Конкуренция и моральная философия - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1страница 2
Похожие работы
Конкуренция и моральная философия - страница №1/2

Конкуренция и моральная философия


Джеральд МакКаллум

Цель данной работы – подкрепить утверждение о том, что в моральной философии недостаточно серьезно рассматривались вопросы конкуренции и конкурентные ситуации и что этот факт в значительной степени помогает объяснить кажущуюся бесполезность моральной философии при анализе некоторых более глубоких и актуальных социальных и моральных проблем. Полномасштабное исследование и доказательство этого утверждения потребовало бы гораздо более объемного изложения, чем возможно здесь, так что моя задача скромнее. Статья ограничивается изложением некоторых соображений, которые, надеюсь, приведут читателя к мысли о том, что в этом утверждении что-то есть и оно заслуживает дальнейшего изучения.

Предлагаемые соображения двумя разными способами подтверждают следующие более конкретно сформулированные идеи, а именно: (а) что в моральной философии недостаточно разработан концептуальный аппарат, необходимый для точного и подробного описания и обсуждения моральных взаимоотношений людей, чья конкуренция друг с другом одобряется или считается допустимой (например, когда конкуренция возникает либо вследствие ее неизбежности, либо, при имеющихся альтернативах, желательности ее как способа устроить или определить что-либо, или же как способ развлечения)1, и (б) что вследствие этого моральная философия даже близко не подошла к важным проблемам, которые возникают при внимательном изучении конкуренции такого рода. Развивая эти идеи, я вначале (1) укажу на некоторые недостатки в современном подходе к конкуренции с точки зрения моральной философии и (2) и начну предпринимать шаги по исправлению этих недостатков. Многое остается сделать, но надеюсь, что эти первые шаги будут стимулировать интерес к вопросу.

I


Несовершенство существующего подхода к конкуренции проявляется главным образом в пренебрежении некоторыми моральными проблемами, которые считались бы критически важными, если бы конкуренция рассматривалась всерьез. Эти проблемы возникают вследствие необходимости иметь дело с ситуациями, в которых стремление достичь чего-либо считается желательным или уместным, но успех per se может не являться таковым2. Именно, в случаях, где на конкуренцию полагаются или где она допустима, считается желательным или уместным для людей конкурировать, т.е. стремиться к успеху в конкурентной борьбе. Но также желательным или совершенно уместным будет считаться то, что успеха добиваются не все конкурирующие стороны, и возможно, что успеха не добьется ни один.

Наличие конкуренции влечет за собой возникновение конкурентной ситуации. В настоящее время невозможно в точности охарактеризовать конкурентные ситуации без рассмотрения напрашивающихся вопросов, поднимаемых (и не всегда разрешенных) ниже. Однако можно предложить временную и грубую характеристику. Конкурентными называются ситуации, в которых



  1. два или более двух индивидов или групп индивидов стремятся получить что-то или добиться чего-либо, чего добиться могут не все (или, по мнению участников, не все), кто к этому стремится; объект стремлений имеется в количестве меньше необходимого или считается, что это количество меньше необходимого для того, чтобы каждый из участников получил искомое – будь то в силу случая (например, так называемый «естественный» недостаток пищи или пахотных земель), замысла (например, распределение призов в соревновании) или неизбежности (например, звание «самого быстрого бегуна»);

  2. вопрос о том, кто получит искомое, еще не решен, т.е.

    1. никто из участников еще не получил этого неоспоримым образом (неоспоримым как с точки зрения права на это или с точки зрения продолжения использования, владения или обладания правом); и

    2. не существует общего согласия (в смысле наличия решения, хотя возможно существует согласие в области предсказания его существа) среди конкурирующих сторон относительно того, кому из них достанется искомое;

  3. существует способ выяснить, кто из участников в конечном счете получит искомое, а именно:

    1. существует способ определить, кто из участников получает неоспоримое право пользования или владения; или

    2. существует способ определить, кто из участников имеет больше прав в разные моменты времени; или

    3. существует способ определить, чье владение или использование желательно (хотя и не бесспорно) на определенных стадиях

