История акатуйской тюрьмы нерчинской каторги - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
История акатуйской тюрьмы нерчинской каторги - страница №1/1

На правах рукописи

Мясников Дмитрий Александрович


ИСТОРИЯ АКАТУЙСКОЙ ТЮРЬМЫ

НЕРЧИНСКОЙ КАТОРГИ (1883-1917 ГГ.)

Специальность 07.00.02 – Отечественная история

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук

Иркутск - 2007

Работа выполнена на кафедре Отечественной истории и политологии Иркутского государственного университета

Научный руководитель: доктор исторических наук, профессор

Иванов Александр Александрович
Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор

Курас Леонид Владимирович

кандидат исторических наук, доцент

Бодяк Марина Германовна


Ведущая организация: Байкальский государственный университет экономики и права

Защита состоится 22 ноября 2007 г. в 10.00 на заседании Диссертационного совета Д.212.074.05 при Иркутском государственном университете (664003, г. Иркутск, ул. К. Маркса, 1)


С диссертацией можно ознакомиться в региональной научной библиотеке Иркутского государственного университета (г. Иркутск, б. Гагарина, 24)
Автореферат разослан «19» октября 2007 г.

Ученый секретарь Диссертационного совета,

кандидат исторических наук, доцент Логунова Г.В.

Борьба с преступностью и антисоциальным поведением является одной из важнейших функций государства. Поэтому карательная система – неотъемлемая часть любой страны. В Российской империи на протяжении нескольких веков значительную роль в этой деятельности государство отводило своей восточной окраине – Сибири. В XIX в. сюда были сосланы сотни тысяч неугодных обществу и государству людей. В регионе были размещены многочисленные тюрьмы для содержания наиболее опасных преступников. Одной из самых известных не только в Сибири, но и в стране, карательной структурой была Нерчинская каторга.

Нерчинская каторга служила местом заключения не только для уголовных арестантов, но и для политических. Число последних всегда было невелико, но местные власти и тюремная администрация уделяли им пристальное внимание. В массе своей это были развитые, образованные, активные, оппозиционно настроенные молодые люди, недовольные существующим государственным строем и боровшиеся с ним. Государство, в свою очередь, изолировало таких людей, высылая в отдаленные территории или заключая их в тюрьму.

В составе Нерчинской каторги были тюрьмы, специально предназначенные для содержания подобных преступников. Относительно немногочисленные, но спаянные и активные, государственные преступники требовали к себе особого отношения. Одной из наиболее известных политических тюрем Российской империи была Карийская тюрьма. В 1870-80-х гг. в ней на особом режиме содержалось несколько сотен государственных преступников. История этой тюрьмы достаточно подробно освещена в исторической и мемуарной литературе. В 1890 г. государственные преступники были переведены из Карийской тюрьмы в новую Акатуйскую, также предназначенную специально для данной категории заключенных. Именно с этого времени берет начало новый период истории этой тюрьмы. Однако в отличие от Карийской, история Акатуйской тюрьмы не получила должного освещения в отечественной историографии. Причиной этого была малочисленность контингента политических заключенных на рубеже веков. После 1906 г. в связи с резким увеличением их количества центр политической каторги сместился в Горно-Зерентуйскую тюрьму. Но Акатуйская тюрьма по-прежнему оставалась важнейшим элементом Нерчинской каторги, где содержались сотни политических и уголовных заключенных.



Актуальность настоящего исследования заключается, прежде всего, в неизученности данной темы, т.к. история Акатуйской тюрьмы рассматривалась фрагментарно, в рамках более широких исследований. Актуальным представляется исследование политической каторги в Сибири конца XIX – начала ХХ в., функционирования специализированной политической тюрьмы, ее статуса, положения персонала, контингента заключенных. Анализ фактического состояния политической каторги позволил сделать вывод о степени эффективности подобного вида наказания для противников государственного режима. Кроме того, изучение истории Акатуйской тюрьмы позволило заполнить существующий в науке пробел и создать более целостную картину функционирования Нерчинской каторги.

Автор считает также весьма актуальной задачу обобщения и введения в научный оборот ранее не использованного и не опубликованного архивного материала по истории Акатуйской тюрьмы.



Степень разработанности темы. Интерес к истории каторги и ссылки в обществе присутствовал всегда, поэтому поток публикаций по данной теме в целом, и истории Нерчинской каторги, в частности, довольно широк. В некоторых работах затрагиваются проблемы Акатуйской тюрьмы. Все работы в данном исследовании анализируются по периодам: досоветский, советский и современный.

Работы досоветского периода можно разделить на несколько групп: 1) работы чиновников соответствующих ведомств и министерств; 2) работы профессиональных юристов; 3) публицистика; 4) работы зарубежных авторов.

Публикации, связанные с функционированием Нерчинской каторги и пенитенциарной системы империи, в целом, стали появляться во второй половине XIX века. В первую очередь, они были представлены статьями и исследованиями должностных лиц, в которых была отражена официальная точка зрения на проблему. Эти авторы пытались осмыслить опыт применения ссылки и каторги в стране, принимали участие в разработке и обсуждении проектов реформы каторги и ссылки конца XIX – начала ХХ вв. Данный материал представлен, прежде всего, командировочными и ежегодными отчетами, а также статьями, опубликованными в официальных изданиях тюремного ведомства и периодической печати1. Некоторая часть работ была опубликована в связи с планами реформирования системы каторги и ссылки2.

К другой части досоветской историографии можно отнести работы правоведов, вузовской профессуры. Этих авторов интересовали проблемы эффективности ссылки и ее влияния на окраины, пути ее реформирования, преимущества тюремного заключения перед ссылкой и т.д.3 В их работах содержалась конструктивная критика системы каторги и ссылки, несовершенства ее правовой базы, отсутствия постоянного контроля за ссылкой, отмечалась необходимость отмены правопоражения ссыльных.

