Агата Кристи Убийство по алфавиту Эркюль Пуаро – 12 Агата Кристи - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Агата Кристи Убийство по алфавиту Эркюль Пуаро – 12 Агата Кристи - страница №1/9

Агата Кристи

Убийство по алфавиту
Эркюль Пуаро – 12

Агата Кристи

УБИЙСТВО ПО АЛФАВИТУ
Джеймсу Уоттсу, одному из моих самых благодарных читателей
Предисловие

Капитана Артура Гастингса, кавалера Ордена Британской империи
В этом повествовании я следовал обычной моей практике: излагал только те события и эпизоды, свидетелем которых был сам. Поэтому некоторые главы написаны от третьего лица.

Хочу заверить моих читателей, что я могу поручиться за достоверность изложенного в этих главах. Если я и прибег к поэтической вольности, описывая мысли и чувства различных людей, то передал их, по моему мнению, с достаточной точностью. Должен добавить, что они были “авторизованы” моим другом Эркюлем Пуаро.

В заключение скажу, что, если я слишком подробно описывал некоторые второстепенные человеческие отношения, возникшие вследствие череды загадочных преступлений, это потому, что никогда не следует забывать о человеческой натуре. Когда то Эркюль Пуаро преподал мне драматический пример того, как преступление порождает романтические чувства.

Что до раскрытия загадки Эй би си1, то могу лишь заметить, что, на мой взгляд, Пуаро проявил настоящую гениальность в том, как решил задачу, совершенно не сходную с теми, которые вставали перед ним прежде.
Глава 1

Письмо
В июне 1935 года я на полгода вернулся в Англию с моего ранчо в Южной Америке. Жизнь в Америке сложилась для нас непросто. Вместе со всеми мы страдали от последствий мирового кризиса. В Англии у меня был ряд дел, которые, как мне представлялось, требовали для своего разрешения моего личного присутствия. Моя жена осталась управлять нашим ранчо.

Стоит ли говорить, что, едва прибыв в Англию, я пустился на поиск моего старого друга – Эркюля Пуаро. Я нашел его – в это время он обитал в современной лондонской квартире – в доме гостиничного типа. Я заявил Пуаро (и он с этим согласился), что его выбор пал на этот дом исключительно из за строгих геометрических пропорций здания.

– Ну, конечно, мой друг, мой дом – воплощение симметрии. Вы не находите?



Я ответил, что строение, на мой взгляд, чересчур прямоугольное, и, вспомнив старинную шутку, спросил, не обучили ли владельцы этого ультрасовременного дома своих кур нести квадратные яйца.

Пуаро от души рассмеялся.

– А, так вы не забыли этой шутки? Увы! Наука пока бессильна, и куры все еще не подчиняются новым веяниям – они по прежнему несут яйца разных цветов и размеров!



Я с любовью вглядывался в лицо старого друга. Он выглядел просто превосходно и совершенно не постарел с тех пор, как мы расстались.

– Вы отлично выглядите, Пуаро, – заметил я. – Совсем не стареете. Собственно, как ни дико это звучит, я бы сказал, что в ваших волосах меньше седины, чем прежде.



Пуаро ослепительно улыбнулся:

– Почему же дико? Так оно и есть.

– Что же, ваши волосы чернеют вместо того, чтобы седеть?

– Вот именно.

– Но ведь с научной точки зрения такое невозможно!

– Напротив.

– Очень странно. По моему, это противоречит законам природы.

– Как всегда, Гастингс, вы умны, но скользите по поверхности. Годы вас не изменили! Вы наблюдаете факты и верно их объясняете, сами того не замечая! Озадаченный, я уставился на Пуаро. Не сказав ни слова, он удалился в спальню и вернулся оттуда с бутылочкой, которую и протянул мне. Все еще ничего не понимая, я взял пузырек в руки. На нем было написано: “Ревивит. Восстанавливает естественный цвет волос. Красителем не является! Пять оттенков: пепельный, каштановый, золотистый, коричневый, черный”.

– Пуаро! – воскликнул я. – Вы краситесь?

– А, наконец то вы поняли!

– Так вот почему ваши волосы стали чернее, чем в прошлый мой приезд!

– Разумеется.

– Боже мой! – сказал я, справившись с удивлением. – Надо полагать, когда я приеду в Англию в следующий раз, вы будете носить накладные усы… А может быть, они и сейчас накладные?

Пуаро скривился. Усы были его слабостью – он чрезвычайно ими гордился. Мои слова задели его за живое.

– О нет, нет, mon ami2. Даст Бог, до накладных усов еще далеко. Подумать только – накладные усы! Quel horreur!3



И Пуаро с усилием потянул за усы, чтобы я удостоверился в их подлинности.

– Ну с, пока они просто великолепны, – заметил я.

– N'est ce pas?4 В Лондоне я не видел усов, равных моим.

Есть чем гордиться”, – подумал я, но ни за что на свете не сказал бы этого вслух, чтобы не оскорбить моего друга в его лучших чувствах.



Вместо этого я спросил, продолжает ли он трудиться на своем поприще.

