Учебное пособие Черемхово, 2013 ббк 86. 2(2) ф 34 - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Учебное пособие Черемхово, 2013 ббк 86. 2(2) ф 34 - страница №1/7


 

 



ФЕДОТОВ А. А.

 

 



 

 

 



 

 

ГОСУДАРСТВЕННО-КОНФЕССИОНАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ В РОССИИ

 

 

 



Учебное пособие

 

 



 

 

 



 

 

 



 

 


Черемхово, 2013

 

 



УДК 376.545

ББК 86.2(2)

Ф 34

 

Рецензенты: Н.Р. Коровин, доктор исторических наук, профессор Ивановского государственного университета;


А.Д. Егоров, заслуженный работник высшей школы РФ, почетный работник высшего профессионального образования России, доктор исторических наук, профессор Ивановского государственного химико-технологического университета

 

 



 

 

 



 

 

Федотов, А.А.

Ф 34    Государственно-конфессиональные отношения в России : учеб. пособие / А.А. Федотов. М. ; Архангельск : ИНСТИТУТ УПРАВЛЕНИЯ, 2009.  с.

 

Учебное пособие призвано дать общее представление о государственно-конфессиональных отношениях в Советской и постсоветской России, о вероучении и организационном устройстве Русской Православной Церкви, являющейся крупнейшей конфессией в России, о мировых религиях и некоторых из нетрадиционных религиозных новообразований, действующих на территории России, о современном Российском законодательстве о религии. Необходимо отметить, что при написании учебного пособия автор широко использовал не только имеющуюся литературу, но и материалы архивов.



Курс лекций предназначен для студентов высших учебных заведений, в первую очередь, для историков, юристов и экономистов, может быть использован при подготовке государственных и муниципальных служащих, осуществляющих взаимодействие с религиозными организациями.

 Печатается по решению редакционно-издательского совета ИУ

 

ISBN 978-5-8382-0351-9



  

УДК 376.545

ББК 86.2(2)

 

 © Федотов А.А., 2009



ISBN 978-5-8382-0351-9                      © НОУ ВПО ИНСТИТУТ УПРАВЛЕНИЯ, 2013

 ОБ АВТОРЕ

 
Федотов Алексей Александрович, профессор Ивановского филиала Института управления (г. Архангельск).

В 1998 году окончил Православный Свято-Тихоновский богословский институт в Москве по специальности «Религиоведение». Кандидат исторических наук, кандидат богословия. В 2002 году получил церковное звание доцента.

С 1 ноября 2006 года – профессор кафедры гуманитарных и общих дисциплин Ивановского филиала Института управления (г. Архангельск). До этого с 1 юля 1991 года трудился на различных церковных должностях в Ивановской епархии Русской Православной Церкви, в том числе с июля 2002 года по сентябрь 2007 года – в качестве первого проректора Свято-Алексеевской Иваново-Вознесенской православной духовной семинарии.

Имеет государственные награды:



федеральные: медаль ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени;

субъекта Федерации: Почетная грамота администрации Ивановской области;

ведомственные: медаль «200 лет Минюста России»;

Русской Православной Церкви: общецерковные – орден преподобного Сергия III степени, орден святого князя Даниила III степени; Иваново-Вознесенской и Кинешемской епархии РПЦ – знак «За заслуги перед Ивановской епархией» I и II степеней, Почетный академический знак Свято-Алексеевской Иваново-Вознесенской православной духовной семинарии, медаль святителя Василия Кинешемского, две Архиерейские грамоты, грамота Иваново-Вознесенской семинарии; Костромской епархии – медаль святого мученика Феодора Стратилата;

общественные: международные – орден «За развитие науки», орден Крылатого льва; российские – Почетная грамота Благотворительного фонда святителя Николая Чудотворца, медаль «рам Христа Спасителя», медаль «Честь и польза», медаль «Во имя жизни на Земле», Почетная грамота фонда «Меценаты столетия»;

Современная область научных интересов – история Русской Православной Церкви в ХХ веке.

Автор 24 книг и брошюр и более чем 80 статей преимущественно церковно-исторической тематики. Важнейшие монографии: «Русская Православная Церковь в 1943 – 2000 гг. (внутрицерковная жизнь, взаимоотношения с государством (по материалам Центральной России». Иваново, 2005; «Из истории Православия в советской и постсоветской России». Иваново, 2006; «Русская Православная Церковь в 1943 – 2000 гг. (по материалам Владимирской, Ивановской, Костромской, Московской, Тверской и Ярославской епархий». Иваново, 2006.

С 2000 года – директор центра по проблемам церковной истории и церковного осмысления истории России  при Иваново-Вознесенской духовной семинарии. В 2006 году был общественным помощником губернатора Ивановской области по вопросам взаимодействия с религиозными организациями. С 2007 года – советник РАЕН.

С 2004 года – священник Русской Православной Церкви.

 

СОДЕРЖАНИЕ



Тема 1. Введение.

