Фонд социального страхования технические средства реабилитации - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Фонд социального страхования технические средства реабилитации - страница №1/3










ФОНД СОЦИАЛЬНОГО СТРАХОВАНИЯ





ТЕХНИЧЕСКИЕ СРЕДСТВА РЕАБИЛИТАЦИИ
Фондом соцстраха в Дагестане

на обеспечение инвалидов техсредствами

реабилитации израсходовано более 60 млн рублей
(РИА «Дагестан» 19.06.2011)
В 2011 году в рамках реализации государственной политики в области социальной защиты населения Дагестанское региональное отделение Фонда социального страхования продолжает работу по обеспечению инвалидов техническими средствами реабилитации и протезно-ортопедическими изделиями.

По данным поисково-мониторинговой системы ФСС РФ (http://fz122.fss.ru) с начала года в региональное отделение Фонда поступило 9770 заявок от инвалидов. Для их удовлетворения в 2011 году региональным отделением Фонда были заключены 76 государственных контрактов с 19 предприятиями-поставщиками и индивидуальными предпринимателями на общую сумму 47,5 миллиона рублей. На сегодняшний день граждане льготных категорий получили 766,1 тыс. необходимых изделий.



На возмещение стоимости за самостоятельно приобретенные технические средства реабилитации и протезно-ортопедические изделия из 3200 поступивших заявок удовлетворено 2207 заявок, оплачено 256,6 тыс. изделий на сумму 12,2 млн руб.

Особое место в работе регионального отделения Фонда социального страхования заняло обеспечение техническими средствами реабилитации инвалидов и участников ВОВ. С начала года из 130 заявок уже выполнено 104 заявки на сумму 811,7 тыс. рублей.
Поддержка материнства и детства
На детские пособия неработающим

гражданам Приморья направлено

350 млн рублей
(ИА VestiRegion.ru 20.06.2011)
Численность неработаюших граждан — получателей пособий по уходу за ребенком в возрасте до полутора лет в Приморском крае составляет 14 788 человек. Как правило, это мамы-домохозяйки, студентки, безработные.

У них нет трудовых отношений с работодателями, однако государство гарантирует им финансовую помощь по уходу за детьми, как и работающим женщинам, детские пособия которым выплачивает региональное отделение Фонда социального страхования. 

С начала текущего года Фонд соцстраха перечислил в органы социальной защиты Приморского края 322 миллиона рублей на выплату пособий по уходу за детьми возрастом до полутора лет и 28 миллионов рублей в качестве единовременных пособий при рождении ребенка. 

В настоящее время в Приморском крае единовременное пособие при рождении ребенка составляет 14 043 рубля. Пособие для неработающих мам по уходу за первым ребенком в семье в возрасте до полутора лет составляет 2 633 рубля, за вторым ребенком — 5 266 рублей.


охрана труда
По приказу, но по-своему

Руководители Фонда социального страхования (ФСС)

учили тольяттинских работодателей и сотрудников,

работающих в сфере охраны труда на предприятиях,

уму-разуму
(Городские ведомости № 63, 18.06.2011)

Елена Харченко



Служба кадровой политики мэрии организовала совещание, на котором все желающие смогли получить ответы на все вопросы, касающиеся взаимодействия с ФСС. С просветительской миссией в наш город прибыли начальник отдела организации страхования от несчастных случаев на производстве и профзаболеваний ГУ самарского отделения Фонда соцстраха Михаил Овсеенко, заместитель директора филиала №10 этого же ГУ Светлана Федянина и заместитель директора филиала №12 Елена Овчинникова. Главной темой совещания стала организация работы по финансовому обеспечению мер по сокращению производственного травматизма и профзаболеваний работников, занятых на работах с вредными или опасными производственными факторами в 2011 году.

В последнее время вышло несколько приказов Минсоцздравразвития РФ, регулирующих деятельность в этой сфере. Обо всех изменениях и рассказали гости. Что сказать? Основа осталась той же. Например, перечень мер, под которые выделяется финансовое обеспечение за счет ФСС, сохранился прежним: аттестация рабочих мест, реализация мероприятий по снижению уровня запыленности, загазованности и так далее. В прошлом году разрешалось приобретать алкотестеры только страхователям, которые связаны с подземными работами и перевозками. Этот нюанс уже убрали. Все, у кого есть предрейсовые осмотры, могут запрашивать средства на покупку алкотестеров.

В Тольятти в основном деньги из ФСС запрашивают на проведение аттестации рабочих мест, санаторно-курортное лечение, проведение медосмотров. В России же, согласно статистике, на первом месте стоит потребность в  приобретении средств индивидуальной защиты. Но в Самарской области их за счет ФСС не покупают...

До участников совещания доходчиво донесли, какие документы необходимо предоставлять в фонд, в какие сроки, на какие моменты следует обратить внимание и так далее. Одно из обязательных требований для получения средств – предоставление плана по улучшению условий труда по результатам аттестации рабочих мест. А если такой аттестации не проводилось, на деньги рассчитывать нечего. В Самарской области решили пойти «слегка вразрез» с приказом Минздравсоцразвития. Те предприятия, которые впервые возьмутся за аттестацию рабочих мест, могут подать в ФСС заявление и все-таки получить средства на это благое начинание, а затем по итогам проведенной работы представить подготовленный план.

На совещании также была озвучена статистика несчастных случаев на производстве за прошлый год. В Тольятти их произошло 547, тяжелых – 37, со смертельным исходом – 17. в 2009 году несчастных случаев было меньше – 426. По словам Михаила Овсеенко, еще нужно проводить анализ, почему произошел рост. «Есть ощущение, что что-то делаем не так, – отметил он. – Имеет смысл обратить на это внимание».





