Мотивы 'порок' и 'успех' в творчестве джона ванбру - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Мотивы 'порок' и 'успех' в творчестве джона ванбру - страница №1/1



На правах рукописи
КОЛЕСНИКОВА ОЛЬГА ЮРЬЕВНА

МОТИВЫ 'ПОРОК' И 'УСПЕХ'

В ТВОРЧЕСТВЕ ДЖОНА ВАНБРУ

Специальность 10.01.03 – литература народов стран зарубежья (английская, немецкая, французская)


АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук

Самара - 2008

Работа выполнена на кафедре культурологи и зарубежной литературы Государственного образовательного учреждения высшего профессионального учреждения высшего профессионального образования «Магнитогорский государственный университет».


Научный руководитель: доктор филологических наук, профессор

Кожевников Михаил Васильевич
Официальные оппоненты: доктор филологических наук, профессор

Ерофеева Наталья Евгеньевна,

зав. кафедрой литературы, теории и методики обучения литературе Орского гуманитарно-технологического института (филиала) ГОУ ВПО «Оренбургский государственный университет»


кандидат педагогических наук, профессор

Якадина Тамара Алексеевна,

профессор кафедры русской и зарубежной литературы и методики преподавания ГОУ ВПО «Самарский педагогический государственный университет»

Ведущая организация: ГОУ ВПО «Московский педагогический государственный университет»

Защита состоится «8» июля 2008 г. в «11.00» часов на заседании диссертационного совета Д 212. 216. 03 в ГОУ ВПО «Самарский педагогический государственный университет» по присуждению ученой степени кандидата филологических наук по адресу: 433099, Самара, ул. М.

Горького, 65/67, ауд. 9.
С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Самарском государственном педагогическом университете по адресу: 433099, Самара, ул. М. Горького, 65/67
Текст автореферата размещен на сайте: www.ssttu.samara.ru
Автореферат разослан « » июня 2008 г.
Ученый секретарь

диссертационного совета,

кандидат филологических наук, доцент Е.Б. Борисова
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Творчество Дж. Ванбру приходится на конец XVII - начало XVIII веков, когда в Англии произошла смена социального строя, нашедшая свое отражение в драматургии. История комедии нравов Англии неразрывно связана с эпохой Реставрации. Возродившись после изгнания со сцены пуританами, комедия нравов отразила важнейшие изменения, произошедшие в обществе. Комедиографы старались осмыслить место человека в новых исторических условиях: ханжество пуритан оказалось мишенью для насмешек оппозиционной аристократии. Затем, с приходом к власти третьего сословия циничный аристократ уступает место новому герою – буржуа, главным недостатком которого являлась алчность.

Лицемерие, корыстолюбие, насмешки над узами брака – основные пороки, показанные драматургами в комедии эпохи Реставрации. Наблюдая и анализируя окружающую действительность Дж. Ванбру находит иное воплощение традиционного мотива 'порок' в реальной жизни. Автор не порицает своих героев, как было принято раньше, он не только выставляет напоказ пороки своих героев, но и делает их успешными. Таким образом, в его комедиях мотив 'порок' объединяется с мотивом 'успех' и начинает выступать как целостный мотив 'успешный порок'.

Для понимания подобной трансформации следует рассматривать историю самого понятия 'порок': его эволюцию от общепринятого понимания до художественного принципа организации материала в произведении. В художественном отношении мотив 'успешный порок' у Ванбру - это способ организации драматургических средств с целью показа нравов эпохи.

Под влиянием изменений, происходящих в обществе, мотив ‘успешный порок’ претерпевает следующую эволюцию: от традиционного порока эпохи Реставрации – прелюбодеяния, - к пороку новой буржуазной эпохи – алчности. Таким образом, мотив ‘успешный порок’ претерпел значительное изменение, его содержание изменилось в результате развития литературного процесса и общественно- политической жизни Англии. Он является исторически обусловленным и самостоятельным художественным средством, функционирующим на всем пространстве текста и определяющим характер действий персонажей. Именно мотив ‘успешный порок’ становится своего рода знаковым признаком не только творчества Дж. Ванбру, но и эпохи Реставрации, символизируя собой изменения, происходящие внутри исторической действительности. Совокупность таких изменений, подчеркнутая объединяющим фактором мотива ‘успешный порок’, предопределяет наш подход к рассматриваемым комедиям Дж. Ванбру.

Вышеизложенное позволяет определить параметры диссертационного исследования следующим образом.

На протяжении исторического развития моральные категории порок и успех по-разному взаимодействовали между собой. Были эпохи, когда они являлись взаимоисключающими, но в Англии периода Реставрации, напротив, эти категории тесно взаимодействовали, и порок получил статус 'успешного', став ведущим мотивом в комедии нравов, в частности, в пьесах Джона Ванбру.

В современном литературоведении, когда аксиологические проблемы литературы выходят на первый план, вытесняя идеологические оценки, возникает необходимость обращения к английской комедии нравов и творчеству Джона Ванбру, дающим своеобразные ответы на многие нравственные вопросы. Этим и определяется актуальность нашей работы, уточняющей некоторые закономерности эволюции понятия 'порок' и обретения им статуса 'успешного' как социального явления и функционирования мотива 'успешный порок' в английской комедии эпохи Реставрации на примере творчества Джона Ванбру.

Объект исследования – западноевропейская комедиография от Античности до XVIII века и комедии Дж. Ванбру «Неисправимый, или Добродетель в опасности» и «Заговор жен». Кроме того, привлекается материал комедии Реставрации для создания необходимого литературно-исторического контекста, а также комедии Сиббера и Шеридана, так как комедия «Неисправимый» Ванбру является полемическим продолжением пьесы Сиббера, а пьеса Шеридана представляет собой переделку комедии Ванбру.