В целом, можно сказать, что в российском тюрьмоведении конца XIX – начала ХХ вв. отрасли, изучающей историю каторги и ссылки, как самостоятельного направления не существовало. Данная тема развивалась в контексте изучения проблем пенитенциарной системы в целом, выполняя в ней свои, ограниченные общими рамками, задачи4.

Значительная часть дореволюционных работ по истории каторги и ссылки представлена публицистикой. Причем эти работы можно разделить на либеральные и радикальные, в соответствии с политической принадлежностью их авторов.

Среди либеральных авторов в первую очередь, необходимо отметить С.В. Максимова5. Его «Сибирь и каторга» по сути, стала первой работой по данной тематике в России. Основываясь на богатом фактическом материале, С.В. Максимову удалось сделать ряд ценных выводов и наблюдений, обосновать необходимость научного изучения каторги и ссылки.

Основная часть либеральных работ публиковалась на станицах легальных периодических изданий. Статьи В.Г. Короленко, Я. Пургина, А.В. Пешехонова6 и др. отличались критическим и обличительным подходом к освещению проблем каторги и ссылки. Во многом благодаря их публикациям общественность узнавала о существовавших проблемах в этой области, о протестах каторжан и ссыльных, взаимоотношениях разных категорий заключенных.

Среди либеральных авторов видное место принадлежит сибирским публицистам, в первую очередь, Н.М. Ядринцеву. В их работах проблемам каторги и ссылки в Сибирь уделялось значительное внимание7. По мнению сибиряков, ссылка в Сибирь, прежде всего, уголовная была самой главной проблемой края. Они отмечали ее отрицательное влияние на население и выступали за полную отмену этой меры наказания.

Значительную часть дореволюционной публицистики составляют работы радикального характера. Как правило, они принадлежат авторам-революционерам и зачастую публиковались в нелегальных изданиях8. Политизированность темы предопределила значительную часть выводов и положений в этих работах, сократила рамки исследовательских интересов. Но эти работы – важная составляющая часть историографии каторги и ссылки.

Анализируя досоветскую историографию каторги и ссылки необходимо также рассмотреть исследования зарубежных авторов. В отличие от отечественной историографии, где политическая ссылка и каторга рассматривалась, в основном, в контексте изучения уголовной, зарубежные исследователи чаще интересовались непосредственно государственными преступниками. Среди этих авторов были Дж. Кеннан, Ю. Прайс, Г. де Виндт и др.9

В целом, в досоветской историографии можно отметить относительную малочисленность работ, посвященных политической каторге и ссылке. Такая ситуация объяснялась цензурными запретами и политизированностью вопроса. Выступать с критикой системы каторги и ссылки разрешалось в периодической печати, но в этом случае авторы могли пользоваться в основном субъективными данными, так как доступ к официальным материалам был ограниченным. К тому же, публицистический характер многих работ снижает их научную ценность. Профессиональные юристы рассматривали историю политической каторги и ссылки в контексте изучения уголовной преступности.

Изучение политической каторги и ссылки резко активизировалось с началом советского периода. В первые десятилетия этот вопрос разрабатывался в рамках деятельности Общества бывших политкаторжан и ссыльнопоселенцев. В рамках издательской деятельности Общества вышли в свет несколько тематических сборников и биографических словарей политических ссыльных и заключенных10. В тематических сборниках были опубликованы воспоминания многих бывших заключенных Акатуйской тюрьмы11. В этих работах дана характеристика режима Акатуйской тюрьмы в различные периоды ее истории, описаны начальники тюрьмы, представители персонала, положение политических заключенных, их взаимоотношения между собой и отношения с уголовной каторгой и т.д.

История сибирских каторжных тюрем, изменение режима в них на протяжении 1907-1917 гг., численность и состав каторжан, роль политических коллективов и другие проблемы были исследованы авторами Сибирской советской энциклопедии, вышедшей в 1929-1932 гг.12 В частности, ими отмечено, что Акатуй считался «образцовой» тюрьмой, в которой с 1906 г. применялся жестокий «бородулинский» режим. Были перечислены побеги политических заключенных и различные инциденты с их участием, что иллюстрировало борьбу коллектива с администрацией13.

В 1930-х гг. масштабы изучения темы резко сократились. Из работ этого периода необхбдимо отметить монографию Ф.А. Кудрявцева14, посвященную Александровскому централу. Данная работа положила начало изучению истории отдельных тюрем Сибири и деятельности политических заключенных в них.

В 1941-1948 гг. было опубликовано фундаментальное исследование ученого-криминалиста М.Н. Гернета15. Основываясь на широком источниковом материале, автор проследил эволюцию карательной политики Российской империи, ее зависимость от социально-экономических и политических изменений в стране, подробно рассмотрел функционирование Карийской политической каторги и причины ее ликвидации. Причину перевода политических заключенных в Акатуйскую тюрьму на общий режим исследователь видел в стремлении правительства физически уничтожить своих противников, что было проще сделать в уголовной среде16. Работа М.Н. Гернета несет отпечаток времени, резко отрицательно характеризует тюремную политику дореволюционной России. Однако и на сегодняшний день она остается наиболее полным и исчерпывающим исследованием по истории пенитенциарной системы Российской империи.

Активное изучение истории каторги и ссылки возобновилось в 1950-х гг. в связи с либерализацией политической системы в стране. За два десятилетия с 1957 по 1980 гг. было опубликовано более 200 работ, посвященных проблемам политической каторги и ссылки в Сибирь17.

