикативов нами отмечены монореферентные и полиреферентные единицы, охватывающие такие денотативные сферы, как оценка лица, предмета, ситуации.

В.В. Виноградов отмечал такие оценочные существительные, как загляденье, объеденье (объяденье).

Ср. примеры Виноградова в работе [Виноградов 1977:185]:

У бедняка рысак один: Ну, конь! Ей богу, загляденье! (И.С.Никитин. Кулак).

Пирожки — прямо объяденье!

Как правило, для предикативов данной группы характерна полиреферентная оценка (оценка объектов различных видов, напр. лиц, предметов, ситуации).

Ср.: Роза Михайловна взяла вожатую под руку: ― Знаете, этот Транзин тоже не сахар… (Владислав Крапивин. Болтик (1976)).

Когда твои братья доктора медицины, а у твоего отца клиника в Базеле, то, знаете, сапожная мастерская не сахар. (Анатолий Рыбаков. Тяжелый песок (1975-1977)).

Летом топтать тайгу в болотной жиже, на комарах, задыхаясь в накомарниках, ― это не сахар. (Георгий Жженов. Прожитое (2002)).

б) предикативы на основе предложно-падежных форм существительного. Наиболее частотная модель образования предикативов данной подгруппы: в, на + П.п. (в ажуре, в опасности, на виду, на сносях, на плаву). Данные сочетания выражают в основном семантику погружённости в состояние (психическое, психофизическое, физическое и др.). Также отмечены предикативы, образованные по моделям в + В.п, без + Р.п., с, под + Т.п. (не в тему, в радость, в руку, без сознания, с тараканами) и др.

Ср.: Пока Россия была здорова, ей мог служить чужой, и был прекрасный министр, но как только она в опасности; нужен свой, родной человек. (Л. Н. Толстой. Война и мир. Том третий (1867-1869)).

И вот сейчас катер наш был на плаву, мощненький такой, осталось только его покрасить. (Василий Аксенов. Пора, мой друг, пора (1963)).

Водитель Чувилев, выскочивший через передний люк, опять взобрался на броню и успел вытащить лейтенанта, ― он был без сознания, комбинезон на нём горел. (А. Н. Толстой. Русский характер (1942-1944))

Отдельно нами рассмотрена группа предикативов, мотивированных глаголами – единиц, формально и семантически соотносимых или связанных с глаголами и в разной мере выражающих глагольную семантику.

Выделены несколько видов формальных отношений глагола и мотивированного им предикатива:

а) «первичные», т.е. образующиеся на основе синтаксических дериватов.

Предикатив опирается на лексическую единицу, семантически эквивалентную глаголу, но самостоятельно не употребляемую или редко употребляемую в данном значении.

Ср. на ходу – ход?, на подхвате – *подхват.

Ср.: У него все десятиклассники на подхвате. (Ю. О. Домбровский. Факультет ненужных вещей, часть 2 (1978));

б) «вторичные», т.е. образующиеся на основе лексических дериватов. Глагольное значение частично утеряно (под запором).

И я снова под запором в пустой квартире. (О. В. Волков. Из воспоминаний старого тенишевца (1988));

б1) формирующиеся на основе лексических дериватов с эмотивным предикативным значением: значение предикатива напрямую соотносимо с глагольной семантикой (я в обалдайсе – обалдайс! –я обалдел).

– Я в полном обалдайсе. – Ничего сложного в этом нет. Такова эволюция. (http://readr.ru/vasiliy-loginov-shagovaya-ulica.html?page=48);

в) предикативы, семантически и формально соотносимые с глаголами (замена на производный глагол возможна в некоторых контекстах), но не мотивированные ими: в цене ~ цениться, в наличии ~ наличествовать.

Желает она в конце зимы… чтоб хлеб был в цене, а сахар дешев, чтоб, если можно, купцы давали его даром, так же как и вино, кофе и прочее. (И. А. Гончаров. Обрыв (1869)).

