Проблемы координации мер государственной инновационной политики - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Обсудили проблемы уголовной политики 1 32.28kb.
Закон санкт-петербурга о реализации государственной молодежной политики... 1 82kb.
«Государственная служба». 2011. май-июнь.№3. С. 78-82. Кавказ. 1 135.61kb.
Концепция государственной семейной политики взаимосвязана с Концепцией... 2 593.67kb.
Закон ульяновской области о мерах государственной поддержки производителей 1 55.86kb.
Iii международная научно-практическая конференция «Современные проблемы... 1 27.56kb.
Докторские диссертации Абаев А. Л. «Организационно – экономичекий... 1 84kb.
«Лучший библиотекарь города Москвы 2012 года» «библиотека в мегаполисе... 1 16.9kb.
Реализация государственной политики по организации 1 109.27kb.
Реализация комсомолом государственной функции политического контроля... 1 268.9kb.
Директор Департамента государственной политики в сфере высшего образования 1 308.36kb.
Внутренний контроль и аудит в россии: концепции и практика 1 87.4kb.
- 4 1234.94kb.
Проблемы координации мер государственной инновационной политики - страница №1/1

Проблемы координации мер государственной инновационной политики

Фролов А.С.1

Эксперт ЦМАКП, аспирант НИУ ВШЭ, Москва

1. Основные направления и результаты государственной инновационной политики в России в 2000-е гг.

В последнее десятилетие в России государство проводило активную политику в области научно-технологического и инновационного развития. Однако значительных экономических эффектов, сопоставимых с объемом наращивания ресурсной поддержки научно-технологического сектора со стороны государства, не наблюдалось.

Формирование современной российской национальной инновационной системы2 (НИС) стартовало еще в начале 1990-х гг., однако особенно активно процесс шел в предкризисные 2006-2007 гг., когда появились такие структуры как Российский венчурный фонд (РВК), Роснано, Росатом, особые экономические зоны (ОЭЗ), началась программа поддержки технопарков.

В кризисный и посткризисный периоды (2008-2013 гг.) деятельность Правительства РФ в области выстраивания инновационной системы продолжала набирать обороты (НИЦ «Курчатовский институт», инноград Сколково, 7 федеральных университетов (ФУ) и 29 национальных исследовательских университетов (НИУ), технологические платформы). В 2012-2013 гг. прошел отбор инновационных кластеров, был принят закон о реформировании РАН и о создании Российского научного фонда (РНФ) (см. рисунок 1).





  1. Рисунок 1 - Основные элементы научно-технологической и инновационной политики в России в 1991-2013 гг.

ИС – интеллектуальная собственность;

ГНЦ – государственный научный центр;

МФП НТС – малые формы предпринимательства в научно-технической сфере (Фонд Бортника);

РФФИ – Российский фонд фундаментальных исследований;

РГНФ – Российский гуманитарный научный фонд;

РАН – Российская академия наук;

ФНПК – Федеральный научно-производственный центр;

ВИПы – важнейшие инновационные проекты;

НИИ – научно-исследовательские институты;

РВК – Российская венчурная компания;

ОЭЗ – особые экономические зоны;

НИЦ – национальный инновационный центр;

ПИРы – программы инновационного развития;

ВУЗы – высшие учебные заведения;

КДР – Концепция долгосрочного развития;

НИУ – национальный исследовательский университет;

ФУ – федеральный университет;

ВЭБ – Внешэкономбанк;

ОАК – Объединенная авиастроительная корпорация;

ОСК – Объединенная судостроительная корпорация;

ФПИ – Фонд перспективных исследований;

РИДы – результаты интеллектуальной деятельности;

РФТР – Российский фонд технологического развития;

РНФ – Российский научный фонд.
В целом, можно говорить о том, что в России к настоящему времени сформированы практически все основные элементы НИС, представленные в мировой практике.

Формирование НИС подкреплялось также существенным наращиванием финансирования со стороны государства (с 2000 по 2012 г. расходы на гражданскую науку из федерального бюджета в постоянных ценах 1991 г. выросли почти в 4 раза и в 3 раза – по доле в ВВП). Однако при этом общий уровень внутренних затрат на исследования и разработки с середины 2000-х гг. оставался относительно стабильным – на уровне 1.1% ВВП (см. рисунок 2).

