Лекция Введение Север встречается с югом Скандинавские саамы "Малочисленные" народы севера России - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Преступность, криминогенные факторы, угрозы криминологической безопасности... 1 212.9kb.
История России (XIX – XXI вв) 2 590.41kb.
Лекция «Введение в историю настольных игр» 1 54.88kb.
Зигмунд Фрейд. Введение в психоанализ 9 3327.1kb.
История история россии с древности до XV в. Народы и государства... 1 193.01kb.
Памятники истории и культуры Русского Севера История и культура Архангельского... 1 49.12kb.
Урок по курсу «Литература Севера» 5 класс Программа курса «Литература... 1 83.87kb.
I. Введение. На юго-восточной части аравийского полуострова, там... 1 288.73kb.
Программа по истории Кольского Севера составлена на основе программы... 6 2547.7kb.
Лекция Введение в религиоведение 3 809.17kb.
Конспекты лекций лекция 10 Квантовая интерференция. Введение. 1 47.22kb.
Саппа, Н. Харьковский друг поета / Н. Саппа // Крас знамя. – 1987. 1 21.87kb.
- 4 1234.94kb.
Лекция Введение Север встречается с югом Скандинавские саамы "Малочисленные" народы - страница №1/1

Экономическое устройство циркумполярного мира
Разработка:

Д-р Джон Ньарк, адъюнкт-профессор экономики школы бизнеса университета Атабаска, Альберта (Канада)


МОДУЛЬ 7
Содержание

Ключевые термины и понятия

Цели и задачи курса

Лекция


Введение

Север встречается с югом

Скандинавские саамы

"Малочисленные" народы севера России

Развал Советского союза и экономическое устройство циркумполярной России

Заключение

Учебные вопросы

Словарь терминов


Ключевые термины и понятия

  • Права коллективной собственности

  • Экономическое неравенство

  • Смешанная экономика

  • Права частной собственности

  • Традиционная экономическая система

  • Экономика найма


Цели и задачи курса

По завершении изучения данного модуля студенты:



  • Поймут воздействие географических и климатических условий на экономические возможности;

  • Смогут дать описание ключевых характеристик традиционной, нерыночной экономической системы коренного населения;

  • Поймут, почему ранние экономические контакты между рыночными экономическими системами не представляли угрозы для традиционных экономических систем;

  • Поймут, почему большинство стран Арктической Восьмерки следовали политике ассимиляции;

  • Смогут дать сравнительную оценку экономическому положению аборигенных общин циркумполярного мира; а также

  • Поймут, каким образом падение Советского режима повлияло на народы российского циркумполярного мира.


Лекция

Введение

Уникальный и суровый климат северных циркумполярных регионов оказал глубокое и определяющее воздействие на характер экономического развития этой части мира. Во всех других частях земного шара экономическая история человечества основывалась на переходе от разбросанных и немногочисленных сообществ охотников и собирателей к сельскохозяйственным обществам. Сельское хозяйство позволило создать экономический излишек, который в свою очередь обусловил рост населения и дальнейшее усложнение общественной организации. Вслед за этим возникли промышленные экономические системы и более сложная структура разделения труда, рыночная экономика, а также усовершенствованная и развитая система законодательства, основанная на частном владении товарами и средствами производства. В течение приблизительно последних двадцати пяти лет мы стали свидетелями возникновения так называемой "постиндустриальной" или информационной экономической системы, объединяющей большинство рынков по всему миру в единый глобальный рынок.

Коренное население арктических и бореальных лесных районов, составляющих циркумполярный мир, не располагали типами почв, сезонами или температурными условиями, располагающими к расцвету сельского хозяйства. Именно этот простой факт тысячелетиями формировал экономические реалии данного региона. Тысячелетиями же здесь существовали и человеческие сообщества. Способы существования строились посредством имеющихся в наличии ресурсов: море давало рыбу, северные леса и долины давали карибу, оленей и других лесных животных. На основе этих ресурсов люди создали успешно действующую экономическую структуру, которая обеспечивала их выживание.

При всей своей успешности эта структура была другой. Традиционные экономические системы имели нерыночную структуру, существенно отличавшуюся от рыночной или коммунистической экономических систем, которые, в конце концов, проникли в северные регионы, особенно в двадцатом веке. После этого во всех северных регионах доминирующим фактором, сформировавшим современные экономические условия, перспективы и ограничения, стало проникновение технологически относительно продвинутых рыночных экономических систем (или, как это было в СССР с 1917 по 1994, технологически продвинутой коммунистической или командной экономики). Это проникновение, в одних случаях случайное, а в других смоделированное, разрушило большую часть традиционных экономических систем. В частности, почти повсеместно была повреждена уникальная ресурсная база, от которой полностью зависели традиционные экономические системы. Уже сам по себе этот факт означает, что экономическое выживание и процветание коренных жителей этих регионов зависит от их успешной адаптации к рыночной экономике и движущим силам рынка, проникнувшим с юга.

