В современной россии - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1страница 2
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Форум промышленников, предпринимателей, научной, студенческой и учащейся... 1 101.56kb.
Социально-профессиональный статус в современной России 2 420.98kb.
Тенденции развития филармонического искусства в современной России 1 173.53kb.
Молодежный радикализм в политическом процессе современной России 1 297.31kb.
«Формирование современной партийной системы России на муниципальном... 4 1482.26kb.
Стратегии выстраивания конкурентных отношений на рынке розничной... 1 98.5kb.
- 17 5907.7kb.
Комедия Гоголя «Ревизор» создавалась на протяжении 6 лет, с 1836... 1 38.54kb.
Представительного 1 146.15kb.
Программа конференции «Управленческие науки в современной России» 2 379.08kb.
Программа конференции «Управленческие науки в современной России» 2 505.09kb.
Игра или Невероятные приключения Пети Огонькова на Земле и на Марсе 18 6830.4kb.
- 4 1234.94kb.
В современной россии - страница №1/2



Сергей Чесноков (Москва)

30 августа 2005



ФИЛОСОФИЯ, СТРАТЕГИЯ И ПРАКТИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА КГБ

В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ

По материалам одноименного доклада, сделанного автором 2 июня 2005 г


в Музее и Общественном центре «Мир, прогресс и права человека» имени Андрея Сахарова.




Содержание

Стр.



Выход на Лубянку

1



Дом родной

1



Легенды и реальность

2



Истоки экономики спецслужб: теневая экономика власти в СССР

3



«Старые советские» и «новые русские»

4



Экономика спецслужб и «новые советские»

5



Шизофреничность? — Нет, политико-идеологический спецназ

6



Коррупция? — Нет, рынок по-российски

7



Стукачи и антиинформационное общество при коммунистах

8



Истоки «партии Андропова»

9



«Партия Андропова» и КПСС

10



«Партия Андропова» и Горбачев

11



«Партия Путина» или сексоты — спасители Отечества

13



Наши

13



Политический и экономический криминал под защитой Закона

14



Партия жизни

16



Новая элита «Наших»

17



Доказательства

19



Я и ты

20



Политическая философия традиционной диктатуры

22



Политический театр

23



Новая концепция врага

25



Ферма терроризма

26



Вражеские теневые центры

27



Почему диктатура?

29



Национализация имени Андрея Сахарова

31



Социальная фильтрация при коммунистах

33



Социальная фильтрация при Путине

34



Путинская бюрократия и информация

34



Антиинформационное общество при Путине

35



Победа Путина. Заря долгожданного дня

37



Эйфория

38



Революций не будет

39



Что грозит режиму

40



Спецмораль

42



Маховик кризиса

43



Сценарии развития ситуации

44



Что придет на смену?

46



Общемировой контекст

47



Эпилог

49



Приложение. Как появился этот текст

51


Выход на Лубянку

Моя добрая знакомая, редактор журнала Знание Сила, возвращалась в первом часу ночи домой с работы. На станции метро Лубянка в пустом туннеле перехода видит сценку. Двое бомжей у стены. Выпивших. Один сидит, обхватил голову руками. Другой еще стоит, цепляется за стену. Глаза блуждают. Взгляд упирается в указатель. Читает вслух по складам: вы-ход на Лу-бян-ку… Тот, что сидел, встрепенулся, вскинул голову и пролепетал: Ни х.. себе, выход!

Я согласен с бомжом. Господин Путин — нет.

Дом родной

После Ельцинских «загогулин» Россия очнулась на Лубянке. Теперь она подразделение ФСБ. Со всем населением, государственными институтами, экономикой, СМИ. Почти вся. Осталось «чуть-чуть», которое «по-русски не считается».

Опыт Гитлера по селекции фенотипов был пресечен Нюренбергским процессом и покаянием Германии. Над Сталинским опытом селекции сознания суд не состоялся. Его опыт, развитый в КГБ, стал практикой управления в новом государстве на развалинах Ельцинской послеперестроечной России.

Хотим мы или нет, в России правит криминальная диктатура спецслужб под руководством законно избранного президента страны Путина. Ее признаки:


  1. Контроль над всеми формами политической и экономической активности населения.

  2. Вместо Федерального Собрания и Государственной Думы полностью управляемые политические муляжи.

  3. Однопартийная система с фиктивными партиями, призванными имитировать многопартийность.

  4. Назначенные губернаторы в роли бывших секретарей обкомов, подчиненные центру.

  5. Борьба с терроризмом как средство мобилизации и запугивания общественного сознания.

  6. Муляж рыночной экономики в виде легализованной теневой экономики СССР.

  7. Бизнес под крышей спецслужб, равнозначных государству.

  8. Православие на месте отдела идеологии ЦК КПСС.

В середине двадцатых Сталин выиграл борьбу за власть, получив контроль над техническими секретарскими функциями в аппарате. Все считали их второстепенными. Оппоненты Сталина предпочитали споры о путях России, экономике, юриспруденции. Сталин не участвовал. Незаметно делал то, что позволило методично уничтожить оппонентов. Тем же путем пошел Путин. Та же политическая философия.

Что не удалось Крючкову в августе 91-го, Путин сделал в 99-м и 2000-м. Сейчас в стране новый государственный строй.

Конституция не мешает. Но все готово для ее изменения. Остальное техника: детали этапов, выбор времени, идеологическое прикрытие.

Все зашло настолько далеко, что теперь интерес представляет лишь более отчетливое понимание происходящего, его причины и возможные варианты развития ситуации.

Легенды и реальность

В апрельском послании 2005 Федеральному Собранию Путин обозначил главные направления развития страны:



  1. Развитие России как свободного демократического государства.

  2. Укрепление закона и развитие политической системы.