– Мне известно, – сказал я, – что вы уже давно отошли от дел…

– C'est vrai.5 И взялся за выращивание тыкв. Но вслед за этим случилось убийство – и я послал тыквы к чертовой бабушке. И вот с тех пор – вам то, конечно, это уже приходило в голову – я веду себя как примадонна, которая каждый раз дает свой прощальный концерт. И этот прощальный концерт повторяется снова и снова.

Я засмеялся.

– По правде сказать, это очень близко к истине. Каждый раз я повторяю: все, хватит. Но нет, появляется что нибудь новое! И надо признать, друг мой, что отставка мне не по душе. Если серые клеточки не работают, им конец.

– Ясно, – кивнул я. – Вы заставляете свои серые клеточки трудиться, но умеренно.

– Вот именно. Я стал разборчив. Теперь Эркюль Пуаро отбирает для себя только самые вершки.

– И много вам перепало вершков?

– Pas mal.6 Недавно я чудом спасся.

– От провала?

– Конечно нет! – Пуаро обиженно посмотрел на меня. – Но меня – Эркюля Пуаро – чуть не уничтожили.



Я присвистнул.

– Ловкий преступник?

– Не столько ловкий, сколько бесшабашный, – ответил Пуаро. – Вот именно – бесшабашный. Но не будем об этом говорить. Знаете, Гастингс, я верю, что вы приносите мне счастье.

– Вот как? – сказал я. – Каким же образом? Пуаро не дал мне прямого ответа. Он продолжал:

– Как только я узнал, что вы приедете, я подумал: что то произойдет. Как в прежние времена, мы выйдем на охоту вдвоем. Но если так, дело должно быть необычным, – он взволнованно зажестикулировал, – recherche.., тонким… fine…7

В последнее французское слово было вложено все его непереводимое своеобразие.

– Право, Пуаро, – заметил я, – вы говорите о преступлении, словно заказываете ужин в “Ритце”.

– Между тем как не бывает преступлений по заказу? Вы правы. – Пуаро вздохнул. – Но я верю в везение.., если угодно, в рок. Ваше предназначение – быть рядом и спасать меня от непростительной ошибки.

– От какой ошибки?

– От пренебрежения очевидностью. Я обдумал эту фразу, но так и не понял, в чем ее суть.

– Что же, – наконец спросил я с улыбкой, – преступление века пока вам не подвернулось?

– Pas encore.8 Впрочем.., то есть…

Он умолк и озабоченно нахмурился. Механически он расставил на столе мелкие предметы, которые я невольно сдвинул с их мест.

– Не знаю, – медленно произнес он.



Я в недоумении смотрел на него.

Его лоб был по прежнему насуплен.

Внезапно он, решительно кивнув, пересек комнату и подошел к бюро у окна. Стоит ли говорить, что бумаги в бюро были аккуратно рассортированы и разложены по полочкам, так что Пуаро не составляло труда сразу достать оттуда то, что он искал.

Он неторопливо подошел ко мне с распечатанным письмом в руках. Перечитав письмо, Пуаро передал его мне.

– Скажите, mon ami, – сказал он, – как вам это покажется?



Не без любопытства я взял письмо.

Оно было напечатано на машинке на плотной белой бумаге:
Мистер Эркюль Пуаро!

Вы, кажется, не прочь решать загадки, которые не под силу нашей тупоголовой английской полиции. Посмотрим же, мистер умник, хватит ли у вас ума на этот раз. Возможно, этот орешек будет для вас слишком, крепок. Поинтересуйтесь ка Эндовером 21 числа сего месяца.

Примите и проч.

Эй би си”.
Я взглянул на конверт. Адрес тоже был напечатан на машинке.

– Штемпель западной части Лондона, – сказал Пуаро, когда я стал всматриваться в почтовую марку на конверте. – Итак, ваше мнение?



Я пожал плечами и отдал ему письмо.

– Сумасшедший какой то…

– И больше вам нечего сказать?

– Э.., разве это не похоже на сумасшедшего?

– Похоже, друг мой, похоже.

Пуаро не шутил. Я с любопытством взглянул на него.

– Вы к этому относитесь всерьез, Пуаро?

– Сумасшедших, mon ami, надо принимать всерьез. Сумасшедшие – штука опасная.

– Да, разумеется, вы правы… Об этом я как то не подумал… Но, по моему, это смахивает на какой то идиотский розыгрыш. Писал небось жизнерадостный болван, к тому же наклюкавшись.

– Comment?9 Наклю… Как вы сказали?

– Нет, нет, это просто такой оборот. Я хотел сказать, что он надрался. Ах нет, черт возьми, я хотел сказать, что он напился.

– Merci10, Гастингс, выражение “надрался” мне известно. Возможно, за этим письмом действительно ничего больше не кроется…

– Но вы считаете иначе? – спросил я, почувствовав недовольство в его голосе.



Пуаро с сомнением покачал головой, но промолчал.

– Какие шаги вы предприняли? – спросил я.

– А что тут поделаешь? Я показал письмо Джеппу. Он того же мнения, что и вы.., глупая шутка – именно так он выразился. В Скотленд Ярд такие письма приходят ежедневно. И мне случалось получать такие…

– Но к этому письму вы относитесь серьезно?



Пуаро ответил, подыскивая слова:

– В этом письме мне что то не нравится… Гастингс. Что бы я сам об этом ни думал, его тон на меня подействовал.