Представители традиционных экономических систем мгновенно заинтересовались новыми товарами и услугами, которые предлагали им пришельцы, от винтовок до новых лекарств, снегоходов и алкоголя. Однако они также обнаружили, что ресурсная база, от которой зависела традиционная экономика, не сможет пережить нашествия (иногда и в буквальном смысле) пришельцев. Карибу, на которых строил свое существование народ дин, постигла та же участь, что и оленьи стада саамов; разительное количественное уменьшение, в результате которого некогда полностью независимые общины стали целиком зависеть от мер социального обеспечения, предлагаемых южным обществом. Столкновение и взаимодействие двух экономических систем в течение последних ста пятидесяти лет или более, стало определяющим для циркумполярного региона.

Традиционные экономические системы, основанные на охоте и собирательстве, как правило, были небольшими и располагались в районах с низким уровнем заселенности. Охота, рыболовство, собирание и оленеводство требовали от населения кочевого или полукочевого образа жизни, когда вся община переселялась, следуя или ожидая появления основного источника питания. Животные, на которых основывались данные сообщества, отвечали практически всем нуждам общины: они давали мясо для пищи, шкуры и кости для сооружения жилищ и изготовления несложных орудий. Саамы северной Скандинавии и северо-западной части России, инуиты, дины и атапаски Северо-западной территории Нунавут, Юкона и Аляски, а также более тридцати других коренных народов, проживающих в Российской федерации, создавали схожие экономические структуры. Эти структуры были обусловлены общими для всех перечисленных общин физическими реалиями окружающей среды.

Данные экономические системы главным образом основывались на восстановимости природных ресурсов. Производство осуществлялось главным образом для домашнего потребления. Рыночная деятельность была крайне ограничена и существовала в основном в пограничных между разными типами общин областях: община рыболовов, проживавших возле реки время от времени осуществляла торговлю с охотничьими общинами в периоды ежегодной миграции последних.

Уровень населения ограничивался количеством ресурсной базы. На границах между общинами возникали благоприятные условия для совершения смешанных браков, единичных случаев обмена предметами потребления, а также редких конфликтов. Подобные общины существовали на грани выживания: уменьшение по какой-либо причине стад оленей или карибу могло мгновенно и губительно отразиться на человеческих сообществах, чье существование зависело от них. Несмотря на это периоды голода были недолговременными.

Существует немного свидетельств того, что в традиционных общинах деньги играли более или менее значительную роль до начала контактов с пришлыми торговцами. Металлические монеты были тяжелыми и не входили в непосредственное употребление до налаживания постоянных контактов с торговцами. Разумеется, отсутствие денежного оборота в периоды ранних контактов является еще одним показателем того, что рыночные отношения не проникли в эти сообщества достаточно глубоко.

Не удерживалось и понятие прав частной собственности, этого краеугольного камня западной рыночной экономики. Традиционные экономические системы придерживаются общинного, коллективистского подхода к владению землей и прочими ресурсами. В суровых условиях, где общины часто оказывались на грани выживания, обязанность делиться была довольно разумным средством выживания. Излишки были редкостью, а следовательно, накопление собственности было практически невозможно.

Разумеется, сама мысль о частном владении землей рассматривалась среди большинства коренных народов как некий странный пример высокомерия. В культуре и общественной организации коренных общин земля занимает центральное место. Земля, океаны, озера и реки обладали и снабжали ресурсами, дававшими жизнь сообществам. Таким образом, природные ресурсы "принадлежали", если они могли вообще кому-то принадлежать, всей общине - это было необходимо сохранения этих ресурсов на будущее. Подобная точка зрения сохранилась до сих пор. В работе Northern Frontier, Northern Homeland/Северная граница, северная родина (1997) (см. ниже в "Север встречается с югом") Томас Бергер приводит высказываение Бертрама Покиака из Тактояктука, который был охотником в 1930х гг. Покиак отвечает на вопрос так: "Я никогда не ставлю много силков. Я беру столько, сколько мне хватит на год. В следующем году звери все равно будут, это мой банк. То же самое везде, где я бываю. Некоторые говорят: "Почему ты не откладываешь деньги в банк и не копишь на будущее?" Надо было им так и сказать: "Север - вот мой банк". Но я не сказал. Об этом я подумал уже потом" (94).