  3. Развитие личности и гражданского общества в целом.

Это легенда прикрытия.

Лет через десять-пятнадцать (может, раньше) суд над Ходорковским и Лебедевым станет сюжетом фильма о методах нынешнего режима. Кадры c госпожой Вишняковой, господами Устиновым, Дмитрием Шохиным, Колесниковым будут компоноваться с кадрами, где сталинский подручный Вышинский выступает обвинителем на показательных процессах 30-годов. Но это чуть позже. А пока суд над Ходорковским есть забота об укреплении законодательства, судебной системы и бизнеса.

Сделка по продаже «Юганскнефтегаза» со всеми ее деталями это, по легенде, этап в создании благоприятного инвестиционного климата в России.

Процессы над Пасько, Никитиным, Сутягиным, Даниловым возрождают практику использования секретности для подавления активности ученых, политиков, общественных деятелей. По легенде эти процессы демонстрируют приверженность государства свободе и демократии.

Согласно легенде происходящее в Чечне это «мирные созидательные процессы». Кроме армейской авиации и бронетанковой техники в них используется артиллерия всех калибров и оперативно-тактические ракеты. Яркий пример развития политической системы в условиях демократии.

Информация о суде над капитаном Ульманом и его группой обошла весь мир. В Чечне был обстрелян УАЗ. Когда выяснилось, что в нем мирные жители, Ульман получил приказ «сделать из свидетелей груз 200». Людей расстреляли, машину подорвали на фугасе и подожгли. Суд оправдал убийц, сославшись на то, что убийство санкционировал вышестоящий начальник. По легенде Путина это необходимый этап на пути развития личности и гражданского общества, свидетельство укрепления российского законодательства и беспристрастности судебной системы.

Примеров тьма. Несовместимость легенд и реальности лишь поверхность событий. За ними стоят более глубокие причины.

Истоки экономики спецслужб: теневая экономика власти в СССР

В СССР действовала теневая система экономических обменов властными полномочиями. В нее были вовлечены чиновники Госплана, Совмина, ЦК КПСС. «Крышей» была власть. Валютой служили властные распорядительные ресурсы.

Вот простейший пример, я лично видел это в Госплане СССР в 1974 году. По плану выделены ресурсы на строительство 20 заводов железобетонных конструкций. Вместо 20 решено построить 15. Причина входит в теневой экономический сценарий. Кому достанется? Кто больше заплатит. Чем? Заводами, угодьями, коттеджами. Один вид распорядительной власти обменивается на другой вид распорядительной власти или потребительские товары по личной договоренности. Оформление дело техники.

Теневая экономическая практика пронизывала всю «плановую» экономику. И отчасти спасала ее, потому что компенсировала общественный идиотизм ленинско-сталинской экономической философии планового хозяйства. В конце 70-х объем теневых обменов составлял не менее 40% от всех материальных и денежных ресурсов, обращавшихся в стране. Эта цифра называлась в качестве заслуживающей доверия в коллективе экономистов, где я работал в конце 70-х. Его возглавлял академик Станислав Шаталин, позже, во времена перестройки, советник Горбачева по экономике. Многие политики времени перестройки обязаны ему выходом на ключевые позиции в государстве.

Объем теневой экономики в СССР часто оценивается в 2-7%. Это не отражает полный объем теневой экономики власти.

Гайдаровская приватизация помимо экономической решала политические задачи, которые были приоритетными. Нужно было предотвратить реставрацию режима и воспрепятствовать появлению олигархической диктатуры на базе механизмов советской теневой экономики.

Гайдар сделал теневиков собственниками и, преодолевая сопротивление Ельцина, предпринял энергичные меры, чтобы заставить их жить по законам рынка. Кроме того, часть собственности ему удалось передать тем, кто не был связан с советским партгосаппаратом старой закалки. Эти меры спасли страну от немедленной реставрации советских порядков и предотвратили появление олигархической диктатуры.

На постсоветском пространстве так было не везде. В Туркмении и Узбекистане теневая экономика при советах фактически была легальной. Как только эти республики вышли из Союза, там не стали заниматься приватизацией. Собственность поделили ведущие партийные игроки, которые моментально установили олигархические режимы.

В России процесс затянулся, но силовики поправили дело. На Лубянке Россию вернули к советской теневой экономике. И теперь Путин очень дружит с Каримовым.

«Старые советские» и «новые русские»

В начале девяностых бывшие партийные и советские чиновники, директора предприятий, представители КГБ, региональные партийные и советские деятели стали собственниками. В их руках оказалась большая часть государственной собственности, включая, вероятно, якобы исчезнувшие нефтяные деньги КПСС. К ним присоединились их дети, родственники, друзья (в том числе криминальные). Они заявили себя в мире в качестве «новых русских». Теперь они не могут простить Гайдару, что за правом на собственность должны были пойти именно к нему.

Как и предполагалось, бывшие аппаратчики и их друзья мгновенно переключились с коммунистических идеалов на отмывание денег, мерседесы, джипы, роллс-ройсы, виллы на Канарах, яхты на Гавайях, коттеджи на Рублевке, элитное жилье и прочие прелести. Погруженные в эти заботы, они на время забыли о преимуществах жизни в стране, управляемой с помощью «коммунистических идеалов» и сталинских механизмов государственного идеологического воздействия.

Но безоблачное счастье кончилось. Во второй половине девяностых им пришлось вспомнить о прошлом. Вспомнить, и материально поддержать возврат к типу власти, которая гарантировала стабильность и успех. Причин минимум три.

Первая. Бешеные амбиции и жажда денег как основы личной власти. Весь мир знает, что такое новый русский в золотых цепях на шестисотом мерседесе.