ОБЩАЯ СОЦИАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА





СТРАХОВЫЕ ВЗНОСЫ
Снижение страховых взносов лишит бюджет

100—160 миллиардов

"Известия" предположили, за счет чего

правительство компенсирует выпадающие доходы
(«Известия» 20.06.2011)

АННА КАЛЕДИНА, АЛЕКСАНДРА БАЯЗИТОВА

Дмитрий Медведев на Петербургском международном экономическом форуме (ПМЭФ) заявил, что максимальная ставка социальных страховых взносов с 2012 года будет снижена с нынешних 34% до 30%, а для малого бизнеса, работающего в производственной и социальной сферах, — и вовсе до 20%.

Именно этого в течение полутора лет и добивались бизнесмены, которые весь прошлый год предупреждали о том, что повышение максимальной ставки с 26% в 2011 году больно ударит по неокрепшей после кризиса экономике. А также заставит предпринимателей в сфере среднего и малого бизнеса снова вспомнить о «конвертной системе оплаты». В свою очередь, это отразится и на собираемости налогов.

Опасения небеспочвенны. И хотя официальная статистика продемонстрировала впечатляющие показатели, поступления в Пенсионный фонд России (ПФР) выросли в первом квартале 2011-го на 51%, бизнесмены уверены, что это статистическая ловушка.

— Такие высокие показатели являются ошибочными, — сказал «Известиям» президент «Деловой России» Александр Галушка. — И объясняются тем, что в тот же период прошлого года результаты были провальными в связи с кризисом.

Также, добавляет глава Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) Александр Шохин, изменение показателей связано с проблемами администрирования. С 2010-го взносы начали поступать не в налоговую службу, а в ПФР, поэтому на первом этапе было много ошибок.

Как сказал Дмитрий Медведев, решение, о котором он объявил на ПМЭФ, временное, рассчитанное на «переходный период». Глава Минэкономразвития Эльвира Набиуллина чуть позже уточнила: взносы по озвученной схеме будут снижены на два года, после чего власти примут системное решение по этому вопросу параллельно с реформой пенсионной системы. Коллегу по кабинету министров поддержал и глава Минфина Алексей Кудрин.

При этом он отметил, что и после истечения «переходного периода» не предполагается увеличивать взносы выше 30%. Хотя не исключил, что Минфин предложит перейти к иной, более совершенной формуле разных ставок.

— Мы, скорее всего, будем иметь еще одну ставку регрессии после 30%. Для зарплат выше определенной величины будет, скорее всего, еще одна ставка — около 10%, — предположил глава Минфина.

Cейчас работодатели платят страховые взносы в размере 34% от фонда оплаты труда до накопления зарплатой сотрудника 463 тысяч рублей в год, после этого отчисления прекращаются. К какому пороговому значению перейдут с 2012 года, Алексей Кудрин не уточнил. По предварительным данным, этот показатель составляет 512 тысяч рублей.



А теперь самое интересное — во сколько бюджету обойдется снижение ставок страховых взносов. Глава Минфина оценил выпадающие доходы в 100—160 млрд рублей ежегодно. Откуда правительство может взять средства для того, чтобы компенсировать новую образовавшуюся прореху в бюджете? Набиуллина предположила, что из Фонда национального благосостояния. И за счет изменений в шкале расчетов страховых взносов.

Алексей Кудрин пообещал четко одно — не за счет повышения других налогов. Он считает, что проблемы социальной, прежде всего пенсионной, сферы нужно решать нефинансовыми методами. Например, повышением пенсионного возраста. Помощник президента Аркадий Дворкович, напротив, полагает уместным перемещение налогового бремени с одних плеч на другие. В частности, он высказался за возможность повышения акцизов на алкоголь и табак.

Мы уверены в том, что средства нужно искать вне налоговой системы, — высказал мнение «Известиям» Александр Шохин. — Опасно повышать налоговую нагрузку, учитывая, что только к следующему году экономика может восстановить темпы роста. В том числе это касается и акцизов. Нужно быть очень острожными, иначе снижение ставок переложат на карман.

Еще один источник — дополнительные нефтяные доходы, которые правительство намерено получить в связи с высокими ценами на сырье. Но в этом случае властям придется отказаться от планов по снижению дефицита бюджета и увеличить заимствования. Что крайне нежелательно, поскольку и без этого госдолг в ближайшие годы, по расчетам Минфина, может достигнуть 16—17% ВВП.

Найти дополнительные средства можно более простым способом. За счет увеличения пакета приватизации на 2011—2013 годы, о чем, кстати, на ПМЭФ говорил и президент Медведев. Он поручил ускорить процесс, чтобы уже в 2012 году доходы от приватизации увеличить с запланированных 300 млрд рублей до 450 миллиардов.

Хотя если покопаться в государственных загашниках, то можно прийти к выводу, что проблемы с компенсацией выпадающих доходов по сути и нет. Достаточно вспомнить про припрятанный Минфином козырь в виде повышения ставки НДПИ на газ для "Газпрома" в следующем году до 480 рублей за 1 тыс. кубометров. По оценкам, это дополнительно принесет бюджету около 150 млрд рублей в 2012-м.

Что касается бизнесменов, которые, казалось бы, должны праздновать победу, то они решением, которое озвучил президент на ПМЭФ, довольны. Но, как всегда, с большим количеством оговорок. Например, Александр Галушка назвал решение половинчатым, потому что до 2011 года ставка взносов составляла 26%. Поэтому полной сатисфакции получить не удалось.

А Александр Шохин считает, что ставка 30% для крупного и среднего бизнеса — это нормально, но с маленькими компаниями ситуация не совсем понятна.

— Например, для малого бизнеса взносы снизят до 20%, но только для производственной и социальной сфер. При этом бывает трудно отделить производственный сектор от сферы услуг. Например, ресторанный бизнес. На кухне ресторанов часто можно увидеть надпись «Производство». К тому же 80% компаний малого бизнеса занимаются услугами, что тоже приносит бюджету налоги. И, что не менее важно, обеспечивает занятость населения. Поэтому уместно определить ставку 20% для всего малого бизнеса, — утверждает глава РСПП.