Предмет исследования – различные аспекты функционирования мотивов 'порок' и 'успех в английской комедии нравов эпохи Реставрации и их своеобразие в комедиях Ванбру.

При выборе материала исследования мы руководствовались мнением ведущих отечественных и зарубежных исследователей, утверждающих, что исследуемые комедии являются ярким примером остроумия и комического таланта Ванбру. «Неисправимый, или Добродетель в опасности» может выступать в качестве образца комедии Реставрации, как по своему содержанию, так и по форме художественного представления материала. Комедия «Заговор жен» заслуживает особенного внимания, так как именно в ней отражены черты переломного этапа истории английского театра. Эта комедия принадлежит уже XVIII веку – эпохе Просвещения. Комедиограф чутко уловил и показал важное социальное явление эпохи – рост и укрепление третьего сословия.



Научная новизна настоящей работы заключается в следующем:

во-первых, для анализа привлечен практически не исследованный в отечественном литературоведении драматургический материал (комедии Дж. Ванбру «Неисправимый, или добродетель в опасности», «Заговор жен»). В последние десятилетия написан ряд кандидатских и докторских диссертаций, рассматривающих различные аспекты изучения творческого наследия английских комедиографов XVII - XVIII вв. Однако среди исследований нет работ, в которых была бы предпринята попытка рассмотреть английскую комедию нравов XVII - XVIII вв. с точки зрения функционирования в ней мотивов 'порок' и 'успех';

во-вторых, впервые рассматривается функционирование мотивов 'успех' и 'порок' как средств художественного изображения действительности на примере произведений, принадлежащих разным эпохам - Реставрации и Просвещения.

В связи с выше изложенным цель нашего исследования состоит в том, чтобы определить место и значение мотивов 'успех' и 'порок' в английской комедии нравов конца XVII - начала XVIII вв. на примере творчества Дж. Ванбру и их дальнейшую трансформацию.



Целью работы определяется и соответствующий круг задач:

  1. рассмотреть эволюцию понятия 'порок' в социуме и комедиографии от Античности до эпохи Реставрации;

  2. рассмотреть своеобразие использования мотива 'успешный порок' в комедии нравов эпохи Реставрации;

  3. проанализировать особенности функционирования мотива 'успешный порок' в комедиях Дж. Ванбру «Неисправимый, или Добродетель в опасности» и «Заговор жен»;

  4. проследить изменение функции мотивов 'успех' и 'порок' в комедии Шеридана «Поездка в Скарборо» в контексте эволюции жанра.

Проблема и цель определяют методологические принципы данной работы, в основе которых лежит многоаспектный подход, обусловивший использование нескольких аналитических методов:

  1. функционального, позволяющего исследовать особенности функционирования отдельных мотивов и художественных приемов в литературном произведении;

  2. историко-теоретического («на разных этапах и в различных исторических условиях одни и те же понятия, характеризующие литературный процесс, могли менять свое содержание»1). Историко-теоретический метод позволяет выявить изменения исторических условий и трансформацию смыслового наполнения мотивов 'успех' и 'порок';

  3. историко-литературного, в центре которого: «… установление связей между литературными явлениями и их значения в эволюции литературы».2

Теоретической основой исследования послужили работы отечественных ученых, посвященные общим вопросам теории литературы, английской литературы XVII века и английского Просвещения: А.А. Аникста, М.М. Бахтина, Г.Н. Бояджиева, Ю.Б. Виппера, Б.М. Гаспарова, Ю.И. Кагарлицкого, А. Кауфмана, М.В. Кожевникова, В.А. Лукова, Н.П. Михальской, С.С. Мокульского, Л.Е. Пинского, Б.И. Пуришева, И.В. Ступникова, И.О. Шайтанова, А.Л. Штейна, а также работы зарубежных исследователей, посвященные английскому театру и драматургии XVII – XVIII веков: Э. Бентли, Е. Бернбаума, Б. Добрэ, Дж. Неттлтона, А Николла, Дж. Палмера, В. Хэзлитта, Дж. Уильяма, и др.

Методологическую базу исследования составили труды отечественных и зарубежных ученых, в которых разрабатываются вопросы, связанные с понятием «мотив»: А.Н. Веселовского, В.М. Жирмунского, Ю.М. Лотмана, В.Я. Проппа, В.Б. Шкловского, Б.В. Томашевского, В.И. Тюпы, О.М. Фрейденберг.

Практическая значимость диссертационного исследования состоит в том, что материалы работы могут быть использованы в учебных курсах по истории зарубежной литературы XVIII века; по истории английской литературы; по истории европейского театра; для разработки спецкурсов и спецсеминаров, посвященных теории и практике зарубежной драматургии.

Апробация: диссертация обсуждалась на заседании кафедры культурологии и зарубежной литературы МаГУ. По теме диссертации были прочитаны доклады на международной конференции преподавателей английской литературы (Самара, 2004); на международной научной конференции "Пуришевские чтения" (Москва 2007); на научных конференциях Магнитогорского государственного университета. Основные положения работы изложены в 6 публикациях.

На защиту выносятся следующие положения:

1. Понятие 'порок' и его оценка с точки зрения успешности претерпело значительную эволюцию: от непреднамеренного совершения порочных действий через деструкцию моральных принципов разумного человека под влиянием аффективной части души в Античности к сознательному нарушению нравственных установок, принятых в обществе в конце XVII столетия.

2. Предпосылки слияния мотивов 'порок' и 'успех' их трансформацию в мотив 'успешный порок' в комедии нравов эпохи Реставрации были обусловлены происходившими в Англии социально-историческими событиями.

