Посвящается 65-летию трудового подвига многотысячного коллектива - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Посвящается 65-летию трудового подвига многотысячного коллектива - страница №1/1

Стройка века: 1950 год
Посвящается 65-летию трудового подвига многотысячного коллектива

строителей дважды орденоносного Куйбышевгидростроя


Село СтавропЫль
Пятый год, как закончилась Вторая мировая. Ставропольчане еще оплакивали погибших на этой войне родных и близких, еще теплилась надежда, что вернутся пропавшие без вести: еще поглядывали жители на дорогу, которая вела из города в гору, в лес…

Город два десятилетия, в том числе и все военные годы, носил статус села. Да он и после войны оставался, по сути, глухим селом. Ставрополь был отрезан от внешнего мира бездорожьем: зимой до Куйбышева добирались двое суток пешком или на лошадях, ночуя в Курумоче. На окраине города выли волки. С наступлением навигации город оживал, принимая маленькие пароходы. Большие к пристани не причаливали.

В Ставрополе было семнадцать улиц и три площади – Революции, Сенная и Больничная. Улицы прямые, как стрела, простирались с севера на юг и с запада на восток, как в сегодняшнем Автограде. Но только одна улица Комсомольская была вымощена булыжником. На Кооперативной и Первомайской были остатки деревянного настила, остальные улицы – песчаные. Летом песок обжигал ноги сквозь обувь, ветер поднимал тучи пыли, поэтому город называли в шутку СтавропЫль.

В городе была одна водокачка и три колонки, воду носили с Воложки на коромысле. Электричество включали по часам – пользовались керосинками, топились печи, не было, естественно, и канализации.

Однако жили ставропольчане насыщенной жизнью. Были в городе педучилище, зоотехникум, четыре общеобразовательные школы, три специализированные – механизации, медсестер и школа для глухонемых, а также четыре детдома и два детсада. В районном ДК ставили спектакли, танцевали под баян и духовой оркестр, смотрели кино в «Буревестнике». Летом молодежь ходила на танцы и прогуливалась по заросшим сиренью аллеям горсада имени Воровского. Самым красивым зданием в городе считался курзал при санатории «Лесное», куда приезжали летом до полутора тысяч человек.

В Ставрополе было более двух тысяч одноэтажных деревянных домов и 251 каменный двухэтажный, в которых располагались райком партии, сбербанк, милиция, суд, магазины и ресторан. Население города к 1950 году составляло 12 тысяч человек. Крупных предприятий в городе не было, только мелкие промартели «Заря» и «Передовик», изготовлявшие сани, телеги, лыжи, ложе для автоматов. Шили полушубки, ватники и шапки-ушанки. Валяли валенки, шили сапоги, производили смолу, скипидар и топленое сало. Знаменитыми валяльщиками были Баранов, Отводенков, Норваткин. Работали небольшие кожевенный и молочный заводики, пищекомбинат, две мельницы, рыбколхоз и МТС. В магазинах было изобилие продуктов – и окорока, и селедка, и сыр, и даже икра – красная и черная. Выбирай – не хочу, да денег у ставропольчан не было…

Был в Ставрополе даже колхоз имени Куйбышева, в котором трудилось 170 семей, разводили скот, выращивали овощи. Колхозный стан располагался на месте нынешнего «Автолюбителя».

Жизнь кипела в центре Ставрополя, на пересечении улиц Первомайской и Кооперативной. Здесь дома были из добротного кирпича и отличались непривычной для провинции помпезностью архитектуры. Сюда на пароходах, баржах, лодках и лошадях съезжался торговый люд на воскресные базары и знаменитые ежегодные ярмарки.

И вот здесь, вблизи захолустного волжского городка должна была развернуться великая стройка.
Партия сказала: построить за пять лет!
В сентябре 1949 года начальник Главгидростроя МВД СССР генерал-майор инженерно-технической службы Семенов издал приказ о строительстве комендантского лагеря в Ставрополе на 1000 человек. Срок начала стройки – 1 января 1950 года.

