Пьеса для двух актеров и мультимедийных средств Скажите, в чем моя вина кроме любви безрассудной? - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Пьеса для двух актеров и мультимедийных средств Скажите, в чем моя вина кроме любви - страница №1/1

Майя Праматарова

РЕВОЛЬВЕР

Пьеса для двух актеров и мультимедийных средств


Скажите, в чем моя вина кроме любви безрассудной?

Овидий

Действующие лица:

Женщина (Филлида)


Мужчина (Демофонт)


Продолжается давно начатый разговор. Женщина стучит по клавиатуре ноутбука. Мужчина вертит в руках айфон.
Айфон звонит. Мужчина не обращает внимания. Женщина продолжает барабанить по клавишам.

Женщина: Сними трубку. (Мужчина не реагирует. Айфон продолжает звонить.) Завидное упорство.



(Мужчина жестом показывает, что готов вышвырнуть айфон. Женщина стучит по клавиатуре. Aйфон продолжает настойчиво звонить.)

Тебе от нее никуда не деться. (Пауза.) Да ответь же, наконец!


Мужчина:  Не до разговоров... Да я и не знаю, что ей сказать.
Ж.: Так и будет звонить всю ночь.
М.: Ну нėчего, нėчего мне ей сказать!
Ж.: Так соври что-нибудь...
М.: Не умею. От вранья во рту дурной привкус.  
Ж.: Это поправимо.

(Женщина разворачивает бутылку бенедектина, которую принес Мужчина.)

М.: С ней самое милое дело водка. Две рюмки – и она готова.


Ж.: Знаю... А с трех бутылок водки можно и дуба дать.
М.: Поэтому давай пить ликер. (Наливает.) За твое здоровье!
Ж.: За Пикассо!

2.

(Женщина переключает на своем ноутбуке картины художника.)

Ж.: Во всем виноват Пикассо. Распад на нем завершился... (Пьет и морщится.) Со льдом было бы лучше.

(Не сводя взгляда с монитора, продолжает перескакивать с картины на картину.)

M.: Ликер со льдом? Ни за что! (Пауза.) Выключи ты свой компьютер. Что мне теперь, зайти в чат, чтоб ты меня услышала?


(Айфон звонит.)

Ж.: Выруби звук.



(Она щелкает мышью и появляется очередная картина —  «Демофонт и Филлида» Берн-Джонса. Мужчина мельком бросает взгляд на экран, но внимание его сосредоточено на Женщине.)

М.: Эротика.


Ж.: Романтика. Она ему и натурщица, и любовница. Он ей придал черты...
М.: ...девушки из Родопского края...
Ж.: ...обманутой Демофонтом.
М.: В самое яблочко!
Ж.: Для тебя – всегда пожалуйста!
М.: Ирония твоя неуместна! Вот я возьму и уеду, а ты от муки превратишься в дерево.
Ж.: Не пугай! Получив весть о моей смерти, ты уронишь поводья, твой конь сорвется в галоп, споткнется – и ты упадешь на собственный меч.
М.: Что может быть романтичнее смерти юной красавицы? Нет-нет, любовь юной красавицы куда романтичнее.

(Покрывает ладонью руку Женщины, лежащую на «мыши», и пытается вынудить ее выключить компьютер. Она отводит его ладонь...)

Ж.: Картины примиряют меня с собственной телесностью.


М.: По мне, так твоя телесность и без них хоть куда.
Ж.: Могу себе представить...
М.: Куда там! Воображение тут бессильно.

(Женщина вырывает руку и вызывает на экран  очередную картину, которую рассматривает в мельчайших подробностях.)

Ж.: Zoom in, Zoom out, Deep zoom... Мне всегда нравилось разглядывать картины под лупой, а теперь это куда проще – тынц «мышью» на зум и вся недолга. Вроде погружения без конца и края... Там, среди сошедших с картин персонажей, я одна из них ...  Вымысел, прошлое не помеха. Есть только одно бесконечное настоящее.



(Мужчина наполняет рюмки)

М.: Бенедектин, монашеский ликер! (Пригубливает.) Чувствуешь привкус миндаля?.. Мой прадед был в плену в Сицилии и привез с собой оттуда фотоаппарат и бутылку такого вот ликера... Лица его я не помню, зато помню большую картину на стене напротив его кровати – преследующий Дафну Аполлон с пламенеющим, пронзенным стрелой Эроса сердцем. Когда он умер, мать ее перевесила в гостиную, рядом с зеркальной горкой, в которой стояли фужеры красного хрусталя на высоких ножках. Красный был ее любимый цвет...