Основной чертой разделения между севером и югом является значительное экономическое неравенство. Доходы северного коренного населения меньше, уровень безработицы выше, а уровень образования ниже, чем среди некоренного населения, прибывшего как с юга, так и с севера. Также коренное население в большей степени страдает от болезней, а их общины в большей степени поражены алкоголизмом, наркоманией и семейными проблемами, вызванными, по всей видимости, зависимостью от экономической поддержки со стороны, а также отсутствием экономической жизнеспособности коренных общин. Это только некоторые из сложных экономических проблем, встающих перед политиками как коренного, так и южного происхождения. (Более подробно этот вопрос исследуется в модуле "Благосостояние народов и общин циркумполярного мира").

Многие конфликты между представителями южной рыночной экономики, стремящимися на север в поисках ресурсов, таящихся в землях коренных народов и традиционными сообществами, возникают вокруг этих двух абсолютно разных подходов к земле, богатству и капиталу. Мы рассмотрим эту "повесть" более подробно, прежде всего на примере истории инуитов, населяющих Северо-западные территории и Нунавут в Канаде, но затронем и примеры других регионов циркумполярного мира.

Север встречается с югом

Созданный в 1977 г. известный доклад Томаса Бергера, посвященный исследованию строительства нефтепровода в канадской части долины Макензи, озаглавлен "Северная граница, северная родина". Эта фраза должна показать, что, хотя для пришельцев Север - это дикая и непонятная окраина земли, для коренных народов, проживающих на Севере это родной дом. По словам Бергера, это не пустынные земли, которые нужно завоевать, а дом для многочисленных общин охотников, собирателей и оленеводов, тысячелетиями выживавших здесь. Хотя исследование Бергера посвящено положению на западе Канадского севера, оно равным образом применимо и к ситуациям в других станах циркумполярного севера, населенного коренными народами.

Для пришельцев-южан Север был границей цивилизации, и границей враждебной. В большой степени он рассматривался как препятствие, которое надо преодолеть для того, чтобы добраться до природных богатств этой земли, спрос на которые был так высок на южных рынках. Роберт Сервис, поэт, чьи стихи прославили золотую лихорадку Клондайка, писал в "Наваждении Юкона": "Я желал золота и искал его;/Я рыл и копался в породе как раб". Старатель в стихотворении обнаруживает, что сам процесс поиска стал для него более важным, чем сама находка, но предпринимаемый им поиск происходит в "… краю, где горы безымянны", на земле, где "долины пустынны", на "великой, огромной земле далеко на севере… "

Первоначальный контакт традиционной и рыночной экономических систем не имел разрушительного характера. Изначально китобои и торговцы пушниной основывали лишь небольшие торговые фактории. Большого притока пришлых людей не наблюдалось. Китобойные суда и фактории торговцев пушниной способствовали появлению новых для коренных жителей региона товаров: новых металлических орудий, оружия, одежды и тканей. Спрос на них был велик и инуиты, к примеру, имели возможность приобретать их путем обмена благодаря спросу на местные товары: главным образом пушнину и слоновую кость.

Ранние экономические контакты не оказали серьезного воздействия на традиционную экономическую систему. На тот момент физическое проникновение южных экономических отношений было довольно скромным, и общины продолжали охотиться и ловить рыбу, обеспечивая собственное существование. Южане, как правило, уважали экономику, нацеленную на обеспечение самых неотложных потребностей, а также права коллективной собственности коренных сообществ.

Открытие золотых месторождений на Юконе и Аляске ознаменовало начало длительного процесса все возрастающего и непреклонного вмешательства пришельцев в жизнь на землях, от которых зависели традиционные экономические системы. Иногда целенаправленно, но чаще случайно, это вмешательство, в конце концов, уничтожило самообеспечение традиционной экономики. Для того, чтобы выжить, люди, составляющие ее, а также их потомки вынуждены были приспосабливаться к экономическим мигрантам с юга и их разнообразным и непонятным институтам. Экономическая история северного развития прошедшего столетия главным образом стала историей спадов и подъемов, имевших место в ходе этой адаптации.

Незваные гости с юга, как по отдельности, так и в составе организаций, желали заменить традиционные институты собственными, нацеленными на рынок и основанными на уважении к частной собственности. Только в этих условиях, считали они, можно будет успешно использовать богатство региона. Томас Бергер также отмечает, что пришельцы "всегда с пренебрежением относились к культуре севера и недооценивали жизнеспособность экономической системы коренных народов" (100). Позже он добавляет, что "традиционная экономика функционирует вне поля зрения белых: с глаз долой, из сердца вон" (101). Частично эта скрытость была обусловлена тем, что "истинные границы северной экономической системы трудно обозначить" (101).