Лидерами в разработке данной темы в 1970-80-е гг. стали сибирские ученые Э.Ш. Хазиахметов и Н.Н. Щербаков18. Ими была применена оригинальная методика персонального учета ссыльных и заключенных революционеров, которая позволила более подробно изучить их численность и состав. В соответствии с требованиями времени, Э.Ш. Хазиахметов и Н.Н. Щербаков основное внимание уделяли пролетарской ссылке и каторге, ее связям с В.И. Лениным19. В диссертации Н.Н. Щербакова показаны связи политзаключенных с внешним миром, деятельность коллективов в тюрьмах Нерчинской каторги, в том числе в Акатуе20.

В 1970-80-х гг. вышел ряд тематических сборников21 с конкретно-историческими, историографическими и источниковедческими исследованиями по проблемам каторги и ссылки. Для нашей темы наибольший интерес представляют работы В.М. Андреева, Ю.А. Бедарева, Л.С. Клера, А.Д. Марголиса, А.П. Мещерского, З.В. Мошкиной, З.Т. Тагарова, Э.Ш. Хазиахметова, Б.С. Шостаковича, Н.Н. Щербакова и др.22 Исследования этих ученых охватили значительную часть вопросов, связанных с историей сибирской каторги и ссылки, расширили проблематику и источниковую базу изысканий. Авторы, наряду с выявлением и описанием новых фактов, применяя сравнительно-исторический и статистический методы, продолжили изучение численности, социального и партийного состава политической каторги и ссылки. Во многих их работах рассматриваются отдельные аспекты функционирования Акатуйской тюрьмы.

В связи с отменой идеологических ограничений в конце 1980-х гг. исследователи приступили к изучению деятельности на каторге представителей всех революционных партий. Прежде всего, более широко была исследована деятельность социал-демократов, а также эсеров, анархистов и т.д.23 Было уделено внимание женской каторге24. Эти исследования значительно пополнили знания о предмете. Произошел пересмотр многих оценочных суждений, прежде всего, роли большевиков в ссылке и на каторге. Началось изучение деятельности отдельных руководителей карательной системы Российской империи25.

Продолжилась работа и по отдельным вопросам данной темы26. Вышли в свет несколько номеров обновленного сборника «Сибирская ссылка» («Ссыльные революционеры в Сибири»), причем хронологические рамки исследований расширились – в них рассматривается и советская карательная система27.

Степень изученности данной темы во многом отразил вышедший в 1993 г. коллективный труд Л.М. Горюшкина, В.А. Дьякова, Б.С. Итенберга, Е.Л. Рудницкой, Н.Н. Щербакова и др.28 В данной работе были собраны и прокомментированы несколько сотен архивных документов о составе и режиме каторги, положении и морально-психологическом состоянии заключенных, их общественно-политической, культурной и хозяйственной деятельности, противостоянии администрации.

Проработка отдельных аспектов истории каторги и ссылки и объем имеющегося источникового материала позволили перейти к изучению истории отдельных мест заключения Восточной Сибири29. В исследованиях М.Г. Бодяк и Н.Н. Быковой показана история крупнейших тюрем Сибири – Горно-Зерентуйской и Александровского централа. Они изучили возникновение и функционирование этих тюрем, правовое и материальное положение политических заключенных, их взаимоотношения с администрацией и между собой, осветили наиболее значимые события. Вместе с политической каторгой в этих исследованиях была рассмотрена и уголовная, - ее состав, положение, принудительные работы и т.д.

Таким образом, сибирскими историками рассмотрены отдельные сюжеты, связанные с функционированием Акатуйской каторжной тюрьмы на рубеже XIX-XX вв. Однако вопросы, связанные с предпосылками и обстоятельствами ее учреждения в 1890 г., постройкой тюремных зданий, спецификой статуса данной тюрьмы, особенностями положения государственных преступников, их культурно-просветительской и хозяйственной деятельностью, противостоянием коллектива политзаключенных тюремной администрации, составом политической каторги до настоящего времени не изучены.

Исходя из вышесказанного, автор ставит перед собой цель: учитывая достижения отечественной историографии, исследовать историю Акатуйской тюрьмы для политических заключенных с момента ее учреждения в 1890 г. и до ликвидации в 1917 г.

Достижение этой цели предполагает решение следующих научных задач:



  • Установить степень изученности проблемы и определить круг источников по теме исследования;

  • Изучить причины и условия учреждения тюрьмы, специфику ее режима;

  • Определить место Акатуйской каторжной тюрьмы в карательной политике государства;

  • Рассмотреть условия ее функционирования – материальную часть, руководство, личный состав, снабжение, конвойную службу, организацию принудительных работ;

  • Рассмотреть численность и состав политической каторги, соблюдение тюремного режима, наиболее яркие моменты ее истории;

  • Рассмотреть историю противостояния политических заключённых Акатуя с тюремной администрацией; охарактеризовать деятельность коллектива политкаторжан;

  • Изучить отдельные аспекты культурной жизни политических заключенных.

Объектом исследования является пенитенциарная система Российской империи и Акатуйская каторжная тюрьма как часть этой системы.

Предметом изучения является история сооружения, функционирования и ликвидации Акатуйской каторжной тюрьмы, что включает в себя предысторию ее учреждения, особенности положения заключенных и кадрового состава тюрьмы, выполнение функций политической тюрьмы, деятельность политических заключенных в тюрьме, применение к ним законоположений о каторге и ссылке.

Акатуйская каторжная тюрьма была построена еще в 1832 г. при одноименном серебросвинцовом руднике и была рассчитана на содержание нескольких десятков заключенных. Однако в 1860-х гг. горные работы в Нерчинских рудниках были прекращены, а Акатуйская тюрьма закрыта. В 1883 г. генерал-губернатором Восточной Сибири был внесен в МВД проект «Комендантского управления и тюремного надзора при ссыльнокаторжных государственных преступниках в Акатуйском руднике», что свидетельствовало о намерении правительства воссоздать в Акатуе тюрьму с целью содержания в ней политических преступников. Поэтому 1883 г. является нижней границей хронологических рамок данного исследования. Конечная дата исследования связана с событиями Февральской революции 1917 г., повлекшей за собой освобождение политических заключенных и ликвидацию Нерчинской каторги.



