Виктор Дальский - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Виктор Дальский - страница №1/5


Виктор Дальский

КОРОТКИЙ ВЕК ЛЮБВИ”


(Proposed English title - “TWO TO TANGLE”)
Пьеса в двух действиях
Время и место действия: Америка, наши дни.

(По желанию театра/режиссёра-постановщика действие может быть перенесено из Америки в Англию. Тогда вместо Дня Благодарения празднуется Рождество или Новый год, площадь Таймс Сквэр заменяется на Лондонскую площадь Пиккадилли, аэропорт Ла Гвардия на Хитрово и т.д.; в текст вносятся и другие необходимые, достаточно незначительные изменения.)



От автора. Глубокая благодарность и признательность друзьям –

за бескорыстную помощь и без упрёков потраченное драгоценное время.

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

©VICTOR DALSKY-2008

Действующие лица

Семья Фришмен

Марк Фришмен, 45 лет, школьный учитель истории. Слегка располневший добряк – интеллигент. Постоянно улыбается, всегда готов к компромису. Обожает работы по дому, непрестанно стремясь в нем что-то усовершенствовать.

Мэрилин Фришмен, его жена, 45 лет. Театральный менеджер.

Нервное, выразительное лицо. Небольшого роста, худенькая, с чрезвычайно короткой стрижкой. Почти неизменно в брюках. Резкая, быстрая в движениях.

Мэрилин и Марк вместе учились в школе, начиная с первого класса.

Алисон Фришмен, их дочь, 21 год. Студентка университета. Будущий специалист по маркетингу, мечтает стать моделью. Внешне похожа на мать, с которой часто пикируется. Очень привязана к отцу и бабушке.

Кэрол Росс, мать Мэрилин. Владелица крупного благотворительного фонда. В очень тёплых отношениях с внучкой и зятем.

Семья Манчини

Дино Манчини, 47 лет, преуспевающий страховой агент.

Динамичный, шумный, румянощекий крепыш. В разговоре активно жестикулирует. Типичный страховой агент – нахрапистый, самодовольный, но с ярко выраженным персоналити и обаянием. Одет всегда чуть пёстровато; из-под рубашки часто видна футболка с надписью “VIVA ITALIA”. Голова непременно лоснится от джеля.



Анна Манчини, его жена, 42 года. Специалист по компьютерной бухгалтерии. Моложавая, статная, пышнотелая, с медоточивым голосом. Ранимая, деликатная. Обожает сладости.

Франко Манчини, их сын, 22 года. Студент выпускного курса школы искусств в одном из университетов. Мечтает стать фотографом. В свободное время подрабатывает барменом.

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

©VICTOR DALSKY- 2008

Семьи Фришмен и Манчини живут в двух смежных, разделенных общей стеной, домах. Построенные по типовому проекту, они абсолютно идентичны. Отличается только интерьер - с выраженным налётом театральности в доме Фришмен и достаточно безликий, но с элементами излишней помпезности у Манчини.

Действие происходит то на первом этаже дома Манчини, то в интерьере дома Фришмен, то на общем, разделённом металлическими перилами, крыльце. Сцены в домах играются в пространстве, объединяющем не разделенные стенами гостиную, прихожую и кухню. Входная дверь, дверь во двор, лестница, ведущая на второй этаж.

Элементы декорации должны позволять легко и быстро трансформировать обстановку одного дома – в интерьер другого. В сценическом решении может быть использован поворотный круг.

Ещё одно место действия – Нью-Йоркский вечерний Бродвей в районе площади Таймс Сквер.

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------



©VICTOR DALSKY–2008

Действие 1

Сцена 1

Празднование Дня Благодарения в доме Манчини. Вокруг празднично накрытого стола все представители обеих семей. Франко поочерёдно предлагает присутствующим коктейли.



Дино (отхлёбывая). Замечательно, сынок. Высший класс. Никто не делает джин и тоник лучше тебя. (Картинно бросает на поднос купюру.) Мастерство надо поощрять. Ваши чаевые, сэр.

Кэрол. В моём возрасте уже надо пить только безалкогольные напитки. Ну да ладно. В День Благодарения можно. (Делает глоток.) Особенно, когда на дворе метель и стужа. Не помню второго такого студёного ноября в Нью-Йорке!

Анна (в переднике, с большой столовой ложкой, которой она только что орудовала в кухне). А вдруг я потеряю голову от твоих коктейлей и забуду про индюшку? И она подгорит.