Отсутствие связи между желательностью или уместностью стремления и желательностью или уместностью успеха в этом стремлении – главная загадка конкуренции с точки зрения обычной моральной теории. Конечно, достаточно распространено убеждение, что значимый с моральной точки зрения выигрыш может являться результатом безуспешных стремлений (например, выигрыш в виде выработки определенных навыков или характера), а также убеждение, что объект стремления (т.е. частное благо) может не отражать главных причин его желательности (например, что он способствует общественному благу – ср. у Бентама). Менее распространено убеждение или четко сформулированное мнение, что с моральной точки зрения является нормальной или желательной ситуация, когда все устроено так, что успеха добиваются не все, кто к нему стремится, или что хотя все устроено иначе, но считается желательным или полезным, чтобы было так. Последнее убеждение, по-видимому, затрагивает моральную рациональность или моральную автономию стремящихся, поскольку применительно к отдельно взятому участнику они предполагают не только наличие морального интереса в стремлении, но неким образом и отсутствие морального интереса в успехе этого стремления. Наличие у участника цели добиться успеха поощряется или поддерживается, но сама цель не рассматривается всерьез, потому что отсутствует интерес в том, чтобы данный конкретный участник достиг этой цели.

Это грубое объяснение. Можно выразиться яснее, если говорить более конкретно. Одной из главных особенностей соответствующих конкурентных ситуаций является то, что в них уместной и желательной считается попытка сделать нечто, что для кого-либо другого будет уместным и желательным не допустить3. Что можно сказать об индивидах, находящихся в таком положении? Каковы моральные отношения между индивидами, которые с моральной точки зрения не защищены друг от друга?

Выражение «не защищены» (exposed) использовано здесь намеренно. Отчасти вкладываемый в него смысл аналогичен использованию этого термина экономистом Джоном Коммонсом, который заменил термином “незащищенность” (exposure) хохфельдианское понятие «отсутствия права» (no-right)4. В заданной системе правил или принципов у индивида «нет прав» по отношению к другому индивиду, когда последний занимается некоторой деятельностью, а первый не может предъявлять к нему требований не заниматься ею. (С соответствующими изменениями это правило верно и для бездействия). Именно такие взаимоотношения – хотя и не только они – существуют между индивидами, занятыми конкуренцией в рамках видов деятельности, где конкуренция легитимна.

Но представление Коммонса о незащищенности не позволяет разграничить ситуации, когда такие конкуренты оказываются не защищены друг от друга.



1. По Коммонсу A может быть не защищен от B в том смысле, что у B нет обязательств перед А воздерживаться от некой деятельности. Но в то же время B может иметь обязательство воздерживаться от этой деятельности перед C. Например, A, сосед B, по Коммонсу, может быть не защищен от того, что B собирается назавтра вырубить все деревья на своем участке. Но B может иметь обязательство перед C не делать этого, потому что C в расчете на наличие деревьев договорился с B об аренде его участка для проведения пикника неделей позже. Напротив, по отношению к деятельности, считающейся конкурентной, один из конкурентов не только оказывается, по Коммонсу, незащищенным от того, что любой другой конкурент займется тем же самым. Этот конкурент к тому же как правило не имеет обязательств перед третьей стороной воздерживаться от этой деятельности. Особенностью деятельности, на легитимных основаниях считающейся конкурентной, является то, что незащищенность конкурента от деятельности других конкурентов не сводится лишь к тому, что они не имеют никаких обязательств перед ним воздерживаться от этой деятельности. Отчасти она означает отсутствие обязательств воздерживаться от нее перед кем бы то ни было.