3. В раннем творчестве Дж. Ванбру наблюдается сильное влияние и приверженность традиции комедии Реставрации. Образцом такой комедии является пьеса «Неисправимый, или Добродетель в опасности». Отталкиваясь от пьесы Колли Сиббера «Последняя уловка любви», Ванбру дал свое понимание роли и места порока в современном обществе. Сентиментальная комедия Сиббера с отчетливой моральной установкой на торжество добродетели была продолжена Ванбру в духе комедии Реставрации, где порок приобретает характеристику успешного.

4. С изменением исторических условий изменяется и содержание мотива 'успешный порок' в творчестве Дж. Ванбру: теперь доминирующим успешным пороком становится не адюльтер, а жажда денег, что приводит к смене типичного персонажа комедии Реставрации: щеголь и остроумец трансформируется в скаредного буржуа.

5. Последняя треть XVIII века ознаменована возрождением «веселой» комедии. В творчестве Р. Шеридана отлились в законченную художественную форму достижения драматургов Реставрации. Довольно правдиво показывая разложение правящих классов, комедиографы Реставрации приходили к отрицанию всяких моральных критериев. Успешный порок выставлялся образцом для подражания. Основой же реализма Шеридана стало осмеяние и разоблачение пороков общества. Порок перестает быть успешным, как в результате социальных и политических изменений в жизни страны, так и вследствие позиции автора.

6. Комедии К. Сиббера, Дж. Ванбру и Р. Шеридана демонстрируют тесную взаимосвязь мотивов 'успех' и 'порок' с историческими и социальными изменениями, происходящими в обществе.

Цели и задачи диссертации определяют ее структуру и объем. Работа состоит из введения, двух глав, заключения, библиографического списка, включающего 208 наименований. Общий объем диссертации составляет 196 страниц.
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении предпринят краткий обзор истории вопроса, который позволил обосновать актуальность поставленной научной проблемы, определить научную новизну, установить цель исследования и задачи, обозначить теоретико-методологическую базу, охарактеризовать методы исследования, практическую значимость, принцип отбора материала, положения, выносимые на защиту.

В первой главе “Историческая обусловленность возникновения мотивов ‘порок’ и ‘успех’ в западноевропейской драматургии” прослеживается трансформация понятия ‘порок’ в этике и воплощение его в качестве мотива в системе драматургического произведения.

В первом параграфе “Порок в западноевропейской комедии: Античность - XVII век” рассматриваются изменения понятия ‘порок’ в драматургических произведениях и этических концепциях от Античности и до XVII века. Анализируя понятие ‘порок’ в философских мировоззрениях, мы устанавливаем, что на протяжении веков понятие ‘порок’ претерпевает изменения: от несознательного совершения порочных действий через совокупность воли и аффективной части души, где последняя играет доминирующую роль, к целенаправленному нарушению моральных норм, принятых в обществе. Порочность теперь – это осознанное нарушение нравственных установок, возводимое в степень принципа. Более того, порок рассматривается в качестве двигателя прогресса. Драматурги признают, что изменения в характере человека происходят вслед за изменением обстановки в обществе: социальной, политической, экономической. Определяющую роль в жизни человека играет общество, точнее моральные нормы, им устанавливаемые. Именно общественное мнение побуждает человека, вне зависимости от его качеств, действовать в установленных обществом рамках. И если в обществе такие пороки, как себялюбие, тщеславие, алчность, наглость считаются признаком не только хорошего тона, но и быстрым и верным способом для достижения целей, то человек, стремящийся преуспеть в подобном обществе, неминуемо сталкивается с проблемой выбора: сохранить видимость нравственности и стремиться к своей цели любыми путями, либо следовать формально установленным добродетелям и быть невостребованным обществом. Неудивительно, что человек решает - гораздо проще казаться добродетельным, чем быть им. И, как правило, следование моральным установкам не отражает истинной добродетели. Мораль не основывается на истине, ибо общественное мнение чаще всего ошибочно. Оно судит о человеке в свете его успешности на любом поприще. Философы и драматурги признают, что если человек настойчив в достижении своей цели, напорист в выборе путей к ее осуществлению, то фортуна способствует ему во всех его делах, пусть даже неблаговидных. Более того, если он оказывается не только ненаказуем, но еще и вознагражден за свою дерзость и за грандиозность предпринятого дела, он становится примером для подражания. Таким образом, мотивы ‘порок’ и ‘успех’ сливаются в единый мотив ‘успешный порок’, обусловленный не только природными качествами человека, но и социальной средой.

Второй параграф “ Предпосылки возникновения мотива 'успешный порок' в английской комедии эпохи Реставрации” представляется обзор обстоятельств, предшествующих появлению мотива 'успешный порок' в драматургии Реставрации. Восприятие порока обществом в качестве разумной мотивации и легло в основу этических и философских взглядов эпохи Реставрации. «Материальный» человек Гоббса занял превалирующее положение, свои представления о морали он основывал на своих интересах и «естественных» побуждениях, к которым относилось прелюбодеяние, тщеславие и мотовство. В эпоху Реставрации люди руководствовались откровенным политическим и материальным расчетом. Распространение философии Гоббса, как оправдание погони за материальными ценностями и грубыми наслаждениями, приводит к тому, что процветают цинизм и опустошенность в среде английской аристократии, с одной стороны, и погоня буржуазии за материальными ценностями и грубыми наслаждениями, с другой. Добродетели пуритан не только высмеивались, но и воспроизводились с точностью до наоборот. Теперь порок не был чем-то запрещенным, греховным, но именно он выставлялся напоказ, им хвастались, он считался необходимым атрибутом светского человека. 'Успешный порок’ лег в основу мотивации людей, потому что оставался безнаказанным, вознагражденным, о нем много говорили, порочному человеку, которому сопутствовал успех, стремились подражать. Люди руководствовались двумя мотивами: либо соблазнить ближнего, либо заполучить денег побольше.