Ж.: Красный – это красиво!
М.: Она любила все красивое. Поэтому и не любила меня.
Ж.: Не заводись...
М.: Обивка дивана была красная, шторы тоже... Когда она их отдергивала, металлические кольца громко и противно дребезжали...
Ж.: И у нас был красный диван. Чуть что, я на него валилась и ревела – обидчивая была. Во дворе меня все дразнили.... Однажды случился град, ледышки залетали в комнату и не таяли, а я так и не встала с дивана, чтобы закрыть окна. Взрослые вернулись, а я сама как ледышка. С юных лет вникала в мужскую психику...
М.: Не преувеличивай...

3.
Ж.: ...утонув в отцовском бездонном кресле. Он писал книгу о земных корнях религии... Без помарок, быстро, чтобы опередить очередной приступ боли... При малейшей перемене атмосферного давления голова у него раскалывалась от боли. Мы редко разговаривали, но он и так почти читал мои мысли. (Смеется.) В какую ярость его привела та фотография… Тогда все и кончилось.


М.: Это когда тебя сняли во время пикника? В тележке, в которую ты впрягла своих одноклассников и щелкала кнутом над их головами – по примеру Лу, любимой Ницше.

(Словно в шутливой пантомиме, он приближается к Женщине, которая вступает в игру, хватая воображаемый кнут.)

М.: «Отправляешься к женщине? Не забудь кнут!»

Ж.: Отец до того взъярился, что ни Ницше не вспомнил, ни Лу...

(Женщина щелкает «мышью», и на экране возникает фотография Саломе Лу с Ницше и философом Ре.)

М.: Знаю эту фотографию... Из-за нее сестра Ницше возненавидела Лу...


Ж.: Как и твоя сестра – меня... (Женщина стучит по клавиатуре.) А история-то оказалась еще более древней. Я только недавно это обнаружила, листая отцовскую книгу.

(Щелкает «мышью», и на экране возникает средневековая гравюра, изображающая гетеру Филлиду с кнутом в руке верхом на Аристотеле).

4.
Ж.: Copy и paste...  Вся история искусств зиждется на copy и paste. Куртизанка Филлида.


М.: Не красавица...

(Женщина, пританцовывая, приближается к Мужчине, который взмахивает воображаемым кнутом.)

Ж.: Когда женщина уверена в своей неотразимости, она в состоянии внушить это любому! Филида любила танцевать! Танцевала до полного изнеможения, пока не валилась на землю, как перезрелый плод.



(Он наигрывает на рукояти кнута как на флейте. Теперь воображаемый кнут в руках у Женщины.)

Ж.: Александр охватывал ее талию ногами, обруч его бедер сжимался все сильнее, и стоны Филлиды переходили в песнь.



(Мужчина отнимает у нее воображаемый кнут)

М.: Это не Александр!


Ж.: Это Аристотель. Как-то раз он уединился с Филлидой и предложил ей покинуть Александра.  Она согласилась, но при одном условии...
М.: И что это было за условие?
Ж.: Чтобы философ ей позволил себя объездить.
М.: «Отправляешься к женщине? Не забудь кнут!»
Ж.:  Нагота предрасполагает...
М. ...к нирванне, как свидетельствуют старинные китайские философы и поклонники Орфея из древней Фракии. И те, и другие отправляли свои обряды нагими.
Ж.:  Входит Александр. Застает Филлиду верхом на своем учителе, и это последнее упоминание гетеры в истории. Но в снах Александра Македонского она была частой гостьей.
М.: Сомневаюсь! Телесные радости оставляли его равнодушным. Как, впрочем, и тебя... Что его возбуждало, так это битвы.
(Мужчина снова наполняет рюмки. Оба пригубливают.)

5.
Ж.: Бенедиктин утонченно сладок.