1.              Предмет «Государственно-конфессиональные отношения в России».

2.              Цель и задачи курса.

3.              Методологические подходы, литература и источники

 

 



Раздел 1.

Государственно-конфессиональные отношения в Советской России

Тема 2. Русская Православная Церковь в период 1917 – 1941 годов.

1.                           Религиозная политика Советского государства в первые десятилетия его существования.

2.                           Декрет «Об отделении церкви от государства и школы от церкви» 1918 года.

3.                           Постановление ВЦИК и СНК РСФСР «О религиозных объединениях» 1929 года.

4.                           Разрушение церковной инфраструктуры к 1941 году

 

Тема 3. Русская Православная Церковь в период 1941 – 1958 годов



1.      Перемены в отношениях государства с Русской Православной Церковью в 1943 году.

2.      Создание Советов по делам РПЦ и по делам религиозных культов.

3.      Государственно-церковные отношения в 1943-1958 гг.

 

Тема 4. Русская Православная Церковь в период 1958 – 1988 годов.



1.      Антицерковные репрессии при Хрущеве Н.С. в 1958 – 1964 годах.

2.      Религиозная политика Советского государства в 1964 – 1988 годах.

3.      Тысячелетие Крещения Руси и его роль в перемене государственно-церковных отношений.

 

Тема 5. Союзный и Российский Законы о религии 1990 года



  1. Закон СССР «О свободе совести и религиозных организациях».

2.      Закон РСФСР «О свободе вероисповеданий».

 

  



Раздел 2.

Государственно-конфессиональные отношения в постсоветской России

 

Тема 6. Развитие инфраструктуры Русской Православной Церкви, ее отношения с государством и обществом



1.         Избрание Патриарха Московского и всея Руси Алексия Второго.

2.         Процессы церковного возрождения.

3.         Развитие государственно-церковных отношений.

4. Церковно-общественные отношения.

 

Тема 7.Архиерейский Собор Русской Православной Церкви 2000 года – важнейший этап истории Российского Православия.



1.    Канонизация Новомучеников и исповедников Российских.

2.    Дискуссии о Поместном Соборе.

3.    «Основы социальной концепции Русской Православной Церкви».

4.    «Основные принципы отношения к инославию».

 

Тема 8. Религиозная ситуация в постсоветской России и состояние государственно-конфессиональных отношений в Российской Федерации



1.      Многоообразие конфессионального пространства в России.

2.      Развитие государственно-конфессиональных отношений в России.

3.      Проблемы межконфессиональных отношений.

4.      Отношение россиян к религии.

 

 



Раздел 3.

Русская Православная Церковь

 

Тема 9. Основы вероучения



1.    Понятие веры.

2.    Основы православного вероучения.

3.    Таинства Православной Церкви.

 

Тема 10. Организационное устройство Русской Православной Церкви.



1.    Общие положения.

2.    Поместный и Архиерейский Соборы.

3.    Святейший Патриарх и Священный Синод.

Тема 11. Основные события истории Русской Православной Церкви

 

 



Раздел 4.

Мировые религии, представленные на территории Российской Федерации

Христианство

 

Тема 12. Католицизм

1.      1.Предпосылки разделения Западной и Восточной Церквей: богословские, исторические, культурные.

2.      Разделение 1054 года.

3.       Отличия православного и католического догматических учений. Второй Ватиканский Собор.

4.      Современная католическая социальная доктрина.

 

Тема 13. Старообрядчество

1.                       Сектантские основы старообрядчества.

2.                       Массовые самоубийства старообрядцев.

3.                       Указ 1685 года.

4.                       Старообрядцы в Российской истории.

5.                       Современные отношения старообрядчества с Русской Православной Церковью.

 

Тема 14. Баптизм

1.      Причины возникновения и развития протестантизма.

2.      Баптизм в России.

3.      Вероучение баптизма.

Ислам.

Тема 15. Ислам

1.        Общие положения.

2.        Особенности религии ислама.

3.        Исламское духовенство.

4.         Исламская символика.

5.        Исламские обряды.

6.        Праздники ислама.

7.        Исламский календарь.

8.        Коран. Теология ислама.

9.        Ислам и христианство.

10.    Суннизм и шиизм.

 

Буддизм



Тема 16. Буддизм

1.           Сиддарта Гаутама.

2.           Возникновение буддизма.

3.           Учение буддизма.

1.)         Махаянская ветвь.

2.)         Теревадская ветвь.

3.)         Ламаизм.

 

 



Раздел 4.

Краткая характеристика некоторых религиозных учений, представленных в России

Тема 17. Иудаизм. Пантеизм.

1.Возникновение иудаизма.

2.Талмуд. Каббала.

2.      Сионизм. Хасидизм.

3.      Пантеизм.

 

 



Раздел 6.

Нетрадиционные религиозные организации в России и в мире

Тема 18. Религиозные секты деструктивной направленности

1.         Примеры преступной деятельности деструктивных культов.