В итоге по доле финансирования исследований и разработок за счет государства в ВВП Россия практически сравнялась с такими развитыми странами как Франция, Германия, Швеция, США. При этом разрыв в общем уровне внутренних расходов на исследования и разработки между Россией и развитыми странами объясняется, в первую очередь, низким уровнем расходов на НИОКР со стороны бизнеса (см. рисунок 3).

Рисунок 2 – Доля расходов на гражданскую науку из федерального бюджета и доля внутренних затрат на исследования и разработки в ВВП России
Источник: Росстат.

Рисунок 3 – Структура внутренних затрат на исследования и разработки в России и в других странах мира в 2011 г. (% ВВП).


Источник: ОЭСР.
Однако наращивание государственного финансирования и внедрение импортных институтов поддержки инноваций до сих пор не вылились в какие бы то ни было существенные (сопоставимые с ростом финансирования) изменения в показателях научно-технологической деятельности (количество поданных в РФ патентных заявок, баланс платежей за технологии) или в показателях структурных изменений экономики (доля обрабатывающей промышленности в ВВП, доля высокотехнологичной продукции и машиностроения в экспорте) (см. таблицу 1).

Таблица 1 - Показатели результативности научно-технологического развития России и отдельные показатели, характеризующие динамику сырьевых секторов



показатель

единица измерения

2000

2011

Изменение (%)

количество патентных заявок, поданных в России

всего

шт.

28688

41414

144

отечественными заявителями

шт.

23377

26495

113

иностранными заявителями

шт.

5311

14919

281

баланс платежей за технологии

поступления от экспорта технологий

млн. $

203.5

584.7

287

выплаты по импорту технологий

млн. $

182.9

1862.6

1018

сальдо платежей за технологии

млн. $

20.6

-1277.9




доля в ВВП

добавленная стоимость, произведенная в обрабатывающей промышленности

%

15.2 *

12.9 **

85

добавленная стоимость, произведенная в добыче полезных ископаемых

%

5.9 *

9.3 **

158

доля в совокупном экспорте

минеральные продукты

%

53.8

70.3

131

металлы, драгоценные камни, изделия из них

%

21.7

11.1

51

машиностроительная продукция

%

8.8

4.5

51

высокотехнологичная продукция

%

1.9

0.8

44

* - данные за 2002 г.

** - данные за 2012 г.

Источник: [2]; Росстат; ОЭСР.

Несоответствие усилий и результатов научно-технологической и инновационной политики в последнее десятилетие отражает противоречия, присутствующие в государственной инновационной политике в России.


2. Противоречия государственной инновационной политики в России

Противоречия государственной инновационной политики в России имеют концептуальных характер и связаны с недостаточным уровнем комплексного анализа функционирования НИС.

Противоречия проявляются, прежде всего, на уровне институтов. Импортированные из зарубежных стран инстуты и принципы развития НИС имеют свои специфические черты и слабо подходят к существующим условиям инновационного развития в России.

Так, модель исследовательских университетов оказалась наиболее удачным вариантом для развития биотехнологий в США3. Венчурная модель финансирования наиболее распространена в отношении ИТ-бизнеса. Новые материаловедческие технологии, продвинутые производственные технологии и др. развиваются в основном в рамках производственных сетей, центрами в которых выступают крупные компании-интеграторы.

Таким образом, Россия, сделав ставку на импорт институтов, сформировавших «инновационный лифт», фактически параллельно сделала выбор и в тематической направленности исследований, ориентированных, в первую очередь на ИТ, биотехнологии4 и прочие «новые технологические области» (нанотехнологии, возобновляемая энергетика и т.д.).

Однако, т.к. основная часть российской экономики связана, прежде всего, с традиционными технологическими областями (машиностроение, традиционная энергетика и др.), то напрямую «инновационный лифт» на области российской специализации не работает. А т.к. в России ощущается явный дефицит компаний-интеграторов, которые могли бы встроить новейшие технологические решения в производство, то, в результате, не удается скоординировать интересы бизнеса, работающего в области традиционных технологических областей, и исследовательских организаций, нацеленных на новые технологические области.