М.: Рецепт этой утонченности хранится в тайне. Словно нарочно для тебя придумано... Тайна всегда была тебе по вкусу...
Ж. Что ты хочешь этим сказать?
М.: Ничего, кроме того, что говорю...
Ж.: ...говоришь, но не договариваешь...
М.: Ну, нет, это не по мне. Не договариваешь всегда ты. Ускользаешь, спасаешься бегством...
Ж.: Бегством в собственные мысли. А иногда бегу и оттуда.
М.: От прошлого не убежать... Оно – как раз и навсегда прочтенная книга.
Ж.: Книги – далеко не лучший источник знания... Лжи в них столько же, сколько и истины...
М.: Книги лгут, люди лгут, все лгут. Мужчины ради женщин, женщины ради мужчин... Фантазия...
Ж.: Ложь не фантазия.
М.: Сильный на медведя охотится. Слабый его рисует. Так рождается искусство...
Ж.: Почему мы больше всего обманываем тех, кого любим?
М.:  Что за намеки?!!

6.


(Мужчина протягивает Женщине рюмку.)

Ж.:  Эх, льда нет ни кубика.



(Мужчина поднимает свою рюмку.)

М.: За грандиозные провалы! За Демофонта.


Ж.: Прямо-таки провал?
М.: Провал без капли сомнения.
Ж.: Я слушала запись...
М.: Это неважно...
Ж.: Очень даже важно.
М.: Все на свете фантазия или обман, ты сама сказала. Филлида, брошенная Демофонтом, превращается в дерево; Дафна, преследуемая Аполлоном, тоже. Что страсть, что целомудрие –  исход один и тот же.  

(У себя на мониторе Женщина делает наезд на крупный план очередной картины.)

Ж.: Все прямо как в жизни.

7.


(Рюмки пусты, и Мужчина снова их наполняет.)

Ты ведь не сегодня ночью уезжаешь?

М.: Завтра утром... Подумай. Может тебе со мной уехать.

(Женщина надевает воображаемую шляпу.)

Ж.: Пришел ко мне человек в шляпе и сказал: «Не уезжай с ним! Не надо, Филлида! Не превращай его в своего врага...»  



(Бросает Мужчине воображаемую шляпу, которую тот «ловит на лету».)

М.: Верь мне, Филлида. Поехали со мной. И будет тебе счастье.



(Бросает Женщине воображаемую шляпу, которую она сразу же бросает обратно.)

Ж.: Я люблю его.


М.: Его музыку ты любишь...
Ж.: И он меня любит.
М.: Неправда. Он никого не любит. Дирижирует будто палку проглотил.
Ж.: Это после травмы.
М.: Ты с ним несчастна.

(Бросает воображаемую шляпу, которую она тут же бросает обратно.)

Ж.: Вовсе я не несчастна...


М.: Слышал я ваш телефонный разговор...
Ж.: Слышал, да не понял... И никогда ты меня не понимал...

8.


(Мужчина делает жест, словно сплющивая воображаемую шляпу, и щелкает кнопкой айфона. На экране возникает фотография Женщины, сделанная в то время, когда они были вместе.)

М.: Вот такой я тебя увидел в первый раз: в черном пальто и черной шапочке, как бы крылатой.


Ж.: Да это шарф был, пришитый к шапке шарф – чтобы уши не мерзли. Французская была шапка-то... Ты, пока помогал мне внести чемодан, раз сто умудрился меня толкнуть.
М.: Это ужасно!
Ж.: Что ужасно?
М.: Что ты уехала...
Ж.: Это ты уехал.
М.: А ты осталась.
Ж.: Ты меня с собой не приглашал...
М.: Я все пытаюсь вспомнить, почему я уехал без тебя... Мысли так и роятся… Еще по дороге ты стала принимать в моем сознании формы самые странные. Была то принцессой, то продажной девкой... А имя твое таяло у меня на языке, как карамелька. Фил-ли-да.

9.
Ж.: Этот разговор мы с тобой уже вели...