К примеру, на Аляске, коренные народы сейчас составляют менее 20% населения штата, однако до начала золотой лихорадки они составляли большинство. Само название "золотая лихорадка" довольно точно отражает суть явления: тысячи изыскателей покинули родной очаг на юге для того, чтобы перекапывать северные ручьи и реки Юкона и Аляски в поисках золота. Многие не нашли его и уехали, разоренные и разочарованные. Другие остались, привязавшись к фронтиру. Как оказалось, заготовка леса и лесное хозяйство было более надежно, чем добыча золота.

Новые переселенцы принесли с собой стремление основать собственные экономические институты, в особенности законы частной собственности. Понятие коллективного владения землей или другими ценными ресурсами для них было чуждым и неприемлемым. Коллективная собственность рассматривалась как помеха экономическому развитию, ибо она создавала потенциально опасную двусмысленность в отношении прав и ответственности за земли и ресурсы.

Постепенно начали обнаруживать новые залежи ценных невосстановимых ресурсов на Аляске, Юконе и Северо-западных территориях. Часто поселенцы стремились привезти на новые земли и собственные общественные институты. В Канаде это были религиозные миссии, отряды Северо-западной конной полиции (Королевская канадская конная полиция (КККП) после 1925 г.), как правило, удобно размещаемые недалеко от местных факторий Компании Хадсонс Бэй.

В Норман Уэллс, на Северо-западных территориях (СЗТ) в 1920х гг. была обнаружена нефть, в Йеллоунайф (СЗТ) в 1930х гг. - золото, а вскоре после этого на территории Канадского севера нашли медь, свинец, цинк и другие полезные ископаемые. Данные отрасли промышленности не возникли в местной экономической системе естественным путем; они стали результатом решений, принятых крупными, преуспевающими компаниями, руководство которыми осуществлялось с юга. Они приняли форму крупномасштабного вторжения: вторжения капитала, технологий, управления и даже наемной рабочей силы, прибывшей с юга.

В Канаде и федеральное и территориальное правительства также были активно вовлечены в каждый из этапов экономического вторжения. Так как почти все проекты имели отношение к невосстановимым ресурсам, принадлежавшим, согласно законодательству, федеральному правительству, каждый шаг требовал соглашений об отчислениях и согласия со стороны властей. Также необходимо было прокладывать дороги для связи ресурсной базы с рынками.

Этот процесс значительно ускорился с началом второй мировой войны, возникновением угрозы японского вторжения на Аляску, а также сооружением магистрали от Доусон Крик в северной Британской Колумбии до Тока на Аляске. Магистраль и вспомогательные транспортные линии способствовали активизации разработки и эксплуатации ресурсов. Данный шаг в буквальном смысле "вымостил путь" для огромного потока послевоенных иммигрантов, прибывших для обслуживания ресурсной промышленности.

С появлением дорог и прибытием новых поселенцев экономическая система, основанная на охоте и рыболовстве неизбежно начала приходить в упадок. Поголовье карибу и других животных начало снижаться. Высокие цены на пушнину (Хоу и Стэблер 1989) обусловили критический рост поставок, как со стороны коренных, так и некоренных охотников. Снижение поголовья карибу началось в 1930х гг. и продолжалось в 1950х. В некоторых районах начался голод. Канадский писатель Фарли Моуэт (1952) описал зачастую скептически настроенной южной аудитории случаи голодной смерти в Барренлэндс (южный Нунавут).

С уменьшением поголовья промысловых животных коренные общины все чаще принимали решения переселиться в расположенные вдоль магистралей центры, где были магазины, правительственные учреждения, полицейские посты, а также миссионерские или государственные школы. Зачастую для семей это был единственный способ воспользоваться правительственными ресурсами и пережить трудные времена.

Уменьшение стад означало, что дни, когда можно было обеспечить себя и общину за счет охоты, собирательства и рыболовства, остались в прошлом. Пути назад, к стаду и лесу, не было. Инуиты осели на более или менее постоянной основе недалеко от ближайшей фактории компании Хадсонз Бэй.

К концу второй мировой войны правительство Канады начало обращать внимание на обитателей севера. В 1950 - 1960х гг. федеральные власти всерьез обеспокоились низким в сравнении с Югом уровнем образовательных учреждений и здравоохранения на Севере. Было высказано мнение, что поскольку традиционная экономическая система не могла более поддержать коренные народы, им нужно предоставить доступ к здравоохранению, обеспечению заработной платы и в особенности к государственным образовательным учреждениям, где их будут готовить к будущему вступлению в экономику найма. Ассимиляция стала новой формой философии. Если коренные народы не могут больше жить за счет традиционного экономического уклада, им необходимо помочь совершить трудный переход к рыночной экономике.