– Что же?

Он опять покачал головой и, взяв письмо, спрятал его обратно в бюро.

– Если вы серьезно относитесь к этому посланию, вы, наверно, можете что то предпринять, – сказал я.

– Воистину вы человек действия! Что же можно предпринять? Полиция графства ознакомлена с письмом, но они тоже не проявили к нему интереса. Отпечатков пальцев на нем нет. Ничто не указывает на личность автора.

– Значит, дело только в вашем инстинкте?

– Не в инстинкте, Гастингс. Это неподходящее слово. Дело в моих знаниях, моем опыте – они говорят мне, что в этом письме есть что то не то.

Ему не хватило слов, и он заменил их жестом, потом снова покачал головой:

– Наверное, я делаю из мухи слона. Как бы то ни было, выхода нет, нужно ждать.

– Двадцать первое – пятница. Если в пятницу в окрестностях Эндовера состоится дерзкое ограбление…

– Как это меня обрадует!

– Обрадует? – изумился я.

Это слово показалось мне совершенно неуместным.

– Ограбление может поразить, но никак не обрадовать! – возразил я.



Пуаро пылко покачал головой:

– Вы заблуждаетесь, друг мой. Вы меня не поняли. Ограбление было бы счастьем, потому что я мог бы не бояться другого…

– Чего же?

– Убийства, – ответил Эркюль Пуаро.


Глава 2

(Не от лица капитана Гастингса)
Мистер Элекзандер Бонапарт Сист поднялся со стула и близоруко оглядел свою небогатую комнату. От долгого сидения спина его затекла, и он потянулся – случайный наблюдатель, увидев его в эту минуту, понял бы, что перед ним человек выше среднего роста. Обычно Сист горбился и близоруко щурился, и это создавало обманчивое впечатление.

Подойдя к поношенному пальто, висевшему на двери, он достал из кармана пальто пачку дешевых сигарет и спички. Закурив, он вернулся к столу, снова сел, взял железнодорожный справочник, заглянул в него, затем принялся изучать напечатанный на машинке список фамилий. Рядом с одной из фамилий в начале списка он поставил галочку.

Это было в четверг, 20 июня.
Глава 3

Эндовер
Сперва я находился под впечатлением от предчувствий Пуаро по поводу полученного им анонимного письма, но следует признать, что совершенно забыл об этом, когда наконец наступило 21 е, и снова вспомнил о письме, лишь когда моему другу нанес визит старший инспектор Скотленд Ярда Джепп. Мы были много лет знакомы с инспектором, и он сердечно приветствовал меня.

– Ба! – воскликнул он. – Капитан Гастингс собственной персоной. Вернулись домой из этих своих пампасов? Увидел вас рядом с мосье Пуаро, и сразу вспомнились старые деньки. Вы, право, неплохо выглядите. Только макушка слегка поредела, а? Ну, да этого нам всем не избежать. Я тоже лысею.



Я слегка покривился. Мне казалось, что, тщательно зачесывая волосы на макушку, я полностью закрываю проплешину, на которую намекал Джепп. Однако инспектор, если дело касалось меня, никогда не отличался тактом, и я, сделав хорошую мину, признал, что все мы не молодеем.

– За исключением мосье Пуаро, – сказал Джепп. – Ему бы рекламировать краску для волос. Вон какую он развел растительность на лице. К тому же на старости лет он стал знаменитостью. Замешан во всех громких делах. Убийства в поездах, убийства в самолетах, убийства в высшем свете – он тут как тут. Удалился от дел и сразу же прославился.

– Я уже говорил Гастингсу, что похож на примадонну, которая дает один прощальный концерт за другим, – улыбаясь, заметил Пуаро.

– Не удивлюсь, если вы умрете и потом расследуете собственное дело, – хохоча, заявил Джепп. – Отличная идея! Об этом можно написать книгу.

– Ну, это придется сделать Гастингсу, – ответил Пуаро и подмигнул мне.

– Ха ха! Вот смеху то было бы, – веселился Джепп.



Мне эта идея не показалась забавной, а шутку я счел безвкусной. Бедняга Пуаро стареет. Вряд ли ему приятны остроты насчет его приближающейся кончины.

Видимо, мое недовольство было замечено, потому что Джепп переменил тему.

– Вы слышали, какое анонимное письмо получил мосье Пуаро? – спросил он.

– Я уже показал его Гастингсу, – сказал мой друг.

– Да, конечно! – воскликнул я. – Совсем забыл об этом письме. Позвольте, о каком числе там шла речь?

– О двадцать первом, – ответил Джепп. – Поэтому я и забежал. Двадцать первое было вчера, и я, любопытства ради, позвонил вечером в Эндовер. Конечно, это был розыгрыш. Все там тихо. Мальчишка, разбивший витрину, да пара пьяниц и хулиганов. Так что на этот раз наш бельгийский друг дал маху.

– Признаться, у меня на душе полегчало, – сказал Пуаро.

– А вы уж и переполошились! – добродушно заметил Джепп. – Господи, да мы такие письма каждый день пачками получаем. Делать людям нечего, чердак пустой, вот они и пишут. И не со зла вовсе, а ради собственного удовольствия.