Территориальные рамки исследования ограничены местом нахождения Акатуйской каторжной тюрьмы в Нерчинском горном округе в Восточном Забайкалье, на территории, находившейся в непосредственном ведении военного губернатора Забайкальской области, входившей в состав Приамурского и Иркутского генерал-губернаторств.

Методологической основой исследования являются принципы историзма и научной объективности, которые позволяют определить место и роль Акатуйской каторжной тюрьмы в системе пенитенциарной политики Российского государства, показать историю Нерчинской каторги конца XIX – начала ХХ в.

В процессе работы применялись различные методы. Например, метод статистического анализа, позволивший проследить численность и состав политических заключенных, содержавшихся в Акатуйской каторжной тюрьме, сделать вывод о соответствии этих данных общероссийской картине. Результатом использования статистического метода стала сводная таблица, дающая наглядное представление о составе политических заключенных Акатуйской тюрьмы.

Автором использовался проблемно-хронологический метод, с помощью которого определены качественные изменения в функционировании Акатуйской тюрьмы, режиме содержания политических и уголовных заключенных, сделаны выводы о зависимости численности, а также социального и партийного состава арестантов от событий в европейской России и Сибири.

Использование метода сравнительно-исторического анализа дало возможность проследить отличия в порядке содержания заключенных в разные периоды, а также в разных тюрьмах Нерчинской каторги. Основываясь на указанных методах и подходах, автор по-новому оценил некоторые уже известные события и факты.



Источниковой базой исследования являются опубликованные и неопубликованные документы, источники личного происхождения, периодическая печать.

В первую очередь, это документы официального характера. Законодательные и подзаконные акты регламентировали каторгу и ссылку в Сибирь. Для исследования и характеристики тюремного режима нами было привлечено российское законодательство о ссылке (Устав о ссыльных, Устав о содержащихся под стражей, Уголовное Уложение, Уложение о наказаниях уголовных и исправительных), включенное в Полное Собрание Законов Российской империи, а также постановления Государственного Совета. Эти законодательные акты вместе с циркулярными распоряжениями и специальной инструкцией Акатуйской каторжной тюрьмы позволяют проследить эволюцию тюремной политики правительства и выявить специфику режима в Акатуе.

Ценными источниками являются делопроизводственные материалы: годовые отчеты Главного тюремного управления, рапорты чиновников о ревизии тюрем Нерчинской каторги, приказы руководства каторги. Анализ этих документов позволяет сделать вывод о субъективных и объективных факторах, влиявших на формирование тюремного режима.

Значительная часть официальных и делопроизводственных документов не опубликована и сосредоточена в архивных фондах. Данное исследование опирается на архивные материалы пяти фондов Государственного архива Иркутской области (ГАИО), двух фондов Государственного архива новейшей истории Иркутской области (ГАНИИО) и четырех фондов Государственного архива Читинской области (ГАЧО). Всего было просмотрено около 400 архивных дел, материалы 150 из них использованы в данном исследовании.

Значительная часть архивных материалов впервые вводится в научный оборот. Например, обширная переписка по вопросу изменения режима содержания политических заключенных в 1880-х гг. отражает эволюцию взглядов правительства страны на эту категорию преступников. Весьма информативен отчет о расследовании покушения государственного преступника Н. Санковского на начальника тюрьмы и его последующей смерти, который также ранее не вводился в научный оборот.

В работе использовались материалы личного архива профессора Н.Н. Щербакова. В большинстве своем это выписки из фондов центральных архивов страны, благодаря которым удалось пополнить уже обнаруженные данные о некоторых событиях истории Акатуйской тюрьмы.

Специфика данного исследования предопределила использование источников личного происхождения, свидетельств бывших заключенных и сотрудников администрации. Мемуарная и эпистолярная литература составляет ценную группу источников, так как по некоторым вопросам истории каторги воспоминания бывших заключенных являются единственными источниками. Мемуаров, относящихся непосредственно к теме нашего исследования достаточно много, среди них можно выделить воспоминания Г.А. Васильева, Г.А. Гершуни, М.П. Орлова, М.А. Спиридоновой, Л.В. Фрейфельда и др. Кроме того, в нашем исследовании использованы и работы представителей тюремной администрации – офицера конвойной команды Н. Беломестнова и чиновника для особых поручений Приамурского генерал-губернатора А. Кейзерлинга. Их работы менее политизированы, лишь отражают конкретные факты истории Акатуйской тюрьмы.

Важным источником сведений о фактическом состоянии тюрьмы, каторги и ссылки явилась периодическая печать. На страницах газет и журналов получили широкое освещение взгляды представителей различных направлений. В конце XIX в. значительное место на страницах центральной и местной прессы уделялось вопросам отмены уголовной ссылки в Сибирь. Широкую общественность интересовала проблема реформы пенитенциарной системы.



Не менее важным оказалось использование фотодокументов, основная часть которых хранится в фондах ГАРФ, ГАИО, ГАЧО, музеях Иркутской и Читинской областей. Фотографии оформлены в Приложениях и служат иллюстрацией отдельных сторон жизни Акатуйской каторжной тюрьмы.

Научная новизна диссертации состоит в том, что:

  1. Впервые комплексно изучена история Акатуйской тюрьмы в 1883-1917 гг.;

  2. Выявлены имена нескольких сотен политических заключенных Акатуйской тюрьмы разных периодов, в том числе последней на Нерчинской каторге группы польских сепаратистов;

  3. В научный оборот впервые введен ряд исторических источников, что позволило, в частности, изучить предпосылки реорганизации политической каторги в Сибири, рассмотреть отдельные аспекты ее подготовки, показать отличия в положении политической каторги в разные периоды, специфику тюремного режима Акатуя, восстановить историю строительства и функционирования тюрьмы.