Вторая. Экономическое и деловое невежество. Сотни миллионов долларов стали уходить сквозь пальцы. Стало понятно, что деньгами мало владеть. Деньги должны работать. Надо заниматься экономикой. С советских времен для этих людей самыми доходными и хорошо освоенными экономическими схемами работы денег были взятки, воровство и криминал.

Третья. Так называемые «олигархи». Комсомольцы 80-х, не увязшие мозгами в тоталитарном менеджменте. Благодаря личной экономической и политической предприимчивости они получили активы через кооперативы, центры НТТМ, из рук Гайдара, Чубайса, Гавриила Попова, Ельцина. Овладев методами эффективного управления капиталами, они стали наращивать бизнес. Черномырдина нечасто называют олигархом. Но никто не укладывает его лицом вниз. В русском языке «олигарх» не только деньги. Это тип достижения экономического успеха.

Новые русские быстро сообразили, какого врага они имеют в лице «олигархов». Их дыхание себе в спину они ощутили даже там, где первоначально активы перешли почти исключительно в руки бывших советских. Нефтегазовый бизнес, металлургия, строительство, торговля. От поражения в конкурентной борьбе их не спасали даже позиции в системе власти, которые были сохранены, усилены либо повторно завоеваны.

«Иных уж нет, а те далече» недавно сказал Путин вслед за Пушкиным. «Те» это Гусинский, Березовский, Невзлин. Для старых советских, принявших вид новых русских, «олигарх» Ходорковский был (и остается) более опасным, чем эти «иностранцы». Потому что объявил, что не убежит. Потому что после «дикой» приватизации не стал своим, а сделал ставку на реальную рыночную экономику и внятные правила игры. Он понял, что происходит в стране с капиталами, поставил точный диагноз власти и попал в клетку путинского правосудия. Остальное — театр и идеологические упражнения кремлевских спецполиттехнологов и спецжурналистов по созданию легенд прикрытия.

Под угрозой потери влияния и капиталов наследники советской теневой экономики вспомнили, как удобно было поддерживать благополучие при коммунистах. Когда после парилки под коньячок, пивко и спецуслуги любая, даже самая чудовищная, метафизика во властных головах легко превращалась в «контрольные цифры» и «решения съезда». Когда не имело никакого значения, как это соотносится с жизнью населения. Была песенка на мотив советского шлягера. В семидесятых-восьмидесятых ее охотно распевали те, чью жизнь она описывает абсолютно точно:

А что я ем? Парную осетрину. Простую русскую еду.

Простую русскую еду, ее ловлю в своем пруду.

А что я пью? Я пью обычно простой коньяк «Наполеон».

Простой коньяк «Наполеон», Жискар д’Эстен прислал вагон.

А с кем дружу? Дружу с Серегой. Советским маршалом простым.

Советским маршалом простым, он за меня в огонь и в дым.

А с кем я сплю? Я сплю с девчонкой. Простой девчонкой из ЦК.

Простой девчонкой из ЦК, ведь у меня там есть рука.

И так далее.

То был рай для влиятельных любителей порассуждать об эффективности сталинской системы управления во время войны. О фильмах «Семнадцать мгновений весны» и «Щит и меч». О том, что «Боялись, но уважали. А теперь что?». О православии, самодержавии, народности. О падении нравов. О том, какая сука эта Галина Старовойтова и как правы были китайцы, сохранив аппарат коммунистической власти. О ракетах, космосе, особой миссии России в мире и подонках вроде Сергея Ковалева и иже с ним, которые мешают эту миссию осуществить.

Экономика спецслужб и «новые советские»

Путин восстановил политико-экономический рай, который «старые советские» имели в СССР. Восстановил и модернизировал. Вернувшиеся в него в облике «новых русских» «старые советские» стали снова хозяевами положения, «новыми советскими».

Условие делиться со спецслужбами им понятно. Правильная жизнь, сами такие.

Легенды о демократии и приверженности рыночной экономике их не смущают. Они и раньше прекрасно понимали функцию идеологического прикрытия, умели различать, где легенды, а где реальность, где техника власти, а где ее суть.

Игры «два пишем три в уме» или «я говорю, ты угадай», им родные с детства. Они в них как рыбы в воде. Это в тысячу раз привычнее и комфортнее, чем свободный рынок и жесткая конкуренция.

Клетка с Ходорковским и Лебедевым копирует ту, в которой русские цари доставляли преступников к месту публичного четвертования на Красной площади. Для окружающего мира это варварство. «Новые советские» другого мнения. Это знак, что на Путина можно положиться. Он «наш». Наряду с ценами на нефть это главный экономический фактор устойчивости режима спецслужб.

Иноземная практика изучать и учитывать интересы клиентов не для России. Бизнесу по-русски это не нужно. Население и так покупает просроченные продукты, гнилую рыбу, бумажные отходы под видом колбасы, разбавленную косметику и моющие средства западных фирм, подделки под известные брэнды. Люди травятся фальшивыми лекарствами и «кремлевскими таблетками». А когда, как пел Галич, «кричат от отчаяния, от обиды, от боли, от голода», делают это в сторонке. Подальше от мест, где снимаются телерепортажи с правильно сбалансированным видеорядом.

Экономика Путина это экономика обратной стороны Луны, полностью закрытой для посторонних глаз. Там хозяйничает избранный круг «наших». Они делят активы и делают реальную политику. Спецпрагматичность этих деятелей их самих приводит в восторг. Чтобы население понимало, как ему надлежит восторгаться, на стороне Луны, обращенной к людям, всегда размещено лицо Путина и его легенды, легенды, легенды…

Можно называть это «государственным капитализмом». Почему нет? Но наверняка существует более подходящее имя. Найти его, — вреда для российской науки, уверен, не будет. Только польза. Тут, в общем, довольно банальный и частый в России случай, когда по проблеме дефиниций лучше советоваться не с академиками, а с бомжами. Их ненаучный русский язык в таких случаях бывает более точен, чем ученые пролегомены тех, кто, пусть не сердцем, но умом уже на Лубянке.