Джон Ванбру в соответствии с взглядами времени и философии изображает тесную взаимосвязь процессов, происходящих в обществе, и их влияние на формирование этических взглядов отдельно взятого человека. В ситуации, когда рушатся социальные и моральные стереотипы, на первый план выдвигается новый тип человека, обладающего способностью «ухватить» веяния времени и использовать их для достижения своих целей. Как оказалось, основой человеческой сущности является жажда легкого пути, которая сопровождается всяческими пороками. Именно они и руководят действиями человека. Более того, став во главе государственной идеологии, пороки приобрели статус успешных, так как порочные люди приветствовались обществом в то время. Им удавалось благополучно избегать правосудия, спорные моменты решались в их пользу, неприятные для них ситуации оборачивались очередной выгодой. Рассмотрев перемены, произошедшие с государством и людьми, в нем живущих, Джон Ванбру в своих комедиях наглядно предъявил новую концепцию восприятия жизни. Герои его произведений не терзаются сомнениями по поводу правильности совершенного, они ищут пути реализации своих замыслов. Они действуют в предлагаемых обстоятельствах, реагируют на них сообразно своим характерам и задачам. Апелляция к порочности и стремление к успеху становится общим лозунгом эпохи, выражением сокровенного духа времени. И Ванбру нарочито дерзок и аморален, он сознательно выступает против морали нарождающегося класса буржуазии, высмеивает ее ограниченность и ханжество, порочность ее нравов и ее неисправимость всеми доступными ему средствами. В его комедиях представлены разнообразные средства изображения характеров, которые, однако, усилены еще одним, природа которого определяется доминирующей чертой комедий Дж. Ванбру – успешным пороком. Наделяя своих персонажей подобным свойством, драматург стремится показать природу человека и истинную мотивацию его поступков.

Вторая глава “Эволюция мотивов ‘порок’ и ‘успех’ в творчестве Дж. Ванбру в контексте английской комедиографии XVIIXVIII вв.” посвящена рассмотрению мотива ‘успешный порок’ как ведущего приема характеристики персонажей.

В первом параграфе “Слияние мотивов ‘порок’ и ‘успех’ в комедии Дж. Ванбру «Неисправимый, или Добродетель в опасности»” рассматривается функционирование мотива ‘успешный порок’, который реализуется во всем многообразии средств, схем, принципов действия, созданных автором.

«Неисправимый, или Добродетель в опасности» является продолжением комедии К. Сиббера «Последняя уловка любви», где Дж. Ванбру меняет функции ее героев. Это и дает возможность проследить трансформацию мотивов ‘успех‘ и ‘порок‘ – их слияние в новый мотив - ‘успешный порок‘.

Избираемый персонажами мотив ‘порок’ (прелюбодеяние - традиционный для эпохи Реставрации) диктует им определенный образ мышления, поведение, речь. Так, герои «Неисправимого» Беринтия и Щегольтон являются типичными представителями высшего света со всеми его недостатками. Для них единственной целью становится удовлетворение своих физических желаний, они получают истинное наслаждение от адюльтера, игры, его сопровождающей. Ловлас, например, главный герой комедии - галантный авантюрист-аристократ, холодный самовлюбленный эгоист, думающий, прежде всего, об удовлетворении собственных желаний, сластострастник, прикрывающий свои истинные намерения пышными декларациями. Для того чтобы показать истинную природу главного героя комедии «Неисправимый», драматург наделяет его нарицательным именем Ловлас – от английского Loveless, что в переводе означает «не знающий любви».

В комедии все герои, за исключением Аманды, не считаются ни с чьими чувствами: главное для них – адюльтер. Ванбру издевается над показной добродетелью Ловласа и Беринтии, смеется над их моральными устоями и «нравственностью».

Центральное место в развитии комической интриги играет так называемая «интеллектуальная пара». «И герой, и героиня интеллектуальной пары … современны, умны, холодны, сдержанны, остроумны, знают все тонкости аристократического мира, в котором живут, знают о разнице между сущим и видимым, между животной страстью и разумным чувством и умеют своим знанием пользоваться»3. Несомненно, Ловлас и Беринтия являются такой «интеллектуальной парой» в данной комедии. Их отношения показывают абсолютную схожесть: оба циничны, коварны, не уступают друг другу в изобретательности и опыте. Кажется, они руководствуются изречением сибберовского Ловласа: «раз человек имеет желания, то он испытывал бы мучения, если бы им не потворствовал», и не испытывают никаких угрызений совести. Цинизм и душевную пустоту Ловласа и Беринтии нельзя прикрыть никакими громкими фразами и белым стихом, никакими надуманными страстями. Ловлас пренебрегает супружеской верностью, а Беринтия – дружбой и доверчивостью Аманды. В их взаимоотношениях драматург не только показал «неисправимость» человеческого естества, но и нравы, царившие в то время.

Страдание и терпение, способность простить любую слабость мужа – основные черты характера Аманды. Еще раз, убедившись в неверности Ловласа, она опять ищет оправдание этому «бедному неисправимому» и находит его в собственных недостатках – «увядающей красоте»: «My beauty possibly is in the wane: / Perhaps sixteen has greater charms for him: / Yes, there's the secret» (Быть может, вянет красота моя, / И юность ранняя его пленила. / Наверное, это так) (V, 4).

Таким образом, порочность Ловласа не только не наказана, она оправдывается Амандой, которая ищет причины неверности мужа, прежде всего в себе, тем самым, потворствуя его дальнейшему адюльтеру и обеспечивая его успешность. Успех сопутствует и Беринтии: кроме того, что она добивается своей цели и заводит интрижку с Ловласом, ей удается сохранить дружбу Аманды, и продолжать гостить в ее доме.