2. A может быть незащищен от той или иной деятельности B в этом новом и более сильном смысле в ситуациях, о которых мы сказали бы, что эта деятельность B никаким легитимным образом не касается A. Например, B, взрослый человек в здравом рассудке, не имеющий иждивенцев и обладающий достаточными финансовыми средствами, чтобы исключить вероятность оказаться на государственном попечении, потакает своей алкогольной зависимости, но делает это тихо сидя у себя дома. A – это просто человек, живущий на той же улице. Это вполне подходит под описание ситуации, когда мы одновременно можем сказать, что A в новом и сильном смысле не защищен от того, что B пьет, и что этот факт никак не касается A, по крайней мере таким образом, который давал бы A основания вмешиваться или пытаться помешать B пить. (Это стакан мадеры для Дж.С.Милля.) Этот пример показывает, что нашего нового и более сильного понимания “незащищенности” недостаточно для выявления моральных взаимоотношений между конкурентами в рамках видов деятельности, по праву считающихся конкурентными. Потому что когда A и B конкуренты, то для каждого из них незащищенность от занятия другого такой же деятельностью является незащищенностью от того, что касается их обоих, или от того, в чем у них обоих есть легитимный интерес – интерес достаточно сильный, чтобы оправдать вмешательство или попытки прекратить рассматриваемую деятельность хотя бы отчасти. Таким образом, незащищенность А от легитимной конкурентной деятельности B не относится к тому типу, когда мы обычно говорим, что у B защищенное право участвовать во всей этой деятельности – такое право, что у A вследствие него возникают обязанности либо не препятствовать деятельности B, либо, наоборот, способствовать ей5. С этой особенностью данной ситуации надо обращаться с осторожностью; B может иметь защищенные права определенного рода в конкуренции с A, и это, без сомнения, будет включать гарантированные права на некоторые конкурентные виды деятельности – например, махать битой в бейсболе при определенных условиях – но не на все, например, на получение очков. На данный момент, вероятно, было сказано достаточно, чтобы хотя бы приблизительно показать, что незащищенность конкурентов от легитимной конкурентной деятельности друг друга имеет место в условиях, которые отличаются от условий дискуссии о моральной автономии (из чего вытекает отсутствие обязательств), занимающей моральную философию, в которых свобода действий сопровождается и обусловливается тем, что третьи лица обязаны по крайней мере не вмешиваться. Подобные обязанности в случаях, когда конкуренция считается приемлемой, весьма ограничены, по крайней мере на словах, и именно недостаточная широта этих обязанностей позволяет идентифицировать такие случаи как случаи приемлемой конкуренции. Тем самым, «незащищенность» характеризует конкуренцию следующим образом: люди находятся в ситуации, в которой с моральной точки зрения против них не совершено никакого проступка при совершении какого-либо действия другим индивидом, при этом считается, что они заинтересованы в недопущении этого действия, и этот интерес достаточно силен, чтобы, чтобы оправдать по крайней мере некоторые попытки прямо или косвенно вмешаться или прекратить совершаемое действие.

Моральные взаимоотношения индивидов в такой конкуренции требуют дополнительных комментариев6. Однако было сказано достаточно, чтобы увидеть, что моральная философия попросту не рассматривает ключевой факт во взаимоотношениях таких конкурентов – а именно то, что мы имеем людей, которые могут по праву вмешиваться в какие-то действия друг друга и пытаться их остановить, даже если эти действия никоим образом не ущемляют права людей, пытающихся их заблокировать, или чьих-либо еще.

Если задуматься о различных сферах, в которых присутствует или может присутствовать взаимная незащищенность в конкурентных ситуациях, то можно осознать диапазон моральных проблем, которые хоть и затрагивались моральной философией, но очень поверхностно, поскольку игнорируемое отношение незащищенности находится в самой их сердцевине. Никого, я думаю, не удивит, что они включают:

(а) различные вопросы войны и мира, а также вопрос о допустимых пределах войны и пацифизма;

(б) различные проблемы, порождаемые в политической сфере конкуренцией за голоса, особенно обществах, ориентированных на массы, а также технологически ориентированных и оснащенных;

(в) непрекращающиеся проблемы, порождаемые конкурентными действиями в экономической, общественной и даже, конкретнее, в интеллектуальной жизни.

Грубо говоря, когда участие в таких ситуациях является или считается их участниками либо неизбежным, либо желательным (и участникам это известно), то имеет место описанное отношение незащищенности.

В моральной философии этому не придавалось особого значения – без сомнения, во многом из-за сделанного в ней упора на понятия ответственности и долга (а также распространенного, но не универсального поверхностного допущения, что претензии на права можно всегда преобразовать в претензии на обязанности – но это почва, ступать на которую нужно крайне осторожно). Взаимная незащищенность, хотя и может быть окружена обязанностями, имеет место именно там, где отсутствуют обязанности, и именно в этом отношении; там, где отсутствует долг, ответственность, как правило, хотя и не всегда, также считается отсутствующей. Таким образом, внимание моральной философии было направлено на подобные отношения разве что по касательной – и касалось по умолчанию граничных случаев. Отношение обычно считается до-моральным, как видно, например, по частоте ситуаций, когда оно в усугубленном виде уподобляется гоббсовскому естественному состоянию, которое, в свою очередь, хотя, быть может, и ошибочно, рассматривается как до-моральное состояние человечества. Его до-моральный статус, даже когда оно менее выражено, также предполагается, например, в проведенном У.Д.Ламонтом анализе подобных «чистых сфер моральной автономии» как предвестников понятия права, которое он считает фундаментальным для морали7.