– Глупо было с моей стороны относиться к этому так серьезно, – сказал Пуаро. – Как говорят, лучше синица в руке, чем пальцем в небо.

– Вы перепутали журавля с пальцем, – сказал Джепп.

– Pardon?11

– Ничего ничего. Просто две разные пословицы. Ну, мне пора. У меня еще дельце тут за углом – надо забрать краденые драгоценности. Я просто зашел по пути, чтобы вы не волновались. Жаль заставлять серые клеточки работать вхолостую.

Сказав это и расхохотавшись, Джепп удалился.

– Он не меняется, наш старина Джепп, – заметил Пуаро.

– Джепп сильно постарел, – ответил я и мстительно добавил:

– Седой как лунь. Кашлянув, Пуаро произнес:

– Знаете, Гастингс, существует такое приспособление.., мой парикмахер очень ловко их делает.., вы надеваете эту штуку на голову, а сверху зачесываете собственные волосы.., это, видите ли, не парик, но…

– Пуаро, – взревел я, – запомните раз и навсегда: чертовы изобретения вашего треклятого парикмахера мне ни к чему. Чем вам не нравится моя голова?

– Нравится.., очень нравится…

– Разве я лысею?

– Нет, конечно нет!

– В Южной Америке жаркое лето, вот волосы и редеют немножко. Надо купить здесь приличное средство для укрепления волос.

– Precisement.12

– И как бы там ни было, Джеппу какое до этого дело? Он всегда был грубоват. Человек без всякого чувства юмора. Из тех, кто смеется, когда другие садятся мимо стула.

– В таких случаях многие смеются.

– Но это глупо!

– Разумеется, глупо, – с точки зрения того, кто собирался на этот стул сесть.

– Ну да ладно, – сказал я, совладав с собой (надо признать, что я становлюсь обидчив, когда дело касается моих волос). – Увы, но дело с анонимным письмом закончилось ничем.

– Да, тут я ошибся. Мне почудилось, что дело пахнет жареным, а оказалось просто глупость. Увы, я старею и становлюсь подозрительным, как слепой сторожевой пес, который рычит на всех и вся.

– Если мы снова будем сотрудничать, нам стоит поискать “вершков” в другом месте, – смеясь, заметил я.

– Помните, что вы говорили? Если бы преступление можно было заказывать как ужин, чтобы вы выбрали?

Я ответил шуткой на шутку:

– Позвольте поразмыслить. Поглядим в меню. Ограбление? Дело фальшивомонетчиков? Пожалуй, нет. Слишком пресно. Я выбираю убийство, кровавое убийство.., разумеется, с подобающим гарниром.



– Естественно. И с hors d'oeuvrese[13]13.

– Кто будет жертвой – мужчина или женщина? Мужчина лучше. Какая нибудь большая шишка. Американский миллионер. Премьер министр. Владелец газетного концерна. Место преступления… Почему бы по традиции не выбрать библиотеку? Она создает великолепную атмосферу. Да, орудие убийства! Согласен на экзотический изогнутый кинжал.., а можно и какое нибудь тупое орудие.., резной каменный божок…

Пуаро вздохнул.

– Наконец, – сказал я, – существуют яды.., но это всегда так сложно. Или револьвер – эхо выстрела раздается в ночи. К этому нужно добавить одну другую красивую девушку…

– Шатенку, – пробормотал мой друг.

– Вспомнили вашу старую шутку? На одну из девушек, разумеется, падет несправедливое подозрение.., она к тому же поссорится со своим молодым человеком. Кроме нее, конечно, будут и другие подозреваемые.., пожилая женщина.., роковая брюнетка.., какие нибудь друзья или соперники убитого.., тихая секретарша – темная лошадка.., и добродушный грубоватый мужчина.., и еще пара слуг, получивших расчет, или лесник, или еще кто то в этом роде.., и болван детектив вроде нашего Джеппа.., и еще.., вроде бы все.

– Так вот как вы себе представляете “вершки”?

– Вы, кажется, не согласны?

Пуаро окинул меня печальным взглядом.

– Вы сделали отличную выжимку из всех детективов, которые когда либо были написаны.

– Ну хорошо, – сказал я. – А что бы вы заказали?

Пуаро закрыл глаза и откинулся в кресле. Из его уст полилось мурлыканье:

– Простое преступление. Преступление без осложнений. Спокойное домашнее преступление… Хладнокровное и очень intime14.

– Как это преступление может быть intime?

– Положим, – прошептал Пуаро, – четверо садятся за бридж, а пятый, лишний, усаживается в кресло у камина. Вечер кончается, и человека у камина находят мертвым. Один из четырех, объявив “пас”, подошел и убил его, а остальные, сосредоточившись на игре, этого не заметили. Вот это убийство! Кто из четверых виновен?

– Ну, – сказал я, – мне это вовсе не кажется интересным.

Пуаро взглянул на меня с упреком.

– Не кажется, потому что нет ни экзотических кинжалов, ни шантажа, ни изумруда, служившего глазом идолу, ни восточных ядов, от которых не остается следов. Вы склонны к мелодраме, Гастингс. Вам подавай не убийство, а целую серию убийств.