Кремль выторговал у Кудрина снижение

страховых взносов только на 4%
(«РБК daily» 20.06.2011)

ТАТЬЯНА КОСОБОКОВА, Санкт-Петербург

Дмитрий Медведев выполнил обещание и снизил страховые взносы для бизнеса — с 34 до 30% для всех, кроме малого производственного и социального бизнеса: им с 2012 года нагрузку снизят до 20%. Предприниматели ропщут, что снижать надо было больше. Как говорят в правительстве, иного пути не было. А в Кремле отмечают, что Алексея Кудрина и так ради понижения взносов заставили распечатать Фонд национального благосостояния, что для министра финансов ножом по сердцу.

О снижении взносов президент объявил на Петербургском международном экономическом форуме. С 1 января страховые взносы будут снижены до 30% для всех, а для малого бизнеса, работающего в производственной и социальной сферах, до 20%. Дмитрий Медведев объявил о решении, не акцентировав на этом внимания, хотя Кремль бился за него с финансовым блоком Белого дома три месяца. «Это, конечно, не радикальное снижение, но знаковый и выгодный шаг для огромного числа малых и средних предприятий. Считаю, что это решение на переходный период является справедливым и сбалансированным», — скромно сообщил президент.

Дело в том, что для Кремля приоритетным был вариант снижения для среднего бизнеса до 26%, для малого производственного и социального — до 16—20%, а крупный должен был остаться с 34%, рассказал неделю назад РБК daily помощник президента Аркадий Дворкович. Главным вопросом было, удастся ли придумать систему администрирования и отчетности бизнеса. Как пояснила РБК daily после форума министр экономического развития Эльвира Набиуллина, придумать такую систему, чтобы она оказалась необременительной для предпринимателей, так и не получилось.

«Мы действительно хотели большего снижения. Но оказалось, что создать систему, при которой можно было вычленить именно средние компании и при этом чтобы это не стало «черной дырой» (чтобы крупные компании не дробились в средние), очень сложно. По сути, пришлось бы вводить отдельный налоговый режим для средних компаний и отдельную очень сложную отчетность. Это было бы тяжелым обременением для бизнеса, которому пришлось бы доказывать, что он попадает именно в эту категорию», — рассказала г-жа Набиуллина.

Кроме того, отметила министр, сама по себе система, когда для малого бизнеса существует одна ставка, для среднего — другая, для крупного — третья, не очень логична. «Мы должны создавать систему, которая бы стимулировала малые предприятия превращаться в средние, а средние в крупные. А так получалось, что мы их демотивируем», — пояснила г-жа Набиуллина.

В Кремле говорят, что помимо схем отчетности более существенному снижению ставки помешало еще и отсутствие источников восполнения потерь бюджета. Точнее, неготовность Минфина тратить Фонд национального благосостояния (ФНБ). Министр финансов Алексей Кудрин подчеркнул, что ради снижения не будут повышены никакие другие налоги. При этом источники пополнения бюджета после снижения ставки пока не определены, отметил РБК daily Аркадий Дворкович. Пока известно, что частично компенсировать потери будут все же из ФНБ.

Бизнес тем не менее воспринял весть неоднозначно. Президент «Деловой России» Александр Галушка отметил, что 30% — недостаточное снижение для малых и средних предприятий, которые до последнего надеялись на то, что ставку вернут к 26%. «Я считаю, что это очень положительно, — заявил РБК daily глава ММВБ Рубен Аганбегян. — С чего-то надо было начинать. Я считаю, что это очень важный шаг и очень мощный сигнал о том, что озабоченность, которая была у бизнеса, услышана и по ней принято решение».

«Мало! Считаю снижение недостаточным! — выразил РБК daily мнение новый защитник малого и среднего бизнеса — глава ОНЭКСИМа Михаил Прохоров. — Нужно вернуться к ставке 14% для малого производственного и социального и к 26% для всех остальных. Это приоритет развития». «Ничего не надо делать резко в нашей стране. Надо сделать и посмотреть, как будет дальше. Главное — плавность. Любые резкие движения вызывают волнения», — уверен глава «РуссНефти» Михаил Гуцериев.

В Кремле и Белом доме между тем подчеркивают, что такие ставки будут установлены лишь на два года, поскольку, отмечают в МЭР, системное решение возможно лишь вместе с пенсионной реформой.
РЕФОРМА ЗДРАВООХРАНЕНИЯ
Правительство подписало больничный чек

Модернизация здравоохранения до 2013 года

будет стоить 618 млрд руб.

(«Коммерсантъ» 20.06.2011)



ДАРЬЯ НИКОЛАЕВА

Региональные программы модернизации, с помощью которых Минздрав планирует провести до 2013 года реформу здравоохранения, наконец-то утверждены, заявила в пятницу глава Минздрава Татьяна Голикова. В целом реформа обойдется в 618 млрд руб., большая часть из которых, 460 млрд руб.,— средства системы обязательного медицинского страхования

В пятницу глава Минздрава Татьяна Голикова отчиталась перед премьер-министром Владимиром Путиным о том, как же проходит реформа здравоохранения, проводить которую Минздрав намерен с помощью региональных программ модернизации. Госпожа Голикова сообщила, что все регионы приняли свои программы и подписали соглашения с Федеральным фондом обязательного медицинского страхования (ФФОМС) и Минздравом. "Работа действительно была сложная, но, ко всеобщему удовлетворению, она завершена",— сообщила министр.

Таким образом, можно констатировать, что подготовительный этап реформы, длившийся более года, завершен. Напомним, что решение о передаче на реформу здравоохранения 460 млрд руб. за счет увеличения взносов на ОМС с 3,1 до 5,1% было принято премьером Владимиром Путиным еще в апреле 2010 года. Поскольку переход на полный тариф в системе ОМС произойдет только в 2013 году, то было решено за два года с помощью этих средств "подготовить почву" для одноканального финансирования и введения новых стандартов оказания медицинской помощи.

