Если бы она их съела! Если бы эта тварь их просто съела! - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Если бы она их съела! Если бы эта тварь их просто съела! - страница №1/1

Груши.

Если бы она их съела! Если бы эта тварь их просто съела!..


Но она же бросила их на пол и раздавила! Смотрела на меня и мерзко так хихикала.
Сука!
Меня вдруг стало как-то больше. Я исчезала, но и росла, быстрее и быстрее. Больничная палата растаяла. Я видела только Дину, а внутри у меня все бурлило, бурлило... Меня не было, и я была, и что-то невозможное, невозможное внутри, клокочет и щекочет больно, невыносимо, не-вы-но-си-мо!
Щелкнуло!
Вырвалось!
Сверкнуло!
Лопнуло...
Перед глазами поплыло. Какое-то мельтешение, вспышки, слабость в теле.
Колени подогнулись. Я рухнула на кровать.
Дина корчилась на полу, хватая воздух ртом, как большая мерзкая рыба.

- Ой, вашей девочке тоже двенадцать? Хорошо, будут дружить. Диночка, видишь, теперь тебе не будет скучно.


- Да, это замечательно. Сашенька, посмотри, у тебя здесь уже есть подружка, правда здорово?
Я посмотрела на девочку. Смуглая, худая, с беспокойным взглядом, она мне не понравилась. Но я улыбнулась:
- Да, мамочка.
Как только нянечка и мама ушли, Дина хлопнула меня по плечу и хрипловатым голосом сказала:
- Будешь делать то, что скажу - не трону.

Я посмотрела ей в глаза и подумала, что лучше не возникать.


Потом уже размышляла: как я, как все мы могли позволять ей такие вещи... Наверное, не приходило на ум сопротивляться. Раз человек так себя ведет, значит, он имеет на это право... наверное...
Каждый вечер Дина выбирала себе жертву. После ужина, в большой палате, все вставали в круг, жертва смиренно проходила в середину. Дина начинала ее бить.
Мы молчали. И избиваемый молчал. Чтобы никто не услышал.
А я... Я просто смотрела на это все и привыкала. Через неделю меня уже не пугало это странное, жуткое зрелище: в тишине моя соседка, молча, сопя от напряжения, избивала ребенка. А ребенок сжимался на полу и сам закрывал себе рот, чтобы не произнести ни звука.
Позже все расходились. Я сворачивалась в клубок на своей постели и слушала, как дышит заснувшая на соседней койке Дина.
Вдох - выдох. Вдох - выдох. Вдох...
Слушала и надеялась, не веря в возможность подобного, что следующего вдоха не будет. Умирают же люди во сне.

В выходные мама не приехала. Я очень ждала, но... Всю ночь воскресенья я проплакала, сидя на подоконнике в ванной. Рядом со мной сидела и плакала Оля. Она сегодня была в центре круга. Нас обнаружила нянечка и разогнала по палатам.


В понедельник я не плакала. Потому что все равно уже. В понедельник ни к кому не приезжали родители. Все пошло своим чередом.
Я ходила на процедуры, все послушно съедала в столовой, вечером стояла в кругу детей, ночью слушала, как дышит моя соседка.
В среду приехал папа. Уже совсем поздно, поэтому его не пустили, но он передал от мамы две маленькие зеленые груши. Они были мягкие, немного помятые, но пахли очень хорошо.
Я поставила блюдце с грушами на тумбочку. Мне хотелось, чтобы в палате хоть недолго пахло ими.

Вошла Дина. Я перехватила ее взгляд и поспешно сказала: «Выбирай себе любую», - указав на фрукты. Девочка криво усмехнулась и, растягивая слова, ответила: "Да кому нужны твои тухлые груши!" Она протянула руки, взяла их, повертела у меня перед носом и бросила на пол.


И я ее ударила.
Когда Дина упала, я, придя в себя, ударила еще раз, уже ногой. Потом еще и еще. Не могу определенно сказать, что я чувствовала в тот момент. Вся ярость, злость, ненависть – все исчезло после первого удара. Наверное, я уже ничего не чувствовала. Просто молча избивала ее. А Дина корчилась на полу, зажимая себе рот рукой.

На следующий день Дину из больницы забрали родители. Тихо так ; мы узнали только после обеда. Но обсуждать не стали. Не надо было.