– Признаюсь, – ответил я, – что второе убийство в романе часто оживляет события. Если преступление совершено в первой главе и приходится вникать в алиби всех героев до предпоследней страницы книги, это может надоесть.

Зазвонил телефон, и Пуаро снял трубку.

– Алло, – произнес он, – алло! Да, это Эркюль Пуаро.

Минуту другую он слушал молча, потом я заметил, как лицо его изменилось. Реплики Пуаро были коротки и отрывочны.

– Mais oui…15

– Да, конечно…

– Нет, мы приедем…

– Разумеется…

– Возможно, вы правы…

– Да, я его прихвачу. Итак, a tout a Theure.16

Он положил трубку и подошел ко мне:

– Гастингс, это звонил Джепп.

– И что же?

– Он только что вернулся в Скотленд Ярд. Ему звонили из Эндовера…

– Из Эндовера? – в волнении воскликнул я. Пуаро неторопливо произнес:

– Нашли мертвой пожилую женщину. Ее фамилия Эшер. Она держала табачную лавочку.

Тут я несколько приуныл. Услышав про Эндовер, я было заинтересовался, но теперь испытал разочарование. Я ожидал чего то фантастического.., из ряда вон выходящего. Между тем убийство старухи, хозяйки табачной лавочки, едва ли могло увлечь.

Так же неторопливо и серьезно Пуаро продолжал:

– Эндоверская полиция полагает, что установила виновного…

Я ощутил прилив разочарования.

– Выяснилось, что женщина была в плохих отношениях с мужем. Он пьет, и ужиться с ним нелегко. Он не раз угрожал убить ее. Однако, – продолжал Пуаро, – ввиду всего случившегося полиция хочет еще раз взглянуть на полученное мною анонимное письмо. Я сказал, что мы с вами немедленно выезжаем в Эндовер.

Мое настроение слегка улучшилось. В конце концов, как ни ничтожно это преступление, это все таки преступление, а я уже давно не имел никакого дела ни с преступлениями, ни с преступниками.

Я не прислушался к тому, что далее сказал Пуаро. Лишь позже я вспомнил эту фразу и оценил ее значение.

– Началось, – сказал Эркюль Пуаро.
Глава 4

Миссис Эшер
В Эндовере нас встречал инспектор Глен, высокий блондин с приятной улыбкой.

Точности ради я, пожалуй, коротко изложу фактическую сторону дела.

Факт преступления был обнаружен констеблем Довером в час пополуночи, то есть уже двадцать второго. Патрулируя по городу, он подергал дверь лавки, увидел, что она не заперта, и вошел, причем сперва ему показалось, что в лавке никого нет. Подняв фонарь над прилавком, он, однако, заметил скрюченное тело старой женщины. Когда на место прибыл полицейский врач, выяснилось, что женщину ударили по затылку тяжелым предметом, возможно, в то время, как она брала пачку сигарет с полки за прилавком. Смерть, видимо, наступила семь – девять часов назад.

– Но нам удалось установить время убийства еще точнее, – пояснил инспектор. – Мы нашли человека, который заходил в лавку купить табаку в семнадцать тридцать. А другой человек, зайдя в лавку, увидел, что там никого нет, – так он подумал, – в пять минут седьмого. Значит, убийство совершено между семнадцатью тридцатью и восемнадцатью пятью. Пока мне не удалось найти свидетелей, видевших этого Эшера поблизости, но пока еще не поздно. В девять он сидел в “Трех коронах” и уже изрядно выпил. Когда мы его разыщем, то задержим его как подозреваемого.

– Он неприятный субъект, инспектор? – спросил Пуаро.

– Хорошего в нем мало.

– Он не жил с женой?

– Да, они несколько лет как расстались. Эшер – немец. Одно время он служил официантом, но пристрастился к выпивке и потерял работу. Его жена понемногу подрабатывала в прислугах. Под конец была кухаркой и экономкой у одной старой леди, мисс Розы. Она отдавала мужу на прожитье большую часть своих заработков, но тот вечно напивался, являлся в дома, где она служила, и устраивал ей сцены. Потому то она и устроилась к мисс Розе – в имении в трех милях от Эндовера, там глушь. Мужу до нее не так просто стало добираться. Когда мисс Роза умерла, она оставила миссис Эшер кое что в наследство, тут то убитая и открыла табачную лавку.., по правде сказать, лавчонку.., дешевые сигареты, кое какие газеты.., немудреный товар. Дела у нее шли кое как. То и дело заявлялся Эшер, устраивал ей скандалы, а она откупалась от него подачками. Да каждую неделю выплачивала ему по пятнадцать шиллингов.

– Дети у них есть? – спросил Пуаро.

– Нет. Есть племянница. Она служит под Овертоном. Серьезная девица.

– Так вы говорите, Эшер имел обыкновение угрожать жене?

– Так точно.

Напьется и безобразничает – ругается и кричит, что проломит ей голову. Трудно ей жилось.

– Сколько ей было лет?

– Под шестьдесят… Работящая, ношенная женщина!

Пуаро серьезно спросил:

– Вы полагаете, инспектор, что преступление совершил Эшер?

Инспектор неуверенно покашлял.