В течение первых двух послевоенных десятилетий государственное присутствие в СЗТ (куда входил и современная территория Нунавут) и на Юконе. Были построены и расширены больницы, и началось полномасштабное наступление на туберкулез. Правительство Канады начало выплачивать различные передаточные (трансфертные) пособия: семейные, пенсионные, инвалидные и другие.

Образование рассматривалось как ключ к неизбежному переходу в рыночную экономику. Однако, большинство семей предпочитало частично сохранять традиционную экономическую систему. Часть года семьи жили в поселке, как и требовалось для получения пособий, услуг здравоохранения и образования. Но часть года они проводили, охотясь, рыбача и занимаясь другими видами промысла, вдали от поселка. В СССР образование имело политическое значение: коренные народы должны были научиться официальному языку Советского Союза, русскому. Традиционные языки не имели письменности, и первичной задачей становилась ее разработка. Система была единообразной, в особенности после организации колхозов и совхозов. Женщины и дети оставались в общине, работали, посещали школы, а мужчины работали в стадах и охотились для колхозов.

Подобный образ жизни затруднял процесс обучения. В Канаде государство по "Акту об индейцах" взяло на себя ответственность за образование тех, кого обозначали этим словом "индейцами". В начале двадцатого века эта обязанность находилась в ведении различных религиозных групп, действовавших на Севере. Были введены дневные школы и передвижные классы, однако эта форма обучения оказалась не вполне эффективной. Со временем в качестве наилучшей формы обучения коренных детей были основаны религиозные интернаты, финансировавшиеся правительством. Родители могли по-прежнему охотиться, но дети должны были оставаться в школе. Дополнительным преимуществом этой формы обучения, как тогда считалось, было то, что она позволит учителям "отучить" детей от старой жизни и позволит наилучшим образом подготовить их к вступлению в рыночную экономику. После второй мировой войны государство начало все более агрессивно настаивать на пребывании детей в интернатах. В некоторых случаях прибегали к задержкам выплат семейных пособий. Кроме того, родители, видя развал и неэффективность старого жизненного уклада, подталкиваемые зачастую жесткими мерами чиновников, как правило, не протестовали.

Сейчас общепризнанно, что подобная система была крайне травмирующий как для детей, так и для семей. Детей надолго отрывали от родителей, они не могли более приобретать те навыки и учиться обычаям, которые ценились внутри семьи. Негативную роль играл и расизм. Выпускникам школ было сложно устроиться на работу, и многие из них становились частично безработными. Они не владели навыками, которые позволили бы им вернуться к образу жизни родителей, что делало их непригодными и к семейной жизни. Канада стала не единственным местом циркумполярного севера, где созданные из благих намерений образовательные программы привели к подобным результатам. Подобный подход к коренным народам был опробован с одинаковыми результатами и в других странах циркумполярного севера, где они проживали. Нигде, кроме, пожалуй, СССР, он не был особо успешным (более полный обзор системы советского образования на севере см. у Бартельса и Бартельса 1995).

В результате возникла экономика смешанного типа, сменившая традиционную экономику самообеспечения. Во многих общинах государственные выплаты составляли до пятидесяти процентов дохода. Коренные семьи были вовлечены по меньшей мере в три отдельные экономические системы - они продолжали охотиться и ловить рыбу, чтобы обеспечить хоть какие-то нужды, но в дополнение к этому они добывали пушнину и получали государственные пособия и другие формы передаточных выплат. Значение каждого из трех сегментов смешанной экономики могло варьироваться от года к году и от региона к региону.

До недавнего времени коренные жители практически не были вовлечены в местную экономику найма. Недостаточный уровень образования и знания английского языка не позволяли им удерживаться на рабочих местах. Современная добыча ресурсов была исключительно капиталоемкой, и рабочие места в этой области были ограничены.

Переход от традиционной экономической системы к смешанной также сопровождался интенсивной социальной дезинтеграцией. Охотники больше не могли обеспечивать свои семьи, и большинство семей стало зависеть от пособий. С переездом семей в поселки, где они могли получать государственные выплаты и пользоваться услугами, промысловые ресурсы на прилегающих территориях стали стремительно истощаться. Это в свою очередь усугубило зависимость от государственных выплат. Алкоголизм, наркомания и домашнее насилие достигли критического уровня.

К концу двадцатого века традиционные экономические системы Канадского севера, за исключением самых отдаленных районов, были окончательно уничтожены. Их сменила смешанная экономика, объединившая некоторые элементы самообеспечения, заимствованные из традиционной системы, а также рыночную реализацию некоторых товаров и существование за счет государственных выплат.