Несмотря на то что цели реформы были давно известны: выровнять уровень качества медуслуг, провести масштабный ремонт и переоборудование медучреждений по всей стране, обеспечить информатизацию отрасли, повысить зарплату медперсоналу, регионы все никак не могли четко сформулировать свои потребности исходя из предоставленных им возможностей. Они то требовали больше ("Ъ" писал, что в декабре 2010 года регионы представили на утверждение свои предварительные программы-заявки на сумму 1,1 трлн руб.), то и вовсе не поспевали к сроку, срывая запланированную реформу. Так, в конце марта 2010 года Татьяна Голикова была вынуждена констатировать, что региональные программы модернизации здравоохранения готовы пока только у 17% регионов (см. "Ъ" от 28 марта 2011 года).

Стали известны также общие затраты на реформу, поскольку предполагалось, что в модернизации деньгами будут участвовать и регионы. Так, вся реформа будет стоить 618,8 млрд руб., то есть на треть больше заявленных 460 млрд: более 100 млрд руб. будет выделено из региональных бюджетов, столько же — из бюджетов территориальных фондов ОМС. Уже известно, что четверть от стоимости программы пойдет на детские программы, а 10% — на сельское здравоохранение.

Что же касается контроля над тратой бюджетных средств в ходе реформы, то глава Минздрава сообщила, что кроме прокуратуры и Минфина контролировать исполнение программ будет Минздрав с помощью специально проводимого мониторинга. Для этих целей в министерстве уже создана межведомственная рабочая группа на федеральном уровне. Подобные группы, в которые входят сотрудники Росздравнадзора и Роструда, созданы и в каждом регионе. Владимир Путин потребовал, чтобы для осуществления "жесткого мониторинга и постоянного контроля" регионы ежемесячно отчитывались Минздраву о состоянии дел и ходе реализации программ.


ЛЕКАРСТВЕННОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ
Препаратные войны

Специалисты-медики требуют от Минздрава

ввести механизм расширенных исследований копий

биологических препаратов, которые скоро

выйдут на российский рынок
(«Новая газета» № 65/11)

МАРИЯ МИХАЙЛОВА

Дженерики — лекарства-копии, идентичные по свойствам оригинальным препаратам, на которые уже истек срок патентной защиты, — не первый год успешно завоевывают фармацевтический рынок. Их главное преимущество — цена, которая в некоторых случаях оказывается в несколько раз меньше стоимости «оригинала», — позволило дженерикам занять доминирующее положение в списках препаратов, закупаемых за счет средств федеральных и региональных бюджетов.

Специалисты не против: дешевле — не значит хуже, главное, чтобы дженерический препарат был полностью эквивалентен оригинальному, известен и хорошо себя зарекомендовал. Ведь были случаи, когда низкокачественные дженерики наносили вред пациентам. Другое дело — биоаналоги, копии биологических препаратов, большое количество которых в ближайшее время должно появиться на рынке. Их, как ни странно, относить к дженерикам нельзя — в силу технологических особенностей производства их свойства могут сильно отличаться от «оригинала», что может негативно сказаться на здоровье больного. И если биоаналоги из-за относительной дешевизны будут закупаться государством так же интенсивно, как и дженерики, российские больные рискуют заплатить за такую экономию не только здоровьем, но и жизнью.

Справедливости ради стоит отметить, что дженериковые препараты популярны не только в России. По данным на 2008 год, доля этих препаратов на фармрынке США составила 60%, Канады — 64%, Франции — 50%, а Германии — 35%. «Нужно понимать, что дженерики — это скорее хорошо, чем плохо, — объясняет генеральный директор ЦМИ «Фармэксперт» Давид МЕЛИК-ГУСЕЙНОВ. — Дженерическая замена — это необратимый процесс. Их использование экономически оправдано во всем мире — потому что позволяет экономить бюджет на терапию, в том числе социально значимых заболеваний: рака, туберкулеза, гепатита — и охватить большее количество пациентов».

В чем же секрет дешевизны (иногда, правда, очень относительной) дженериков? Когда на оригинальное лекарство истекает патент (в США его срок действия — 12 лет, в России — до 25), разработчик обязан обнародовать химическую формулу действующего вещества (при этом технология производства сохраняется в тайне), а другие производители могут его воспроизводить. И поскольку действующее вещество в итоге получается одним и тем же, новый препарат-копия может не проходить весь цикл клинических испытаний — достаточно доказать биоэквивалентность.

Однако даже при применении де-юре полностью эквивалентных оригинальным препаратам дженериков возникали проблемы. Так, в России в середине 2000-х попытка применения некоторых индийских дженериков в трансплантологии вызвала непрогнозируемые побочные эффекты у пациентов, что обернулось в том числе потерей пересаженных органов. Не меньше беспокойства вызвал у российских врачей переход с швейцарского оригинального препарата «селлсеп», хорошо известного отечественным врачам и применяемого в трансплантологии более 10 лет, на его малоизвестную индийскую копию «майсепт», когда последняя из-за своей цены (к слову, на тот момент «майсепт» был дешевле всего на 12%) заменила оригинал в федеральной программе «Семь нозологий», по которой лекарства получали больные редкими, тяжелыми и самыми дорогими в лечении заболеваниями.

Ситуация с биоаналогами еще сложнее. Де-юре опять же действующее вещество биоаналога идентично оригинальному препарату. Де-факто достичь этого невозможно: слишком сложно производство, даже между разными партиями оригинального препарата может быть разница. В 2004 году исследования препаратов — биоаналогов эритропоэтина, произведенного в странах «третьего мира», показали, что их биологическая активность на практике варьировалась от 71 до 226%, при этом пять препаратов вообще не соответствовали своей собственной спецификации.