М.: И ты как моя сестра.
Ж.: Я тебе рук не жгла.
М.: Она так и не созналась...
Ж.: Она в этом и самой себе не созналась.
М.: По 10 часов в день пиликала упражнения... Скрипки из рук не выпускала. А я все равно играл лучше...
Ж.: Copy и paste. Даже в чувствах своих мы copy и paste.
М.: Дело было в горах, в рождественские каникулы. Отец с матерью разожгли печку так, что аж  гудела – дрова потрескивают, искры летят, а железная дверца раскалилась до красна. И тут сестра возьми да слету толкни меня всем телом. Я обеими руками –  на печную дверцу.  Крику было... Намазали мне руки толстым слоем топленого сала, посыпали содой, наложили охлаждающий компресс. Сестра сама перепугалась до смерти. Заперлась у себя в комнате и до вечера ничком лежала на кровати.
Ж.: Если б не ожоги, ты бы не взялся за пение...
М.: До того, как я занялся пением, мир вокруг был вертикальным, принадлежал большим и старым. Потом он сплющился, слился с горизонтом, и я стал частью общей картины... Давай уедем вместе. Будем скитаться из города в город, есть шоколадное мороженое...
Ж.: Не люблю шоколадное мороженое. Не люблю разговоры о чувствах...
М.: Забудем о чувствах, начнем стареть...
Ж.: Пустая болтовня.
М.: Ничего не пустая. Поедем…
Ж.: Бедный ты несчастный... Надо же – давнишняя любовь ему занадобилась...

10.
(Мужчина остается внешне безучастным. Пальцы Женщины бегают по клавиатуре. Стена у нее за спиной как будто приходит в движение. Все персонажи картин, словно тени, заводят хоровод.)

Ж.: Я так и знала, что ты вернешься... Знала...
М.: Скажи, ты меня все еще любишь? Выходи за меня замуж!
Ж.: Не знаю.
М.: Кому же знать, как не тебе? Любишь, любишь. Всегда любила... Ложись. Ни о чем не думай. Можешь мне довериться...

(Раздается не то выстрел, не то звук лопнувшей шины.)

Ж.: Все кончено.


М.: Кончено... Уже полгода, как я не пою. Не могу... Надеваю концертный костюм, наливаю себе ликеру, закуриваю сигару, усаживаюсь в глубокое кресло и ни о чем не думаю.  
Ж.: Ни о чем...
М.: Режиссеры ничего не понимают в музыке. А ведь в нотах все сказано – только прочитать надо... Они думают, мы марионетки. Щелкнул «мышью» – и готово! Я пою о своей страстной любви, а ему приспичило, чтобы я револьвер чистил! Оркестровые темпы – что быстрые, что медленные – ему без разницы, дирижер тоже до фени; главное, чтобы я чистил револьвер. Без пилюль заснуть не могу...
Ж.: Как твоя сестра…
М.: Да, как сестра. А когда она наглоталась снотворного, доктор наоборот заставлял ее чашку за чашкой пить крепкий кофе, чтобы не заснула – до сих пор стоит перед глазами. После этого она больше не брала инструмент в руки. Растолстела. Беспрестанно жует шоколад. Из дому не выходит. Недавно сказала мне, что ее приятельницу – тоже толстуху – разнесло вдвое с тех пор, как ее мать умерла. От того, что той приспичило сперва доесть бутерброд, вместо того, чтобы немедленно вызвать «скорую».
Ж.: Нет! Как это? Я что-то не пойму...
М.: Только она намазала себе бутерброд, и матери стало плохо. Мать ее попросила вызвать «скорую». А та решила сперва бутерброд дожевать на скорую руку...
Ж.: Ох, прошу тебя, хватит...
М.: Доела свой бутерброд, а мама-то уже того...

11.


(Женщина теряет интерес к этой истории.)

Ж.: Все там будем. Проскочить пока что никому не удалось...


М.: Скажи, что ты меня любишь. Прими меня обратно.

(Мужчина хватает Женщину за руку и крепко сжимает. Та цедит сквозь зубы:)

Ж.: Пусти!



(Он молча продолжает сжимать ей руку.)

Больно же! Сказала, пусти! Слышишь?!...



(Она замахивается свободной рукой. Мужчина ее отпускает. Наливает себе рюмку.)

М.: Дело конченное... Голоса мне уже не вернуть.


Ж.: Все пройдет. Все всегда проходит.
М.: Сколько мне этого ждать?

(Мужчина выходит. Слышно, как он открывает кран. Возвращается с мокрой головой.)

Ж.: Чем же ты занят, раз больше не поешь?