Экономическое развитие по-прежнему определялось внешними факторами. Модель инвестирования частного сектора определялась спросом на нефть, газ, медь, серебро, цинк, алмазы, золото и т.д. Ключевые сектора государственной экономики по-прежнему контролируются извне крупными международными компаниями с региональными или корпоративными отделениями в южной части Канады или в США. Таким образом, экономика региона следует циклу подъемов и спадов, свойственному ресурсной промышленности. Единственная промышленность, существующая помимо региональных - это капиталоемкое производство. Управление, технологическое обеспечение и финансирование производится извне. Производство практически отсутствует. Местные экономические системы слабы или не существуют вовсе.

Ведущей движущей силой правительство осталось государство. Оно является одним из трех сегментов экономической системы, системы передаточных выплат, оно управляет системами образования и здравоохранения, а также ведет многие из аспектов разработки ресурсов.

Единственным внушающим надежду моментом создавшейся ситуации является то, что некоторые коренные общины добились права собственности на некоторые территории, что позволит им улучшить свое положение в современной экономической системе. К примеру. На Аляске принятый Акт о рекламации и передаче прав на землю коренным народам (1971) позволяет по-новому определить отношения между коренными общинами и государством. Согласно акту были созданы двенадцать рентабельных региональных корпораций, которым были переданы права на владение землей и ресурсами примерно 180 000 кв. км. Тринадцатая корпорация представляет собственников, проживающих за пределами Аляски. В каждом из регионов были созданы сельские корпорации, обладающие правом на соответствующую территорию. Кроме того, коренным общинам было выплачено около 1 млрд. долларов США в качестве возмещения за пользование их землей и нарушения их прав.

При первых же намеках на возникновение крупномасштабных проектов по разработке полезных ископаемых, правительство немедленно предпринимало попытки достичь соглашения по вопросу о передаче земли коренным общинам. К примеру, в 1970х нефтяная и газовая промышленность была нацелена на разработку залежей газа в дельте реки Макензи. Ранее в этом же модуле мы приводили ссылку на данный эпизод. Общины народов дин и гвич'ин, проживающие в этом районе выступили против проекта на том основании, что разработка помешает традиционному промыслу, а также что не существует соглашений о праве пользования большей частью территорий, по которым будет проведен газопровод. Согласно Британской Королевской прокламации от 1763г. в случае дальнейшей разработки земель некоренными представителями, канадское правительство обязано заключать договора с представителями коренных народов.

Разработка земель канадского Севера некоренными представителями продолжается в течение нескольких столетий, однако, соглашения территориально ограничены землями в верхних участках Макензи и юго-восточными землями СЗТ. Сегодня заключение соглашения требует проведения широкомасштабных переговоров с различными группами, представляющими коренное население. Бергер предложил в конечном итоге обозначить минимальный срок для сооружения газопровода в десять лет, что было бы достаточно для урегулирования вопроса о правах на обладание территорией. В итоге до недавнего времени проект был отложен.

Сейчас вопрос о сооружении газопровода поднят вновь, но соглашения, заключенные с народами, населяющими Долину Макензи, позволяют им в большей степени контролировать природные ресурсы, как и направление их разработки. Большинство коренных общин поддерживает проект, и их участие во владении территорией является его основой. Организация Коренных Владельцев Нефтепровода (ОКВП) подписала договор с компаниями "Империал Ойл", "Шелл", "Экссон" и другими крупными нефтяными корпорациями, согласно которому ОКВП будет владеть почти третьей частью всего проекта. Коренные сообщества вновь начинают принимать участие в экономической деятельности на своей земле.
Скандинавские саамы

Канадский подход к решению вопроса о владении землей значительно контрастирует с практически полным отсутствием признанных земельных прав у саамов Скандинавии. Среди народов этой группы развилась экономическая система, основанная на оленеводстве. Они постоянно мигрировали, следуя за стадами независимо от очерченных ныне государственных границ. Как контакты, так и конфликты с южными соседями начались у них значительно раньше, чем у инуитов Канады. С самого начала скандинавские власти рассматривали эти общины как "меньшинства", но ни в коем случае не как коренные общины, обладающие неоспоримым правом на владение территориями.

В Швеции, уже в 17 в. саамов принуждали к оседлой жизни с весьма предсказуемым результатом. Стада оленей уменьшились, как и поголовье мелких промысловых животных, от которых зависел весь жизненный уклад саамов. Отсутствие прав на земельную собственность в совокупности с уменьшением поголовья оленей привело к тому, что в течение прошлого столетия многие саамы ассимилировались с населением более крупных сообществ.

Норвегия проводила ту же ассимилятивную политику. Были приняты законы, ограничивающие право на земельную собственность для тех, кто не читал, говорил и писал по-норвежски. Для поощрения разрыва с традиционным общественным и экономическим укладом детей также забирали из семей и помещали в интернаты.