Таким образом, в эпоху Реставрации ведущее место в английской комедии нравов занимает изображение знати, аристократии, светских щеголей, джентльменов-остроумцев, ведущих распутный образ жизни. Они богаты и успешны, примером им служит сам монарх. Им всегда сопутствует удача, за какое дело они бы не взялись. К сожалению, этим делом чаще всего оказывается прелюбодеяние, именно оно становится признаком и модой эпохи Реставрации. Добродетели третьего сословия не просто отодвинуты на второй план, более того, их высмеивают и подвергают всяческим гонениям. Быть набожным, бережливым, хранить верность супругу считается признаком дурного тона. Буржуа изображают в роли мужей-рогоносцев и обманутых дельцов.

За мнимым благочестием «неисправимых» скрывается их тщеславие, себялюбие, неспособность любить кого-то, кроме себя. В героях «Неисправимого» Ванбру можно увидеть лицо эпохи Реставрации, типовой образ, выражающий отсутствие человеческих, семейных, моральных обязательств. Персонажи, «списанные» с реальных людей и подчиняющие жизнь физическим удовольствиям, вызывают у зрителя желание подражать им и вести такой же безнравственный образ жизни.

Популярностью у зрителя пользуются пьесы, где порочность, безнравственность, притворство, лицемерие являются не только не наказанными, но и вознагражденными. Порочный герой в финале обычно успешно добивается своей цели.

Во втором параграфе “Трансформация мотивов ‘порок’ и ‘успех’ в комедии Дж. Ванбру «Заговор жен»” в рамках исторического контекста показаны изменения, произошедшие в комедии нравов. В 1688 году происходит «славная революция», и с первых шагов просветительского движения начинаются поиски новых форм в драматургии, которые отвечали бы как нравственным идеалам, так и реальным жизненным условиям развивающегося буржуазного общества. Комедии, которые писали Уичерли и Конгрив, стали теперь невозможны на сцене. Драматурги должны были внести в свое творчество некоторые коррективы, подсказанные поворотом общественного мнения.

Все черты переломного этапа в истории английского театра оказались запечатлены в комедии Джона Ванбру «Заговор жен» (1705). Комедия «Заговор жен» создавалась в поворотный момент истории английской драматургии, когда комедия нравов эпохи Реставрации под влиянием социальных перемен уступала свои позиции нарождающейся сентиментальной комедии.

Джон Ванбру создавал свои произведения в переломный момент, когда принципы и эстетика комедии нравов эпохи Реставрации уже изживали себя, а новый жанр – сентиментальная комедия – еще только формировался.

Господствующее место на английской сцене постепенно занимали произведения, где утверждались буржуазные добродетели: бережливость, набожность и деловитость. Ванбру, не веривший в добродетельную природу человека, показал со своей точки зрения, как эти буржуазные добродетели воплотились в реальной жизни. В «Заговоре жен» бережливость оборачивается скупостью: «Низкие, пресмыкающиеся, подлые, скаредные, алчные твари»4 - ростовщики, совсем не дают денег женам на их личные расходы: «Ее кассир в плохом настроении; он заявил, что у него нет денег» (I,2). Это заставляет их придумывать различные способы по добыче наличных, от недостатка которых «они вынуждены поступать наперекор велению своих возвышенных душ». А именно: закладывать драгоценности и уверять мужа в их утрате, устраивать карточные вечера, с тем, чтобы обирать простачков, и, наконец, изменять мужу за определенную плату. Таким образом, подобная алчность мужа – ростовщика провоцирует жену на порочные действия, и один порок является предпосылкой для другого. Деловитость ростовщики проявляют, только осуществляя выгодную сделку, а именно, покупая любовь приглянувшихся им женщин: «Ростовщик, расставаясь с кошельком, дает тем самым достаточно убедительное доказательство своей искренности» (II,1).

Изменившаяся общественная, политическая, этическая и эстетическая ситуация заставила Ванбру выбрать нового героя: теперь это не светский остроумец, щеголь и лондонский кутила, чей порок заключался в прелюбодеянии, а буржуа и ростовщик. Происходит переоценка иерархии пороков в их восприятии обществом: теперь главными пороками считаются алчность и стяжательство, прелюбодеяние же отступает на второй план. Драматург также переносит свое внимание на порок алчности: герои получают наслаждение от денег и тех благ, которые они предоставляют.

Создавая «Заговор жен», Ванбру безошибочно угадал настроение публики, удовлетворил вновь возникшие запросы, а именно: выводя на первый план нового героя – буржуа. Но сила воздействия этой комедии на зрителя объясняется не только ее актуальностью, но и тем, как именно Ванбру воплощает происходящие в обществе изменения. С одной стороны, он удовлетворяет потребность общества в новых героях. Но в тоже время, своеобразие его способов изображения этих «новых героев» заключается в явно критическом к ним отношении: в основе проповедуемых современниками буржуазных добродетелей лежит, по мнению драматурга, все то же эгоистическое начало человеческой натуры.

Комедия «Заговор жен» стала особенно характерным изображением порока алчности, где главными героями были представлены люди, живущие в вечной жажде удовлетворения своих материальных потребностей. Ванбру считал, что представители английской буржуазии, критиковавшие разврат и расточительность аристократии, не имеют права изображать себя праведниками, так как всем известны их собственное стяжательство и алчность.

Джон Ванбру наделяет своих персонажей «именами – масками»5, которые не только характеризуют героев, выделяя их из общей массы, но и фиксируют внимание читателя на доминирующей черте персонажа.

Алчных стяжателей в «Заговоре жен» характеризуют их имена: Монейтреп (от англ. moneytrap) – ростовщик, чье имя в переводе с английского звучит как «денежный капкан», служанка Флиппанта более чем соответствует своему имени «дерзкая, бесстыжая» (от англ. - flippant). Она всеми путями старается отхватить кусочек от любого мало-мальски выгодного дельца, не гнушаясь ничем: «Все вода на мою мельницу». Она вполне довольна своим местом, так как «здесь предстоит сбыть с рук наследницу, погубить хозяйку и разорить хозяина» (I,2).