При лечении рака и некоторых болезней крови используются биопрепараты, способствующие усилению кроветворных процессов, которые называют колониестимулирующими факторами (КСФ). Так, КСФ применяют для лечения нейтропении — значительного уменьшения количества клеток крови, которые способны бороться с инфекцией, после химиотерапии, а также при трансплантации костного мозга. В обоих случаях принципиально важно точно знать, как будет действовать лекарство: любая «неожиданность» может обернуться гибелью больного.

Никто не сможет поручиться за то, как будут действовать биоаналоги КСФ, которые не прошли клинических исследований. При этом данные препараты уже присутствуют на рынке, а в самое ближайшее время появятся еще в большем количестве. Но при переходе на такие препараты государство рискует больше потратить, чем сэкономить: потерять больного после того, как в его лечение вложены огромные средства, из-за использования биоаналога, стоимость которого незначительно ниже цены проверенного «оригинала».



Именно поэтому специалисты настаивают на том, что биоаналоги стоит рассматривать не как копию, а как новый фармацевтический препарат, который требует если не полноценных, то, во всяком случае, расширенных, по сравнению с дженериками, клинических испытаний. Однако в российском законодательстве понятия «биоаналог» не существует, и подобные препараты с юридической точки зрения являются полноценными копиями «оригиналов».

На сегодняшний день в мире существует сравнительно немного биоаналогов — их эра только начинается. Но чем больше их будет (а их будет больше по истечении патентов оригинальных препаратов), тем выше вероятность их победы в государственных торгах за счет относительной дешевизны. И если отечественное законодательство не будет изменено (то есть не будет введено понятие «бионалог» и не будут внесены поправки в закон о госзакупках в том, что касается лекарственных средств), российским врачам и пациентам вскоре придется столкнуться с новыми биопрепаратами, действие которых мало кто сможет спрогнозировать. И назначать или принимать их — на свой страх и риск.



Тем временем

В марте этого года врачи-онкологи и гематологи отправили на имя министра здравоохранения Татьяны Голиковой официальное письмо с предложением внести необходимые изменения в законодательство для того, чтобы обезопасить пациентов от получения низкокачественных дженериков и биоаналогов.

Один из инициаторов обращения, председатель правления межрегиональной общественной организации «Общество онкологов-химиотерапевтов» профессор Сергей ТЮЛЯНДИН рассказал «Новой» о том, что стало причиной появления такого обращения:

— Биологические препараты воспроизвести невозможно, именно поэтому они называются «биоаналогами» (bio-similar). А потому их применение вместо оригинального препарата требует тщательного мониторинга и проверки.

Отсутствие понятия «биоаналог» — проблема не только российского законодательства. Ситуация с биоаналогами сегодня активно обсуждается во всем мире, и США и Европа вводят особые требования к таким препаратам. И было бы, конечно, очень уместно, если бы в России было введено хотя бы подобие тех требований, которые существуют во всем цивилизованном мире.

Даже при использовании более простых препаратов-дженериков врач часто сталкивается с серьезными проблемами, связанными с качеством лекарств: не секрет, что часть из них производится не из самых лучших субстанций и не проходит должной очистки, что вызывает у наших пациентов серьезные побочные эффекты. И это притом что применяемые в онкологии лекарства — вообще одни из самых высокотоксичных. Конечно, я говорю не обо всех дженериках — многие из них очень высокого качества.

В соответствии с российским законодательством дженерики проходят часть исследований уже после регистрации, а значит, в госзакупку теоретически может попасть препарат с неизвестными свойствами и побочными эффектами. Мы предлагаем проводить небольшие клинические испытания до регистрации, чтобы убедиться в безопасности и нетоксичности препарата с его последующей регистрацией и выходом на рынок.

Многие фармацевтические компании независимо от законодательных норм уже сегодня проводят дорегистрационные клинические испытания совместно с нами, врачами. Мы оцениваем лекарства, высказываем свои замечания, отмечаем недостатки с тем, чтобы препарат был доработан и мы получили в итоге качественный и безопасный продукт, который будет стоить ниже «оригинала».
Равный доступ к лекарствам
(«Московские новости» 20.06.2011)

ДАВИД МЕЛИК-ГУСЕЙНОВ

Лекарства должны быть дорогими. И пусть меня обвинят в крамоле — нельзя путать термины «дешевый» и «доступный». Дорогое лекарство дает возможность заработать сверхприбыль на его продаже. Во всем мире она идет на реинвестиции в производство, создание новых лекарств от неизлечимых болезней. Заработки фармкомпаний работают на развитие прогресса. Это не значит, что нужно дать фармкомпаниям полную свободу. Но ущемлять инвестпривлекательность этого бизнеса не просто антирыночно, но и социально-катастрофично.

Во многих цивилизованных странах реализуют масштабные программы лекарственного обеспечения широких слоев населения. Вопрос цены пациента не волнует, как не волнует и то, какие отношения фармкомпании устанавливают с врачами. Заболевшему важно другое — быстрее реабилитироваться. Этому помогает нацеленность системы здравоохранения на результат, а не на процесс, как в России.

У нас реализуется несколько госпрограмм лекарственного обеспечения, призванных решить проблему доступности медикаментов для населения. Они могут служить переходной моделью между советской системой лекарственного распределения (система Семашко) и рыночными принципами.

Практически все современные госпрограммы дотационны. Прямая зависимость таких систем от возможностей бюджетов всех уровней заставляет государство экономить. В нашем случае экономят на качестве медуслуг и терапевтическом эффекте. В результате в рамках госпрограмм сложился очевидный тренд экономии средств, постепенно девальвирующий благие цели, которые ставит государство, запуская компенсационные механизмы.

Реформа лекарственного обеспечения назрела. Но сколько нужно на это средств и кто возьмет на себя ответственность за реформу? Попробуем прикинуть хотя бы расходы.