М.: С оперой покончено. Мне все еще давали маленькие роли –  унизительно маленькие. Тянули до последнего момента, а потом доверяли «кушать подано». Так что я начал свою игру.
Ж.: На деньги?!
М.: Мне больше нравится называть это работой –  раз она деньги приносит.
Ж.: Опасная у тебя работа.
М.: Одного моего друга... нашли в петле на камерной сцене.
Ж.: Я слышала...  (Пауза.) Это он тебя приохотил к игре, так ведь?
М.: Можно и так сказать. (Пауза.) Как он туда в темноте сумел добраться, как закинул веревку... ума не приложу.
Ж.: Актер ведь. Подготвился.
М.: Даже очки аккуратно убрал в футляр... как будто собирался ложиться спать. (Пауза.) Следствие так ничего и не раскопало. Пошли слухи, будто он уже когда-то пытался таблеток наглотаться, дело и закрыли... Когда полиция осматривала комнату, которую он снимал, они попросили меня присутствовать. Совершенно пустая комната. Только рождественская елка посредине, а на ней – единственная игрушка... (Пригубливает.) До чего же ты красива!

12.
Ж.: Это от ликера. Классика. (Пригубливает.)


М.: На 27 травах настаивался!
Ж.: И без льда хорош.
М.: Вот-вот... теперь вспомни, что ты меня любишь...
Ж.: Не верь словам, оброненным в полночь.
М.: Я и утром их повторю.
Ж.: Помнишь, у отца был кот, который никогда не давался мне в руки, чтобы погладить? Как-то раз отец уехал и оставил мне ключи от дома: кота кормить. Через пару дней вхожу в квартиру, а кот на еду ноль внимания, зато от меня ни на шаг, об ноги трется и мурлычет... Мррррррр...
М.: Мррррррр. (Мужчина опускается на четвереньки.) Мрррррррррр... (Пытается ухватить Женщину за щиколотку.) Мррррррррррррр...
Ж.: Мяуууууууууу!

(Женщина вступает в игру, которая постепенно обретает все более эротический характер. И вдруг она резко прекращает игру. Встает.)

Ж.: Давай-ка прогуляемся.


М.: Лучше уедем вместе. Тогда и нагуляемся. Обнаружим множество красивых мест. Будем коллекционировать счастливые лица.

13.



(Женщина снова усаживается за компьютер. Щелкает «мышью».)
Ж.: Расскажи-ка мне про свой голос. Как это произошло?..
М.: Вдруг. Посередине арии. В один прекрасный вечер я пел Демофонта. И не смог вспомнить, что там дальше. Потом понял, что начисто забыл начало следующей арии. Потом у меня поднялась температура. Потом началась бессоница. Потом меня начали чем-то колоть. Потом я стал брать уроки вокала у специалиста по реставрации голосовых связок. Они же мускулы, как и любые другие... Стал заново тренировать голосовой аппарат... Этот кошмар теперь позади, но прежний голос ко мне так и не вернулся.
Ж.: Почему ты мне не написал?
М.: А чем ты смогла бы мне помочь?

14.



(Женщина наполняет себе рюмку и отпивает.)

Ж.: А теперь-то зачем заявился? Я живу с другим.


М.: Теперь ты оправдываешься. Смешно.
Ж.: Ну так смейся.
М.: Я тебя ни о чем не спрашиваю. Его существование для меня ничего не меняет.
Ж.: Как же так – не меняет?
М.: А вот так. Он меня не интересует.
Ж.: Не ври.
М.: Не вру.
Ж.: Нет, эта роль не по мне.
М.: Какая роль?
Ж.: Не жди, что я его выставлю просто потому, что ты свалился как снег на голову.
М.: Забыла, кто вышвырнул в окно мою кошку?
Ж.: Тут и вспоминать нечего. Тем более, что это была моя кошка.
М.: Присвоенные воспоминания! В бутылке что-нибудь осталось?
Ж.: Нет. Где-то у меня был припрятан шоколад.

15.



(Она встает и принимается за поиски... Находит... Между тем Мужчина внимательно оглядывает помещение.)

М.: Эту тарелку «Пикассо» мы не вместе выбирали?.. В Барселоне.


Ж.: Присвоенные воспоминания.
М.: Откуда у тебя эти картины? Входная дверь здесь – пинком можно вышибить.
Ж.: Только поменяй двери – взломщики тут как тут. (Отламывает себе шоколада.) Продаю время от времени отцовские картины, тем и живу. Мне они по наследству достались, и еще его револьвер.
М.: Он когда умер?
Ж.: Два года уже... Когда мне сказали, что он умер, я закружилась по комнате и засмеялась... сама не знаю почему.
М.: Как он умер?
Ж.: Скоропостижно!
М.: Все, что происходит, скоропостижно...
Ж.: Для пения одних голосовых связок мало. Нужна энергия. У тебя она есть.
М.: У сцены был наклон, будто скат крыши. Крутой такой наклон... Я кое-как добрался до края и почувствовал, что не могу издать ни звука... Явственно ощутил всю значимость мгновенья, словно это был миг моей смерти... я и умер. Что-то будто оборвалось у меня в мозгу. Еле слезы сдержал... «Рыдание такая мелочь –
Ж.: А вздох – лишь миг ничтожный.
      Но верно нас в могилу сводит
      на годы бремя их помноженное.»