– Решать пока преждевременно, мосье Пуаро, но я хотел бы, чтобы сам Франц Эшер рассказал нам, как он провел вчерашний вечер. Если он даст удовлетворительные объяснения – ладно. Если же нет…

И инспектор многозначительно замолчал.

– Из лавки ничего не пропало?

– Нет. Деньги в кассе целы. Никаких признаков ограбления.

– Вы думаете, что Эшер явился в лавку пьяным, начал оскорблять жену и в конце концов нанес ей удар?

– Это кажется самым вероятным объяснением. Но, по совести сказать, сэр, я бы хотел еще раз взглянуть на странное письмо, которое вы получили. Как знать, может быть, его написал Эшер.

Пуаро достал письмо. Инспектор прочел его и нахмурился.

– На Эшера непохоже, – сказал он наконец. – Едва ли Эшер назвал бы английскую полицию “нашей”.., если только он тут не схитрил.., а на это у него вряд ли хватило бы ума. Потом он не человек – сущая развалина. Руки у него трясутся – куда ему написать такое аккуратное письмо! К тому же и бумага и конверт – хорошего качества. Странно, что в письме упоминается двадцать первое июня. Конечно, это может быть совпадением…

– Да, не исключено.

– Но не люблю я таких совпадений, мосье Пуаро. Тютелька в тютельку.

Инспектор снова нахмурился и помолчал минуту другую.

– Эй би си. Кто же, черт возьми, этот Эй би си? Посмотрим, не поможет ли нам Мэри Дроуер. Это племянница миссис Эшер. Странное дело. Если бы не это письмо, я бы не сомневался, что это работа Франца Эшера.

– Что вы знаете о прошлом миссис Эшер?

– Она из Гэмпшира. Еще девушкой была служанкой в Лондоне – там она встретила Эшера и вышла за него. Во время войны им пришлось туго. Ушла она от него в тысяча девятьсот двадцать втором году В то время они были в Лондоне. Сюда она вернулась, чтобы отделаться от него, но он разнюхал, где она, приехал сюда и все вымогал у нее деньги.

Вошел констебль.

– Да, Бриге, в чем дело?

– Мы доставили этого Эшера.

– Отлично. Ведите его сюда. Где он был?

– На станции. Прятался в грузовом вагоне на запасных путях.

– Ах, вот как? Давайте ка его сюда. Франц Эшер действительно производил жалкое и неприятное впечатление. Он то заливался слезами, то дрожал от страха, то сыпал угрозами. Его мутные глазки метались от одного лица к другому.

– Что вам от меня нужно? Я ничего не сделал. Притащили меня сюда – экое безобразие! Что за свинство! Да как вы смеете?

Внезапно его тон изменился.

– Нет нет, я ничего такого не имел в виду.., не обижайте бедного старика.., не сердитесь… Все сердятся на старого Франца, на бедного старого Франца.

Мистер Эшер пустил слезу.

– Хватит, Эшер, – сказал инспектор. – Возьмите себя в руки. Я вас ни в чем не обвиняю.., до поры до времени. И вы не обязаны давать показания против воли. С другой стороны, если вы действительно не замешаны в убийстве вашей жены…

Перебивая инспектора, Эшер завизжал:

– Я не убивал ее! Не убивал! Все это враки! Все вы против меня, проклятые английские свиньи. Я не убивал ее.., не убивал…

– Но часто грозили ей этим, Эшер.

– Нет нет. Вы не понимаете. Я просто шутил.., мы любили так пошутить с Алисой. Она понимала, что это шутка.

– Хороши шутки! Не скажете ли, где вы были вчера вечером, Эшер?

– Да да, я все скажу. Я и не видал Алису. Я сидел с друзьями.., со старыми друзьями. Мы были в “Семи звездах”.., а потом в “Рыжей собаке”…

Эшер говорил торопливо, запинаясь.

– Дик Уиллоуз.., он был со мной.., еще старина Керди.., и Джордж.., а еще Платт и другие ребята. Говорю вам, я не видал Алису. Ach Gott17, честное слово, правда!

Голос его снова перешел в крик. Инспектор кивнул своему подчиненному:

– Уведите его. Задержан как подозреваемый.

– Не знаю, что и сказать, – сказал он, когда увели неприятного, трясущегося старика с тяжелым подбородком и хищным ртом. – Если бы не письмо, я бы сказал, что это работа Эшера.

– Что это за люди, которых он называл?

– Скверная компания. Многие из них способны на лжесвидетельство. Не сомневаюсь, что он был с ними большую часть вечера. Многое зависит от того, видели ли его поблизости от лавки между половиной шестого и шестью.

Пуаро задумчиво покачал головой:

– Вы уверены, что в лавке все цело?

Инспектор пожал плечами:

– Трудно сказать. Может, пачки другой сигарет и не хватает, но ради этого на убийство никто не пойдет.

– И в лавке.., как бы это сказать.., не появилось ничего нового? Ничего постороннего, неожиданного?

– Там нашли железнодорожный справочник, – сказал инспектор.

– Справочник?

– Ну да, алфавитный справочник. Он был открыт и лежал на прилавке обложкой кверху. Вроде кто то – может, сама старуха, а может, и покупатель – смотрел, какие поезда идут из Эндовера?

– Она торговала такими справочниками?