III. На основе имени прилагательного.

Наиболее часто формирование предикативов на основе кратких форм, в т.ч. с модальным значением (абсолютное большинство форм).

Ср.: Был он очень беден и как-то надменно горд и несообщителен; как будто что-то таил про себя. (Ф. М. Достоевский. Преступление и наказание (1866)).

В XIX веке краткие формы употреблялись также в позиции обособленного определения с причинным значением («Богат, хорош собою, Ленской // Везде был принят как жених» (А. С. Пушкин. Евгений Онегин (1833)), но в современном языке данная позиция кратким прилагательным почти не свойственна.

Редко происходит образование предикативов на основе полных форм: шёлковый, золотой.

Ср.: Я его вышколю так, что он у меня будет шелковый. (А. Я. Панаева. Воспоминания (1889-1890)).

IV. На основе местоимения.

В данной группе отмечен обширный ряд предикативов, образованных на основе местоимений всех семантических разрядов (личных (не по мне, на Вы, при мне), возвратного местоимения себя (не в себе, вне себя, у себя, при себе, сам по себе), вопросительно-относительных (ни в какую, каков), указательных (то, самое то, ни то ни сё, не без того/ этого, туда-сюда), неопределённых местоимений (нечто, кое-что, что-то), отрицательных (ничто, никто, ничего (ничё), ни к чему, ни о чём). Они употребительны как в двусоставных, так и в безличных конструкциях.

Ср.: А жеребцы, признаться, мне надоскучили, да и зимняя езда не по мне. (М. А. Шолохов. Поднятая целина. Книга 2 (1960)).

Простите, мы на вы? ― На ты, естественно. ― Едем на Васильевский остров. (Сергей Довлатов. Чемодан (1986)).

Здесь не по мне, не могу жить… ничего не поделаешь. (А. П. Чехов. Вишневый сад (1904)).

― Ну, будда ещё туда-сюда ― тут где-то рядом был буддийский монастырь, ну а все это… (Ю. О. Домбровский. Хранитель древностей, часть 1 (1964)).

Весь день был ни о чем. Ни разу толком не потусовалась. (С. Атасов. 1000 золотых анекдотов (2003)).

Я че, я ниче, ― зарядил рыжий. ― Будешь еще возникать, я тебя в натуре выстегну, ― пригрозил Хаджик. (Гулла Хирачев (Алиса Ганиева). Салам тебе, Далгат! (2009) // «Октябрь», 2010).

V. На основе междометия с оценочным значением (не ах, ой-ой-ой и др.)

Ср.: Но книги Конобеевых разглядывать я долго не дал: у них со вкусом не ах. (Владимир Маканин. Андеграунд, или герой нашего времени (1996-1997)).

VI. На основе предлогов (за, против).

Ср.: ― Скажи так: скажи, что ты очень хочешь, а я против. (Юрий Трифонов. Обмен (1969)).

Предикатив может быть употреблён цитатно, чаще всего – в позиции детерминанта с обстоятельственным значением. При цитации в качестве обстоятельства предикатив чаще выражает семантику актуального состояния. Предикативы с оценочной семантикой, а также с семантикой перфектного состояния реже функционируют в позиции обстоятельственного детерминанта.

В некоторых исследованиях применительно к таким случаям употреблён термин «обстоятельство состояния» (см. [Никитин 1959], [Еникеев 2000], [Монхжаргал 2000] и др.)

Ср.: И конечно, я опять попадаюсь ей в раздрае, не собранный, не готовый ни рубить сплеча, без обиняков, ни вести тяжелый для обоих разговор на полутонах и улыбке. (Михаил Бутов. Свобода // «Новый Мир», 1999).

Также предикатив цитатно употребителен в составе оборота с подлежащим (этот, эта + сущ.), являясь при этом либо частью подлежащего, либо несогласованным определением. Подобные обороты часто выражают семантику уступки или косвенной причины.