Джон Ванбру для характеристики своих героев использует не только «имена – маски», но и одевает маску на Миссис Эмлет и ее сына Дика. Миссис Эмлет, притворившись бедной лавочницей, жалуется соседке на свою участь «бедна да честна». Однако в финале пьесы выясняется, что «хоть твоя мать всего-навсего миссис Эмлет, она может поправить дело, купив тебе земель на десять тысяч фунтов и выстроив на этих землях прекрасный дом» (V,2). Дик выдает себя за джентльмена, полковника и с непринужденным видом вращается в самом знатном обществе, хотя «отец этого мерзавца был литаврист и повешен за то, что ограбил церковь, а мать его торговка, и всю свою лавчонку таскает под мышкой» (I,1). Маска необходима героям для достижения своих целей: миссис Эмлет, прибедняясь, старается получить большую прибыль, а ее сын – жениться на богатой невесте, для которой знатное происхождение стоит на первом месте. Надев маску на миссис Эмлет вначале пьесы и сняв ее в конце, Ванбру показывает зрителю «разрыв между внутренней и внешней сторонами я-в-мире, между лицом и маской»6, что привело к обнаружению подлинной индивидуальности миссис Эмлет: ради своего сына она готова расстаться со всем богатством, нажитым нелегким, а иногда и нечестным трудом. «Однако комические эффекты могут обнаруживать и отсутствие лица под маской, где могут оказаться «органчик», «фаршированные мозги»7 - Дик, не моргнув глазом, сначала обкрадывает свою мать, а затем также хладнокровно принимает ее подарок. За маской «вежливого полковника» нет чувства благодарности, раскаяния, лишь признание того факта, что успех оправдывает его порочность.

Автор выдвигает тему губительного, разлагающего влияния богатства на человеческую личность, и носителем этого разрушающего начала в комедии являются Монейтреп и Грайп, скряги и ростовщики. Вместе с тем стремление к сохранению и приумножению капитала приходит в столкновение с зарождающейся в их душах жаждой наслаждений. Они влюбляются в чужих жен и решают добиться их благосклонности, потратив на это «благое» дело определенное количество денег. Своекорыстие, преклонение перед властью денег, эгоизм и предпринимательство – вот основные черты героев «Заговора жен». Монейтреп, Грайп и их жены видят в людях лишь средство удовлетворения своих личных потребностей.

Ванбру отразил происходящие в обществе перемены – рост и укрепление нового класса. Однако «Заговор жен» - не просто констатация этого исторического факта, это сатира на общество той эпохи в целом. «Попробуем ограбить ростовщика, так же как он грабит других людей» (II,2), - вот основной мотив действий всех героев.

Содержание пьесы отражает отношение драматурга к нарождающемуся сословию – буржуазии. Богатые выскочки вызывают презрение драматурга: не обладая достоинствами благородного сословия, они стремятся приобщиться к нему через внешнее подражание манерам и поведению аристократов, легко усваивают их пороки. Ростовщики и их жены, простые горожане стремятся походить на аристократов, унаследовав далеко не лучшие их качества: спесивость, стремление к роскоши, хвастовство. Не только лицемерие и стяжательство определяют их характеры. Ванбру выводит героев как результат уже сложившихся отношений в обществе начала XVIII века. Реалистические характеры отражают сформировавшуюся систему нравственных ценностей. Характеры всех персонажей последовательны и не претерпевают никаких изменений по ходу пьесы, проявляя себя и подтверждая в реальных поступках. Главное в них – предельно заостренное сатирическое изображение социального зла. А именно, порока алчности, который ставится во главу угла и становится причиной изменений общественных институтов и отношений.

В «Заговоре жен» любовная интрига заметно отступает на второй план перед основной социально-сатирической темой – темой наживы любыми путями. Стремление к обогащению руководит каждым движением героев. Один порок влечет за собой другой, но так же остается не наказанным. Все персонажи, замешанные в различных махинациях, остаются вознагражденными удачными браками и деньгами. Таким образом, они успешны в своем пороке.

Третий параграф “Ванбру и Шеридан: две формы взаимодействия мотивов ‘порок’ и ‘успех’ в контексте одного сюжета” показывает, что с течением времени мотив успешного порока перестает быть востребованным обществом. Цинизм, присущий комедиям нравов эпохи Реставрации, презрительный скептицизм остроумцев, их злословие, неуважительное отношение к вопросам семьи и брака вызвали протест не только со стороны добропорядочных буржуа, но и со стороны многих писателей, философов, мыслителей, нередко принадлежавших к аристократическим кругам. Пьесы, в которых изображались пороки аристократии и высмеивались добродетели, не приветствовались на сцене, и успешность порока уже не принималась обществом.

Таким образом, под прямым воздействием этого зрителя произошли изменения в театре: появились новые проблемы, новые положительные и отрицательные герои. Комедия нравов эпохи Реставрации, ставшая классическим образцом жанра, в XVIII в. все же пользовалась большой популярностью, в той или иной мере к ней обращались все драматурги эпохи. Но, используя старые приемы, они иначе переосмысливали основные положения этой комедии.

Обращаясь к комедии Ванбру «Неисправимый»8, Шеридан не только рассматривает ее в качестве образца английской комедии нравов, но и утверждает в ней веру в человека, победу добродетели над пороком, торжество разума над чувствами.

В переделке Шеридана добродетель оказалась в гораздо меньшей опасности, чем у Ванбру. Большинство наиболее пикантных положений было смягчено, приспособлено к более чопорным театральным нравам семидесятых годов. Доброе отношение автора проявилось и в сознательном отказе представлять своих героев в карикатурных образах, тогда как карикатура – частый прием в эпоху Реставрации. Исключение здесь – лорд Фоппингтон, нахальный, глупый хлыщ.