Кунеевский исправительно-трудовой лагерь был образован постановлением Совмина СССР и приказом МВД СССР от 6 октября 1949 года. До июля 1950 года он входил в структуру Главгидростроя МВД СССР. Строительство ГЭС началось с очистки территории – более 300 гектаров – от леса, кустов и пней, строительства двух деревообрабатывающих комбинатов – Федоровского и Морквашинского, реконструкции Ставропольского и Кунеевского заводов. Здесь стали изготавливать сборные щиты для бараков и домов временных поселков строителей. Первый начальник энергоучастка Тынков, согласно приказу генерал-майора Семенова, должен прибыть в село Кунеевка 10 июня 1950 года.

21 августа 1950 года опубликовано постановление Совмина СССР «О строительстве Куйбышевской гидроэлектростанции на Волге». Оно гласило: «Придавая важное значение строительству Куйбышевской гидроэлектростанции на реке Волге, обеспечивающей снабжение электроэнергией промышленных предприятий городов Москвы, Куйбышева, Саратова и электростанции железных дорог, орошение земель Заволжья и улучшения судоходства на реке Волге, Совет Министров Союза ССР постановил:

1. Построить на реке Волги в районе Куйбышева гидроэлектростанцию мощностью около двух миллионов киловатт с выработкой электроэнергии около десяти миллиардов киловатт-часов в средний по водности год. Строительство гидроэлектростанции начать в 1950 году и вывести на полную мощность в 1955 году.

2. Предусмотреть орошение одного миллиона гектаров земель Заволжья на базе использования электроэнергии Куйбышевской гидроэлектростанции, сооружение на плотине дополнительного мостового перехода через Волгу».
Вас вызывает… Сталин
Когда вышло постановление о возведении ГЭС, Ивану Комзину было 45 лет, за плечами – приличный стаж строительства. Он как раз заканчивал восстановление Севастополя и собирался в отпуск. 23 августа в кабинете появились два майора и предложили срочно вылететь на специальном самолете. «Вызывает Сталин!» В мыслях Комзина все время полета вертелось одно: «За что?»
Вставка:

Иван Комзин родился 3 июня 1905 года в селе Васильево Вяземского уезда Смоленской области.

В 1926 году закончил Московский строительный техникум. В 1930-м – Московское высшее инженерно-строительное училище по специальности инженер-строитель. Участвовал в строительстве северной железной дороги под Москвой, возведении Магнитогороского металлургического комбината – в качестве ведущего инженера стройкома РСФСР.

В 1931 году изучал опыт строительства в Германии.

С 1933 по 1937 годы участвовал в строительстве текстильного комбината и ТЭЦ в Турции.

С 1938 года начальник главного управления строительства наркомата тяжелого машиностроения.

С 1940 года начальник строительства Таллиннского порта.

С 1944 года генерал-майор инженерно-технической службы, замнаркома военно-морского флота по капстроительству. Начальник управления при Совмине СССР по восстановлению и строительству Севастополя в звании контр-адмирала.

В Москве Комзину разрешили заехать домой, попрощаться с женой, пустившей слезу и наскоро собравшей «тормозок».

Сталин встретил Комзина спокойно, расспросил о делах в Севастополе, о здоровье, семье и дальнейших планах. Наконец сообщил:

– В государстве не хватает главного – электрификации. ЦК рекомендовало вас на руководство строительством Куйбышевской ГЭС…

На душе у Ивана Васильевича отлегло:

– Когда приступать?

– Немедленно! Вы должны срочно вылететь в Куйбышев.

Однако для ознакомления с проектом Комзин сначала направился в институт Гидропроект, где пообщался с выдающимся специалистом по гидротехнике академиком Сергеем Жуком, а также с главным инженером Николаем Малышевым. Вникал в детали, входил в курс дела…

В первый же день прибытия, после обстоятельной беседы с секретарем Куйбышевского обкома вылетел вместе с сыном на двухместном самолете в Ставрополь:

– С высоты он виден, как на ладони. Это скорее село, чем город, правда, большое село. В лучах заходящего солнца поблескивали луковки двух церквей. Что украшает город, так это сосновый бор на самом берегу Волги. Деревья и дома смотрятся в воду, точно в зеркало! Красиво!

Все свободное время Иван Васильевич знакомился со столицей Жигулей, провидчески рассуждал о судьбе, уготованной этому провинциальному городку:

– Не будет особенно жаль, когда наступит срок, и город окажется на дне искусственного моря. Городок исчезнет под водой и возродится на новом месте, став краше и богаче прежнего.