Впервые дана объективная оценка деятельности некоторых начальников тюрьмы, показано влияние политических заключенных не только на своих уголовных товарищей, но и на представителей администрации. Сделаны выводы о соответствии фактического тюремного режима требованиям закона.

Практическая значимость диссертации заключается в том, что решена конкретная историческая проблема. Материалы диссертации могут быть использованы при создании исследования истории сибирской каторги и ссылки, ее результаты могут быть опубликованы в монографиях, учебных пособиях, касающихся истории карательной политики Российской империи. Фактический материал исследования может быть использован при чтении общих и специальных курсов по истории региона, организации краеведческой работы.

Апробация темы. Основное содержание диссертации апробировано на региональной научно-практической конференции «Сибирь в изменяющемся мире. История и современность»; социально-гуманитарных чтениях ИГУ в апреле 2007 г.; на страницах сборника молодых исследователей Бурятии, в сборнике «Сибирская ссылка», в «Иркутском историко-экономическом ежегоднике» за 2006 г., а также в реферируемом журнале «Вестник ИрГТУ» за 2007 г.

Структура исследования. Диссертация состоит из введения, трех глав, разделенных на параграфы, заключения, приложений, списка источников и литературы.

Во введении обосновывается актуальность исследования, выявляется степень ее изученности, определяются цель и задачи, хронологические и территориальные рамки, дается характеристика источниковой базы, выявляются научная новизна и практическая значимость рассматриваемой темы.

Первая глава исследования – «Учреждение Акатуйской тюрьмы», посвящена возникновению тюрьмы в 1890 г. В первом параграфе рассмотрены предпосылки создания нового места заключения для политических преступников. Главной причиной для этого стало недовольство чиновников ГТУ исключительно либеральным режимом содержания заключенных в Карийской политической тюрьме, а также запутанная система управления данной категорией заключенных и стремление правительства подчинить их общему законодательству о каторге и ссылке, т.е. уравнять их в правах с уголовными заключенными. Подобный опыт уже имелся на Сахалине и теперь должен был быть повторен на Нерчинской каторге.

В 1888-1890 гг. МВД были разработаны основные положения, на основе которых планировалось осуществить перевод государственных преступников из Карийской тюрьмы в Акатуйскую. Одновременно с переводом предполагались значительные изменения в режиме содержания и порядке управления политических заключенных. Прежде всего, устранялось двойное подчинение – теперь государственные преступники находились в ведении Главного тюремного управления. Департамент полиции лишь получал статистические сведения о данных заключенных.

Наиболее значительные изменения, по замыслу правительства, планировалось произвести в режиме содержания политических заключенных. Теперь они должны были находиться в камерах совместно с уголовными заключенными. На них распространялись все требования закона в полном объеме. Уголовные и политические заключенные должны были вместе работать на руднике и получать одинаковое довольствие. Однако некоторые льготы, хоть и с определенными условиями, для политических заключенных были оставлены. Например, возможность письменных занятий, использования личных денег и др.

Не все местные власти полностью разделяли планы правительства. Например, Приамурский генерал-губернатор барон А.Н. Корф считал нецелесообразным провоцировать государственных преступников резким ужесточением режима. Более эффективным, по его мнению, был бы перевод на общий режим лишь провинившихся государственных преступников. Кроме того, он предложил упразднить «вольную команду». Вместо пребывания во внетюремном разряде А.Н. Корф планировал направлять заключенных к местам поселения. Таким образом, на примере организации Акатуйской каторжной тюрьмы можно проследить не только стремление правительства к ужесточению режима содержания государственных преступников, но и некоторую самостоятельность местной администрации в принятии решений.



Во втором параграфе показана подготовительная работа, проведенная руководством региона и Нерчинской каторги для реализации проекта. Были построены здания, разработаны и утверждены инструкция и штаты новой тюрьмы, правила отчетности для нее, определены источники финансирования, набран личный состав и т.д. Региональные власти постарались уделить внимание повышению профессионального уровня персонала тюрьмы. Каждый сотрудник администрации обязан был знать все законодательные нормы, касающиеся выполнения его круга обязанностей.

Непосредственный перевод состоялся 25 сентября 1890 г. На новое место заключения были переведены 13 ссыльнокаторжных государственных преступников тюремного разряда. Уже после перевода выяснились отдельные недоработки руководства Нерчинской каторги. В частности, для заключенных не хватало одежды, некоторых вещей, было недостаточно надзирателей.



Во второй главе «Акатуйская тюрьма как объект функционирования и содержания каторжан» рассмотрены вопросы, связанные с различными аспектами деятельности Акатуйской тюрьмы. В первом параграфе кратко изложена ее история 1832-1864 гг. В связи с капитальной реконструкцией, в 1880-х гг. в Акатуе был построен ряд новых зданий и отремонтированы старые. Главный корпус тюрьмы представлял собой деревянное одноэтажное здание, обнесенное каменной оградой. Построенных помещений не хватало для нормального функционирования тюрьмы, и строительные работы шли постоянно. Со временем постройки ветшали и требовали ежегодного ремонта.

Кроме того, в данном параграфе показан особый статус Акатуйской тюрьмы, положение конвойной команды, порядок снабжения заключенных одеждой и продовольствием и т.д.

