Архимандрит Никон (Рождественский) и формирование «народной» церковно-консервативной журналистики в XIX в - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Архимандрит Никон (Рождественский) и формирование «народной» церковно-консервативной - страница №1/1

Архимандрит Никон (Рождественский) и формирование «народной» церковно-консервативной журналистики в XIX в.
В предлагаемой статье рассматриваются исторические условия возникновения и развития ряда церковных периодических изданий для крестьян, издававшихся на рубеже XIX-XX вв. под редакцией архимандрита Никона (Рождественского) в Троице-Сергиевой лавре.
Archimandrite Nikon (Rozdestvenskiy) and forming “folk” church-conservative journalism in XIX century.
In suggesting article historical conditions of rise and development of the range of periodicals for peasants published at the turn of XIX-XX centuries edited by Archimandrite Nikon (Rozdestvenskiy) in Troize-Sergiev Lavra are examinied.
Ключевые слова: православная церковь, церковная журналистика, Св.Синод, «Троицкие листки», консерватизм.
Церковная журналистика дореволюционной России никогда не была цельным монолитом в идейно-политическом аспекте. На протяжении десятилетий сосуществовали различные периодические издания: и откровенно охранительного склада, и умеренно-консервативные, были и умеренно-либеральные. Конечно, при отнесении церковной газеты или журнала к той или иной группе по принципу идейных предпочтений следует делать поправку на особую специфику церковного мировоззрения. Оппозиция «консерватизм»- «либерализм» выстраивается здесь иначе чем в области общественно-политического развития. Церковный консерватизм в своем крайнем выражении предполагает абсолютное отрицание ценностей западной цивилизации, особенно в их идейном и религиозном проявлении. Для него характерно отождествление православия и этнической русскости
К.П.Победоносцев в годы своей обер-прокуратуры (1880-1905) всемерно пытался усилить влияние церкви на российское общество. По его мнению, церковь не должна была ограничиваться исключительно литургической деятельностью; ей требовалось стать полноценным воспитателем для всей страны. Как полагал обер-прокурор, осуществиться это должно было через церковное участие в жизни школ, университетов, через повседневную деятельность различных братств, объединяющих клириков и мирян, а также через церковную печать.

Церковная периодика в идеале Победоносцева – это, прежде всего нравоучительная журналистика. «Ученого» богословия Победоносцев не любил и не признавал. Спорные вопросы церковно-государственных или церковно-общественных отношений, по его мнению, также не должны были получать место на страницах повременных изданий: они должны были разрешаться в тиши кабинетов. Открытие каждого нового духовного журнала или газеты, программа которых выходила бы за пределы, установленные обер-прокурором было почти невозможно – Св.Синод попросту не давал на такое издание разрешения. В 1895 г. священник М.П.Фивейский обратился в Св.Синод с прошением о разрешении ему издавать в Москве журнал «Христианская речь». Программа будущего журнала показалась неблагонамеренной из-за наличия раздела, в котором предполагалось помещать материалы о современной церковной жизни в России. М.П.Фивейского ни в коем случае нельзя причислить к кругу церковных либералов той эпохи. Настоятель московской церкви Николая Чудотворца, преподаватель Закона Божьего в ряде учебных заведений, М.П.Фивейский был совершенно благонадежен, что доказал впоследствии, редактируя журнал «Душеполезное чтение». Но в результате закрытого обсуждения программы намечаемой к изданию «Христианской речи», было принято решение об отказе1.