В итоге, противоречия на уровне институтов оказываются ярко выражены в области приоритетов государственной инновационной политики.

С одной стороны, одним из приоритетов государственной политики в области научно-технологического развития является привлечение частного бизнеса к процессу модернизации экономики России5.

В 2011-2012 гг. государство уже вышло на уровень финансирования ведущих развитых стран (см. рисунок 3). В условиях «жесткого» бюджета в ближайшие годы государство, по-видимому, не сможет продолжить наращивание быстрыми темпами финансирования научно-технологического комплекса. При этом существует значительный потенциал наращивания финансирования исследования и разработок со стороны частного бизнеса6.

С другой стороны, дефицит государственных ресурсов на дальнейшее наращивание финансирования научно-технологического развития ведет к стремлению сконцентрировать ресурсы на ограниченном количестве приоритетных направлений, при этом создав предпосылки для более широкого вовлечения бизнеса в процессы технологической модернизации экономики России.

В 2011 г. на уровне президента были утверждены приоритеты в области развития науки и технологий [4]. В числе приоритетных направлений вошли следующие: «новые направления» (индустрия наносистем; информационно-телекоммуникационные системы; науки о жизни), «традиционные направления» (транспортные и космические системы; энергоэффективность, энергосбережение, ядерная энергетика; рациональное природопользование7), оборона и безопасность (безопасность и противодействие терроризму; перспективные виды вооружений, военной и специальной техники). Эти приоритеты (в гражданском секторе) в итоге оказались директивно спущены практически на все элементы национальной инновационной системы:


  • РВК8;

  • Роснано;

  • национальные исследовательские университеты (НИУ)9;

  • академии наук, РФФИ, РГНФ10;

  • технологические платформы11.

Несмотря на кажущуюся логичность отдельных блоков государственных приоритетов научно-технологического развития, в комплексе они приводят к противоречию, которое, во многом, и является причиной низкой эффективности работы российской НИС.

Это противоречие можно сформулировать следующим образом:



  • для ускорения научно-технологического развития необходимо увеличение затрат частного бизнеса на исследований и разработки;

  • научно-технологические приоритеты ориентированы, во-первых, на отрасли, где доминируют госкомпании (ОПК, авиация, ТЭК), во-вторых, на «новые отрасли», которые (за исключением ИКТ12) находятся на этапе становления и, наоборот, требуют вливаний государственных средств для развития (фармацевтическая отрасль, новые биотехнологические производства, компании, занятые разработкой новых материалов);

  • на отрасли, где доминирует частный бизнес и у него имеются средства на развитие (железнодорожное, грузовое автомобильное машиностроение, оборудование для нефтегазовой отрасли, малотоннажная химия, отрасль строительных материалов, пищевая промышленность и др.), не нацелено практически никаких инструментов поддержки инновационного развития.



  1. Формирование концептуальной модели развития «ядра» НИС, позволяющей проводить сбалансированную государственную инновационную политику

В настоящее время наиболее распространенным подходом к формированию государственной инновационной политики как в теории, так и на практике, является концепция национальной инновационной системы (НИС), зародившаяся в рамках эволюционного подхода к изучению экономических процессов.

Концепция НИС является в большей степени описательной, что определяет ограниченность ее применения для решения конкретных задач и не позволяет формулировать рекомендации для государственной политики, адаптированные к конкретной страновой ситуации.

Однако, нам представляется, что на основе эволюционного подхода к изучению НИС, можно сформировать общую концептуальную модель развития «ядра»13 НИС в долгосрочном периоде. Основными составлящими «ядра» НИС являются предприятия высоко- и средневысокотехнологичных отраслей, а также высокотехнологичных знаниеемких секторов услуг14 и исследовательские организации, входящие в сектор генерации знаний.

Ключевой особенностью технологически сложных отраслей является их организационная структура, которая для большинства отраслей билзка к модели «ядро-периферия», построенной на концепции «доминирующего дизайна» [5].