Ср.: — Не пугайте — пужаные, — спокойно сказал этот подлец. (Владимир Чивилихин. «Моя мечта – стать писателем», из дневников 1941-1974гг. (2002) // «Наш современник», 2002.06.15).

– А обиднее всего мне то показалось, что этот бестия Залёжев всё на себя присвоил. (Ф. М. Достоевский. Идиот (1869)).

К цитации в большей мере склонны оценочные имена лиц, в которых присутствуют и номинативные семы: это оценочно-номинативные существительные, напр. пьяница – оценка лица, дрянь – в большей мере оценочное имя. Пьяница – оценка + лицо, дрянь – оценка лица, животного, предмета. Оценочные имена типа пьяница обладают более узкой референцией, нежели имена типа дрянь.

Семантически оценочные имена лиц противоречивы: оценочный компонент семантики смещает их в сторону позиции предиката, а наличие предметного компонента – в сторону позиции субъекта. Оценочные предложно-падежные формы тяготеют к позиции предиката, т.к. у них нет семантической поддержки для движения в сторону субъекта. Тем не менее, многие признаковые слова могут быть субстантивированы.

Ср. А этот в очках мне и говорит… – А этот с прибабахом мне и говорит… (реже) на фоне более частотных высказываний типа: А этот негодяй мне и отвечает…

Позиция цитации предложно-падежной формы при субъекте, как правило, снимает оценочные созначения и сохраняет основное значение состояния. Цитации сильно препятствует оценочный компонент в семантике исследуемых слов. Предикативы с метафорической семантикой состояния (на плаву, на взлёте – о человеке) избегают позиции цитации.

Нами рассмотрены основные особенности функционирования предикативов в структуре конструкций различных типов. В частности, проанализированы факторы, влияющие на семантико-синтаксическое поведение предикатива в структуре простого и сложноподчинённого предложений. На прочтение предикатива как слова категории состояния или краткого прилагательного в структуре простого предложения может оказывать влияние ряд факторов: наличие однородных членов, условно локальных ограничительных детерминантов, присутствие или отсутствие субъектного детерминанта в Р.п. и Д.п.

Ср.: Боже упаси, у нас страшно, а на этом острове еще страшней. (А. М. Ремизов. Взвихренная Русь (1917-1924)).

А ведь мне недурно было у своего хозяина! (Л. Н. Толстой. Путь жизни (1910)).

Наличие условно локального детерминанта является более значимым маркёром сдвига оценочной семантики в сторону семантики состояния у слов, которые могут быть и прилагательными, и словами категории состояния.

Ср.: Было сладко на душе от этих похвал, слёзы подступали. (Борис Екимов. Фетисыч // «Новый Мир», 1996).

Наличие однородных членов в структуре конструкции с предикативом может способствовать развитию частеречного синкретизма предикатива. Частеречный синкретизм возникает в тех случаях, когда в качестве сказуемых при одном подлежащем, выраженном инфинитивом, выступают одновременно слово категории состояния и краткое прилагательное.

Ср.: 1. Глупо и стыдно даже людям, уважающим реализм, верить в такую нереализуемую вещь, как счастье человечества, даже приблизительное. (Н. В. Устрялов. Проблема прогресса (1931)).

В таком случае происходит взаимное сближение слов категории состояния и краткого прилагательного, т.е. развитие безличной семантики у прилагательного и оценочной семантики у СКС.

2. Переходить на его кровать было и глупо и неохота. (Фазиль Искандер. Муки совести, или Байская кровать (1980-1990)).

Сдвиг краткого прилагательного в сторону безличного предикатива затрудняется, если слово категории состояния словообразовательно не связано с прилагательным, как в случае 2 – неохота.

3. Читать эти тексты тяжело и стыдно. Нет, они не отменяют и не перевешивают всего почти 100-томного собрания сочинений Хайдеггера ― но и вне этого контекста оно уже не может существовать и истолковываться. (Рецензии (2003) // «Неприкосновенный запас», 2003.09.12).