Результатом политики, проводимой обер-прокурором, стало довольно быстрое изменение общей картины церковной периодической печати. За короткое время появилось большое количество новых церковных газет и журналов назидательного православно-национального направления.
В соответствии с «Правилами о церковноприходских школах» 1884 г. учащихся следовало воспитывать в духе православного учения и верности трону. Как уже неоднократно отмечалось в литературе, К.П. Победоносцев, никогда не примыкавший к славянофилам, все же перенял от них мысль, что национальное развитие России зависит от слоев народа, наиболее тесно связанных с православной церковью – т.е. от крестьянства и мещанства, составлявших почти 90% населения.2 В связи с этим воспитание народа на основе названных принципов становилось в его понимании важнейшей государственной задачей. Часть трудов по реализации этой задачи возлагалась и на периодическую печать. Церковно-приходские школы, по замыслу К.П.Победоносцева и разделявших его взгляды церковных и государственных деятелей, предназначались для создания базового мировоззрения народа. Периодические издания, предназначенные для «простых людей» должны были формировать свое содержание на основе соответствующего образовательного и мировоззренческого горизонта. Именно 1880-1900-е гг. стали периодом расцвета совершенно особого вида церковной журналистики, обязанной своим существованием появлению нового массового читателя – крестьян и мещан, получивших грамотность и представления об окружающем мире в церковно-приходской школе. О массовости такого читателя говорят следующие цифры. Согласно официальной статистике (пусть и несколько приукрашенной, что было вполне в духе К.П.Победоносцева), в 1884 г. в стране было 4064 церковно-приходские школы, в которых обучалось чуть более ста тысяч человек. Спустя десять лет, в 1894 г. число школ возросло до 31835, а число учащихся приблизилось почти к миллиону.3

Наиболее яркая страница в истории назидательной периодики для народа связана с именем архимандрита (а позже епископа и архиепископа) Никона. Никон (в миру Николай Иванович Рождественский) (1851-1918) был достаточно нетипичным для мира церковной журналистики деятелем. Несомненно обладавший хорошими способностями, он при этом не сумел получить академического образования: из-за недостатка средств и проблем со здоровьем (с детства был слеп на один глаз). Среди тех, кто принимал участие в духовной журалистике тех лет, отсутствие академического образования было большой редкостью (что свидетельствует в целом о высоком интеллектуальном уровне; напомним, что поступить в духовную академию могли лишь лучшие выпускники семинарий, а в семинарии в свою очередь принимали только лучших учеников из духовных училищ). Отсутсвие академического этапа в жизни наложило заметный отпечаток на личность Никона. Несмотря на очень серьезную, хотя и одностороннюю начитанность, его культурный горизонт был достаточно низким. Родившийся в бедной семье сельского дьячка (он был двадцать первым ребенком в семье), Никон не знал и никогда не видел мира, находящегося за пределами Четьи-Миней; все, что выходило за рамки традиционных представлений его круга воспринималось им всегда крайне враждебно. Не терпимый к чужим мнениям, не пытающийся никогда понять оппонента, Никон был готов заклеймить любые проявления чужеродности. Сделавшись известным журналистом, в своих статьях он беспощадно обрушивался на студентов, интеллигентов, либералов, евреев, европейцев, которые сливались у него в некую безликую темную силу, мечтающую о погибели Святой Руси. Само православие Никона было предельно ортодоксальным, воинствующим, чуждым милосердия и сострадания. Окружающий мир воспринимался им не как Мир Божий, а как обитель зла, единственным спасением от которого является молитвенный аскетизм. Яркий и страстный публицист, Никон первым в истории отечественной церковной журналистики стал провозглашать принципы и использовать приемы, которые впоследствии стали основой т.н. черносотенной печати.