Соответственно, в технологически сложных отраслях можно выделить компании-интеграторы, которые, с одной стороны, определяют и поддерживают «доминирующий дизайн» в отрасли, с другой – благодаря перераспределению в свою пользу добавленной стоимости из остальных звеньев цепочки добавленной стоимости (ЦДС) они финансируют крупные исследовательские проекты, приводящие к смене поколений «доминирующих дизайнов» в отрасли.

Прочие компании формируют производственную сеть в различных звеньях ЦДС, что, благодаря конкуренции, позволяет наиболее гибко и быстро интегрировать в производственную сеть передовые технологии, в первую очередь – улучшающие.

В секторе генерации знаний также наблюдается деление на крупные специализированные научные центры, ведущие исследования на мировом уровне по узкому научному направлению (например, национальные лаборатории или исследовательские институты) и исследовательские организации, модель работы которых опирается на значительное количество небольших исследовательских групп, работающих по различным направлениям (модель исследовательских университетов).

При этом крупные исследовательские центры предназначены для опережающего развития по конкретным узким направлениям, требующим значительной концентрации ресурсов, а университеты – для разработки широких быстро растущих технологических направлений.

В зависимости от этапа развития технологического уклада [6] существенно различаются основные каналы появления и распространения новых знаний и технологий, что во многом соотносится с моделью жизненного цикла технологий Уттрбека [7].

Так, на начальном этапе развития технологического уклада проводниками новых технологий становятся малые инновационные фирмы, выходящие на еще только формирующиеся свободные технологические рынки. При этом развитие на этих рынках характеризуется быстрой сменой технологий и отсутствием устойчивых «доминирующих дизайнов». Ключевую роль на данном этапе играют крупные исследовательские центры, формирующие технологический прорыв и распространяющие новые знания по сети исследовательских университетов.

На втором этапе развития технологического уклада, после формирования устойчивого «доминирующего дизайна» происходит быстрый рост рынка и расширение масштабов компаний, использующих доминирующий дизайн. Также формируется сложная сетевая структура из компаний-интеграторов и поставщиков отдельных комплектующих или услуг. Ключевым каналом распространения технологий выступает трансфер технологий из университетов по сети периферийных компаний.

На третьем этапе развития, происходит насыщение рынков и замедление развития технологий, что ведет или к деформации отраслевой структуры при дальнейшем углублении технологического развития, которое обходится все дороже, или к повышению сегментации рынков с формированием специализированных компаний. На данном этапе происходит концентрация ресурсов в крупных передовых компаниях и крупных исследовательских центрах, что приводит к формированию технологического прорыва и формированию нового технологического уклада.

В большинстве случаев прослеживаются взаимосвязи между технологическими укладами – новый технологический прорыв формируется в системе старого технологического уклада, достигшей предельного уровня сложности, но являющейся приоритетной с точки зрения социально-экономического развития, обороноспособности и др.

Таким образом, полная структура «ядра» НИС состоит из взаимосвязаных подсистем «предприятий-исследовательских организаций» текущего и предыдущих технологических укладов, каждая из которой состоит из компаний-интеграторов и сети периферийных компаний, а также крупных исследовательских центров и сети исследовательских университетов.

Однако в результате развития международных взаимодействий и глобализации производственных цепочек для большинства развитых и развивающихся стран такая «полная» структура «ядра» НИС не характерна. Развивающиеся страны активно пытаются встроиться в новые технологические системы (например, Китай), ряд развитых стран, наоборот, концентрируется на повышении конкурентоспособности производств предыдущего технологического уклада (например,Германия). Соотвественно, государственная инновационная политика в этих странах направлена на воссоздание «полной» структуры «ядра» НИС в новом технологическом укладе.

В то же время попытка простого копирования элементов НИС из других стран зачастую не дает результатов, т.к. не получается воспроизвести эволюционно сформировавшиеся взаимосвязи, характерные для других стран. Поэтому возникает проблема формирования сбалансированной государственной политики, направленной на последовательное выстраивание «полной» самовоспроизводящейся структуры «ядра» НИС.

Для изучения различных вариантов эволюции структуры «ядра» НИС и соотвествующих им вариантов государственной инновационной политики автором были проанализированы исторические траектории развития, с одной стороны, ключевых технологий 5-го технологического уклада – ИКТ и биотехнологий, с другой – государственной инновационной политики в США, Великобритании, Франции, Германии, Японии, Кореи, Китае и СССР/России в 1945-2013 гг.