2.          Причины массового распространения сект в постсоветской России.

 

 



Раздел 7.

Современное Российское законодательство о религии

Тема 19. Федеральный Закон «О свободе совести и религиозных объединениях» 1997 года

1.      Основные положения Закона.

2.      Влияние государственного законодательства на церковную жизнь.

3.      Участие Русской Православной Церкви в выработке государственной политики по религиозным вопросам.

 

Тема 20. Подведение итогов курса.



1.      Роль Федеральной регистрационной службы в контроле за деятельностью религиозных организаций.

2.      Государственно-конфессиональные отношения на федеральном уровне и на уровне субъектов Федерации.

3.      Взаимодействие муниципальных органов власти с религиозными организациями.

4.      Заключение.

Список использованных литературы и источников

 

 



 

 

Тема 1. Введение.



1.    Предмет «Государственно-конфессиональные отношения в России».

2.    Цель и задачи курса.

3.    Методологические подходы, литература и источники.

 

В общественной жизни постсоветской России роль религии изменилась кардинально. Из тесных рамок, в которые они были поставлены атеистическим Советским государством, в 1990-е годы религиозные организации шагнули в практически неконтролируемое государством положение.



Это вызвало бурный рост количества нетрадиционных для Росси религиозных организаций, зачастую имеющих деструктивный характер. Отсутствие государственного контроля, кроме того, способствовало проникновению и в традиционные конфессии случайных лиц, ставящих своей целью обогащение под прикрытием религии.

После 2000 года государство начало предпринимать попытки контролировать деятельность религиозных организаций, но и на сегодняшний день нельзя сказать, что все проблемы в этой сфере решены. Между тем, более 60% жителей России считают себя верующими.

Сегодня религиозные организации активно занимаются социальной, образовательной, производственной деятельностью, имеют свои средства массовой информации, развитую инфраструктуру. В той или иной степени каждый россиянин в своей жизни соприкасается с религиозной проблематикой. Особенно это относится к государственным и муниципальным служащим, так как на территории не только каждого субъекта Федерации или муниципального района, но даже на территории практически каждого городского или сельского поселения имеются свои религиозные организации.

Исторический опыт свидетельствует, что Русская Православная Церковь (как государственнообразующая религия) всегда была вместе с российским народом, хотя, конечно, в исторической ретроспективе государственно-церковные отношения не всегда были однозначны: русская история знает многочисленные примеры грубого вмешательства государства в сугубо церковные дела, но знает и примеры активного участия в управлении страной церковных деятелей (например, Патриархи Филарет и Никон). Можно привести и примеры того, как священнослужители занимались несвойственной их сану государственной работой (например, епископ Феофан (Прокопович) – не только церковный, но и политический деятель, сподвижник Петра I, один из реформаторов Русской Православной Церкви, писатель и ученый).

Непростыми были в России и церковно-общественные отношения. Отторжение многих представителей образованного общества от традиционных ценностей православия во многом предопределило создание революционной ситуации к началу ХХ века.

Большую роль в Российской истории сыграли и некоторые другие традиционные религии, в первую очередь, ислам и буддизм, которые исповедует большинство населения части субъектов Российской Федерации.

Наша страна ныне выходит из глубокого кризиса, поразившего не только социально-экономическую сферу, управленческий аппарат, военно-промышленный комплекс. Десять лет экспериментов стали достаточным сроком, чтобы люди успели потерять веру в успех каких-либо реформ. Как отмечал в 2006 году в своем послании Федеральному Собранию Президент Российской Федерации В.В. Путин, «с переменами начала 90-х были связаны большие надежды миллионов людей, однако ни власть, ни бизнес не оправдали этих надежд. Более того, многие представители этих сообществ пренебрегали нормами закона и нравственности, перешли к беспрецедентному в истории нашей страны личному обогащению за счет большинства граждан»[1]. Но прежде всего кризис сказался на нравственной сфере человеческого бытия. Постепенно исчезли понятия святости брака, патриотизма, любви к Родине. Выйти из этого состояния, на наш взгляд, невозможно без обращения к Православной Церкви, которая помогла нашему народу пережить татаро-монгольское иго, Смутное время, нашествия Наполеона и Гитлера, которая, говоря словами Патриарха Алексия I, «на протяжении веков служила, прежде всего, нравственному становлению нашего народа, а в прошлом – и его государственному устройству»[2].

Цель настоящего учебного пособия – помочь студентам юридического и экономического факультетов, а также государственным и муниципальным служащим правильно ориентироваться в существующей сегодня в России религиозной ситуации.

 При этом решаются следующие задачи: дать общее представление о государственно-конфессиональных отношениях в Советской и постсоветской России, о вероучении Русской Православной Церкви, являющейся крупнейшей конфессией в России, о мировых религиях и некоторых из нетрадиционных религиозных новообразований, действующих на территории России, о современном Российском законодательстве о религии.