28 августа вышло постановление Совмина СССР о создании управления Куйбышевгидростроя, возглавил которое Иван Комзин. 5 сентября Иван Васильевич издал свой первый приказ: о строительстве шоссейных дорог Ставрополь – Кунеевка и Кунеевка – Красная Глинка.


Новые песни в Жигулях
Комзину была ясна его огромная ответственность за стройку. Ведь объем намечался огромный: вынуть и переработать свыше 190 млн. кубических метров грунта, уложить до 8 млн. кубических метров бетона, смонтировать 20 гидроагрегатов мощностью 105 тысяч киловатт каждый, отсыпать почти четырехкилометровую земляную плотину и, наконец, надежно перекрыть одну из крупнейших рек мира. И на все это партия и правительство отвели только пять лет. Он понимал, чем рисковал в случае допущения даже малейшей ошибки – ведь отчитываться надо было перед Берией. Понимал также: чтобы профессионалы поехали на стройку, необходимо строить жилье, школы и детские сады, чтобы вырастить своих специалистов, нужны учебные заведения – средние и высшие, нужны учебные комбинаты.

Было принято решение перенести чуть выше на север Ставропольскую больницу, западнее построить поселок Портовый для специалистов и профессионалов. Для рабочих строились бараки повыше Кунеевки (село располагалось там, где сегодня высится элеватор).

– Сложно было с переносом Ставрополя, площадка выбрана между Тимофеевкой и Васильевкой, где находились пашни. В октябре начали работать специалисты ЛенГипрогора над проектированием площадок под строительство поселков Портовый, Кунеевский (позже переименованный в Комсомольский, – авт.), впоследствии Соцгород и Шлюзовой, – вспоминал Иван Васильевич.

Ожили берега Жигулей! Уже не унылые бурлацкие, а задорные и жизнерадостные советские песни понеслись над матушкой Волгой, звонким эхом отдались в сырых ущельях Яблоневого и Отважненского оврагов…

Именно Иван Комзин заложил будущее города со строительства поселков. Под руководством Комзина находилось до 100 тысяч человек.

У него были высочайшие права, он легко открывал двери в горком и обком, при его появлении партийная братия вытягивалась во фрунт. По-другому нельзя было избежать чиновничьей проволочки – партия отвела на стройку всего пять лет.


«Доверие оправдаем на любой работе»
В конце 1950 года Комзин подводил итоги первых четырех месяцев работы КГС для отчета правительству. Работало круглосуточно три деревообрабатывающих комбината, за навигацию с Урала пришло более 200 тысяч кубометров леса – основным стройматериалом тогда была доска. Было изготовлено сборных щитов для бараков на 100 тысяч квадратных метров жилья. Строители получали по водной магистрали десятки тысяч тонн цемента, металла, механизмов и оборудования. Полным ходом шло проектирование гидростанции, велись инженерно-геологические изыскания. Шла сборка бараков, развивалась инфраструктура, строились дороги. Куйбышевгидрострой имел свой собственный флот – буксирные суда, быстроходные катера, самоходные баржи. Работали опытные матросы, капитаны, механики.

Гиганту на Волге нужны люди. И люди ехали. На почтамт приходили до тысячи писем в день: из Закарпатья и Дальнего Востока, Закавказья и Крайнего Севера, из Сибири, Москвы, Ленинграда. Писали инженеры, бетонщики, трактористы, студенты последнего курса. Писали строители Днепрогэса и Комсомольска-на-Амуре.

Аккуратно заклеенный голубой конверт с заказным штемпелем. Непривычной к письму рукой выведено:

«Здравствуйте, строители маяка коммунизма! Пишет вам колхозник Кирилл Камардин. В нашей семье пять человек. Я имею профессию столяра, плотника, бетонщика, штукатура и маляра. Сын – плотник и столяр. Старшая дочь – штукатур и маляр. Жена и младшая дочь могут работать чернорабочими. Желаем работать на стройке коммунизма. Ваше доверие оправдаем на любой работе».

Всего в 1950 году было получено 17 тысяч подобных писем. Многие из приехавших добровольцев впоследствии стали героями труда.
Алексей ВОЛКОВ,

почетный строитель РФ,



председатель благотворительного

фонда имени Н.Ф. Семизорова