16.



(Женщина отламывает порядочный кусок шоколада с миндалем. Предлагает кусочек и Мужчине.)

Ж.: Тут из местной гимназии попросили меня написать сценарий. На мифологическую тему. Я выбрала Филлиду и Демофонта... Отослала готовую вещь режиссеру, а он через пару дней звонит и спрашивает, я что, не поняла для кого этот спектакль? Дескать, для школьников это не подходит...


М.: Режиссерам пьесы – что черепа преступников ученым... Дашь прочитать?

(Громко звучит музыка. На экране появляется текст: «Троя пала и разрушена. Буря прибила флот Демофонта к берегам Фракии. Принцесса Филлида находит Демофонта и влюбляется в него с первого взгляда... Шесть месяцев спустя…»)

Филлида: Брак заключим сегодня ночью.


Демофонт: Такая спешка? Что тебя пугает?
Филлида: - Полимнестор. Уж слишком быстро он вернулся... для чего? С тех пор, как умер мой отец, власть Полимнестора границ не знает. И я страшусь.
Демофонт: Не бойся...
Филлида: Ни к чему твое геройство. Хотела бы я браком скрепить нашу любовь. Душа ликует, лишь когда мы вместе...
Демофонт: Тогда не омрачай ее ненужным опасеньем. Так ли уж страшен этот Полимнестор?
Филлида: Я не дитя...
Демофонт: Конечно, нет, любимая, но будь же милосердна... Позволь мне поспешить в Афины, чтоб встретиться с отцом... И сразу же обратно – на брачный пир.
Филлида: Вон птица пролетела. О, будь я как она!
Демофонт: Ты жаждешь невозможного, Филлида.
Филлида: Ждать целый год! Нет! Без тебя мне все не в радость. Помню, когда тебя увидела впервые – промокшим до костей, от холода дрожащим – ты от меня глаз отвести не мог, забыв и об отце, и о сраженьях.
Демофонт: Кто защит отца, если не я?
Филлида: Отец твой мил мне, он ведь твой родитель, но чем же наш союз ему помеха? Уедем вместе... Я разделить готова с тобой мой царственный венец.
Демофонт: Но ты не знаешь эллинов. Наш брак их разъярит.
Филлида: Да любишь ли ты меня? Сыновний долг... за ним удобно прятать безразличье.
Демофонт: Напрасны эти подозрения, Филлида. Позволь мне тотчас паруса поднять, ведь я тогда смогу скорей вернуться.
Филлида: К моим мольбам ты глух.
Демофонт: Ты лучезарна, как прелестная денница.
Филлида: Для тебя моя звезда, похоже, закатилась...
Демофонт: (Про себя.) Изгнать из сердца ту, что боле не мила, – вот испытанье потруднее, чем битва с самым яростным врагом!... Да полно, может быть я принял к Филлиде благодарность за любовь? Но долг зовет. А в море будет время подумать о Филлиде, и забыть рыданья полонянок в Трое, их матерей, их плачущих младенцев... Отец мне повелел против троянцев биться, и только он меня утешить может. Боги, боги, как же ноет сердце, скорбя об умирающей любви... Но так мы понимаем, что тоже смертны. Нет, я к Филлиде, увы, уж  больше не питаю страсти, однако мне она мила теперь иначе. О, боги, даруйте же мне крепость духа! Дайте знак: куда? В путь, в Грецию! А слово, данное Филлиде, я сдержу!
Филлида: (Про себя.) Он слово дал мне, а теперь бежит... за это он втридорога заплатит. Огненные стрелы уже нацелены на эллинов галеры... Нет-нет! От ревности рассудок я теряю... пусть отправляется, я мстить ему не буду. Душа моя исполнена любви. Любовь, любовь... будь проклята она!
Демофонт: Ну, перестань, Филлида... Я ведь рядом, с тобой...
Филлида: Полгода ты влюбленным притворялся, а теперь ждешь моего благоволенья?!
Демофонт: Я тебе не лгал. Казни меня, но отпусти других.
Филлида: Ты смерть моей любви предпочитаешь?! О, боги, какому я еще подвергнусь униженью?
Демофонт: О, лучше мне покинуть этот мир...
Филлида: Такие речи ранят беспощадно. Ведь я тебя люблю... И сердце, и мой трон теперь твои... С тобою в путь пуститься я готова немедля, в сей же час.
Демофонт: Что ж, в путь тогда! Тезей, отец мой, в Афинах тебя обнимет словно дочь. Там заключим наш брак при всенародном ликованьи.
Филлида: Его слова неискренни, но хватит слов, однако. Пора в дорогу...