"Малочисленные" народы севера России

Опыт коренного населения северной части бывшего Советского Союза странным образом напоминает опыт коренных народов Северной Америки и Скандинавии, столкнувшихся с вторжением на их территории капиталистических сообществ и экономических укладов. В некоторых отношениях этот опыт был даже более жесток, и теперь, с падением коммунистической системы и началом развития относительно более эффективных рыночных отношений, эти народы сталкиваются со значительными трудностями и неуверенностью в будущем.

Несмотря на главенство принципа общественного владения средствами производства, советские руководители не видели пользы в традиционных экономических системах. В конце концов, у Советов была собственная централизованная система государственного контроля. Кроме того, советские власти были гораздо менее щепетильны в вопросах насильственного переселения целых народов и насильственно коллективизации. Север был богат лесом, нефтью, природным газом, полезными ископаемыми и т.д., и советское правительство вознамерилось заняться стремительной разработкой этих ресурсов.

До развала Советского Союза в 1990х гг. у коренных народов практически не было возможности эффективно выражать свое мнение. Однако, в 1990 г. был созван Первый Международный конгресс малочисленных народов Российского Севера, целью которого была активизация участия коренных народов Севера в решении тех вопросов, которые могут повлиять на их экономическое и политическое будущее. Результатом стали первые попытки создания законов о владении землей, самоуправлении, а также более активное участие коренных народов в принятии решений о разработке месторождений и образование Российской Ассоциации Коренных Народов Севера (РАКНС).


Развал Советского союза и экономическое устройство циркумполярной России

Экономика всех регионов России, включая циркумполярные, в настоящее время находятся под воздействием таких факторов, как развал СССР, а также продолжающиеся попытки совершить окончательный переход от коммунистической командной экономики, существовавшей в России, к рыночным отношениям.

Переход этот, как известно, был не вполне успешным. Уровень производства, как и уровень заработной платы упал на сорок-пятьдесят процентов. Возникла безработица, а один экономический кризис следует за другим. Государственные организации ликвидируются, субсидирование прекращается, а ожидаемый подъем конкурентоспособных компаний, которые могли бы делать инвестиции, необходимые для восстановления экономического роста, происходит чересчур медленно. В России до сих пор отсутствует законодательная и институционная основа, которая позволила бы рыночной экономике эффективно функционировать, а во многих экономических и социальных секторах царит беззаконие.

Северные регионы также не смогли избежать наступившего экономического хаоса и в некоторых отношениях их положение даже ухудшилось. Расходы государства на здравоохранение, образование, социальную поддержку, обеспечение доходов и жилье значительно сократились. В наиболее холодных регионах Севера с их суровыми зимами это привело к возникновению потенциально угрожающих жизни людей ситуаций. Зимой 2001-2002 и 2002-2003 гг. было неясно, сможет ли правительство на должном уровне обеспечить теплом северные населенные пункты.

Многие государственные компании обанкротились и, лишившись поддержки из центра, закрылись.

В то время, как Россия пытается навести порядок в собственной политике и экономике, обнадеживает то, что коренные народы Севера впервые получили возможность самостоятельно решать свое будущее. В случае успешного достижения Россией демократии и рыночных отношений (а пока уверенности в этом не существует), малочисленные народы российского Севера, скорее всего, разделят политическое будущее со своими собратьями из других регионов циркумполярного мира. Вполне возможно, что они, наконец, прервут свое многолетнее безмолвие и заявят о праве выбора собственного экономического будущего.


Заключение

Экономический уклад циркумполярных регионов неизбежно будет зависеть от ресурсодобывающей промышленности. Эти отрасли промышленности весьма гибки, что также вряд ли изменится. Хорошо это или плохо, но традиционные экономические системы коренных народов, населяющих регион, более неспособны их обеспечивать. Главный вопрос, который вскоре встанет перед жителями региона, непременно сосредоточится на современной экономике, требующей хорошо подготовленной рабочей силы.



Как отметила в данном модуле профессор Рябова, говоря о благосостоянии циркумполярных народов и культур, коренное население не полностью интегрировалось в современную экономическую систему. Она отмечает, что доходы коренных жителей региона часто составляют две трети от доходов некоренных жителей. Фактические индикаторы состояния здоровья также указывают на существование значительного социального разрыва между коренными и некоренными народами. Это по-прежнему остается главной экономической проблемой, встающей перед региональными и федеральными правительствами.
Учебные вопросы

  • Каковы основные характеристики традиционных коренных экономических систем? Почему традиционные экономические системы арктического и приполярного регионов так схожи между собой (вспомните содержание модуля 4)?