Сдвиг затруднителен, если формы краткого прилагательного и СКС омонимичны, и прочтение единицы как прилагательного или СКС влияет на смысл высказывания, как в примере 3: вспоминать тяжело = трудно с точки зрения затраты сил или трудно с моральной точки зрения.

Влияние оказывают также грамматические категории рода и падежа имени или местоимения в позиции субъекта, а также общий контекст высказывания.

Ср. – Ах, как хорошо, – шептал подле меня в мокром хлещущем дожде

детский, восторженный голосок. – Ах, как чудно, как чудно. И мне тоже было "чудно". (М. Агеев. Роман с кокаином (1934)).

Подобные конструкции могут быть развёрнуты в синкретичные сложноподчинённые конструкции.

Ср. Ах, как хорошо! → …хорошо, что идёт дождь, что мы вместе и т.д.

Способность предикатива совмещать семантику состояния и оценки служит причиной появления в русском языке синкретичных конструкций, в которых предикатив называет как оценку субъекта, так и его состояние.

Придаточные причины возможны при предикативах с семантикой состояния.

Ср.: Мне дурно, потому что они завтра приедут (РР).

Предикативы с семантикой оценки присоединяют придаточные с причинно-аргументирующим значением.

Ср.: Как они считают, мои начальницы, ― очень дурно, что у меня нет невесты. (Юрий Герман. Дорогой мой человек (1961)).

Отмечен ряд синкретичных конструкций с предикативами – оценочными именами и придаточными с аргументирующим значением. В подобных конструкциях оценка неполноценна, так как единичный факт не дает оснований для оценки – вневременного приговора. Это характеристика субъекта по действию/состоянию, вызванному единичным событием. Предикат в таком случае совмещает оценку и состояние, а придаточное указывает как на аргумент оценки, так и на причину состояния, послужившего основанием для оценки.

Ср.: Я был дурак, что наговорил тебе дерзких слов, и еще более дурак, что смел давать честное купеческое слово в таком деле, к которому никогда бы не имел сил приступить. (Н. А. Дурова. Угол (1840)).

Позиция придаточного причины возможна, если состояние, выраженное безличным предикативом, рассматривается как результат воздействия. В этом случае придаточное причины содержит указание на данное воздействие.

Так мне радостно, что мы на богомольи, и такой день чудесный, жаркий. (И. С. Шмелев. Лето Господне (1927-1944)).

Бóльшая часть предикативов с семантикой физического состояния (состояния среды) не присоединяет придаточные причины. Эта особенность обусловлена тем, что каузатор встроен в лексему и выражен корнем, или тем, что придаточное причины содержит специфическую информацию, сообщение которой, как правило, не требуется в контексте высказывания. (См. подробнее [Ерёмин 2012: 31]).

Ср.: солнечно, ветрено, потому что светит солнце, дует ветер.



Солнечно, потому что пришёл антициклон.

Нами рассмотрены особенности функционирования предикативов (в широком понимании) в нелитературных сферах русского национального языка. Отмечены активные процессы взаимовлияния различных сфер, при этом наиболее активно идёт процесс взаимодействия жаргонов и неграмотной речи. Наблюдается процесс интерференции различных форм существования национального языка (в том числе, под влиянием современных средств масс-медиа, миграции населения, активной урбанизации).

Для живой речи (нередко выходящей за рамки литературного канона) характерны активные словообразовательные процессы, в результате которых часть возникающих единиц пополняет ряды предикативов, а часть рассматривается как окказиональные употребления, не противоречащие норме.

Ср.: быть/ находиться в любви, в безумии, в жажде, в бессознании, в цейтноте, весь в/ во внимании (ср. разг. весь внимание), [весь] в друзьях, в деньгах и др.

― Только, дяденька, вы теперь беспременно меня поддержать должны, потому как это она в любви с ним находится (А. И. Левитов. Нравы Московских девственных улиц (1864)).