Франко. Ещё никто не терял голову от джина с тоником. Другое дело – Лонг Айленд Айс Ти.

Марк. Этой индюшке уже ничего не грозит. Чуть раньше её перевернем, чуть позже, какая разница? Ну так покроется хрустящей корочкой. Только вкуснее будет.

Мэрилин (залпом выпивая коктейль и поправляя прическу). Пока эта птица там томится, давайте что-либо придумаем. Что-нибудь активное. Оригинальное. Ненавижу все эти праздники. После очередного страшного обжорства приходится две недели поститься.

Марк. Какая диета, дорогая? Ты – в прекрасной форме.

Дино. Мужское население домов солидарно. (Чокаясь с Марком.) По этому поводу, дорогой сосед, предлагаю тост. За женщин, которых мы любим!

Мэрилин. Ну, а раз любите, не сможете отказать им в небольшой просьбе. Анна, когда будет готова эта замечательная индюшка?

Анна. Минут через пять – семь...

-------------------------------------------------------------------------------------------------

©VICTOR DALSKY-2008

Мэрилин. Тогда давайте потанцуем. Франко! Ты же не только бармен, но и диск-жокей, не так ли? Поставь что-нибудь лирическое.

Франко (добродушно). Франко – бармен, Франко – диск-жокей. Что ещё изволите? Аргентинское танго устроит?

Все дружно хлопают в ладоши:

- Устроит, устроит!

Алисон (после паузы). Хотите что-то оригинальное? Предлагаю «Белый танец». Дамы приглашают кавалеров. Как вам идея?

Дино (с воодушевлением). Браво, Алисон, браво!

Кэрол (чуть в сторону). А с кем прикажете танцевать одинокой вдове? Или вы мне закажете кавалера по интернету? Столетнего дедушку с подагрой и геморроем! (Все смеются.)

Марк. Дорогая теща, обещаю вам второй танец. Только сами знаете, какой я танцор.

Мэрилин. А как оно называется, это аргентинское танго?

Франко. «Танго предместий».

Анна. Я, пожалуй, лучше покараулю индюшку. Вы мне не простите, если она подгорит.

Дино. Нет, нет, дорогая. Это – танец влюблённых.

Мэрилин (Франко). А это твоё «Танго предместий» может быть белым танцем?

Франко. Понятия не имею. Завтра спрошу у ди-джея Рола. (Ставит диск.) Хотя я точно знаю, что во время танца можно меняться партнерами. (хлопает в ладоши.) Внимание! «Танго на два дома»! Танцуют все!

Мэрилин. Хорошо хоть мы не празднуем День Благодарения целой улицей. А то бы я точно растерялась, кого пригласить. (Подходя к Дино.) Разрешите вас пригласить, мистер Манчини?

Дино. С удовольствием, мадам-сосeдка. (Марку.) Марк, не отставай. Устроим небольшой танцевальный конкурс. Белое танго в предверии индюшачьего ужина.

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

©VICTOR DALSKY-2008

Франко направляется к Алисон, собираясь её пригласить, но та опережает его и приглашает на танец бабушку.



Алисон. Извини, Франко. Но танец – белый. Поэтому я приглашаю своего самого замечательного партнера по жизни. Моего очарователь-ного бабулика. А ты пока приготовь свой Лонг Айлэнд Айс Ти. Я уже неделю про него слышу... (Почти силой увлекает за собой бабушку.)

Кэрол. А кто в паре будет кавалером?

Алисон. Ну, конечно, я. У меня в этом есть кой-какой опыт. Когда я брала уроки актёрского мастерства, иногда приходилось играть мужские роли. (Франко.) А ты не ленись, покажи миру, какой ты бармен.

Франко. Можете не сомневаться. Сейчас только немного поколдую. В коктейле главное – точная пропорция. Пол унции джина, пол унции водки, столько же белого рома и текилы. Но берегитесь, этот коктейль бьёт в голову!

Попеременно проходя в танце, на авансцене появляются все три пары. На мгновение приостанавливаясь, перебрасываются несколькими фразами и уплывают в глубь сцены. При этом Мэрилин и Дино танцуют весьма професионально, с шиком подчеркивая каждое па; Анна же с Марком неуклюже топчутся на месте, не попадая в такт музыки. В финале танца луч света фокусируется на Мэрилин и Дино.



Дино. Ты замечательно танцуешь.

Мэрилин. Я все-таки в прошлом профессиональная балерина. Если бы не проклятая лодыжка, наверняка стала прима–балериной в Хьюстонском балете. Бен Стивенсон во мне души не чаял... (после очередного паузы.) Да, но и ты – превосходный партнер! Откуда это?