(Она выходит, за ней – но в противоположную кулису – покидает сцену Демофонт. Когда Филлида возвращается, его уже нет.)

Филлида: О, боги... Триремы поднимают паруса... Нет! Летите, стрелы! Пусть зарево кровавее заката покроет небо... О, судьба! О, боги... Их корабли горят. О, Демофонт, любимый. О, жизнь, как ты жалка!



(Раздаются раскаты грома. На стене возникает надпись: «В отблесках пожара Женщина стоит подобно иссохшему дереву»“
Свет становится ярче; конец затемнения возвращает Женщину и Мужчину в настоящее.)

17.

М.: Прекрасно! Вот это перо!
Ж.: Ты б еще сказал, что у меня талант прямо как у отца. Ну, нет: я другая. Не хочу быть ничьей копией. Не хочу! Не хочу его головных болей. Не хочу никого мучить своими больными амбициями. Не хочу заставлять кого-то жить в страхе, что наглотаюсь таблеток... Не хочу кричать от боли. Не хочу по-дурацки лыбиться узнавшим меня клубным официантам... У меня гора с плеч свалилась, когда всему этому пришел конец. Как будто избавилась от засевшей в мозгу занозы, которой не могла бы вынести ни минуты дольше. Невероятное облегчение, вот что я ощутила. И стала жить «назло» – совершенно иначе, чем при его жизни... Вот тогда меня и щелкнули...

(Раздается далекий выстрел или звук лопнувшей шины. Женщина наклоняется к клавиатуре, чтобы вызвать фотографию на экран.)

М.: Не надо, не надо. Я видел ту фотографию.


Ж. Лицо у меня распухло, шея обвисла, мешки под глазами. Его жена меня сняла как-то утром. Они уже были в разводе, но все равно – жена. И теперь эта фотография выскакивает всякий раз, как пошаришь в «гугле». Жена его была бременна... Кошмар. Я перестала выходить из дому. Разорвала все контракты. Ни тебе телевидения, ни тебе издательств. Загремела в больницу...  (Пауза.) Уже поздно.
М.: Ничего не поздно. Где он сейчас?
Ж.: У сына. Через день туда ездит. Его бывшая шляется по вечеринкам, а он сына купает, кормит, укладывает... Он, видите ли, не желает, чтобы за его сыном присматривали 15-летние соплюхи.

18.



(Айфон звонит. Мужчина смотрит на дисплей.)

М.: Сестра. Увы, мне пора. Поедешь со мной?


Ж.: Я как-то поехала за ним следом. Вокруг – ни души, какие-то незнакомые кварталы. И припарковался он вовсе не у своего дома.
М.: Ага, ребенок был всего лишь ширмой!?
Ж.: Расхожая жестокость...
М.: ...и дефицит воображения.
Ж.: Кто-то кому-то изменяет, кто-то сходит с ума, кто-то детей рожает. Одним во что бы то ни стало надо властвовать, другим петь, третьим рисовать или танцевать... Какая разница, как бежать от действительности?
М.: А еще одни напиваются, другие курят травку, а третьи вообще на иглу садятся... Чувствуешь разницу?!
Ж.: Нет, никакой, потому что за всем этим  – Ничто....

(Айфон настойчиво звонит.)

Он больше даже не звонит. Никто не звонит. Целыми днями сижу дома перед компьютером. Deep zoom. Перескакиваю с мифа на миф, с картины на картину, с фотографии на фотографию. Кладбище слов, усыпальница образов... Горы забытых книг о титанах и героях... Представляю себе Монблан книг под гигантским стекляным колпаком за рвом с водой. А я плыву вдоль этой бесконечной витрины и вижу только заглавия и имена авторов.