Шеридан, в отличие от Ванбру, во всех недостатках лорда обвиняет светское общество, и те условности, которые оно налагает на человека. По мнению драматурга, именно общество подменяет истинные добродетели условными, здесь теряют свою значимость нравственные ценности. Ванбру же в своей комедии никогда не ставил перед зрителем вопрос о роли и вине общества в порочности человека. Он просто показывал порок: будь то прелюбодеяние Ловласа, или корысть Щегольтона, в его успешности. И если порок приветствовался в эпоху Реставрации и был всепроникающим, то он переставал восприниматься как зло. Порок - это то, что достойно осуждения, и если этого не происходило, он признавался как нечто само собой разумеющееся. В пьесе Ванбру правда о жизни не ограничивается правдой об обществе. По мнению Ю.И. Кагарлицкого, особенностью английской комедии того времени и была «эта способность «соединять» человека с обществом, показывать, насколько те или иные его поступки и мнения обусловлены принятыми социальными нормами, и при этом его от этого общества «отделять», говорить о чем-то одному ему свойственном (его «юморе» в джонсоновском понимании слова)».9

Шеридан же пошел дальше, достаточно убедительно показав правду об обществе. Именно в образе лорда Фоппингтона гротеск и пародия нашли себе надежнейшее прибежище. Он является единственным отрицательным персонажем, при взаимодействии с которым раскрываются положительные качества остальных. Фоппингтон у Шеридана своего рода резонер, воплощающий общественное сознание. Однако у Шеридана более оптимистичное представление о человеческой природе, чем у Ванбру, - и у его героев больше возможностей проявиться в добродетели, нежели в пороке. Естественно, лорду Фоппингтону драматург отказывает в такой «роскоши», как искренние и добрые чувства, и оставляет его таким же «неисправимым», как и Ванбру.

Главное изменение было сделано в «городском» сюжете Ванбру: распутные Ловлас и Беринтия лишь «играют» в незаконную страсть. «Игра» между Ловласом и Беринтией получилась не очень убедительной, потому что Шеридан, в основном, убирал и сокращал их реплики, вводя очень мало новых. Герои Шеридана – люди весьма определенные. Они лишь играют других, неплохо владея «искусством представления».

В то время центральной темой комедий являлось изображение буржуазной семьи, в которой просветители видели прототип общества. Героев показывали в их социальных функциях, которые определяли их поступки, психологию, характер персонажей, зависящих от реального положения человека в действительности. Таким образом, необходимо было изображать картину быта и нравов третьего сословия, а именно, семейную добродетель, которая заключалась в выполнении долга, в умении сдерживать страсти разумом, раскаяться в дурном поступке и простить виноватого. Все это присутствует и в комедии Шеридана.

Но за веселыми шутками и пародийными преувеличениями стоит, по существу, эстетическая программа автора – программа жизненного полнокровного искусства – и сожаление о кризисе современного театра, где ради лицемерной добропорядочности и чистоты нравов безжалостно коверкались старые пьесы, где торжествовала мораль торгашей и святош.

Пьеса Ванбру проникнута духом гедонизма, и в этом ее, на наш взгляд, главное отличие от комедии Шеридана. Герои Ванбру видят смысл существования в наслаждениях, и, прежде всего, сексуальных. Здесь следует уточнить: радость жизни и склонность к наслаждениям не одно и то же, хотя близость между ними несомненна. Радость жизни связна с всесторонним проявлением задатков личности, и герои Шеридана могут служить примером такого жизнеощущения. У Ванбру персонажи выражают себя не столь полноценно, они более односторонни в своем стремлении к наслаждениям.

Основой творчества Шеридана стал реализм, осмеяние и разоблачение пороков современного общества. Несмотря на то, что распущенность комедий Реставрации осуждалась Шериданом, однако они не казались ему уж столь безнравственными, к примеру, пьесы Конгрива «подобны лошадям, которые утратят прыть, если убрать из них пороки» (they are like horses; when you deprive them of their vice, they lose their vigour). Но Шеридану необходимо было учитывать требование новой эпохи, где «сцена должна быть школой нравственности» (Mist’s Weekly Journal, 1735), и мотив успешного порока Ванбру перестал быть востребованным публикой. Изменилась система ценностей, на сцену пришел новый герой, в зал – новый зритель, и комедии Ванбру на время потеряли свою актуальность. Однако обращение к ним Шеридана еще раз подтверждает несомненное достоинство комедий Ванбру, а именно – их реалистичность. Несмотря на разный финал, и Ванбру, и Шеридан показали человеческую натуру, ее слабые стороны, и варианты решения моральной проблемы: если у первого традиционные мотивы 'порок' и 'успех' представали перед зрителем в качестве единого целого – мотива 'успешный порок', который оставался безнаказанным, более того, он поощрялся и вознаграждался, то у второго – порок посрамлен, в него «играли», а добродетель торжествовала. Таким образом, можно говорить о возникновении в конце XVIII столетия нового мотива – 'успешная добродетель'.

В Заключении формулируются основные выводы и подводятся итоги проведенного исследования.

Понятие «порок» на протяжении веков претерпело значительные изменения, и к XVII веку рассматривалось в качестве регулярное нарушение нормативно определенного отношения к установленным объектам. В XVII веке в Англии доминирующее место занимает философия Гоббса, выдвигающая тезис об эгоистической природе человека, которая, будучи ограничена рамками гражданского общества, может принести большую пользу обществу.

Претерпевающий изменения характер английской действительности конца XVII - начала XVIII века обусловил специфику трансформации мотивов 'успех' и 'порок'.