В параграфе подробно анализируется положение чинов Акатуйской тюремной администрации. При учреждении тюрьмы ее персонал был поставлен в более выгодные условия службы, чем персонал других тюрем каторги. В первую очередь, это касалось размеров содержания. Личному составу Акатуйской тюрьмы были определены усиленные оклады с целью привлечения на службу лучших кадров. Такое положение сохранялось до 1895 г., когда были введены новые штаты управления Нерчинской каторги. Согласно этим штатам, оклады служащих Акатуя соответствовали окладам тюрьмы I разряда. Однако личный состав тюрьмы не отличался высокими деловыми и профессиональными качествами, что объяснялось нехваткой подходящих кандидатур в тюремном ведомстве.

Во втором параграфе показан режим содержания заключенных в Акатуйской тюрьме. Он основывался на положениях Устава о ссыльных. В отличие от Карийской тюрьмы, все заключенные Акатуя были подчинены общим требованиям и нормам, вне зависимости от рода преступления. Именно в этом и заключалась цель перевода государственных преступников в Акатуйскую тюрьму.

Важнейшей частью тюремного режима в Акатуе являлись принудительные работы. В первое десятилетие ссыльнокаторжные тюрьмы работали в руднике на добыче серебросвинцовой руды. Кроме того, они привлекались к выполнению строительных и земляных работ, участвовали в постройке железных дорог, добывали золото на приисках. В 1904 г. добыча серебряной руды в Нерчинском горном округе была прекращена из-за своей убыточности и основная масса заключенных осталась без работы. Мастерских было недостаточно, масштабы железнодорожного строительства уменьшились, а заключенные использовались лишь на внутритюремных хозяйственных работах.

Третья глава исследования – «Политические заключенные в Акатуйской тюрьме» посвящена политическим преступникам и их деятельности в заключении. В первом параграфе названы имена политических заключенных разных лет, проанализирован их социальный, партийный, возрастной состав, показано материальное и правовое положение заключенных, освещены наиболее яркие моменты истории тюрьмы.

В истории Акатуйской тюрьмы в заявленных хронологических рамках можно выделить четыре периода.

Первый период – 1890-1895 гг., в Акатуе содержались последние представители народовольческого движения. Часть из них была переведена из Карийской тюрьмы и отбывала здесь оставшееся время заключения. Частью это были участники Якутского протеста 1889 г., которые также были народовольцами. Режим содержания для политических заключенных в данный период был достаточно строгим.

Во второй период – 1895-1905 гг., в Акатуе содержались политические преступники из числа поляков. Это были члены националистической организации «Союз польского народа», несколько человек, осужденных за шпионаж в пользу Австро-Венгрии и члены Польской партии социалистов. Государственными преступниками из них являлись только члены ППС, но по документам они все проходили как политические заключенные.

Третий период – 1905-1911 гг., период массовой политической каторги. В это время в Акатуе оказались сотни участников революции 1905-1907 гг. Часть из них была осуждена по ошибке, многие раскаивались в своем участии в революции. Это был период жесткого противостояния коллектива политзаключенных и администрации тюрьмы и каторги по поводу соблюдения тюремного режима. В тюрьме происходило сближение осужденных солдат и матросов с профессиональными революционерами, они вовлекались в революционное движение.

Четвертый период – 1911-1917 гг. В это время Акатуй был преобразован в женскую каторжную тюрьму. Контингент политзаключенных вновь становится немногочисленным. В условиях невмешательства администрации в их внутреннюю жизнь женщины-политкаторжанки относительно спокойно находились в тюрьме до революции 1917г. и политической амнистии.

Количество и состав политических заключенных Акатуйской тюрьмы напрямую зависел от состояния революционного движения в стране. В конце XIX века, когда это движение было на спаде, число политзаключенных измерялось десятками человек. Численность политических заключенных начинает расти в первые годы ХХ века и достигает максимума после революционных выступлений 1905-1907 гг. – нескольких сотен человек. В тюрьме они были в подавляющем большинстве – до 70% от общего количества заключенных. В 1911 г. Акатуйская тюрьма была преобразована в женскую. Из Мальцевской тюрьмы сюда были переведены 28 женщин-политкаторжанок. К 1913 г. их количество сократилось до 10 и оставалось неизменным до Февральской революции.

Возрастной, социальный, национальный состав политических заключенных Акатуйской каторжной тюрьмы эволюционировал вслед за изменениями политической обстановки в империи. Социальные изменения, увеличение численности и роли рабочих и крестьян, вовлечение их в освободительную деятельность отражалось на составе политической каторги. Если в конце XIX в. в Акатуйской тюрьме были в основном выходцы из привилегированных слоев общества, дети дворян, купцов и чиновников, с высоким уровнем образования, то в ХХ в. подавляющая часть политических заключенных – выходцы из крестьян и рабочих.



Второй параграф посвящен противодействию политических заключенных режиму содержания в тюрьме и тюремной администрации. Это была одна из важнейших сторон деятельности политических преступников в заключении. Политкаторжане требовали, в первую очередь, уважительного отношения к себе. Кроме того, они активно добивались всевозможных льгот, отмены некоторых ограничений, положенных по закону. Эта борьба отнимала у политических заключенных много сил, а иногда и жизни. Но она позволяла им не потерять чувство собственного достоинства в условиях тюремного заключения. К тому же акции протеста заставляли руководство тюрьмы, по крайней мере, соблюдать требования закона и не позволяли допускать произвола в отношении заключенных. В целом, можно сказать, что режим содержания политических заключенных в Акатуйской тюрьме отличался от положенного в сторону облегчения. Как только отдельные руководители тюрьмы пытались ввести законный режим, они встречали сопротивление арестантов. Фактически, из-за активного противодействия политических заключенных, тюремной администрации не удалось создать для них режим, который бы полностью соответствовал нормам закона и инструкций.