М.: Прежде было еще содержание, а теперь – только авторы...
Ж.: Прежде – теперь. Copy –  Paste. Copy –  Paste. Copy –  Paste.

(Молчание. Мужчина встает. Топчется на месте.)

М.: Мне пора. Сестра прислала новое сообщение.


Ж.: (Не поднимая головы.) Ладно,  ступай! По дороге выбрось бутылку.

19.



(Мужчина выходит. Женщина опускает крышку ноутбука.)

Ж.: Надеваю парчовое платье и золотые туфельки. Спускаюсь вниз... Выжидаю за кулисами. Он выходит со сцены и я следую за ним. Я на веки вечные влюблена в его огненно-золотистые волосы. Он смотрит на меня долго и пристально, берет мою голову в свои ладони, целует и говорит: «Я тебя не люблю!» Зачем он мне сказал, что не любит? Зачем тогда поцеловал? Зачем?.. Руку оттягивает тяжесть револьвера. Сладостный холод металла… Какое везение! Настоящее везение!..


Слышен звук рванувшей с места машины, из окон которой гремит музыка. Женщина делает несколько па и замирает на месте. Неожиданно возвращается Мужчин с двумя пистолетами в руках. Он протягивает ей один и стреляет в нее из второго. Она отвечает выстрелом на выстрел. Идет условная дуэль, теперь они оба ведут беспорядочный огонь во всех направлениях. Персонажи картин на стенах превращаются в мишени ярмарочного тира, без конца падающие и вновь поднимающиеся. Музыка достигает оглушительного крещендо.
КОНЕЦ

Примечания:

Настроения и скрытые цитаты навеяны многократным чтением стихов и прозы  Эмили Дикинсон, Эриха-Марии Ремарка, Мигеля де Унамуно, Михаила Ломоносова, Публия Овидия Насона, Райнера-Марии Рильке, Татьяны Дорониной, Фридриха Ницше, Юрия Олеши.

Вариант 5 мая 2011 г.


Перевод с болгарского Сергея Бару
One Way Theater
onewaytheater.us
Револьвер
Премьера – Бостон, 18 декабря 2010 г.
Текст и постановка – Майя Праматарова
Женщина (Филлида) – Джина ДоДонато
Мужчина (Демофонт) –Иван Ангелов
Мультимедийные средства – Владимир  Гусев
Музыка – Георгий Арнаудов, Франки ДиДонато

Хореография – Лизе-Лоте Питло



Литературный редактор спектакля – Милена Лилова
Свет – Мария Бару

Майя Праматарова, кандидат искусствоведения (ГИТИС, Москва). Работала театральным экспертом и заведовала литературной частью в различных театральных организациях Болгарии, в том числе в Театральной Мастерской «Sfumato» и в Национальном театре Болгарии имени «Ивана Вазова». Она - преподаватель Нового Болгарского Университета в Софии и Национальной Академии Театрального и Киноискусства Болгарии (НАТФИЗ), гость-лектор театральных департаментов университетов в России, Франции и США. Учредитель и редактор альманаха искусств «Et cetera». Театральный критик и составитель книг о театре, переводчик художественной и учебной литературы. В настоящее время живет в Бостоне – культурный обозреватель болгарского журнала ЛИК (БТА). Редактор театрального сайта post. scriptum.ru. Ассоциированный член «Дейвис Центра» по изучению России и Евразии Гарвардского университета.


«Револьвер – вторая пьеса автора. Премьера One Way Theater  состоялась в Бостоне’2010 г. Спектакль гастролировал в Нью Йорке и в Чикаго. Первая пьеса автора «Убейте эту женщину!»2009 г., гастролировала в разных города США, Канады и Болгарии. «Убейте эту женщину!» Была представлена в Бельгии в рамках программы «Corps de texte Europe - Le Théâtre de la place»

контактная информация:
+1/203-243-4016 mayia.pramatarova@gmail.com mayiamayia48


Сергей Бару
Переводчик множества прозаических, поэтических и бюрократических текстов, как произнесенных, так и написанных, на русский, болгарский, и английский языки (и, соответственно, с них же). База – в Новой Зеландии. По телефону и Фейсбуку не общается, email: sergebaruch@gmail.com