Инспектор покачал головой:

– Нет. Она продавала брошюрки с расписанием. А это толстый справочник – такие продаются только в больших магазинах.

В глазах Пуаро зажегся огонь. Он подался вперед.

– Вы сказали, железнодорожный справочник А какой? Издание Бредшо18 или справочник “Эй би си”?

Теперь огонь зажегся и в глазах инспектора.

– Боже! – произнес он. – Это был “Эй би си”
Глава 5

Мэри Дроуер
Думаю, что я всерьез заинтересовался этим делом, когда впервые был упомянут справочник “Эй би си”. До этого времени оно не вызывало у меня большого энтузиазма. Заурядное гнусное убийство старушки в лавке на одной из эндоверских улочек столь напоминало преступления, о которых рассказывают газеты, что мне оно не показалось значительным. В душе я списал со счетов анонимное письмо, в котором шла речь о 21 июня, как самое обычное совпадение. Я вполне уверился в том, что миссис Эшер пала жертвой пьяницы мужа Но вот прозвучало название железнодорожного справочника, широко известного по сокращенному названию “Эй би си” и содержащего список всех железнодорожных станций в алфавитном порядке, и я ощутил дрожь волнения. Не может же это оказаться вторым совпадением!

Гнусное преступление надо было рассматривать под новым углом.

Кто тот таинственный человек, который убил миссис Эшер и оставил на месте преступления железнодорожный справочник “Эй би си”?

Когда мы вышли из полицейского участка, то первым делом направились в морг, чтобы осмотреть тело покойной. Странное чувство овладело мной, когда я взглянул на это морщинистое, старое лицо и редкие седые волосы, стянутые в тугой пучок на затылке. Убитая выглядела так мирно, так далека была от всякого насилия…

– Она и не догадывалась, что ей нанесут удар, – заметил сержант. – Так сказал доктор Керр. Хорошо, что так обернулось. Бедняга – она была достойной женщиной.

– Видимо, она была красива в молодости, – сказал Пуаро.

– Неужто? – недоверчиво пробормотал я.

– Ну конечно, посмотрите на овал лица, на скулы, на лепку головы.

Пуаро со вздохом накрыл тело простыней, и мы вышли из морга.

Доктор Керр был человеком средних лет и показался мне специалистом своего дела. Он говорил резко и решительно.

– Орудие убийства не найдено, – сказал он. – Сказать, что это было, невозможно. Утяжеленная трость, дубинка, кастет – здесь могло быть использовано что угодно.

– Удар был нанесен с большой силой? Доктор перевел внимательный взгляд на Пуаро.

– Вы, надо думать, хотите знать, мог ли его нанести хилый старик семидесяти лет? Да, вне всякого сомнения, мог. Если ударная часть инструмента была достаточно тяжела, желаемого результата мог добиться и довольно слабый человек.

– Значит, убийцей с тем же успехом могла быть и женщина?

Это предположение несколько смутило доктора.

– Женщина? Честно говоря, мне не приходило в голову, что женщина может совершить такое преступление. Но действительно, это возможно.., вполне возможно. Только, с психологической точки зрения, это едва ли женское преступление.

Пуаро энергично кивнул в знак согласия.

– Конечно, конечно. На первый взгляд это в высшей степени невероятно. Но следует принимать в расчет все возможности. Как было расположено тело?

Доктор дал аккуратное описание того, как лежала жертва. По его мнению, в момент нанесения удара она стояла спиной к прилавку, а следовательно, и к убийце. Как подкошенная, она упала за прилавок, так что покупатель, зайдя на минуту в лавку, не мог ее заметить.

Поблагодарив доктора Керра, мы двинулись дальше. Пуаро сказал:

– Вы заметили, Гастингс, что у нас появилось еще одно доказательство невиновности Эшера. Если бы он оскорблял жену и угрожал ей, она бы стояла за прилавком лицом к нему. Между тем она стояла к преступнику спиной – очевидно, она повернулась, чтобы снять с полки табак или сигареты и вручить их покупателю.

Меня передернуло.

– Чудовищно.

Пуаро задумчиво покачал головой.

– Pauvre femme19, – прошептал он. Затем он посмотрел на часы.

– Овертон, кажется, недалеко отсюда. Может быть, съездим туда и побеседуем с племянницей покойной?

– Разве не стоит сперва зайти в лавку и осмотреть место преступления?

– Я хотел бы сделать это позже. На это есть свои причины.

Пуаро воздержался от дальнейших объяснений, и несколько минут спустя мы уже ехали по лондонскому шоссе в направлении Овертона.

Руководствуясь адресом, данным нам инспектором, мы миновали Овертон и, проехав еще милю, остановились перед большим домом.

На наш звонок вышла хорошенькая темноволосая девушка, с глазами, красными от слез.

Пуаро ласково спросил:

– Если не ошибаюсь, вы мисс Мэри Дроуер и служите здесь горничной?

– Да, сэр, верно. Это я, сэр.

– Я бы хотел несколько минут поговорить с вами, если ваша хозяйка не возражает. Это касается вашей тетушки, миссис Эшер.

– Хозяйки нет дома, сэр. Она бы, конечно, не стала возражать. Пройдите сюда.