Шизофреничность? — Нет, политико-идеологический спецназ

Не так давно с подачи Бжезинского в западной печати к политике Путина приклеили эпитет «шизофреничная». Российские официальные комментаторы очень обиделись. Их можно понять. Никакая это не политическая шизофрения. Это знакомый до боли политико-идеологический спецназ.

Действия власти противоречит Конституции? Но в России, перефразируя одесскую поговорку, «кто Конституцию гарантирует, тот ее и танцует». Право первой ночи в интерпретации Конституции здесь всегда принадлежало и принадлежит ее главному гаранту. Эта интерпретация всегда удивительным образом совпадает с мнением высших судебных инстанций. Как делается этот фокус, в России знает каждый ребенок. Дело техники, причем весьма нехитрой. Так было при коммунистах. Путин ничуть не хуже.

Легенды не сходятся с реальностью? - И не должны. - Они работают? Работают. - Дают результаты? - Да. - Вот и хорошо. И все при деле. Четкий здравый смысл. И никакой раздвоенности — ни личности, ни государства.

Коммунистическая лексика — очевидный идеологический хлам. Ни на что не годный. Зюганов в роли «оппозиционера» полезен. Он расширяет политическую палитру, создает дополнительные возможности идеологического маневра. Пенсионеры довольны возвратом советского гимна. Автор новой редакции тот же, что и всех предыдущих, детский поэт, Сергей Михалков. Он счастлив, как и его многочисленное семейство. Пока такие люди «делают культуру», власть может быть спокойна: искусство принадлежать народу при любой модификации режима будет на высоте.

Номинальный и политический труп вождя в Мавзолее никому не мешает.

Специалисты по геральдике смело соединяют двуглавого орла и святого Георгия с крылатыми ракетами и истребителями бомбардировщиками.

Во главе государства смелый человек: летает на истребителях, плавает на подлодках, запуски ракет смотрит. Восстанавливает армию. Дает понять иностранцам, что пора снова нас уважать. А то покажем, где раки зимуют.

Проводятся совместные учения с НАТО. Путин дружит домами с Бушем младшим и Шредером. Спецслужбы сотрудничают с ЦРУ и БНД.

Начальники все поголовно набожны перед телекамерами. Следят, достаточно ли православны их подчиненные.

Спорт важнейшая составляющая национального духа. К нему особое внимание.

Там, где у Сталина было снижение цен, у Путина личная забота о повышении пенсий и развитии здравоохранения. Размеры повышений пока не очень привлекательны для самих пенсионеров, тем не менее факт есть факт.

А чтоб у людей не пропадало ощущение, что без спецслужб жизнь погибнет, телеканалы соревнуются в показе реальных убийств, насилия, зверств, и театрализованных представлений, где спецназ разучивает приемы боевых единоборств и разбивает кирпичи об головы сослуживцев.

Жители слушают, смотрят и радуются. За демократическим кремлевским столиком «сам» разговаривает с министрами. В кадре ничего лишнего. Хозяин. Держится скромно. Взгляд внимательный. Строгий. Все видит. Все понимает. Работает. Имиджмейкеры не спят. Шутка ли: отсюда, из Кремля, жители ежедневно узнают, как они в ближайшее время будут жить еще лучше. Прямо по анекдоту конца семидесятых:

— Как живете, товарищи рабочие? — спросил Леонид Ильич.

— Хорошо живем, — пошутил пожилой рабочий.

— Будете жить еще лучше, — шуткой на шутку ответил Леонид Ильич.

Но главное: передел собственности состоялся, и власть экономически укреплена. Спецслужбы стали надежной крышей «новых советских», которые под прикрытием свободного рынка легально работают по экономическим законам советской теневой экономики. Уже без конкурентов.

Коррупция? — Нет, рынок по-российски

В государстве Путина борьба с коррупцией, все эти «оборотни в погонах» такая же легенда, как забота о развитии гражданского общества. Но даже если допустить невероятное, что Путин решил действительно бороться с коррупцией, это ни к чему не приведет. Не потому, что коррупция сильна. А потому, что при Путине коррупции нет по определению. Не с кем бороться.

Само слово «коррупция» применительно к режиму Путина недоразумение. То, что иностранцы называют коррупцией, это практическая экономика, где распределительным полномочиям чиновников лично Путин вернул роль спецвалюты в теневых обменах товарами и услугами.

Действует режим наибольшего благоприятствования для тех, кто знает как жить по новой редакции старой советской схемы: слова должны быть правильными «для других», а действия «для своих». Слова это создание товаров и услуг для населения. А дела это схемы отвода денег из бюджета и теневые обмены.

Спецслужбы работают четко. Форму соблюдают. Эффективность демонстрируют. Тех, кто зарывается, поправляют. Тех, кто упорствует или просто глуп, скармливают общественному мнению как «оборотней в погонах», устраняют, как не оправдавших доверия.

Как и при советах, гарант экономического успеха только государство, теперь в облике Лубянки. Оно диктует спрос. Оно оценивает эффективность. Оно «черный кот» из песенки Окуджавы. «Коллективный Сталин», который «не требует, не просит, желтый глаз его горит», притом что «каждый сам ему выносит и спасибо говорит».

Стукачи и антиинформационное общество при коммунистах

Юрий Щекочихин в книге «Рабы ГБ»1 собрал многочисленные свидетельства о работе системы стукачей. Их авторы сексоты и штатные сотрудники КГБ. В СССР громадная армия стукачей никогда не давала достоверной информации о взглядах и мнениях населения страны. Как агентурная сеть для борьбы с бандитизмом она тоже никуда не годилась.