В 1874 г. Николай Рождественский стал послушником Ново-Иерусалимского монастыря, основанного еще в XVII в. патриархом Никоном. После того, как его настоятель архим. Леонид (Кавелин) был переведен наместником в Троице-Сергиеву лавру, Н.Рождественский последовал за ним. В 1880 г. он принял постриг с именем Никона. Атмосфера монастыря, бывшего одним из самых главных духовных центров страны наложила особый отпечаток на личность и мировоззрение Никона. Воспитанный в набожной традиционалистской семье, получивший образование на медные деньги, Никон встретился в лавре с феноменом народного православия: почти ежедневно ему приходилось видеть толпы странников-богомольцев, преодолевавших порой тысячи верст для встречи с Троицкой обителью. Для Никона только эти люди и были настоящим русским народом – других он просто не знал. С 1879 г, еще послушником Никон начал выпускать «Троицкие листки», которые потом раздавались или продавались за копеечную цену паломникам. Троице-Сергиева лавра тогда не располагала собственной типографией и Никон самостоятельно договаривался с купцами о благотворительной помощи изданию, что-то оплачивала лавра (к слову, один из богатейших в стране монастырей). «Троицкие листки» снискали успех и стали печататься сотнями тысяч экземпляров. Они представляли собой небольшие по формату брошюрки объемом 8-10 страниц. Сначала их содержание составляли отрывки из проповедей и краткие поучения, но постепенно «Троицкие листки» стали принимать вид периодического издания – возникла преемственность содержания, систематичность в публикации определенных материалов – пояснения к богослужению и важнейшим молитвам, краткие переложения житий святых и т.п. А главное, стали появляться материалы, связанные со злободневными вопросами современности (толчок был дан цареубийством 1 марта 1881 г.). В 80-90 гг. несмотря на строгий церковно-консервативный характер, монархическая идеология «Троицких листков» обнаруживалась еще лишь время от времени; их решительная политизация в право-радикальном духе произошла лишь после 1905 года. Никон обладал несомненным литературным и публицистическим талантом (еще в духовном училище он издавал рукописный журнал, для которого сам писал стихи и очерки). На Никона обратил внимание сам К.П.Победоносцев. В приватном письме Александру III от 6 ноября 1885 г. обер-прокурор охарактеризовал деятельность Никона следующим образом: « В Троице-Сергиевой лавре есть молодой достойный иеромонах Никон, из ученых, хилого здоровья, умный, усердный и отличной жизни. Он задумал посвятить себя доброму делу - выбирать из знакомой ему старой и новой духовной литературы статьи, просто и тепло написанные, понятным для народа языком, и издавать их отдельными листками для раздачи народу, приходящему в лавру. Он обнаружил вкус и искусство в выборе, и издание, начавшееся с 1880 года, имело и имеет успех замечательный и приобрело под названием «Троицких листков» популярность во всей России. Их разошлось уже свыше 10 миллионов, и многие из самых отдаленных мест выписывают их сотнями для раздачи. При этом конечно, нет никакого расчета на прибыль, - единственный расчет – на поддержание издания, что возможно лишь с помощью благотворителей»4. На самом деле, «Троицкие листки» раздавались бесплатно лишь отчасти, со временем значительная часть тиража стала поступать в руки перекупщиков для распространения по епархиям. Стоимость составляла 60 копеек за сотню экземпляров, т.е. 0,6 копейки за один экземпляр. В приходах они продавались по копейке, принося тем самым, с учетом накладных расходов, 20-30 процентную прибыль. Ввиду невиданных астрономических тиражей дело приносило неплохой доход. Так что К.П.Победоносцев, прося Александра III выделить пятьсот рублей на поддержку издания «Троицких листков» 5 предлагал скорее моральную, а не материальную поддержку. Иеромонах Никон, очень умело ведя дела, через некоторое время сумел накопить денег на типографию и переплетную мастерскую. В марте 1894 года он обратился с письмом к митрополиту Московскому и Коломенскому Сергию, в котором обосновал необходимость устройства при Лавре собственной типографии. Тот ходатайствовал перед Синодом, и в сентябре 1894 года было получено разрешение от московского губернатора. Летом 1895 года с московского склада принадлежностей тиснения Ивана Флора доставили две скоропечатные машины, которые в июне уже были готовы приступить к работе. С этого времени тиражи «Троицких листков» возросли еще больше (по подсчетам В.Рождественского, суммарный тираж «Троицких листков», изданных в период 1879-1899 гг. достигал 90 миллионов)6. С.Г.Рункевич писал о Никоне: «Троицкие листки»…собрали своему издателю по полушке порядочный капитал, давший ему возможность устроить собственную типографию и развивать дело: кроме «Листков» о. Никон стал издавать еще «Троицкие книжки», ценой по 1 копейке и «Троицкие образки», но последнее предприятие не удалось из-за конкуренции со стороны нарядных и дешевых икон из жести».7 В дальнейшем, продолжая совмещать духовно-нравоучительное дело с предпринимательством, Никон организовал еще несколько периодических изданий (ежемесячник для церковно-приходских школ «Божия нива», издававшийся с 1903 по 1917г., с приложением детского журнала «Зернышки Божией нивы», а также церковно-общественный еженедельник крайне правого направления «Троицкое слово» (1910-1917)). Но славы «Троицких листков» и широты их распротранения новые издания уже не получили. По данным В.Ф.Зыбковца, исследовавшего экономику ряда крупных монастырей России в начале ХХ в., к 1917 г. Троице-Сергиева лавра получала ежегодный доход в сумме 1млн. 340 тыс. рублей, из которых 178 тыс. рублей приходились на доходы от типографии и продажи литературы.8 Таким образом, в бюджете Троице-Сергиевой лавры доход от деятельности типографии составлял примерно 13%. В общей структуре доходов этого богатейшего монастыря типографский доход стоял по величине на третьем месте, уступая лишь доходам, получаемым от переданных в аренду земель и зданий (440 тыс.) и от продажи свечей (201 тыс.). Из других статей доходов только продажа икон (168 тыс.) могла сравниться с доходами от типографии, все остальные – кружечные сборы, плата за требы, торговля лесом и пр. оставались далеко позади.9 Опыт издания «Троицких листков» вызвал попытки подражания в других регионах. С 1883 г. аналогичные по форме и содержанию «Киевские листки религиозно-нравственного чтения для народа» стали выпускаться еженедельно при журнале «Воскресное чтение», а с 1886 г. появился «Почаевский листок», издававшийся при Почаевской Успенской лавре.