В третьем параграфе показана культурная жизнь политических заключенных, и в первую очередь, просветительская деятельность. Подобная деятельность была вызвана самими условиями заключения: необходимостью реализации своего интеллектуального потенциала, массой свободного времени, наличием большого количества учеников и благосклонным отношением администрации. В период революционного подъема 1905-1907 гг. к этим факторам добавилось стремление подготовить за время тюремного заключения новые кадры, которые после освобождения включились бы в революционную деятельность. Все это приводило к тому, что культурно-просветительское и нравственное воздействие политических арестантов на основную массу каторжан было гораздо шире и эффективнее, чем со стороны тюремной администрации.

Общеобразовательные занятия политических преступников с уголовными заключенными начались практически сразу после открытия Акатуйской тюрьмы. Одним из инициаторов выступил П.Ф. Якубович, известный писатель и публицист, отбывавший наказание за антиправительственную деятельность. Значительную роль в этом сыграла тюремная библиотека, пополнявшаяся политическими заключенными и находившаяся в их ведении. Многие издания в этой библиотеке были нелегальными и хранились под обложками разрешенных цензурой книг. С их помощью политические знакомили уголовных заключенных с революционными идеями и привлекали их на свою сторону.

Таким образом, история Акатуйской тюрьмы тесно вплетена в историю русского революционного движения конца XIX – начала ХХ в. и всей страны. Через ее стены прошли сотни политических заключенных, борцов с существующим режимом. Здесь отбывали наказание народники, первые марксисты, польские сепаратисты, анархисты, социалисты всех оттенков и др. Их активная и принципиальная деятельность в тюрьме наглядно демонстрировала силу их характеров и убеждений.

С формальной стороны реорганизация политической каторги и перевод государственных преступников на общий режим были осуществлены на достаточно высоком уровне и в полном объеме. Однако более серьезных целей – смешивания государственных преступников с уголовной средой правительству добиться не удалось. Очевидно, сама идея уравнения уголовных и политических заключенных была недостижимой. Разница в социальном происхождении, образовании, уровне развития, мотивах и видах преступлений не позволяла сблизиться этим категориям каторжан.

Сплоченным чувством солидарности, убежденным в своей правоте революционерам противостояли представители местной тюремной администрации. Чиновники были не в состоянии подчинить политических заключенных тюремному режиму и требованиям закона. Результатом этого становились многочисленные, не положенные по закону, льготы и послабления для политических ссыльнокаторжных. Пока количество политических заключенных было небольшим, их удавалось держать в подчинении, давая им незначительные льготы, о которых не знало вышестоящее руководство. Но как только количество революционеров увеличивалось, они брали под контроль ситуацию в тюрьме.



Неспособность тюремной администрации подчинить политическую каторгу требованиям действующего законодательства являлась наглядным проявлением общей слабости государственного аппарата на местах. Уровень оппозиционных настроений в обществе был чрезвычайно высок и это постоянно чувствовалось на каторге. Любой инцидент истолковывался в пользу заключенных и в обществе разгоралась кампания против сотрудников тюремного ведомства. Руководство тюрьмы и каторги находилось между двух огней. Правительство постоянно требовало применения к политическим преступникам тюремного режима в полном объеме. Такая мера, как правило, вызывала негативную реакцию коллективов, инцидент получал публичную огласку, и заканчивался поражением администрации.

Публикации по теме исследования


1) Мясников Д.А. Мясников Д.А. Реорганизация режима содержания политических заключенных Нерчинской каторги в 1890 г. // Иркутский историко-экономический ежегодник: 2006. – Иркутск: Изд-во БГУЭП, 2006. – С. 181-185;

  1. Мясников Д.А. Борьба политических арестантов с режимом содержания в Акатуйской тюрьме Нерчинской каторги // Сибирская ссылка: Сб. научных статей. – Иркутск: Оттиск, 2006. – Вып. 3 (15). – С. 212-222;

  2. Мясников Д.А. Воспоминания графа А. Кейзерлинга как источник для изучения истории каторги и ссылки в Сибирь конца XIX в. // Исследования молодых ученых: межвузовский сб. статей. Выпуск Х. / Науч. ред. Л.В. Курас. – Улан-Удэ: Издательско-полиграфический центр ФГОУ ВПО ВСГАКИ, 2007. – С. 22-32;

  3. Мясников Д.А. К вопросу о творчестве писателя-народника Петра Филипповича Якубовича // Сибирь в изменяющемся мире. История и современность: мат-лы всерос. науч.-теорет. конф., посвященной памяти профессора В.И. Дулова. – Иркутск: Изд-во ИГПУ, 2007. – Кн. 2. – С. 44-48;

  4. Мясников Д.А. Культурно-просветительская деятельность политических заключенных в Акатуйской тюрьме Нерчинской каторги (1890-1917 гг.) // Вестник ИрГТУ. – 2007. - №1. – С. 184-186;

  5. Мясников Д.А. Последние народовольцы Нерчинской каторги в 1890-1895 гг. // Материалы социально-гуманитарных чтений Иркутского государственного университета: март-апрель 2007.- Иркутск: Иркут. ун-т, 2007. – С.131-136.