Объем всего фармацевтического рынка России с учетом всех сегментов (розничный, госпитальный, госпрограммы) составляет около $16 млрд. Наиболее важны в плане терапии медикаменты, носящие статус рецептурных. В среднем гражданин России (с учетом детей и пенсионеров) на лекарства тратит около 2 тыс. руб. в год. Реальное потребление лекарств в больших городах значительно выше этой суммы, в сельской местности — значительно ниже, что приводит к еще большей социальной дифференциации населения.



Основная цель реформы — равнозначное обеспечение граждан доступными медикаментами. Осуществить ее за счет средств бюджета возможно, но это не необходимо.

Для начала нужно определить перечень заболеваний, лечение которых должно вестись за счет федерального бюджета. К таким заболеваниям обычно относят редкие (сиротские) нозологии, требующие дорогостоящей медикаментозной терапии. Сегодня в России действует подобная программа («Высокозатратные нозологии»), но количество нозологий минимально и требует расширения. С учетом подключения дополнительных нозологий к федеральному финансированию затраты составят $2 млрд в ценах 2009 года. Учитывая уже осуществляемое финансирование, дополнительно потребуется порядка $0,7 млрд.

Далее необходимо выделить для обеспечения лекарствами за счет бюджетов различных уровней социальную группу, не вошедшую в программу «Высокозатратные нозологии». Это инвалиды I, II и III группы, неработающие пенсионеры, дети до 18 лет. Эта группа является наиболее активной в плане потребления медикаментов, осваивая около 60% потребляемых медикаментов в стране (они стоят порядка $5,7 млрд).

Частично эта сумма возмещается государством в рамках закупок по программе обеспечения необходимыми лекарствами отдельных категорий граждан, а также за счет закупок медикаментов под потребности лечебно-профилактических учреждений. Учитывая эти затраты (совокупно порядка $3,3 млрд), остается дофинансировать порядка $2,45 млрд. Обеспечение медикаментами инвалидов, неработающих пенсионеров и детей — важный социальный фактор, определяющий социальную безопасность незащищенных слоев населения, закрепляющий за государством полноценную ответственность за здоровье молодого поколения и продление жизни пожилых.



Важно помнить, что законодательство дает льготным категориям населения возможность монетизировать льготы. Сегодня подавляющее большинство граждан, имеющих право на льготное обеспечение, в том числе медикаментами, выбрали денежную компенсацию. Перенаправить ее в систему лекарственного обеспечения, то есть вернуть эти деньги в рынок лекарств, — задача невыполнимая. Но государство имеет возможность увеличить денежное довольствие тем категориям граждан, которые выбрали натуральную льготу. Количество таких людей Пенсионный фонд оценивает в 4,5 млн человек.

Нужно обеспечить одинаковый доступ экономически активного, здорового населения к лекарствам за счет внедрения института страхового возмещения. Ежегодный страховой взнос может быть коспонсирован государством в случае с работниками бюджетной сферы, работодателем и самим потребителем.

Представленные направления реформирования расположены в порядке приоритета в рамках проведения реформы лекарственного обеспечения в стране. Перевод лекарственного обеспечения на страховые принципы позволил бы обеспечить равный доступ к лекарствам всех категорий граждан. Это поставит Россию на один уровень с развитыми странами в вопросах равных государственных социальных гарантий.


ПЕНСИОННАЯ СИСТЕМА
Реформа пенсионного наказания

ПФР готов смягчить меры против

фондов-нарушителей

(«Коммерсантъ» 20.06.2011)



АЛЕКСАНДР МАЗУНИН

Пенсионный фонд России (ПФР) может существенно смягчить санкции в отношении трех негосударственных пенсионных фондов (НПФ), на которые поступило наибольшее количество жалоб на неправомерный перевод пенсионных накоплений. С этими фондами не будут расторгаться трансферагентские соглашения, позволявшие им самостоятельно привлекать клиентов, в тех регионах, где жалоб на них не зафиксировано.

О том, что ПФР намерен смягчить санкции в отношении НПФ "Благосостояние", "Норильский никель" и "Ренессанс Жизнь и Пенсии", на которые поступило наибольшее количество жалоб граждан на неправомерный перевод пенсионных накоплений, в пятницу заявил председатель правления ПФР Антон Дроздов. "Проблемы трех фондов урегулированы частично, процесс активно начался",— заявил господин Дроздов, добавив, что, скорее всего, эти фонды и дальше смогут самостоятельно привлекать пенсионные накопления граждан в тех регионах, где жалоб на них нет. Это заявление совпало с реакцией на санкции ПФР руководителя Федеральной службы по финансовым рынкам (ФСФР) Дмитрия Панкина, впервые высказавшегося по данной проблеме. Действия ПФР он назвал некорректными, добавив, что у самой ФСФР не было претензий к фондам.

В начале июня ПФР принял решение расторгнуть трансферагентские соглашения с НПФ "Благосостояние", "Норильский никель" и "Ренессанс Жизнь и Пенсии", позволявшие им самостоятельно привлекать клиентов в рамках обязательного пенсионного страхования (ОПС). На них приходится более 80% письменных жалоб граждан на неправомерный перевод пенсионных накоплений (общее число жалоб, поступивших в ПФР с начала года,— порядка 1,7 тыс.). Все три фонда занимают лидирующие позиции на рынке ОПС: по итогам первого квартала в НПФ "Благосостояние" сосредоточено 41,09 млрд руб. пенсионных накоплений (1-е место, количество клиентов составляет 1,4 млн), в "Норильском никеле" — 20,9 млрд руб. (3-е место, 917,1 тыс. клиентов), в "Ренессанс Жизнь и Пенсии" — 7,1 млрд руб. (10-е место, 410,9 тыс. клиентов).