За «Троицкие листки» Никон в 1900 г. был удостоин престижной Макарьевской премии. Эта премия, учрежденная императором Александром II, вручалась с 1867 года за исследования в области церковной истории. В основе премиального фонда были авторские гонорары, полученные митр. Макарием (Булгаковым) за его «Историю Русской церкви». Единственный «исторический» труд о. Никона – жизнеописание Сергия Радонежского10 научной ценности не представлял – это понимали и его покровители. Премия была назначена именно за публицистику. В марте 1904 г. состоялась хиротония Никона – он стал епископом Муромским, а уже в ноябре того же года переведен на серпуховскую кафедру и сделался викарием Московской епархии. Епископ Никон являл собой полную противоположность так называемым «ученым монахам», из которых в большинстве случаев формировался епископат того времени. По подсчетам С.Л.Фирсова, к 1905 г. из насчитывавшихся в Русской Церкви 109 епископов 99 являлись выпускниками духовных академий и имели ученую степень магистра или доктора богословия.11 Большинство из них приняли постриг молодыми людьми еще в стенах академии и прошли традиционный в этом случае карьерный путь – должность инспектора в семинарии, настоятельство (часто номинальное), должность ректора семинарии или инспектора академии и, наконец, епископский посох. Приобретенный на этом пути жизненный и духовный опыт часто не соответствовал требованиям, предъявлявшимся задачами епархиального управления. Епископ Никон находился вне академической корпорации, не был связан многочисленными неформальными нитями с другими епископами. Воспитанный в уважительной покорности к церковноначалию, лишенный «суемудрия» и в то же время чрезвычайно деятельный, энергичный, он воплощал собой тот тип архиерея, который так привлекал К.П.Победоносцева, тщетно пытавшегося найти среди епископата активных подвижников и тружеников, которые бы при этом не искали самостоятельности и независимости от обер-прокурорской власти. В годы первой русской революции епископ Никон стал одним из вдохновителей создания в Москве ряда правомонархических организаций. Особенный общественный резонанс получила его статья «Что нам делать в эти тревожные дни», напечатанная в 1905 г. в газете «Московские ведомости», которые тогда издавал видный деятель черносотенного движения В.А.Грингмут12. Тон, в котором была выдержана статья, был настолько резким, что вызвал негодование не только в светских либеральных изданиях, но и в значительной части церковной публицистики. В свою очередь, «Троицкие листки» поместили целую серию обличительных статей еп.Никона, в которых он, именуя своих оппонентов исключительно «жидами» или «жидохвостами», провозглашал монархическо-православное сознание единственной приемлемой формой мировоззрения для «настоящих» русских людей. По настоянию петербургского митрополита Антония (Вадковского), по мнению которого публикации в «Листках» приносили колоссальный вред церкви в глазах общества, и с согласия большинства членов Св.Синода, Никон был удален из Москвы и из Троице-Сергиевой лавры в Вологду. Его активная церковно-общественная и публицистическая деятельность продолжалась и там. После завершения революционных бурь, при новом правительственном курсе, в 1908 г. епископ Никон был назначен председателем издательского комитета Св.Синода. Его собственные издания при этом были освобождены от цензурного контроля.
Публицистическое наследие Никона огромно. В большинстве выпусков «Тр оицких листков», в каждом номере «Троицкого слова» помещались его статьи. К концу года из них составлялся отдельный том и такие тома издавались дополнительно в книжном формате под названием «Дневников».