Я в своем безумии, она в безумии, он в безумии, мы в безумии. Мы – удивительны. (http://mirdosuga.com/jennifer-lopez-goin-in-perevod).

Здесь отмечены обширные синонимические ряды предикативов – оценочных имён с частнооценочной семантикой, а также предикативов, образованных на основе частично омеждомеченных форм существительного, прилагательного и глагола (инфинитива, реже – личных форм).

Ср. ‘жадный’: жадюга, утроба, куркуль, жмот, жлоб, жила, скупердяй, хапуга, скаред, копеечник, обирала, сосок.

‘глупец’: простофиля, дуб, дубина, дурында, баран, осёл, полудурье, полудурок, придурок, балда, болван, пентюх, чурбан, долдон.

‘состояние завершения чего-л.’: (шабаш, хорош, хана, кабздец, труба, кранты, аминь).

― Ты знаешь, Олечка, этого человека? Он же куркуль. Он от природы куркуль… (А. С. Макаренко. Педагогическая поэма. Часть 3 (1935)).

Есть жена, да полудурье, и притом попивает, ― никому он ее не кажет. (М. Е. Салтыков-Щедрин. Мелочи жизни (1886-1887)).

А то уволят Леху Дерябина, и будет вам хана… (Сергей Довлатов. Наши (1983)).

Для жаргонов и общего субстандарта в целом характерен ограниченный круг значений, реализуемый в обширных синонимических рядах. В центре внимания в молодёжном жаргоне – круг предельных психофизических переживаний и круг предельных оценок. Для уголовного жаргона характерны оценочно-характеризующие единицы, сгруппированные вокруг типового значения ‘состояние – ситуация’ (связанное с пребыванием в заключении). Собственно оценочная лексика для данной формы языка в целом не характерна, оценочные имена приобретают доминирующую номинативную сему.

Для жаргонов характерно наличие узкого круга значений, представленных обширными рядами синонимов к каждому из данных значений. Большое число лексем-предикативов выражает 2 основных значения: ‘состояние’ и ‘оценка’. При переходе полисемичной единицы из уголовного в общий или молодёжный жаргон заимствуется, как правило, только оценочная сема.

Ср. фуфло – в угол. жаргоне (по данным словаря [Бронников, Дубягин 1991]):



Фуфло1 – заведомая ложь.

Фуфло2 – не заслуживающий доверия.

Фуфло3 – ягодицы.

Фуфло – в общем субстандарте: негативная оценочная характеристика любого объекта (лица, животного, предмета).

В жаргонах отмечен ряд специфических словообразовательных и семантических особенностей функционирования предикатива: образование по моделям в, на + П.п., под + Т.п. с семантикой ‘погружённость в состояние’ (в дыму, на кукане, под шорой), с + Т.п с семантикой ‘характеристика лица + оценка’ (с гусями, с задвигами, с закидонами); явление энантиосемии (оценочной и номинативной); наблюдаются значительные отличия в семантике форм И.п. и формы косвенного, на основе которой образован предикатив; отмечено активное функционирование отглагольных образований.

В ряде конструкций наблюдается параллелизм форм предикатива типа «в + П.п» и конструктивно обусловленного употребления предикатива в восклицательном предложении (Я в отпаде – Да, полный отпад!, см. также умат, улёт и др.).

Некоторые предикативы (отпад, улёт) могут выражать различные виды значений в зависимости от типа конструкции (личной или безличной).

Наибольшее своеобразие показывает анализ функционирования предикатива в диалектах, при этом особые семантико-структурные модели предикатива в диалекте не заимствуются общим субстандартом.

В центре внимания носителя языка в диалектах – состояния различных типов: состояния окружающей среды (в т.ч. погодные условия), а также психическое состояние.