Высшее руководство СССР никогда не подвергало сомнению необходимость чудовищной по численности армии сексотов.

Это не удивительно. В советской системе царила идеология, а не информация. Это было антиинформационное общество. Достоверная информация была опасна. Она противодействовала идеологическим мифам. Она дестабилизировала аппарат, мешала выдавать фикции за решение экономических и общественных проблем. Информация оценивалась исключительно по тому, насколько она поддерживает идеологию. Можно ее превратить во внутриаппаратную валюту, или нет. Если да, ею пользовались. Если нет, ее уничтожали.

Система стукачей сеяла страх и была источником компромата. В обществе она поддерживала высокий уровень подозрительности, так людьми легче управлять. Ее информационная функция была на последнем месте. Да, говорили, что КГБ это лучший в СССР институт социологии. На закрытых совещаниях, в элитных парилках. Но никто никогда не принимал во внимание достоверность и объективность информации как отправную точку в принятии государственных решений. Это было абсолютно противопоказано советской системе власти.

Если уж без достоверной информации не обойтись, создавали секретную шарашку, охраняемую зону. Там работали с достоверной информацией, под бдительным оком КГБ.

Истоки «партии Андропова»

В книге Щекочихина детально описана техника вербовки сексотов и принципы работы с ними. Приводимые им свидетельства наталкивают на мысль, что когда Андропов в 1967 году пришел к власти над КГБ, он оценил возможности армии сексотов совсем по-другому, чем его предшественники.

В десятках миллионов сексотов Андропов увидел прежде всего мощный социальный, организационный и политический потенциал. Под руководством КГБ он мог стать со временем социальной базой для создания управляемых общественно-политических элит, а в перспективе организационным ядром и активом политической партии нового типа.

Задачи политического сыска и борьбы с бандитизмом были удобным прикрытием для легального формирования этого потенциала, придания ему нужных социальных и организационных свойств.

Андропов учел опыт Берии и тактически правильно сделал первые шаги. Он успел создать интеллектуальный актив «партии Андропова» в своем ведомстве. Но завершить дело и реформировать советскую систему по плану, созданному им с опорой на КГБ, не смог. Помешала смерть.

«Реформаторские» идеи с клеймом «сделано в КГБ» означали сохранение в стране тоталитарной системы управления общественными процессами и экономикой при освобождении от марксистской фразеологии, увеличении привилегий для чиновников и плавной замене КПСС на «партию Андропова».

К началу 1990-го для наследников Андропова, стремившихся получить ведущие позиции в государстве, наступил критический момент. Общественные процессы развивались столь быстро, что идеи интеллектуалов от КГБ быстро превращались в политический хлам, так и не сделавшись политической реальностью. С ними рушились надежды на власть у КГБ и формировавшейся в его недрах «новой элиты». Здесь истоки путча в августе 1991-го. Крючков приложил все силы, чтобы КГБ захватило ключевые позиции в новой России и повело страну по пути, который для Советского Союза готовил Андропов. Ему это не удалось. Десять лет спустя это сделал Путин.

Гипотеза о наличии «партии Андропова» согласуется с тем, что публично говорили об интеллектуальном потенциале КГБ Федор Бурлацкий и Александр Бовин, работавшие с Юрием Андроповым. Косвенно это подтверждается моим личным опытом общения с представителями КГБ в довольно неординарной ситуации. В конце 1982 года, когда Андропов пришел к власти, я обратился к нему с письмом такого содержания2:

Уважаемый Юрий Владимирович!

Освободите Сахарова. Я хотел бы, чтобы этот мой призыв к Вам рассматривался точно в контексте сказанного ниже.

После двадцатого съезда в стране многое изменилось.

Но совершенно не изменилась идеология, которая как была, так и остается сталинской. Дело даже не в политическом содержании идеологических позиций и концепций…. Дело в том, что каналы и характер взаимоотношения между политическими целями и установками — с одной стороны, и фактами жизни и устремлениями людей, составляющих подавляющее большинство во всех практически социальных группах нашей страны, — с другой, остались такими, какими их сформировал Сталин. Во всех государствах и во все времена существовала теория и практика оправдания и инструментального использования лжи во имя достижения политических целей. Но Сталину здесь принадлежат особые заслуги и Вы о них хорошо знаете. Созданная им школа использования идеологии как инструмента управленческой и политической деятельности опирается на осознанное и возведенное в принцип игнорирование и подавление всяких проявлений личности отдельного человека в той мере, в какой эти проявления не встраиваются в извне заданные политические интересы.

Господство этой школы в идеологии отразилось на всех без исключения сферах государственной деятельности. Благодаря этому политическая стабилизация достигалась и достигается ценой разрушения и деградации института личности отдельного человека в государстве. Как следствие — упадок литературы, искусства, образования, катастрофическое обеднение обыденной жизнедеятельности людей, вытеснение из общественного сознания более или менее органичных и глубоких форм социального мышления, укрепление норм поведения, оправдывающих и стимулирующих социальный инфантилизм, пьянство и преступность. В плане глобальном это ведет к деформации и нарушению сложных и тонких функций языка как инструмента формирования социальной общности людей. Последствия этих нарушений могут оказаться для общества едва ли менее ужасными, чем последствия бездумного разрушения экологической среды. Они имеют весьма долгосрочный характер и затронут жизнь не одного поколения после нас.

Сахаров… — первый, кто перевел это осознание в план повседневной, обыденной жизни и тем самым придал этим проблемам высоко моральное звучание. Есть единственный человек, с которым он сопоставим в этом отношении — это Альберт Эйнштейн, а мужество, с которым Сахаров следует своим убеждениям, делает его совершенно исключительным в глазах всех, кто в наше сложное время сохраняет уважение к высокой духовности и благородной независимости, проявляемой лучшими представителями рода человеческого.