В 1916 епископ Никон ушел на покой. В 1918 г. его не стало – неизвестные убили его под стенами Троицко-Сергиевой лавры.

РГИА. Ф.776. Оп.8. Д.№ 913.

Смолич И.К. История русской церкви. 1700-1917. М. 1997. Ч.2. С. 108.

Обзор деятельности Ведомства православного исповедания за время царствования императора Александра III. СПб. 1901. С. 702.

Победоносцев К.П. Письма к Александру III. 1881-1894 гг. М. 1925. Т.2. С.89.

Там же.

Рождественский В. Троицкие листы // «Христианское чтение». 1902. 1. С.156.



Рункевич С.Г. Русская церковь в XIX в. СПб. 1901. С. 209.

Зыбковец В.Ф. Национализация монастырских имуществ в Советской России (1917-1921 гг.). М.1975. С.31.

Там же.

Никон, архим. Житие и подвиги преподобного Сергия, игумена Радонежского и всея Руси чудотворца. Сергиев Посад. 1885.



Фирсов С.Л. Русская Церковь накануне перемен (конец 1890-х – 1918 гг.). М. 2002.

Московские ведомости. 1905. 16 октября. С.1.




1 РГИА. Ф.776. Оп.8. Д.№ 913.

2 Смолич И.К. История русской церкви. 1700-1917. М. 1997. Ч.2. С. 108.

3 Обзор деятельности Ведомства православного исповедания за время царствования императора Александра III. СПб. 1901. С. 702.

4 Победоносцев К.П. Письма к Александру III. 1881-1894 гг. М. 1925. Т.2. С.89.

5 Там же.

6 Рождественский В. Троицкие листы // «Христианское чтение». 1902. 1. С.156.

7 Рункевич С.Г. Русская церковь в XIX в. СПб. 1901. С. 209.

8 Зыбковец В.Ф. Национализация монастырских имуществ в Советской России (1917-1921 гг.). М.1975. С.31.

9 Там же.

10 Никон, архим. Житие и подвиги преподобного Сергия, игумена Радонежского и всея Руси чудотворца. Сергиев Посад. 1885.

11 Фирсов С.Л. Русская Церковь накануне перемен (конец 1890-х – 1918 гг.). М. 2002.

12 Московские ведомости. 1905. 16 октября. С.1.