Она отворила дверь маленькой гостиной. Мы вошли, и Пуаро, усевшись на стул у окна, пытливо вгляделся в лицо девушки.

– Вы, конечно, уже знаете о смерти вашей тетушки?

Девушка кивнула, и на ее глазах выступили слезы.

– Утром сообщили, сэр. Приходила полиция. Это ужасно! Бедная тетя! И жилось то ей несладко. А теперь вот это.., слов нет…

– Полиция не предлагала вам приехать в Эндовер?

– Они сказали, что я должна явиться на предварительное следствие в понедельник, сэр. Но мне там жить негде.., о том, чтобы у тети поселиться, я теперь и подумать не могу.., да и потом, вторая служанка сейчас в отъезде – не могу же я так подвести хозяйку.

– Вы любили вашу тетушку, Мэри? – мягко спросил Пуаро.

– Очень любила, сэр. Тетушка со мной всегда хорошо обращалась. Когда мне было одиннадцать лет и мама моя умерла, я приехала к тете в Лондон. Как исполнилось мне шестнадцать, я поступила в прислуги, но в выходной обычно выбиралась к тете. Как же она намучилась со своим немцем – бывало, называла его “мой старый чертяка”. Нигде он не давал ей покоя – все деньги вымогал, попрошайничал, надоеда противный.

Девушка рассказывала об этом с негодованием.

– Вашей тетушке никогда не приходило в голову, что от этих преследований можно освободиться юридическим путем?

– Понимаете, сэр, он же ей муж – куда от этого уйдешь?

Девушка говорила просто, но твердо.

– Скажите, Мэри, он ей угрожал?

– Уж так угрожал, сэр, слышали бы вы, что он ей говорил. И горло он ей перережет, и все такое прочее. Ругался да чертыхался – и по английски, и по немецки. А тетя все же говорила, что, когда они поженились, он был молодец молодцом. Страшно подумать, сэр, до чего может докатиться человек.

– Вы правы. Итак, я полагаю, Мэри, что, зная об этих угрозах, вы не слишком удивились, когда услыхали о том, что произошло?

– Удивилась, да еще как, сэр. Признаться, сэр, я ни на минуту не верила, что он всерьез грозится. Я думала, это так – ругань, и все. Да и тетя вроде бы его не боялась. Случалось, она на него накинется – он и удирает, поджав хвост, как побитый пес. Пожалуй, это он ее боялся.

– И все же она давала ему деньги.

– Так ведь он ей муж, сэр.

– Да да, вы уже это говорили.

Пуаро помолчал минуту другую и сказал:

– Предположим, что он ее не убивал…

– Не убивал? – удивилась девушка.

– Да, предположим. Предположим, убийца – кто то другой. Не приходит ли вам в голову, кто бы это мог быть?

Девушка с изумлением посмотрела на Пуаро.

– Вообразить себе не могу, сэр. Да могло ли быть такое?

– Ваша тетушка кого нибудь опасалась?

Мэри покачала головой.

– Тетя людей не боялась. Язычок у нее был острый, и она спуску никому не давала.

– Она при вас не называла никого, кто затаил бы на нее злобу?

– Нет, не было такого, сэр.

– Ей случалось получать анонимные письма?

– Какие письма, сэр?

– Неподписанные письма.., или, например, с подписью вроде “Эй би си”.

Пуаро пристально вглядывался в девушку, но ясно было, что она ничего не знает. Мэри лишь удивленно покачала головой.

– У вашей тетушки кроме вас были другие родственники?

– Родни больше не осталось, сэр. У нее было девять братьев и сестер, но почти все умерли детьми, только трое осталось. Дядя Том погиб на войне, а дядя Гарри уехал в Южную Америку, и след его затерялся, а мама у меня умерла, так что я одна осталась.

– У вашей тетушки были сбережения? Деньги?

– Было у нее маленько в сберегательном банке – на приличные похороны хватило бы, как она сама говорила. А так она едва сводила концы с концами – куда же денешься при ее то старом негодяе?

Пуаро задумчиво кивнул. Он сказал – скорее самому себе, чем девушке:

– Пока мы блуждаем во тьме.., пути не видно.., но если кое что прояснится…

Он встал.

– Если вы мне еще понадобитесь, Мэри, я напишу вам сюда.

– Да я то собираюсь уйти с этого места. Не нравится мне деревня. И поступила я сюда, потому что считала, что лучше мне быть поближе к чете. А теперь… – снова слезы показались у нее на глазах, – незачем мне здесь оставаться. Я переберусь в Лондон, там девушке жить веселее.

– Я хотел бы, чтобы, уезжая, вы сообщили мне свой новый адрес. Вот моя карточка.

Пуаро протянул девушке карточку. Она с удивлением посмотрела на нее и нахмурилась:

– Так вы.., вы не из полиции, сэр?

– Я частный детектив.

Некоторое время она молча смотрела на него и наконец сказала:

– А что.., дело нечисто, сэр?

– Да, милая. Дело нечисто. Позже вы, вероятно, будете мне полезны.

– Я… Я на все готова, сэр. Не по человечески это… что тетю убили.

Необычные слова – но они глубоко меня тронули. Через несколько секунд мы уже ехали назад в Эндовер.
следующая страница >>