Как пояснила "Ъ" представитель ПФР Марита Нагога, с руководством трех фондов были проведены встречи, по результатам которых они представили план действий по ликвидации мошеннических схем при переводе пенсионных накоплений граждан. По словам госпожи Нагоги, НПФ "Ренессанс Жизнь и Пенсии" урегулировал уже 75% жалоб, "Благосостояние" — более половины. "Сложнее обстоят дела в "Норильском никеле", но и он активно работает над решением проблемы, проводя аудит всех заявлений на перевод накоплений, поступивших в 2010 году",— говорит госпожа Нагога.

Окончательное решение по всем трем фондам будет принято сегодня. Изначально планировалось, что все трансферагентские соглашения будут расторгнуты 21 июня. "Пока склоняемся к тому, что трансферагентские соглашения будут расторгнуты с этими НПФ только в тех регионах, где на них зафиксированы жалобы, сказать, сколько их, пока проблематично, так как окончательные данные пока не готовы",— сказала госпожа Нагога. При этом она добавила, что жалобы граждан, чьи накопления неправомерно были переведены в тот или иной НПФ в прошлом году, продолжают поступать, и их количество втрое превышает уровень 2010 года (тогда было получено около 900 задокументированных жалоб).

Расторжение соглашения с ПФР фактически означало бы для НПФ конец самостоятельной работы на рынке обязательного пенсионного страхования, который в последнее время является наиболее перспективным и быстрорастущим, предупреждали участники рынка. Так, по итогам 2010 года прирост пенсионных накоплений в НПФ "Благосостояние" составил 74,8%, при том что пенсионные резервы выросли на 32%, в "Норильском никеле" рост составил 96,1% и 13,9% соответственно. "Ренессанс Жизнь и Пенсии" вообще активно работает только на рынке ОПС, рост пенсионных накоплений у этого НПФ составил 706,2%.

"Пока это лишь намерение ПФР, но мы будем очень рады, если такое решение будет действительно принято. Те регионы, где не зафиксировано случаев мошенничества, не должны страдать от недобросовестных агентов, действующих в других городах",— заявила представитель НПФ "Норильский никель" Ирина Цытович. "Расторжение соглашений с филиалами, где жалоб нет вообще, а в нашем случае таких большинство, должно иметь веские основания. Единичные случаи в нескольких регионах не могут усложнять работу с новыми клиентами по всей стране",— заявили в НПФ "Благосостояние". "Решение ПФР о расторжении трансферагентских соглашений изначально было чрезмерно жестким. Исправить ситуацию могла только оперативная обработка обращений граждан, что и было сделано нами. Мы приняли определенные кадровые и управленческие решения",— прокомментировал ситуацию председатель попечительского совета НПФ "Ренессанс Жизнь и Пенсии" Олег Киселев.



Меры ПФР, даже смягченные, дисциплинировали фонды, но не решили фундаментальных проблем при заключении договоров об обязательном пенсионном страховании, считают эксперты. "После этих событий к качеству работы агентов будут относиться еще более трепетно",— говорит исполнительный директор Промагрофонда Ольга Буланцева. "Мы находимся в тесном сотрудничестве с ПФР в выработке мер по противодействию мошенничеств с тем, чтобы подобная ситуация больше не повторилась",— уверяет господин Киселев. Однако, продолжает госпожа Буланцева, проблему мошенничеств не решить одними только усилиями НПФ по контролю за агентами. "Проблему искоренил бы запрет писать несколько заявлений о переводе накоплений в тот или иной фонд несколько раз в год. Если это можно будет сделать один раз, у агентов не будет соблазна перепродавать одни и те же базы клиентов в несколько НПФ",— полагает госпожа Буланцева.






ПРЕЗИДЕНТ. ПРАВИТЕЛЬСТВО. ПАРЛАМЕНТ





Его выбор

Президент обозначил

главный политический конфликт страны
(«Независимая газета» 20.06.2011)

ГЛЕБ ПАВЛОВСКИЙ

Что предложил Медведев в выступлении на форуме? Была ли это сильно запоздалая реакция на неудачную майскую пресс-конференцию и последующие действия и заявления Путина, а также других членов Народного фронта? Или предвыборная речь, как говорят? Или презентация инвестиционной стратегии, чем и должна быть – на экономическом форуме? Речь на форуме приходится рассматривать как политическую программу. Поскольку в ней названы цели, названы средства, названы противники и назван главный конфликт. Так будем же судить художника по законам, им над собой установленным!

У Рене Магритта есть картина «Это не трубка», в центре которой изображена именно трубка. Парадокс прост – подпись соответствует изображению, но картинку не раскуришь. Речь Медведева на форуме в Петербурге можно назвать «Это не политика». Это – ее карта, маршрут политического конфликта. Медведев ясно, возможно, впервые настолько ясно встал на почву политического конфликта. Здесь душа ждет рифмы – «конфликта с Владимиром Путиным». Но это упрощение – лишь чья-то мечта срезать угол.

Пресса перечисляет «программные установки Медведева», высказанные очень твердо: демонополизация, децентрализация, приватизация, борьба с коррупцией. Все эти лозунги – официоз с бородой. Они провозглашены Путиным-президентом, и ни разу за последние 11 лет Кремлем не пересматривались. Президент настаивает на банальностях, но эти банальности для системы доктринальны – она не смеет сказать ему «Нет!». (Это похоже на позицию советских диссидентов – «Уважайте советскую Конституцию».) Оттого первые комментарии функционеров «Единой России» вынужденно и встревоженно лояльны. Думский функционер не рычит, что президент «суицидален», и либеральный ректор не упрекает в «попытке создать что-то бутафорское, похожее на западную демократию». Быть может – временно.