Методологическую основу курса составили системный подход и принцип историзма. Государственно-конфессиональные отношения в России не могут быть изучены без системного подхода. Именно он дает возможность увидеть всю систему Российского государства в его взаимоотношениях с религиозными объединениями. Это позволяет провести настоящий анализ всех проблем истории этого взаимодействия в их единстве и противоположностях. Диалектика развития государственно-конфессиональных отношений должна присутствовать всегда.

Принцип историзма – основное методологическое положение всякого исторического исследования. Он показывает все шаги исторического процесса «от» и «до», его многомерность, многоплановость и диалектику.

Историзм – принцип подхода к изучению и объяснению действительности, требующий изучать предметы и явления в конкретно-исторических условиях их становления и развития. Это требование основано на том, что все предметы и явления находятся во взаимосвязи и постоянном изменении. Именно принцип историзма позволяет на конкретно-историческом материале во всей полноте рассмотреть историю государственно-конфессиональных отношений в России.

Системный подход – это такое методологическое направление, которое в науке ставит задачу разработки средств, методов сложноорганизованных объектов – систем. Именно государственно-конфессиональные отношения в России, где действуют сложнейшие механизмы взаимодействия объективных и субъективных причин, являются таким объектом изучения.

При составлении настоящего курса лекций широко использовалась имеющаяся религиоведческая, историческая, богословская, юридическая литература, в том числе защищенные докторские и кандидатские диссертации. Был привлечен широкий круг источников. К ним можно отнести законодательные документы Российского государства, официальные документы централизованных религиозных организаций, архивные материалы, периодическую печать, интернет-материалы. Использованные литература и источники позволяют осветить поднятые в спецкурсе проблемы достаточно полно.

Раздел 1.

Государственно-конфессиональные отношения в Советской России

Тема 2. Русская Православная Церковь в период 1917 – 1941 годов.

1.    Религиозная политика Советского государства в первые десятилетия его существования.

2.    Декрет «Об отделении церкви от государства и школы от церкви» 1918 года.

3.    Постановление ВЦИК и СНК РСФСР «О религиозных объединениях» 1929 года.

4.    Разрушение церковной инфраструктуры к 1941 году.

 

К началу ХХ века российское общество, внешне религиозное, на самом деле отошло от православия очень далеко, а Русская Православная Церковь превратилась всего лишь в одну из составляющих государственного механизма.



Отношение к самодержавию в среде духовенства не было однозначным. Даже Патриарх Московский и всея Руси Тихон, в то время архиепископ Литовский, спокойно отнесся к свержению царя и подписал, как и ряд других архиереев, приветствие Временному правительству. Таким образом, революция не явилась для России неожиданностью, но всех масштабов этой катастрофы духовенство еще не осознавало. Первое давление со стороны государства Церковь ощутила уже при Временном правительстве.

В то же время Февральская революция, сопровождавшаяся рядом антицерковных действий, фактически стала и «религиозной революцией», уникальной в истории Православия. Церковь получила возможность проведения Поместного Собора и восстановления Патриаршества.

Всего с 5(28) августа 1917 года по 7(20) сентября 1918 года состоялось три сессии Собора, а затем он был вынужден прекратить работу. 5(18) ноября 1917 года Собор избрал Патриархом Московским и Всея Руси митрополита Московского Тихона (Белавина).

Уже с первых дней Октябрьской революции трагический конфликт Церкви с новой властью стал очевиден. Ореол Патриаршего служения оказался для святителя Тихона защитой от рук гонителей, заключивших его под домашним арестом, но побоявшихся казнить, однако реальной возможности управления Церковью он не имел.

Свою борьбу за власть и уничтожение старого строя большевики соединили с борьбой против Русской Православной Церкви, так как она отождествлялась ими со старой царской Россией.

Но Церковь не сдавалась, она предпринимала попытки активизировать свою деятельности за счет открытия новых епархий.

Первые шаги советского правительства по уничтожению Русской Православной Церкви с помощью одной только грубой силы оказались неудачными. Превратившаяся в царской России в бюрократический аппарат, перед лицом гонений РПЦ вновь осознала себя Церковью. В этом и была причина того, что многие ранее религиозно индифферентные люди во время гонений, не задумываясь, отдавали жизнь за свои религиозные убеждения. Революция вскрыла тот духовный нарыв, который созрел в Российской Церкви и обществе, способствовала уходу из Церкви тех, кто находился в ней из меркантильных побуждений (впоследствии из них будет создано движение обновленцев), а также религиозному сопротивлению, в котором приняли участие те, кто до революции не шел в Церковь, видя в ней бюрократическую машину.

В наступлении на Русскую Православную Церковь, особенно на Патриарха Тихона, большевики прибегли к помощи модернистской схизмы обновленцев – движения, возникшего во время гражданской войны и в основном ликвидированного в годы Великой Отечественной воны. Обновленцы пытались модернизировать церковное учение. Они активно участвовали в гонениях советской власти на Патриаршую Церковь.