Дино. О, танцы – моя старая страсть. В каких только клубах я не брал уроки. Сальса, румба, пасадобль, даже чечетка... Послушай, я давно хотел спросить. Ты раньше часто продюсировала новые постановки. Почему только драматические? Ты ведь - профессионал в балете...

Мэрилин. Я бы не перенесла провала в балете. Слишком болезненно. А продюсирование... Хватило последнего опыта с бродвейским мюзиклом. Спектакль стоил нам с партнёром 6 миллионов. Жил 3 дня... Потом мы решили его прикрыть, чтобы не усугублять потери. И, поверь, совсем неплохо получилось. Просто кто-то с нами сводил счёты. В “Нью-Йорк Пост” появилась заказная разгромная рецензия - и всё! Зрители не пошли, критики вежливо улыбались, а мы были мертвы. Я залезла в

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------©VICTOR DALSKY-2008

долги. Пришлось продать дом. Насилу выкарабкались. В мире нет более стрессовой специальности чем продюсер шоу – бизнеса. Сплошная борьба и нервотрёпка. Всегда на краю, всегда только одна попытка, без права на ошибку. Поэтому теперь я занимаюсь менеджментом. Просят организовать, платят - я готова. Хотя и эту работу курортом не назовёшь.



Дино. Решишь когда-нибудь создать балет, не забудь про меня. Готов быть даже статистом. (Увлекая за собой партнершу, проходит в танце по кругу, демонстрируя каскад замысловатых па. Потом, оставляя Мэрилин, уходит на кухню.)

Теперь на авансцене Анна и Марк.



Марк. Танцы никогда не были моим коньком. А однажды и вовсе вышел конфуз. На свадьбе у школьного друга я вдруг расхрабрился и пригласил на танец невесту. На венский вальс, который никогда в жизни не танцевал. В разгар танца ковровая дорожка под нами вдруг заскользила по паркету и я, в объятиях невесты, оказался под столом, в ногах у матери жениха. Вот смеху было.

Анна. Дино много раз предлагал мне взять несколько уроков. Даже учителя нашёл. Но я всё время находила какую–нибудь уловку, чтобы отвертеться. Может и стоило попробовать...

Марк. В танцах я – совсем бесталанный. Другое дело – что-либо по дому. Тут я – король... Но дамский танец с королевой кулинарии сочту за честь.

Анна (с напускным смущением). Ну, не надо преувеличивать. И потом, что-то мне не нравится сегодня эта индюшка... (Неуклюже продолжают танец, ежесекундно наступая друг другу на ноги.)

Высвечиваются Кэрол и Алисон.



Алисон. Бабуленция, ты – чудо. Боюсь, я никогда в жизни не найду лучшего партнера.

Кэрол. Пока был жив дедушка, мы часто ходили на разные танцевальные вечеринки. А иногда и дома танцевали. Просто ставили пластинку и танцевали. Вдвоём... И никто нам был не нужен...

В комнату с большой, клубящейся паром керамической миской в руках входит Дино.



Дино. Паста готова, дамы и господа! (пробует.) Сюрприз от шефа -“Паста ди Песто!” Пальчики оближете!

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

©VICTOR DALSKY-2008



Кэрол, Мэрилин, Анна, Алисон, Марк (одновременно.) Дино, ты неисправим! При чём тут паста, когда мы готовим индюшку?!

Дино. Паста всегда к столу! Поверьте, итальянцу. Нет пасты, нет праздника!

Франко (хлопая в ладоши). Коктейль готов. Экспресс из Лонг Айленда прибыл точно по расписанию!

В этот момент раздается оглушительный вой сирены. Потом аларм начинает посылать громкие прерывистые сигналы тревоги. Внезапно гаснет свет. В наступившей кромешной темноте звучит разрозненный хор голосов:



Анна. О, Mай Гот! Сигнализация! Я все-таки забыла про нашу индюшку-толстушку!

Дино. Да здравствует День Благодарения – 2008!

Марк. Я же говорил, что индюшка получится с корочкой!

Алисон. Бабуля, где ты? Ты жива?

Кэрол. Я здесь, моё золотко.

Мэрилин. Бедная невинная индюшка. Придется ограничиться коктейлями.

Франко. А вот в этом можете не сомневаться. Мой бар открыт 24 часа в сутки. Что изволите, дамы и господа?!