1 Каторга в Сибири: Извлечение из отчета начальника ГТУ С.С. Хрулева о служебной поездке в 1909 г. в Иркутскую губернию и Забайкальскую область // Тюремный вестник. – 1910. - №8-9. – С.1-71;

2 Министерство юстиции за сто лет. 1802-1902: Исторический очерк. – СПб., 1902. – 360 с.;

3 Евангулов Г. Новое Уголовное Уложение. // Право. – 1903. - №16-23;

4 Иванов А.А. Историография политической ссылки в Сибирь второй половины XIX – начала ХХ в. – Иркутск: Изд-во ИГУ, 2001. – С.115;

5 Максимов С.В. Сибирь и каторга. – В 3 тт. – СПб., 1907;

6 Короленко В.Г. Бытовое явление: Заметки публициста о смертной казни. – СПб.: Русское богатство. – 1910. – 84 с.;

7 Потанин Г.Н. Нужды Сибири // Сибирь. Ее состояние и ее нужды. – СПб., 1908. – С.260-294;

8 Кропоткин П.А. Тюрьма, ссылка и каторга в России. – СПб., 1906. – 40 с.;

9 De Windt H. The new Siberia. Being an account of a visit to the penal island of Sakhalin, and political prison and mines of the Trans-Baikal district, Eastern Siberia. – London: Chapman & Hall, 1896. – P.324;

10 Участники русского революционного движения эпохи борьбы с царизмом: Биографический указатель членов Всесоюзного общества политкаторжан и ссыльнопоселенцев. - М.: Изд-во ВОПиС, 1927. - 288 с.;

11 Ивановская П. Письма о прошлом (Из жизни Акатуя в 1890 г.) // Кара и другие тюрьмы Нерчинской каторги… – С.138-141; Орестова Л.П. Акатуйская вольная команда // На женской каторге… – С.205-221; Орлов М.П. Об Акатуе времен Мельшина // Каторга и ссылка. – 1928. - №11. – С.106-117;

12 Нерчинская каторга // Сибирская советская энциклопедия. – Т.3. – Новосибирск, 1932. – С.79-83

13 Попов А.И. Акатуйская тюрьма // Там же. – Т.1. – Новосибирск, 1932. – С.39-40

14 Кудрявцев Ф. А. Александровский Централ: Из истории сибирской каторги. – Иркутск: Вост.-Сиб. краевое изд-во, 1936. — 99 с.

15 Гернет М.Н. История царской тюрьмы. В 5-ти тт. – М.: Юридическая литература, 1960-1963;

16 Гернет М.Н. История царской тюрьмы. – Т.3 (1870-1900). – М.: Юридическая литература, 1961. – С. 328;

17 Хазиахметов Э.Ш. Советская историография сибирской политической ссылки 1905-07 гг. // Политические ссыльные в Сибири (XVIII - начало ХХ в.). - Новосибирск: Наука, 1983. - С. 37–49;

18 Хазиахметов Э.Ш. Сибирская политическая ссылка 1905–1917 гг.: Облик, организация, революционные связи. - Томск: Изд-во ТГУ, 1978. - 183 с.; Щербаков Н.Н. Влияние ссыльных пролетарских революционеров на культурную жизнь Сибири (1907–1917). - Иркутск: Изд-во ИГУ, 1984. - 244 с.;

19 Хазиахметов Э.Ш. В. И. Ленин о политической ссылке в России // Революционное движение в Сибири и на Дальнем Востоке. - Вып.6. - Томск: Изд-во Томского ун-та, - 1970. - С. 3–31; Щербаков Н.Н. В. И. Ленин и политическая ссылка в Сибири (конец XIX в. – 1917 год). - Иркутск: Вост.-Сиб. кн. изд-во, 1973. - 175 с.;

20 Щербаков Н.Н. Большевики в Восточно-Сибирской ссылке (1907-1914 гг.): Автореф… канд. ист. наук. – Иркутск, 1967. – 30 с;

21 Ссылка и каторга в Сибири. XVIII – начало ХХ вв. – Новосибирск: Наука, 1975. – 304 с.; Ссыльные революционеры в Сибири (ХIХ в. – февраль 1917 г.). - Иркутск: Изд-во ИГУ, 1973-1991. – Вып.1-12;

22 Мошкина З.В. Положение политзаключенных и условия их содержания на Нерчинской каторге во второй половине XIX века // Там же. – Иркутск: Изд-во ИГУ, 1989. – Вып.11. – С.19-30; Щербаков Н.Н. Численность и состав политических ссыльных Сибири (1907-1917 гг.) // Ссыльные революционеры в Сибири…. – Иркутск: Изд-во ИГУ, 1973. – Вып.1. – С.199-242;

23 Иванов А.А. Влияние ссыльных социал-демократов на рабочее движение в Восточной Сибири (1910 – февраль 1917 гг.): Дисс… канд. ист. наук. – Иркутск, 1990. – 301 с.;

24 Максимова В.Н. Женская политическая каторга и ссылка в Восточной Сибири (1907-1917 гг.): Дисс… канд. ист. наук. – Иркутск, 2003. – 206 с.

25 Зубов С.В. М.Н. Галкин-Враской – начальник Главного тюремного управления Российской империи (1879-1896 гг.). – Саратов: Изд-во Саратов. ун-та, 2000. – 52 с.;

26 Бардакова В.В. Из истории Акатуевской тюрьмы // Забайкалье: некоторые аспекты истории края. – Чита, 1993. – С.109-116; Мошкина З.В. Состав заключенных Нерчинской каторги во второй половине XIX в. // Там же. – С.20-29;

27 Занданова Л.В. Сибирская ссылка сталинской эпохи: спецпереселение 1930-1950-х гг. // Там же. – Иркутск: Оттиск, 2006. – Вып.3 (15). – С.130-142; Курас Л.В., Суш С.П. «Десять лет без права переписки» // Там же. – С.198-212.

28 Политическая ссылка в Сибири. Нерчинская каторга (XIX в. - февраль 1917 г.): История Сибири. Первоисточники. – Т.1. – Вып.II. – Новосибирск, 1993. – 292 с.;

29 Бодяк М.Г. История Зерентуйской тюрьмы Нерчинской каторги (1879-1917 гг.): Автореф… канд. ист. наук. – Иркутск, 2003. – 26 с.; Быкова Н. Н. История Александровского централа (1900 - февраль 1917 гг.). - Автореф. дисс. канд. ист. наук. - Иркутск, 1998. - 24 с.;