В эпоху Реставрации комедиографы стремились отразить пороки века, а превалирующим пороком на тот момент являлся порок прелюбодеяния. Воплощением этого порока стал сам король и его придворное общество. Драматурги достоверно переносили реалии времени на сцену, поэтому главным героем их пьес становится джентльмен-остроумец, презирающий традиционные добродетели, присущие третьему сословию. Образ буржуа подвергается всяческим насмешкам. Образу аристократа, напротив, были присущи вольнодумие в мыслях и желаниях. Он – утончен, изящен, получает удовольствие от жизни, которое, главным образом, заключается для него в соблазнении замужней дамы. Отличительная черта этого персонажа – успешность его неблаговидных поступков. Преступая нравственные законы, он остается не только безнаказанным, но и вознагражденным. Все эти особенности отношения к пороку характерны для комедии Ванбру, в пьесах которого мотивы 'успех' и 'порок' сливаются, образуя новый мотив – 'успешный порок'.

Исторические изменения, происходящие в социальной жизни английского общества конца XVII - начала XVIII века, нашли свое отражение и в драматургии: комедия Реставрации, отражавшая разнузданность светского общества, его порочность, безнравственность, притворство, лицемерие и цинизм, стала вызывать недовольство нового класса, пришедшего к власти.

Приоритетными становятся прежде гонимые буржуазные добродетели. В этих новых условиях комедиографы Реставрации начинают поиски новых героев и тем. Джон Ванбру видел недостаток буржуазии в непомерной жажде денег. Разоблачению нового доминирующего порока посвящена комедия Ванбру «Заговор жен». Таким образом, Джон Ванбру в своих комедиях, используя мотив ‘успешный порок’ изобличал не только интриганство, недоброжелательность и распущенность высшего света, но и пуританское лицемерие английского буржуа, прикрывающего эгоизм и корыстолюбие показным благочестием.

При создании образов своих героев Шеридан опирается на опыт своего предшественника Ванбру, он также высмеивает надуманные чувства, аффектацию в поведении и представлениях о жизни. Но, в отличие от Ванбру, Шеридан не разделяет морального индеферентизма своего предшественника и при отсутствии прямой назидательности порок у него в финале изобличен и наказан, а буржуазные семейные добродетели торжествуют. Таким образом, в комедии Шеридана порок утрачивает успешность, а характеризующие их мотивы – 'порок' и 'успех' теперь разъединяются.



Основное содержание диссертационного исследования отражено в следующих публикациях автора:

  1. Научные статьи

а) опубликованные в российских периодических изданиях ВАК:

1. Новый герой – новый жанр: рождение комедии Реставрации // Вестник

Поморского университета. Научный журнал. Вып. 5. – Архангельск:

Поморский государственный университет имени М.В. Ломоносова, 2006.

– С. 198-201.


  1. Успешный порок в комедии Дж. Ванбру «Заговор жен» // Проблемы истории, филологии, культуры. Вып. 17. – Магнитогорск: МаГУ, 2006. – С. 91-97.

б) опубликованные в международных, всероссийских и межрегиональных периодических изданиях, межвузовских и вузовских журналах, сборниках:

3. Столкновение интересов в комедии Дж. Ванбру «Заговор жен» //

Компаративистика: современная теория и практика. Материалы

международной конференции, XIV съезда англистов. – Самара: СПГУ,



2004. – С.

    1. . Художественные средства изображения характеров у Дж. Ванбру // VII Ручьевские чтения. Литературный процесс в зеркале зарубежного сознания: философский, лингвистический, эстетический, культурологический аспекты: сб. материалов международной научной конференции. – Магнитогорск: МаГУ, 2004. – С.391-394.

  1. Успех порочного человека в комедии Дж. Ванбру «Заговор жен» // Английская литература в контексте мирового литературного процесса. Тезисы докладов международной научной конференции и XV съезда англистов. – Рязань: РПГУ, 2005. – С. 59.

  2. Комедия Дж. Ванбру: между Реставрацией и сентиментализмом // XIX Пуришевские чтения. Переходные периоды в мировой культуре и литературе: сб. статей и материалов. – Москва: МПГУ, 2007. – С. 91-92.



1 См.: Луков В.А. История литературы: Зарубежная литература от истоков до наших дней. М., 2003. С.7.

2 Томашевский Б.В. Указ. соч. С.25.

3 Блюменталь Т.С. Некоторые особенности комедии Реставрации на примере творчества У. Конгрива. – М., 1979. – С. 190.

4 Ванбру Дж. Заговор жен. – М., 1958. – С. 31. (пер. Мелковой П.В.)

5 Томашевский Б.В. Теория литературы. Поэтика. – М., 2003. – С. 200.

6 Тюпа В.И. Модусы художественности. М., 1998. – С. 168.

7 Там же. С. 169.

8 Вопреки словам лорда Щегольтона, произнесенным в эпилоге, где он проклинает и автора и, его творение: «Gad’s curse, / This author is a dag, and ‘tis not fit» (позор и стыд / И автору, и гнусной этой пьесе), пьеса Ванбру еще долго оставалась на сцене. "Драматургический" Ловлас, именно как "не знающий любви" (loveless) не потерял своей популярности: до конца XVIII столетия появилось несколько пьес с этим героем. Все они, в той или иной степени, связаны с комедией Сиббера – Ванбру создал "Неисправимого" – "продолжение" "Последней уловки любви", в свою очередь, Шеридан переделал комедию Ванбру под названием "Поездка в Скарборо" (1777). Взаимосвязь комедий Сиббера, Ванбру и Шеридана точно отметил Х. Уолпол. В одном из писем он сравнил "Школу злословия" с "Разгневанным супругом" (совместным творением Ванбру и Сиббера): "Я видел новую пьесу Шеридана, лучше ее не было со времен "Разгневанного супруга" (16.05.1777).

9 Кагарлицкий Ю.И. Театр на века. Театр эпохи Просвещения: тенденции и традиции. – М., 1987. – С. 123.