Часть духовенства, не разделявшая реформаторских устремлений обновленчества, но напуганная кровавым террором, признала раскольническое обновленческое Высшее церковное управление: одни по малодушию и в страхе за собственную жизнь, другие – в тревоге за Церковь. Но и обновленцы недолго пользовались покровительством со стороны советской власти. Со временем предоставленные им храмы стали пустеть, в немногочисленных же приходах Православной Церкви верующих собиралось все больше. Своими интригами обновленцы способствовали аресту Патриарха Тихона в мае 1922 года. Когда ему стало ясно, что Церкви придется долго сосуществовать с советской властью и что обновленческий раскол в союзе с государством представляет угрозу для традиционного православия, он начал искать, исходя из принципа политической лояльности, соответствующую гражданскую позицию Церкви во враждебном к религии государстве, стараясь придать этой позиции новозаветную основу. Патриарх сделал официальное заявление, в котором сказал, что раскаивается в своей антисоветской деятельности, решительно отмежевывается как от зарубежной, так и от внутренней монархическо-белогвардейской контрреволюции.

Продемонстрированная в «раскаянии» Патриарха Тихона лояльность по отношению к советскому государству отвела от Церкви самую страшную угрозу – угрозу тотального истребления православных верующих по обвинению в контрреволюции – и позволила со временем преодолеть обновленческий раскол, представителям которого с середины 20-х годов даже большевики стали отказывать в поддержке.

У обновленцев один за другим отбирали пустующие храмы, но и православным их не возвращали, а уничтожали или же использовали в хозяйственных целях.

Нужно отметить, что закрытие храмов зачастую происходило следующим образом. Обновленцы захватывали церковь, но содержать ее не могли, постепенно накапливая задолженность. Затем церковь сдавали государству и одновременно подавали заявление на другую. Так было с Преображенской и Троицкой церквями в г. Шуе и с общиной в г. Середе.

А с 1937 год гонениям со стороны государственной власти стали подвергаться и обновленцы.

Годы Великой Отечественной войны явились временем ликвидации обновленческого раскола. Весной 1943 года началось все нарастающее стихийное возвращение обновленческих приходов в Патриаршую Церковь, однако окончательный перелом произошел в конце 1943 года. Решающими факторами здесь стали избрание митрополита Сергия Патриархом и прием И.В. Сталиным церковного руководства, удовлетворение предложений и пожеланий последнего. Обновленчество утратило свою юридическую сущность и в глазах правительства.

Нужно особенно остановиться на советском законодательстве в отношении Церкви. 20 января 1918 года был принят, а 23 января опубликован Декрет СНК, вошедший в историю под названием «Об отделении Церкви от государства и школы от Церкви». Декрет запрещал религиозным обществам владеть собственностью, лишал их прав юридического лица и провозглашал национализацию церковного имущества. Отменялась религиозная присяга, акты гражданского состояния переходили в исключительное ведение государственной власти. Запрещалось преподавание религиозных вероучений во всех государственных и общественных, а также частных учебных заведениях, где имелись общеобразовательные предметы.

В дальнейшем советское законодательство о религии еще более ужесточилось. Если статья 13 Конституции РСФСР 1918 года все еще утверждала равноправие между «свободой религиозной пропаганды» и «свободой антирелигиозной пропаганды», то изменение, внесенное в Конституцию 1929 года, давало верующим лишь «свободу религиозного вероисповедания», в то время как атеистам предоставлялась свобода «антирелигиозной пропаганды».

Согласно постановлению Народного Комиссариата юстиции и внутренних дел от 19 июня 1923 года, «ни одна религиозная организация не имеет права вмешиваться, как власть имущая, в деятельность какой-либо другой религиозной организации против ее воли… ибо отдача в ее пользование храма или молельни местным исполнительным комитетом происходит не в пользу какой-либо церковной иерархии, а лично тем гражданам, которые подпишут договор с исполнительным комитетом». Тем самым государство подрывало основу для деятельности Русской Православной Церкви, базирующейся на иерархичности. Исходя из смысла этого Постановления, каждый приход оказывался «самоуправляемым», его актив, следуя букве советского права, вполне мог игнорировать распоряжения епископа.

Русская Православная Церковь – единая организация, с единой иерархией, и ей естественно было обладать единым имуществом. После Октябрьской революции все церковное имущество национализировали, право же бесплатного пользования церковными и молитвенными зданиями было предоставлено исключительно группам верующих или религиозным обществам, причем всякого рода центральные организации (всероссийские, епархиальные и т.д.), а также съезды религиозных обществ и избираемые ими исполнительные органы, не могли: 1) обладать культовым имуществом или получать его по договору; 2) заключать какие бы то ни было имущественные договоры и сделки; 3) устанавливать принудительные сборы. Таким образом, вся высшая церковная иерархия практически оказывалась лишенной источников существования, так как не только все имущество было у нее отнято, но и появились законодательные препятствия к получению обязательных взносов от приходов.