Вы намерены, как Вы определенно заявили, выводить страну из экономического застоя. В нынешней ситуации есть соблазн связывать положение в экономике в первую очередь с развитостью инфраструктуры, характером основных производственных фондов, структурой системы управления и хозяйственного механизма, а также с упадком производственной и государственной дисциплины. Но без решения проблем, о которых говорит своей жизнью академик Сахаров, долгосрочные социально и политически устойчивые решения экономических проблем невозможны. Освободите Сахарова. Я уверен, у Вас имеются возможности для политически корректного оформления этого шага. Освободите этого человека. Переведите проблемы, о которых он говорит, из сферы шантажа и политической спекуляции в сферу серьезной государственной деятельности.

Сергей Чесноков, 27 декабря 1982 года, телефон, адрес.

Я тогда работал пожарником в Театре на Таганке у Юрия Любимова. Выдавал актерам театра ключи от гримерок, шли репетиции «Бориса Годунова». Вскоре мне передали, что звонил из ЦК некто Лабусов Виктор Иванович и просил перезвонить ему, оставил телефон. Я позвонил из театра. Лабусов сказал мне следующее (точные слова, я записал их): «Ваше письмо передано тем, кто рассматривает этот вопрос. Вопрос сложный. О решении вам сообщат». Тон этой фразы разительно не соответствовал разнузданной компании по очернению Сахарова, которая официально велась в прессе. Дальше последовала фраза, которая меня поразила «Спокойно работайте на благо отечества». Ни больше ни меньше.

Через полтора месяца мне передали просьбу опять позвонить в ЦК по телефону 206–37–90. Я позвонил — снова из пожарки театра. Человек, представившийся Дмитрием Ивановичем Пискуновым, сотрудником отдела науки, сказал мне следующее: «Ваше письмо дошло до адресата. Мне поручено встретиться с вами с целью взаимного уточнения и прояснения позиций». Я спросил, будет ли еще кто-нибудь при разговоре кроме него. Он сказал: «Да, будет сотрудник параллельного отдела».

Разговор состоялся в приемной ЦК на Старой площади. «Сотрудник параллельного отдела», Юрий Иванович Зарецкий, представился как сотрудник отдела науки. Из чего я сделал вывод, что это сотрудник КГБ, «спланировавший» в ЦК после прихода Андропова к власти. Я подробно объяснил им, почему думаю так, как написано в письме. Когда они выяснили, что за мной никто не стоит, кроме меня самого, они потеряли ко мне интерес. Их вердикт был: «Ваши взгляды нам не подходят». Был март 1983 года. Днем на улицах Москвы ловили и арестовывали тех, кто должен был в это время быть на работе – шла компания за «повышение уровня дисциплины».

Четыре года спустя я выступил на социологическом съезде с идеей создать Государственный мониторинг — инструмент, обеспечивающий обратную связь власти с населением. Академик Татьяна Ивановна Заславская представила меня чиновнику из ЦК, который с ней сидел в президиуме, и сказала, что он хотел бы услышать мои соображения по этому поводу. Я пришел в ЦК, в отдел науки. Был пустой разговор. Чиновнику было на все наплевать. Вышел от него и подумал: нет ли здесь Зарецкого? Иду по коридору, вижу табличка «Юрий Иванович Зарецкий». Захожу, спрашиваю: Можно? — Пожалуйста. — Вы меня узнали? — Как же вас не узнать? Как живете? — Нормально, говорю, все хорошо. Прошло несколько лет, но он сильно постарел. — Юрий Иванович, помните, вы мне сказали, что мои взгляды вам не подходят? Он вот так привстал, усталый человек, и сказал (дословно): «Знаете, сейчас так все быстро меняется… Не уследишь».

«Партия Андропова» и КПСС

К концу восьмидесятых «партия Андропова» по численности превосходила КПСС. В ее составе, по оценке Юрия Щекочихина, было не менее 26 миллионов человек против 20 миллионов в КПСС. Усиленная несколькими поколениями выпускников сети специализированных учебных заведений КГБ, «партия» стала прообразом современных «наших». В ее составе были представители всех социальных, профессиональных, демографических групп населения, всех уровней образования и родов занятий, всех общественно-политических взглядов, всех общественно-политических и культурных институтов государства.

Планирование численности и состава «партии» осуществляла, по-видимому, ограниченная группа центрального аппарата КГБ. Она решала вопросы формирования элитного кадрового потенциала, санкционировала продвижение в государственные структуры. Среди посвященных в суть проекта наверняка был Крючков и, возможно, кто-то из сотрудников современного ФСБ.

Практическая работа с потенциалом «партии» велась штатными сотрудниками КГБ на местах. Их численность составляла (за вычетом пограничников и внешней разведки) минимум 200 тысяч человек. По другим оценкам эта численность была больше миллиона. Численность штатных (их называли «освобожденными») работников КПСС была значительно скромнее и составляла не более 100 тысяч.3

«Партия Андропова» и Горбачев

Андропов учел ошибки, приведшие Берию к расстрелу. Он сформировал стратегию использования «партии стукачей» в делах государства. Но завершить дело не успел. Его преемникам Чебрикову и Крючкову сделать это помешал Горбачев.

Наблюдая в 80-е годы за действиями Горбачева и его оппонентов в руководстве КПСС, я был уверен, что Горбачев в первые годы перестройки активно воспользовался потенциалом КГБ при демонтаже советской системы. В особенности это касалось армии. Власть КПСС обладала гигантским запасом прочности. Я не верю, что она могла пасть только под ударами диссидентов, экономических проблем и интриг внутри аппарата. Нужен был сильный властный ресурс на местах. Я не вижу другого варианта такого ресурса кроме «партии Андропова».