В качестве альтернативы и, возможно, дополнения, незащищенность в конкурентных ситуациях иногда рассматривается как имеющая по сути контрактную природу8. Это означает рассматривать ее по аналогии с играми или спортивными состязаниями. Незащищенность будет частью статуса, добровольно принимаемого индивидом, и она будет легитимизирована его согласием. Ее не потребуется дополнительно обсуждать, если не считать обсуждения проблем, которые обычно возникают в связи с природой и пределами согласия.

Другой причиной отсутствия внимания к незащищенности в моральной философии, причиной, которая, возможно, тесно связана с вышеизложенной, является склонность моральных философов не рассматривать всерьез важность отношений индивидов, когда, как говорил Аристотель, условия не так благоприятны, как могли бы. Некоторые замечания Абрахама Эделя покажут, что я имею в виду:

Если относительная редкость проявляется среди изобилия… то все будут стремиться восстановить изобилие путем увеличения производительности. В этом смысле этика изобилия толкает людей к кооперации ради увеличения общего блага вместо того, чтобы в качестве главной моральной задачи ставить развитие принципов, с помощью которых можно было бы разделить ограниченное благо. Таких хищнических повадок удается избежать, если целью ставится изобилие даже во времена недостатка… Трагические ситуации не устраняются, но этика, в которой изобилию отдается главная роль, стремится сделать их исключением, а не правилом, в рамках которого должны формулироваться моральные принципы9.

А также:


Этика изобилия относится к этике редкости точно так же, как устранение причин войны – к урегулированию военных конфликтов в Гааге10.

Эти замечания свидетельствуют о склонности моделировать моральные отношения людей на основе многообещающей этики изобилия, в которой редкость рассматривается либо как временная аберрация, либо как нечто, что можно устранить или смягчить, но ни в коем случае не как непоколебимый, определяющий факт моральной жизни. (Маркус Зингер высказал мне предположение, что эта склонность может основываться на идее о том, что в отношении моральных благ редкости не бывает.) Естественно, люди с такими наклонностями содрогаются при мысли о том, что взаимная незащищенность может быть фундаментальной и определяющей чертой любой части моральной жизни.

Можно далее (или в качестве дополнения) рассмотреть ту роль, которую в этом пренебрежении сыграла социализация философов и их социальные роли, особенно в капиталистических рыночных экономиках11. И, хотя, возможно, это слишком умозрительно, можно рассмотреть психологический эффект от признания наличия незащищенности на людей того типа, которые способны стать философами. Когда незащищенность имеет место, морально значимые вопросы остаются нерешенными; их решение требует окончания споров и т.п. между взаимно незащищенными сторонами. Решения, таким образом, в одном важном аспекте оказываются неуправляемыми и неопределенными. Но философы вообще и моральные философы в частности не кажутся любителями головокружения. Разум можно легко идентифицировать со своего рода контролем, антитезой головокружения. Будь это так, не стоило бы удивляться, что эти люди содрогаются от признания важности взаимной незащищенности в моральных отношениях людей.

Факт остается фактом: наша жизнь наполнена конкурентными ситуациями, элементами которых является естественная или искусственно вызванная редкость и взаимная незащищенность. Каким-то образом во имя многообещающей этики изобилия и т.п. нам удается смотреть сквозь пальцы на все последствия этого факта и оставаться неподготовленными к обращению с ним. Может быть, если его игнорировать достаточно, то он пропадет? Но что делать, пока этот момент не настал? Мы конкурируем или с нами обращаются так, как если бы мы конкурировали, и не знаем, как себя вести друг по отношению к другу во многих контекстах, в которых этот факт имеет место. И мне кажется, что моральная философия продолжает оставаться слишком многообещающей, но не помогает12.



следующая страница >>