8 апреля 1929 года ВЦИК и СНК РСФСР приняли Постановление «О религиозных объединениях», по которому вся жизнь последних ставилась под контроль государства. Священнослужители исключались из состава двадцаток, религиозным объединениям запрещалась благотворительная деятельность, частное обучение детей религии, дозволенное Декретом 1918 года об отделении Церкви от государства, интерпретировалось в предельно суженом объеме лишь как право родителей обучать религии своих детей. Район деятельности «служителей культа» ограничивался местожительством членов соответствующего религиозного объединения. Советское государство ни в коей мере не собиралось считаться с внутренними установлениями, иерархией каких бы то ни было религий, и Православия в том числе. Церковь была поставлена в условия полулегального существования.

Согласно Постановлению ВЦИК и СНК РСФСР от 8 апреля 1929 года религиозные общества и группы верующих лишались прав на статус юридического лица. Каждое религиозное общество или группа верующих могли пользоваться только одним молитвенным помещением. Число учредителей религиозного общества должно было составлять не менее 20 человек. Духовенство лишалось избирательных прав.

Конституция СССР 1936 года, провозглашавшая равноправие граждан и свободу совести, тем не менее по-прежнему предоставляла право на «свободу отправления религиозных культов и свободу антирелигиозной пропаганды». Таким образом, неравноправие верующих и атеистов было закреплено конституционно. Безбожники имели все возможности для активной деятельности, а религиозным объединениям воспрещалось: «1) создавать кассы взаимопомощи, кооперативы, производственные объединения и вообще пользоваться находящимся в их распоряжении имуществом для каких-либо иных целей, кроме удовлетворения религиозных потребностей; 2) оказывать материальную поддержку своим членам; 3) организовывать как специально детские, юношеские, женские молитвенные и другие собрания, так и общие библейские, литературные, рукодельческие, трудовые, по обучению религии и т.п. собрания, группы, кружки, отделы, а также устраивать экскурсии и детские площадки, открывать библиотеки и читальни, организовывать санатории и лечебную помощь». Существовал и еще целый ряд запретов. По этому репрессивному закону, который лишал «служителей культа» даже избирательных прав, Церкви пришлось жить многие десятилетия, причем высказывались мнения, что и такой закон слишком мягок.

После смерти Патриарха Тихона правительство не допустило выборов нового Патриарха. В дискуссии о преемственности в иерархических структурах шла речь как о каноничности кандидатов, так и об их позиции по отношению к государству. Наконец митрополит Сергий (Страгородский) взял верх над своими внутрицерковными противниками, которые отвергали все попытки устроения Церкви в советском государстве как губительные для души, как служение антихристу, как готовность к компромиссу. Митрополит Сергий, как и Патриарх Тихон, не желавший «отойти ни на йоту от настоящей веры», был, однако, достаточно реалистичен, чтобы не искать место Церкви в катакомбах, а нести тяготы подсоветской жизни вместе со всем многострадальным народом. Декларация митрополита Сергия от 27 сентября 1927 года до самого 1990 года определяла отношение Русской Православной Церкви к государству.

В частности, в декларации говорится: «Мы хотим быть православными и в то же время сознавать Советский Союз нашей гражданской Родиной, радости и успехи которой – наша радость и успехи, а неудачи – наши неудачи. Всякий удар, направленный в Союз, будь то война, бойкот, какое-нибудь общественное бедствие или просто убийство из-за угла, подобное Варшавскому, сознается нами как удар, направленный на нас. Оставаясь православными, мы помним свой долг - быть гражданами Союза «не только из страха, но и по совести», как учил нас апостол» (Рим. 13, 5).

Декларация была опубликована в центральной советской прессе и не дала окончательно уничтожить легально существующую Церковь. Но антицерковные репрессии все равно приняли самый широкомасштабный характер.

15 мая 1932 года вышло правительственное Постановление, объявлявшее в стране «безбожную пятилетку». Еще в 1925 году возникла всесоюзная организация «Союз безбожников» (с 1929 года – «Союз воинствующих безбожников»), имевшая целый ряд отделений на местах, проводивших активную антирелигиозную агитацию.

Началось массовое закрытие церквей. Епархий как административных единиц в 1939 году уже почти не существовало, и отдельные приходы поддерживали нерегулярную связь с Патриархией. Закрытие храмов продолжалось вплоть до самой Великой Отечественной войны.

.

 

Библиографический список



Научная и периодическая литература:

1.           История Русской Православной Церкви. Т. 1: 1917 – 1990. СПб., 1997.

2.           Михаил, священник. Положение Церкви в Советской России. СПб., 1995.

3.           Цыпин, В., прот. История Русской Церкви. 1917 – 1997 / В. Цыпин, прот. М., 1997.

4.           Шкаровский, М.В. Русская Православная Церковь при Сталине и Хрущеве / М.В. Шкаровский. М., 1999.