  • Почему проникновение в регион ресурсодобывающих отраслей промышленности так быстро и эффективно уничтожило независимость традиционных экономических систем? Какую роль сыграло в этом процессе сооружение транспортных систем?

  • Почему федеральное правительство проводило политику ассимиляции в отношении коренного населения? Каковы были последствия этой политики?

  • Почему во всех государственных единицах циркумполярного мира сохранилось экономическое неравенство между коренным и некоренным населением?

  • В свете полученной информации, скажите, какие шаги можно предпринять для улучшения экономического положения коренного населения циркумполярных регионов?


Словарь терминов


  • Командная экономика: экономическая система, при которой правительство принимает все решения относительно распределения, производства и использования ресурсов. Примерами подобной экономической системы являются Китай и СССР.

  • Предмет потребления: предмет, как правило, физический объект, который можно продать или купить. Опредмечивание происходит в тех случаях, когда что-либо, как правило, не считающееся предметом потребления, к примеру, информация, конвертируется в нечто продаваемое или покупаемое.

  • Права коллективной собственности: коллективное владение ресурсами или благами, к примеру, атмосферой, океанами, и т.д. В традиционных сообществах земля и ее природные ресурсы также считались находящимися во всеобщем владении, хотя обычай иногда может ограничить доступ некоторых групп к определенным ресурсным областям.

  • Экономическое неравенство: ситуация, при которой доходы, предметы потребления, ресурсы, товары и услуги распределяются в экономической системе неравномерно. Экономическое неравенство часто проявляется в форме бедности.

  • Рыночная экономика: также именуется экономикой свободного рынка. Система, при которой распределение ресурсов направляется действиями отдельных людей и компаний, а не государством

  • Смешанная экономика: в обычном смысле это "экономика, или экономическая система, при размещении ресурсов полагающаяся как на рынок, так и на государство. Несмотря на то, что теоретически может существовать чисто рыночная или чисто командная экономика, в действительности все экономические системы являются смешанными, принимающими решения о размещении как под воздействием рынка, так и государства. Рынок размещает ресурсы путем добровольных решений, принятых живыми людьми. Государство производит размещение путем принудительного налогообложения, законов, ограничений и постановлений. В экономической системе оба института играют важную роль" (Amosweb.com/gls/, Glossarama, "Mixed Economy"). Когда речь идет о северных экономических системах, термин "смешанная" часто обозначает сосуществование и смешивание государственных и традиционных экономических систем.

  • Права собственности: также именуются "правами частной собственности"; "Законное владение ресурсами, которое дает собственнику право получать прибыль или оплачивать стоимость мероприятий, связанных с добычей ресурсов. Понятие прав собственности изначально относилось к владению землей (и ее ресурсами), но в равной степени относится оно и к ресурсам трудовым и фондовым ресурсам. Другими словами, ваша трудовая собственность дает вам право получать оплату за выполняемую вами работу" (Amosweb.com/gls/, Glossarama, "Property Rights").

  • Потребительское хозяйство: см. "Традиционная экономическая система".

  • Традиционная экономическая система: также именуется потребительским хозяйством. Общий термин, относящийся к экономическим системам коренных народов до контактов с пришельцами, действовавшими в рамках систем рыночной экономики. В традиционных или потребительских экономических системах, производство ограничено теми предметами, которые необходимы для выживания и сохранения общественных отношений в течение ограниченного периода времени. В целом, добытые или произведенные товары предназначены для потребления отдельными людьми, их семьями и ограниченной торговли, а не для продажи за наличные средства.

  • Передаточные выплаты: денежные выплаты, не предназначенные для обмена на товары и услуги (то есть, пособия по социальному обеспечению, безработице или выплаты на стабилизацию дохода). Называются "передаточными", так как денежные средства попросту передаются от одного человека другому. Термин чаще всего употребляется в отношении правительственных выплат людям или семьям, но также могут относиться и к средствам, выделяемым федеральным правительством провинциям, округам, территориям, городам и другим субъектам государства.

  • Частичная безработица: существует два вида частичной безработицы. Первый возникает, когда люди, стремящиеся к полной занятости могут найти работу лишь на неполный день. Второй возникает, когда полностью или частично занятые работники нанимаются на должности, находящиеся ниже их образовательного и подготовительного уровня.

  • Экономика найма: термин, употребляемый во время дискуссий, касающихся северных экономических систем в качестве противопоставления традиционной или потребительской экономике. Экономика найма является свободной рыночной или смешанной экономической системой (формально), при которой человек, являясь собственником своей рабочей силы, обменивает ее на оплату. Подразумевается, что экономика найма является капиталистической, в противопоставление потребительской или традиционной экономической системе, которая таковой не является.