Затемнение

Сцена 2

Дом Фришмен. Вокруг стола, на котором вода и фрукты, молча сидят Марк, Анна и Дино. Стоящая у окна Мэрилин автоматически помешивает ложечкой в кофейной чашке. Рука заметно подрагивает, чашка позвякивает. Затянувшееся молчание нарушает Анна.



Дино. Франко обещал быть через 10 минут. У них завтра открытие выставки. Знаете, как они её назвали? «В плену у города». Неплохо, правда?

Марк (после долгой паузы). Я видел несколько работ. Я бы её назвал «Город заневоленных лиц». Нью-Йорк – есть Нью-Йорк.

---------------------------------------------------------

©VICTOR DALSKY-2008

Анна. Давайте ещё раз подумаем, как лучше всё объяснить. Боюсь даже представить их реакцию.

Мэрилин. Будем мы готовиться, не будем, по большому счету ничего не меняет. (Роняет чашку с кофе, чашка разбивается.) Чёрт, всё валится из рук.

На втором этаже появляется Алисон. Она в экстравагантном, весьма открытом платье. Две самые отличительные детали туалета - крупный цветок на груди и достаточно крупное татуированное лого дизайнера на обнаженном животе.



Алисон (спускаясь по лестнице). Попрошу никого не падать в обморок. Этим платьем откроется показ новой коллекции “Дома Ольги Пеллини”. И меня выбрали для его презентации. Потрясающе, правда?! А сейчас я должна вам показать мой выход.

Дино (с ухмылкой). По-моему, правильнее это назвать показом новой коллекции тел.

Анна, Мэрилин (одновременно). Дино!

Дино. Дух захватывает!

Марк. Как видно, у “Дома Пеллини” серьёзные финансовые трудности. Нет денег даже на ткани. Если это платье открывает показ, то кто его завершает?! Парад голых красоток! И вместо фиговых листков на интимных местах клеймо от Пеллини!

Алисон. Что так мрачно, папочка? И вообще, что случилось? На всех лица нет. Объясните.

Резкий звонок. Через мгновение дверь в дом шумно распахивается и на пороге, весь увешанный фотоаппаратами, появляется улыбающийся Франко.



Франко. Всем привет. Можете меня поздравить. Моя работа - на плакате нашей выставки. (стаскивает с себя фототехнику.) Умоляю, дайте глоток воды. Иначе, подобно греческому марафонцу, известив о победе, умру от жажды у ваших ног.

Анна молча наливает и подаёт сыну стакан с водой.



Франко (залпом выпивая). Ух, чуть легче. (наливает и так же жадно выпивает ещё один стакан.) Что произошло?!

Марк (собравшись с духом). Дорогие дети. Мы расходимся… (Совершая замысловатые пассы руками). И опять сходимся… Проклятие, не могу это сказать... Дино, что же ты молчишь?

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

©VICTOR DALSKY-2008

Дино (совершая те же замысловатые пассы руками, но в противоположном направлении). И во втором случае мы тоже расходимся и сходимся... (Мэрилин подходит к Дино, кладёт свои руки поверх его, успокаивает. Алисон и Франко изумлённо переглядываются.)

Алисон и Франко (одновременно). Что-о-о? Что вы говорите? Кто с кем сходится?! Кто расходится?!

Мэрилин (решительно). Дорогие мои. Алисон и Франко. Мы с Марком, и Анна с Дино решили расстаться.

Анна. Но в тоже самое время Мэрилин и Дино, и мы с Марком решили попробовать... Но мы не расстаёмся врагами, нет...

Франко. Вы что, рехнулись? С ума сошли на старости лет?!

Алисон. Договорились, разыгрываете нас? Так что, бывает? Чтобы четыре человека, одновременно?

Франко (язвительно). Ещё скажите, что решили пожениться. (Позвякивая бутылкой о стакан, наливает ещё один стакан воды.) Или создать настоящую “шведскую семью”?!

Алисон (подходя к Марку). Папа, ты здесь единственный нормальный человек. Скажи, вы шутите? Правда? (Смотрит на календарь на стене. Начинает полуистерически хохотать.) Франко, Франко. Смотри. Они – таки нас надули.

Франко. Сегодня – Первое апреля?! День Смеха! Они нас разыграли! Признавайтесь, чья была идея. Гран-При в разделе «Чёрный юмор»!

Алисон. Уморили! (Подхватывая Франко и кружась с ним по комнате.) Заставили поверить что у нас будут крохотулечные братики и сёстры! Памперсы и соски! Что на старости лет мы не будем одни -одинёшеньки! (Анне.) Надеюсь, у вас нет мастита, дорогая мадам Манчини?! (Обнажая грудь перед Анной.) Не хотите ли покормить грудью очередную малютку?