Источники:

1.         Законодательство о религиозных культах : Сб. материалов и док. М., 1971.

2.         Русская Православная Церковь в советское время (1917 – 1991): Материалы и документы по истории отношений между государством и Церковью / сост. Г. Штиккер. Кн. 1. М., 1995.

3.         Русская Православная Церковь в советское время (1917 – 1991): Материалы и документы по истории отношений между государством и Церковью / сост. Г. Штиккер. Кн. 2. М., 1995.

 

 



Тема 3. Русская Православная Церковь в период 1941 – 1958 годов

1.        Перемены в отношениях государства с Русской Православной Церковью в 1943 году.

2.        Создание Советов по делам РПЦ и по делам религиозных культов.

3.        Государственно-церковные отношения в 1943-1958 гг.

 

1943 – 1958 годы были временем, когда гонения на Русскую Православную Церковь со стороны советского государства были существенно сокращены. Вновь открывались поруганные храмы, из мест лишения свободы, из действующей армии к местам церковного служения возвращались священнослужители. Уже к началу Великой Отечественной войны Русская Православная Церковь, несмотря на все попытки атеистического государства ее уничтожить или хотя бы разъединить, осознала себя единым целым. Тем более укрепила это ощущение церковного единства произошедшая в годы Великой Отечественной войны перемена в церковно-государственных отношениях. После 1943 года Церковь стала играть роль лица Советской России перед лицом мирового сообщества в религиозном вопросе, что было особенно важным в послевоенной ситуации. Даже создание Совета по делам Русской Православной Церкви было позитивным шагом, так как через него Церковь получила возможность более-менее полноценного диалога с государством.



Однако вряд ли правомочно характеризовать 1943 – 1945 годы как время «церковного расцвета» в России, хотя вынашивались даже планы проведения в Москве «Вселенского» Собора Православной Церкви, государство финансировало зарубежную деятельность Московской Патриархии, что дало возможность последней открыть духовные учебные заведения, начать издательскую деятельность, в определенном объёме финансировались древние Православные Патриархаты. Но в то же время отношения к Церкви со стороны государства в принципе не изменилось; все еще предпринимались попытки новых гонений на РПЦ как при жизни Сталина, так и особенно после его смерти.

В 1943 году созванный в чрезвычайной спешке Архиерейский Собор избрал митрополита Сергия (Страгородского) Патриархом. Возобновил свою работу Священный Синод. В 1945 году прошел Поместный Собор, избравший Патриархом митрополита Алексия (Симанского) вместо умершего Патриарха Сергия. На Соборе был принят весьма важный для того времени документ – Положение об управлении Русской Православной Церковью, превращавший Церковь пусть в контролируемую, но централизованную организацию, а регистрация документа в Министерстве юстиции придала ему в глазах Советского государства характер законного, хотя и входившего в противоречие с основным законодательством о религии, которое запрещало централизованное управление в религиозных организациях.

Созданный в октябре 1943 года Совет по делам РПЦ при СНК СССР был призван осуществлять связь между Правительством СССР и Патриархом, контролировать деятельность местных епархий, информировать Правительство о нуждах Церкви, готовить проекты государственных законодательных актов по церковным делам. В мае 1944 года был создан также Совет по делам религиозных культов при СНК СССР, права, обязанности и организационная структура которого строились по аналогии с Советом по делам РПЦ.

Совет по делам Русской Православной Церкви и его уполномоченные в областях в обязательном порядке регистрировали священнослужителей. Копию Указа о назначении священника или диакона архиерей направлял уполномоченному Совета. На каждого «служителя религиозного культа» заводилось дело, в котором в первую очередь заполнялась регистрационная анкета. Например, регистрационная анкета уполномоченного по г. Москве содержала, среди прочих, следующие графы: социальное происхождение (бывшее сословие родителей); основная профессия или специальность; был ли перерыв по церковной службе; кем работал во время перерыва; продолжительность военной службы и в каком чине в армиях: царской, белой, Красной Армии; участвовал ли в Великой Отечественной войне; лишался ли избирательных прав; был ли судим, когда и за что; какое наказание отбывал, когда и сколько времени; находился ли на оккупированной территории; какие имеет правительственные награды и за что. Заполненные регистрационные анкеты показывают, каким непростым был жизненный путь православных священнослужителей в первой половине ХХ века. Например, один из священников с 1920 по 1928 годы работал учителем, затем с 1928 по 1934 годы служил священником, с 1934 по 1941 годы – работа бухгалтером, с 1941 по 1946 годы – служба в армии, гвардии старший лейтенант медицинской службы, с 1946 по 1947 годы – работа санинспектором и лишь в 1947 году, после тринадцатилетнего перерыва, – возвращение к церковной службе.