На основе изученного исторического опыта на базе модели развития «ядра» НИС нами делается вывод, что в настоящее время для российской НИС, характеризующейся недостатком инвестирования и дефицитом бизнеса в технологически сложных отраслях, основное направление государственной инновационной политики должно быть направлено не на стимулирование малых инновационных компаний, а на формирование крупных компаний в технологически сложных отраслях, которые смогли бы выступить интеграторами для вовлечения в технологически сложные отрасли новых технологий.

Библиография


  1. Lundvall B.-A. (2007) National Innovation Systems – Analytical Concept and Development Tool // Industry and Innovation, 14:1

  2. Индикаторы науки (2013) НИУ ВШЭ

  3. PwC, РВК, MoneyTree (2013) Навигатор венчурного рынка. Обзор венчурных сделок за 2012 г. в России.

  4. Указ президента Российской Федерации №899 от 7 июля 2011 г. «Об утверждении приоритетных направлений развития науки, технологий и техники в Российской Федерации и перечня критических технологий Российской Федерации».

  5. Murmann J.P., Frenken K. (2006) Toward a systematic for research on dominant designs, technological innovations, and industrial change // Research Policy, №35

  6. Глазьев С.Ю. (1993) Теория долгосрочного технико-экономического развития. Москва. «ВлаДар»

  7. Abernathy, W. J., & Utterback, J. M. (1978). Patterns of industrial innovation. Technology Review 80(7)




1 Контактная информация: Фролов Александр Сергеевич (AFrolov@forecast.ru).

2 В данной работе для определения национальной инновационной системы используется «узкая» трактовка Лундваля, согласно которой в «ядро» НИС входят фирмы, взаимодействующие между собой и с внешней инфраструктурой, генерирующей знания [1]. Таким образом, в область государственной инновационной политики попадает как политика, нацеленная на создание институтов развития, так и, частично, научно-технологическая и промышленная политика.

.


3 При общей доле патентов, приходящихся на универститеты США в размере примерно 2%, доля университетих патентов по отдельным биотехнологическим направлениям достигает порядка 15% (по данным USPTO).

4 Что, в частности, подтверждается тем, что на долю ИТ и биотехнологий в России приходится почти 90% венчурных инвестиций [3].

5 Необходимость расширения участия частного бизнеса в научно-технологическом развитии отмечается практически во всех стратегических документах, касающихся инновационного развития.

6 Так доля финансирования НИОКР в ВВП со стороны бизнеса в России в 2 раза меньше, чем в Италии и Испании, в 3 раза – по сравнению с Францией и более чем в 5 раз – по сравнению с США.

7 В составе направления «рациональное природопользование» помимо экологических технологий входят технологии добычи полезных ископаемых.

8 Приоритетные направления инвестирования определены в соответствии с Перечнем критических технологий (http://www.rusventure.ru/ru/company/brief/)

9 Так, в указе президента РФ от 7 октября 2008 г. «О реализации пилотного проекта по созданию национальных исследовательских университетов» говорится об их создании «В целях реализации приоритетных направлений развития науки, технологий и техники, научного и кадрового обеспечения потребностей отраслей экономики и социальной сферы …».

10 В ГП «Развитие науки и технологий» указано, что тематика Единой программы фундаментальных научных исследований РФ будет учитывать в том числе «технологические приоритеты государства», под которыми видимо понимается список «Приоритетных направлений и критических технологий» (с. 87).

11 Тематика большей части технологических платформ прямо или косвенно связана с президентскими приоритетными направлениями.

12 Информационно-телекоммуникационная отрасль является исключением – в ней присутствует большое количество частных компаний, в том числе и крупных. При этом именно в области ИКТ и идет активный процесс инновационного развития и вложения частных средств в технологическое развитие, в то время как остальные «новые отрасли» пока являются не донорами, а реципиентами ресурсов на технологическое развитие.

13 В узком определении по Лундвалю в «ядро» НИС входят предприятия, взаимодействующие между собой и с сектором генерации знаний.

14 На эти отрасли в совокупности приходится большая часть общих расходов на НИОКР в бизнес-секторе.