Если его не принимать во внимание, все рассуждения аналитиков, что Горбачеву к началу девяностого года удалось отстранить КПСС от власти потому, что советская система «изжила себя» и «развалилась под грузом экономических проблем из-за своей неэффективности», остаются для меня разновидностью святочного рассказа.

Одновременно Горбачев должен был предпринять доступные ему на тот момент шаги по нейтрализации «партии Андропова», как источника потенциальной опасности и препятствия на пути создания гражданского общества. Это вместе с неудовлетворенными амбициями руководства КГБ было одной из причин того, что отношения Горбачева и КГБ к 1990 году обострились и в августе 1991 привели к путчу.

Когда осенью девяностого войска пришли под Москву «копать картошку», стало ясно, что руководство КГБ не просто перестало поддерживать Горбачева, но перешло к открытой конфронтации с ним. После заявления Шеварднадзе 20 декабря 1990 об отставке в связи с наступлением военной диктатуры и последовавшей вскоре Вильнюсской трагедии 13 января 1991, Горбачев вынужден был действовать абсолютно в одиночку. От него отвернулись все.

Оставшись единственным гарантом предотвращения большой крови и реставрации советского режима, он 14 января назначил премьером второстепенного советского функционера Павлова. Этим он вызвал разброд в альянсе КГБ с армией и выиграл две недели.

31 января назначением другого бесцветного аппаратчика Янаева на пост вице-президента Горбачев усилил разногласия среди путчистов и выиграл еще один раунд политической схватки.

Затем он вынудил путчистов начать сепаратные переговоры с Ельциным, делая ставку на ненависть Ельцина лично к нему, Горбачеву. Эти переговоры о взаимодействии на случай смещения Горбачева состоялись. Видимым результатом был подписанный Крючковым и Ельциным 6 мая 1991 г. протокол об образовании КГБ России. Одновременно Крючков продемонстрировал Ельцину, что дни Горбачева сочтены.

Меня тогда поразила точность политического действия Горбачева. Обрадовавшись, Ельцин 12 июня объявил о независимости России. И это был последний выигранный Горбачевым раунд. Выигранный блестяще, путем перенесения удара на себя. В результате путчисты, отложив путч на август, провалились. А Горбачев потерял властные позиции. Оплеванный всеми, он сохранил достоинство политика, которому страна более, чем кому-либо, обязана свободой, а цивилизованный мир — освобождением от страха перед коммунистическими варварами.

Лето 2004 года мы с женой провели в Швейцарии. В качестве приглашенного профессора я работал в EPFL – Федеральном политехническом институте возле городка Сан-Сульпис под Лозанной. Я демонстрировал там возможности созданных мною математических методов анализа белков и исследовал новые пути их использования в генетике.

В уютных небольших виллах по берегам Женевского озера мы видели подвалы-бомбоубежища. Аккуратные, удобные и вместительные помещения, системы автономного жизнеобеспечения, запасы продовольствия. Огромной толщины бронированные двери открываются и закрываются без усилий, словно сделаны из легкого дерева.

Еще пятнадцать лет назад муниципальные власти обязывали жителей не только иметь такие убежища в своих домах, но и держать их в постоянной готовности на случай угрозы. От Советского Союза, конечно. В Швейцарии на этот счет никому ничего объяснять не надо. У всех в памяти, например, воздушные поцелуи Чернобыля, принесенные ветрами с востока.

Когда Горбачев освободил страну от амбициозной власти, не способной понимать ни человеческих чувств, ни человеческих слов, жители, ценящие спокойствие и размеренный постоянный труд, стали хранить в тех подвалах вино. Очень удобно. Но Путин снова напомнил европейцам, что вино лучше держать в другом месте, а бронированные двери рано менять на более легкие.

«Партия Путина» или сексоты — спасители Отечества

После назначения премьер-министром в августе 1999 Путин, поддержанный пиаром на крови (Чечня, взрывы домов) быстро активизировал потенциал «партии Андропова» на выборах в Думу 19 декабря 1999 года. Так возникла «партия Путина», огромная раковая опухоль в политическом пространстве российского государства.

Блицкриг спецслужб был блестящим по исполнению и результатам. В декабре 1999 года фракция, сформированная под эгидой и по технологии КГБ-ФСБ, стала самой мощной в Думе.

Докладывая тогда же об успехах расширенному командному активу силовых органов, Путин в специфически шутливой манере сказал присутствующим товарищам, что он рад доложить: «задание внедриться в правительство и работать под его прикрытием успешно выполнено». Это выглядело как солдафонская шутка.

Но последующее стремительное развитие событий показало: это не была шутка. Страна по историческим меркам практически молниеносно оказалась под властью спецслужб.

Действуя вне какого бы то ни было общественного контроля, эта власть использует для достижения своих целей


  1. социально-политический потенциал армии сексотов,

  2. аппаратную культуру и социально-политические устремления «новых советских»,

  3. теневые методы советской экономики,

  4. усовершенствованные методы манипулирования выборами,

  5. сталинские методы идеологического воздействия на общественное сознание.

В распоряжении этой власти классические и оригинальные (созданные в спецподразделениях КГБ), методы устранения политических противников.

Она показала, что может делать это значительно более адресно и эффективно, чем Сталин. А если необходимо, то и не менее жестоко.

Говорят, будто это и есть то, чего хочет Россия, «страна рабов, страна господ». Возврат к следованию «подлинным традициям российской государственности». Это неправда. Это возврат к бандитскому государству сталинского типа под прикрытием внешних форм демократии.

Наши

Массовая армия сексотов исключительно важный для путинской диктатуры ресурс. Еще при Андропове стукачей перестали держать в страхе и на коротком поводке.