Анна, теряя сознание, оседает на пол. С разных сторон к ней одновременно подскакивают Дино и Марк



Дино, Марк. Что с тобой?

Анна (открывая глаза). Не обращайте внимания. Голова закружилась.

Жарко. (Детям.) Дорогая Алисон! Франко! Это не шутка. Никто не подумал, что сегодня – Первое апреля. Это – совпадение. Но мы действительно решили попробовать...

-------------------------------------------------------------------------------------------------

©VICTOR DALSKY-2008

Франко. Попробовать что? Лечь в одну постель? Ударно соорудить нам младших братьев и сестер? Вы что, с ума сошли?

Мэрилин. Мы понимаем, это большое потрясение. И мы...

Анна (подхватывая). Как матери решили, что лучше, если вы останетесь в своих домах, с матерями, никуда не переезжая.

Франко. Очень трогательно. Огромное спасибо. Вы, четверо, сделали всё, чтобы уничтожить нас, разрушить оба дома.

Алисон. (подбегает к стене, срывает парный фотопортрет родителей, с остервенением рвёт его на мелкие кусочки, топчет ногами.) Ненавижу!

Марк. Вы должны нас понять. Жизнь – сложнее всяких формул. Так сложилось…

Дино. И потом…

Анна (негромко, но твёрдо). Мы решили, это касается нас четверых. Нам так гораздо комфортнее, теплее, по крайней мере - сегодня. В жизни бывают повороты судьбы.

Дино. Со временем вы поймёте. Семейная жизнь это... (подбирая сравнение.) – не тротуар перед “Белым Домом”. Бывают рытвины, ямы. И мы – не ангелы...

Алисон. А дальше что, ангелы? Что с нами будет, вы об этом подумали, так называемые «любящие родители»?

Мэрилин. Конечно, подумали. Наши новые дома открыты для вас в любое время. И отцы, и матери любят вас как прежде. И не важно, где мы живем – здесь, или где-то по соседству, когда продадим дома.

Франко (гневно). Как это неважно? Неважно где, неважно с кем, что же тогда важно? (Хватает и надкусывает яблоко, закашливается. Кашляя всё сильнее, тем не менее продолжает свою обличительную тираду.) Дерьмо! Блядуны! Компания лжецов!

В разговор включается Алисон. Одной рукой она яростно стучит по спине Франко, другой – совершает резкие рубящие движения в такт своим словам.



Алисон. Ни одному вашему слову нельзя верить! Ни одному! Что вы твердили с самого детства? Мой дом – моя крепость! Семья превыше всего! Демагоги! Болтуны!

-------------------------------------------------------------------------------------------------

©VICTOR DALSKY-2008

Анна нервно доливает себе кофе. Залпом выпивает. Чашка падает, разбивается.



Алисон ( распаляясь). Правильно. Бей, круши всё подряд! Было две семьи. Два по-своему, но счастливых дома. Ничего не осталось. Руины, осколки. (Хватая всё, что лежит под рукой, - подушки с дивана, надувные игрушки – запускает в родителей. Те тщетно пытаются уклониться от летящих в них предметов.) Обманщики! Ублюдки! Прелюбодеи! Фак ю!

Мэрилин. Алисон, Алисон, опомнись!

Марк. Дочка, доченька, что с тобой?

Алисон снимает туфлю и начинает иступленно лупить по огромному, в рост, парному фотопортрету отца и матери на стене. Портрет падает на пол. Франко растёгивает брюки и с преувеличенным удовольствием на лице начинает мочиться на портрет. Брюки спадают на пол.



Анна. Ты с ума сошёл, Франко! Что ты делаешь?!

Алисон ногой наносит ещё один удар по портрету.



Дино. Ну и бестия!

Алисон подхватывает с пола и запускает подушку в направлении отца, стоящего в этот момент у входной двери. Тот уклоняется, подушка сражает вошедшую в дом Кэрол.



Кэрол (обводя взглядом дом). Что тут происходит? Последний раз я видела подобное побоище 30 лет назад в сумасшедшем доме под Бос-тоном. Мы туда пришли с дедушкой вручать больным рождественские подарки. Но ведь там были – больные люди... Кстати, хотела вам сказать про своё завещание. Похоже, невовремя...

Затемнение

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

©VICTOR DALSKY-2008



следующая страница >>