Как он называет старую модель

Медведева терзает анонимность действующей модели власти – кстати, той, на которую он опирается, которая собрала в Санкт-Петербург его аудиторию. Он пытается заклеймить, сохранив «все позитивное». Это естественно. Но это приводит к буре околичностей и намеков. Здесь и «этап развития, связанный с усилением роли государства в экономике». И «избыточная система регулирования государства в подконтрольных сферах». И принцип, что государство всегда право... Принцип ручного управления... Государственный капитализм... Подобная экономическая модель представляет опасность для будущего страны... Все, что мешает «прорывному развитию» (и его предложено «быстрее и решительнее менять»).

«Мы должны пройти точку невозврата к тем моделям, которые ведут страну в обратном направлении». Расшифруем президента. Он требует исключить политический реванш. Но ведь и сами силы реванша озабочены «точкой невозврата», только другой – чтобы исключить в будущем появление во главе страны кого-то вроде Медведева. Изгнать из Кремля медведевский дух. И пока Медведев ищет точку невозврата – противостоящие ему силы ищут точку изгнания его самого. Они креативны, ведь это не охранители на гонораре. У них в руках техноструктура, несколько сетей власти, и они неограничены в кэше. Он говорит о них слишком мягко – «судорожные шаги, решающие задачу сохранить то, что существует». Кто они?

Кто против Медведева

Медведев обычно обходит тему противостоящей ему контрстратегии. И здесь он поступил так же, говоря об «экспертах, мечтающих о пятилетках». Зато в Санкт-Петербурге он впервые обозначил свою концепцию сил реакции. Это по-своему уникальный российский вариант коррумпированного популизма, который балансирует между народом и крупной собственностью, используя институциональные дефициты и правовую незащищенность личности каждого гражданина – от рабочего до премьера.

Кто они? Это и кланы, контролирующие финансовые потоки, и группы, практикующие внутреннее насилие. Здесь мы спотыкаемся о медведевский повтор – отказ от «ручного управления». Русское ручное управление – это не личное управление на основе компетенции или прав. Это управление угрозами: «Руки поотрываю!» Это баронства, феодальные владения. Они автономны. И в этом испытанный еще президентом Путиным крах концепции «вертикали власти».

Они откупаются от центральной власти кэшем, но сами при этом не прозрачны и ведут частную государственную политику в параллель с правительством и президентом.

Когда Медведев критикует чрезмерное бремя госсобственности, он обходит политический смысл того, что эта собственность равно вне бизнеса и вне государства. Это – захваты. Это узурпация конституционных прерогатив через мнимо государственные, давно перехваченные клановыми сетями бизнесы. Проклиная избыточное вмешательство государства в бизнес, Медведев отвергает избыточное вмешательство в государственные дела. Государству опасен тип собственников, которые находятся на комфортной грани между государством и бизнесом. Для которых государственная собственность – фактически зона вторжения, брешь в государственной системе.

Российская реакция прогрессивна, она – рыночный субъект. Быть может, самый рыночный в стране. Выходя на мировой рынок, наша система действует по его правилам и успешно борется за максимизацию прибыли. Ее деятельность ведется от имени государства и по поручению государства. Но, в сущности, она нелегальна. Эту работу ведет неведомый конституционным властям субъект. Создав позади себя социальный пузырь и шантажируя власти и население рисками разрыва пузыря, он ведет себя как помесь робокопа с игровым автоматом в Лас-Вегасе. Демонтаж этого механизма, причем такой демонтаж, который не затронет жизненной основы граждан, заявлен Медведевым. Сложность в том, что этот демонтаж придется проводить вместе со строительством институтов государства.



Обязательство

Медведев впервые отделяет вопрос о своих предпочтениях от императивности стратегии, которую запустил. Та «будет» осуществляться независимо от того, станет ли он президентом. Независимо от того, «кто какие должности» будет занимать «в ближайшие несколько лет». Но тут же Медведев говорит: «За это отвечаю лично я как президент». Странная претензия? Нет. Обязательное и давно ожидаемое заверение в необратимости.

Ведь вся политика тандема была обратимой. Ее резюме – в знаменитой формуле «Мы друзья – соберемся и порешаем». Сегодня Медведев впервые говорит сторонникам, что их не сдадут. Их не принесут в жертву, не разменяют – даже если он лично не станет президентом. Позиция заявлена. Это шаг к ответственной политике – прочь от импровизаций с «нулевой суммой», когда одни после выборов просыпаются в другой стране... а другие не просыпаются вовсе.

Медведев стилистически злоупотребляет тезисом о крайней опасности положения, в котором находится страна. Хотя «все не так плохо, как на самом деле». Когда так часто намекаешь на чрезвычайные обстоятельства, а сам не действуешь чрезвычайным образом, в политике возникает коридор для других – тех, кто использует разогретую тобой атмосферу против тебя. Медведев говорит о них косвенно – как об «экспертах, мечтающих о пятилетках». Но мы же их знаем.

Медведев правильно говорит, что модель, созданная в нулевые годы, – он сделал ряд реверансов в ее сторону – представляет «опасность для будущего страны». Используя контроль над колоссальными объемами собственности и ликвидности, а с другой стороны, контроль над участками государственного аппарата, эта модель формирует внутри государства ударный комплекс, готовый к вмешательству в чьи угодно дела, готовый к нападению. Медведев очень ясно связывает коррупцию с этим противостоящим его стратегии комплексом. Здесь его охватывает ярость. Возможно, неподдельная.

Появляется тезис об «удавке на шее» коррупционеров и об их полной имущественной ответственности. Намеренно не назван уровень этих самых отвечающих государственных лиц. Зато Медведев вовремя оговаривается, упоминая, что система судебного оспаривания должна действовать в полном объеме и должны быть «четкие гарантии на случай необоснованных обвинений». Здесь Медведев вторгается в старую политическую трудность новой России – как демонтировать систему вмешательства, если не с помощью силовых структур, тут же превращающихся в нового монстра? Всем нужны гарантии. И эти гарантии (о чем Медведев ясно не упоминает) должны быть ясны предварительно. Он же сам не считает, что судебная система в нынешнем виде что-либо гарантирует.



следующая страница >>