Подписывая договор о сотрудничестве, сексот признавал право КГБ определять, что собой практически представляют интересы Родины. За это ему предоставлялась полная свобода. Никаких пропагандистских глупостей вроде тех, что исходили от идеологов КПСС или других деятелей, мечтающих об идеологическом рае на иных, «по настоящему правильных» началах. В обмен на услуги доносчиков, сексотам давалась гарантия свободы и защищенности в несвободном обществе.

«Партия Андропова» представляет все слои общества. Ну и что, что сексоты. Это знак доверия к КГБ. Наши, нормальные граждане, «идущие вместе» с нами. Пусть они до поры не знают друг друга в лицо. Ничего страшного. Придет время, узнают.

И время пришло. «Партия Андропова» стала «партией Путина». Ее облик виден в руководстве и активе партии «Единая Россия». В действующем руководстве Думы и Федерального Собрания. В кандидатурах губернаторов после отмены губернаторских выборов. В «наших», «идущих вместе» в ряд по Ленинскому проспекту с Путиным на майках. В их начальнике Василии Якименко, верном путинце, будущем главе ФСБ, руководителе легальной боевой организации, финансируемой Кремлем, которая отрабатывает приемы организованной борьбы с противниками режима и действует под прикрытием чистой, как слеза комсомолки, молодежной инициативы.

В СССР текущая «партийная работа» с действующими и потенциальными сексотами на местах проводилась «первыми отделами». Они размещались в скромных небольших комнатах во всех организациях и трудовых коллективах по всей стране.

Сейчас, после всех превращений (КГБ в МСБ, АФБ, МБ, ФСК и, наконец, в ФСБ), функции первых отделов восстановлены и усилены. Интенсивно ведется вербовка новых сексотов, по предварительным оценкам (на основании разговоров с людьми, которым были сделаны соответствующие предложения) масштабы вербовки не меньше, чем в СССР.

Политический и экономический криминал под защитой Закона

Как и в СССР, в новой России не нашлось ответственного политика, который положил бы конец существованию огромной армии сексотов. Не сделал этого и Ельцин из-за своей искренней двуличности.

Одна его часть залезала на танк возле Белого Дома в августе 1991-го. Защищала свободу прессы, противостояла попыткам реставрации. Другая эти попытки сама же провоцировала. Наслаждалась властью. Санкционировала войну в Чечне. Насаждала в Кремле порядки и дух партийных секретарей. Плясала и пьянствовала в ходе дипломатических миссий на высшем государственном уровне. И тряслась от страха, что со сменой власти ему, Ельцину, и его семье грозит не только то, что сам он сделал с Горбачевым, но придется отвечать по более крупному счету.

За все девять лет правления Ельцин, тот, что залезал на танк, был у власти иногда. Другой Ельцин властвовал все остальное время. Он и выбрал Путина гарантом собственной безопасности. Он же подписал подарочный «От Ельцина на добрую память органам» Закон РФ "Об органах ФСБ в Российской федерации". Интересно, что на сайте ФСБ, где приводится этот закон4, дата его «изменения и дополнения» указана дата 1 декабря 1999 года. В других ссылках это 30 декабря 1999, 7 ноября 2000 и 30 декабря 2001.

Перечень прав, которыми обладает ФСБ в России, определяет Статья 13 этого Закона. Первым (с него начинается статья) Закон объявляет право ФСБ иметь армию сексотов любой численности, выполняющую любые функции, которые сочтет нужными ФСБ:

Статья 13. Права органов ФСБ. Органы ФСБ имеют право:

а) устанавливать на конфиденциальной основе отношения сотрудничества с лицами, давшими на то согласие».

На словосочетание «отношения сотрудничества» в Законе нет никаких ограничений, кроме общей оговорки, что «использование органами ФСБ предоставленных им прав для выполнения обязанностей, не предусмотренных федеральными законами, не допускается».

«Отношения сотрудничества» законом предусмотрены. Функциональные рамки и масштабы, в которых ФСБ имеет право пользоваться услугами сексотов для целей, предусмотренных федеральными законами, могут по Закону быть любыми. По этому Закону мы и живем. И имеем нынешнюю политическую систему. На законных основаниях.

Все страны охраняют тайну своих сексотов. Но оговаривают рамки. Россия тайну рожденных ею «секретных слонов» охраняет особо. Никаких рамок. И никакого контроля. В Законе "Об органах ФСБ в РФ" контролю и надзору за деятельностью ФСБ посвящена глава V. Авторы этого скупого юридического текста, регламентирующего всю сложную систему контроля за деятельностью спецслужб в государстве российском, сумели свои мысли на этот счет вложить в 104 слова, образующие четыре грамматических предложения. Вместе это две статьи (по два предложения в каждой), составляющие целиком всю главу.

Одна, номер 23, разрешительная. Она называется «Контроль за деятельностью органов ФСБ». Статья содержит 58 слов (с повторениями). Из конкретных людей контролирует ФСБ только Президент. Члены Федерального собрания, депутаты Думы и судебные органы имеют право «получать сведения» о деятельности органов ФCБ «в порядке, определяемом законодательством РФ».

О том, какими сведениями нельзя интересоваться, говорит другая статья Закона, под номером 24. Она называется «Прокурорский надзор». Статья содержит 46 слов (с повторами). Из них 31 слово (67% статьи, 30% главы) составляет последнее, четвертое по счету предложение, которое запрещает какой бы то ни было прокурорский надзор не только за всей проблематикой армии сексотов, но и за деятельностью ФСБ вообще. Вот текст этой замечательной пятой главы целиком. В оригинале вместо аббревиатур РФ и ФСБ стоят «Российская Федерация» и «Федеральная служба безопасности». Четвертое предложение я выделил подчеркиванием.




следующая страница >>