Для диалектов характерен ряд структурно-семантических особенностей предикатива, нехарактерных для других форм национального языка, таких как; наличие ряда единиц, реализующих тип семантики ‘состояния как количественной характеристики’ (оводно, скотинисто, пирожно); отмечены градация выраженности признака у полисемичных единиц: небольшая/ большая степень выраженности признака (Вожутко 1. Жутковато. 2. Очень жутко, страшно); энантиосемия (выраженность/ невыраженность признака): Вотепло 1. Тепло, жарковато. 2. Не очень тепло); развитие безличной семантики состояния у существительных, в т.ч. с отвлечённой семантикой (нехватун. В знач. сказ. О состоянии психической неполноценности. У ней — нехватун и у него — нехватун, какие-то сошлись, двое детей есть; Полнота Полный. Она (Даша) полнота кака стала).

В количественном отношении наибольший объём предикативов выделен в молодёжном жаргоне (более 400 единиц); в общем субстандарте и диалектах количество зафиксированных единиц меньше (~300).

Для молодёжного жаргона характерны активные словообразовательные процессы, что влияет в том числе на формирование обширных синонимических рядов.

В уголовном жаргоне нами отмечено около 50 единиц предикативов.

В целом, предикативы – обширный и в настоящее время активно пополняемый класс слов, уточнение границ, описание семантико-синтаксических особенностей которого является одной из актуальных проблем современной русистики.

Апробация работы

Содержание диссертации представлено в ряде докладов на научных конференциях, а также в ряде публикаций в периодических научных изданиях.



Публикации в научных изданиях.

В журналах, рецензируемых ВАК:

1. Предикативы как семантико-синтаксическая группа слов в русском языке // Русский язык в школе. №1, 2013. С.74-76, 110.

2. Местоимение-предикатив: семантико-синтаксические характеристики // Казанская наука. № 5, 2013. С.130-135.

3. Предикативы в структуре сложноподчиненных предложений с придаточными причины и причинно-аргументирующими // Вестник ВятГГУ. №2 (2), 2013. С.29-32.

4. Предикативы в структуре простого предложения // Вестник Брянского госуниверситета. История и политология, литературоведение, право, языкознание. №2, 2013. С. 346-350.

5. Топорков П. Е. Цитатное употребление предикатива в современном русском языке // Филологические науки. Вопросы теории и практики. Тамбов: Грамота, 2013. № 11 (29): в 2-х ч. Ч. I. 187-189.



Публикации в других изданиях:

6. Местоимение-предикатив в современном русском языке // Материалы Международного молодежного научного форума «ЛОМОНОСОВ-2011» / Отв. ред. А.И. Андреев, А.В. Андриянов, Е.А. Антипов, М.В. Чистякова. [Электронный ресурс] — М.: МАКС Пресс, 2011. — 1 электрон. опт. диск (DVD-ROM); 12 см. - Систем. требования: ПК с процессором 486+; Windows 95; дисковод DVD-ROM; Adobe Acrobat Reader.

7. Конструктивно обусловленное употребление предикативных прилагательных: функционально-семантические особенности (на материале русского, английского, немецкого и французского языков) / Материалы Международного молодежного научного форума «ЛОМОНОСОВ-2012» / Отв. ред. А.И. Андреев, А.В. Андриянов, Е.А. Антипов, К.К. Андреев, М.В. Чистякова. [Электронный ресурс] — М.: МАКС Пресс, 2012. — 1 электрон. опт. диск (DVD-ROM); 12 см. - Систем. требования: ПК с процессором 486+; Windows 95; дисковод DVD-ROM; Adobe Acrobat Reader.

8. Семантико-синтаксические особенности функционирования предикатива в русских народных говорах // Материалы Международного молодежного научного форума «ЛОМОНОСОВ-2013» / Отв. ред. А.И. Андреев, А.В. Андриянов, Е.А. Антипов, К.К. Андреев, М.В. Чистякова. [Электронный ресурс] — М.: МАКС Пресс, 2013. — 1 электрон. опт. диск (DVD-ROM); 12 см. - Систем. требования: ПК с процессором 486+; Windows 95; дисковод DVD-ROM; Adobe Acrobat Reader.