Уполномоченные Совета также проверяли составы учредителей религиозных обществ, членов исполнительных органов и ревизионных комиссий, следили за выполнением религиозными обществами договоров по содержанию молитвенных зданий и культового имущества, собирали факты из жизни религиозных обществ, предоставляли руководству облисполкомов доклады о состоянии и деятельности расположенных на территории области религиозных организаций.

Работа Совета по делам РПЦ и его уполномоченных на местах велась в режиме строгой секретности. В своем приказе от 26 мая 1953 года председатель Совета Г.Г. Карпов приводит два факта разглашения работницами аппаратов областных уполномоченных достаточно несущественных сведений представителям религиозных общин. В одном из случаев «виновная» была уволена с работы, в другом о ее действиях было поставлено в известность руководство облисполкома. Председатель Совета дал указание «всем уполномоченным Совета принять надлежащие меры к укреплению дисциплины и повышению бдительности, не допуская впредь фактов болтливости и превышения полномочий сотрудниками их аппарата».

Одним из главных вопросов в деятельности Совета по делам РПЦ стала проблема открытия храмов. Наиболее активные ходатайства поступали от верующих Верхнего Поволжья, но из них за 1944 – 1945 годы удовлетворили не более 5%. В 1944 году в Ивановской и Ярославской областях возобновились службы в девяти храмах, что составляло чуть более 4% от общего числа храмов, открытых в тот год. В 1945 году этот показатель возрос до 11%. За 1945 – 1948 годы только в областях Верхнего Поволжья возобновили деятельность 115 храмов.

В первые годы своего существования (1943 – 1944 гг.) Совет очень неохотно давал добро на открытие храмов. Так, в Горьковской (ныне Нижегородской) области, где был 1101 недействующий храм (из них почти 200 непереоборудованных и ничем нетзанятых) и всего 22 открытых храма, из 212 ходатайств об открытии приходов к 1945 году удовлетворено было лишь 14, т.е. менее 7% просьб.

По предписанию Совета по делам РПЦ от 20 апреля 1944 года законными мотивами отклонения ходатайств верующих об открытии церквей могли являться следующие:

1)           отсутствие здания для богослужебных собраний,

2)           невозможность освобождения здания бывшей церкви, используемого для хозяйственных, культурных или военных целей,

3)           непригодность, по заключению технического надзора (ветхость, опасность обвала и т.д.), имеющегося здания бывшей церкви,

4)           отсутствие требуемого законом количества верующих (не менее 20), при котором может быть разрешено открытие церкви или молитвенного дома,

5)           фальсификация сбора подписей (внесение в списки верующих без их ведома и согласия, внесение в списки несовершеннолетних), а также спровоцированные заявления (

6)           когда подписи под заявлением собраны в результате проведения инициаторами специальной организованной работы и агитации, с применением обмана).

 Верующие, ходатайствующие об открытии церквей, нередко пытались задобрить уполномоченных Совета денежными или иными подарками. В 1944 году такие факты отмечались в Московской, Ивановской, Тульской, Ярославской и ряде других областей. При этом некоторые уполномоченные сообщали об этом в следственные органы, другие ограничивались разъяснением о недопустимости подобных действий со стороны ходатайствующих.

Самая благоприятная пора для верующих пришлась на 1947 – 1948 годы. Так, в протоколе от 12 марта 1947 года отмечается, что из рассмотренных 64 ходатайств удовлетворено 64. В протоколе от 20 мая 1947 года говорится об удовлетворении всех 62 ходатайств, рассмотренных в этот день. Однако все было не так просто. Процедура получения разрешения на открытие храма длилась 2-3 года с момента подачи первого заявления даже в эти лучшие годы.

Некоторым усилением антирелигиозной борьбы был отмечен 1947 год. Впервые после войны «Комсомольская правда» заявила, что членство в комсомоле несовместимо с верой в Бога. «Учительская газета» писала, что верующий не может быть учителем, и восстала против «ложной» теории безрелигиозного образования – образование может быть только антирелигиозным. Главный идеологический орган КПСС журнал «Большевик» провозгласил, что борьба против религии – это борьба против реакционной буржуазной идеологии. Том Большой Советской Энциклопедии «СССР» вышел с утверждением о непримиримости КПСС по отношению к любой религии. Во многих городах были открыты «дома научного атеизма».

Причиной изменения государственно-церковных отношений стало и то, что Русскую Церковь заставляли играть одну из центральных ролей в «большой политике» Советского руководства. В период с осени 1943 по лето 1948 года Церковь являлась одним из важнейших инструментов реализации наступательной стратегии СССР, осуществления попытки установить доминирующее влияние в послевоенном мире. Это была абсолютно нереальная для того времени и для Церкви роль. Когда стало очевидным, что планы Советского государства не могут перерасти в реальность, в государственно-церковных отношениях произошли перемены.

В последние годы жизни И. В. Сталина государственные органы взяли на вооружение тактику постепенного повсеместного ограничения влияния Церкви при сохранении внешне ровных отношений. Антирелигиозная пропагандистская кампания, начавшая было разворачиваться в 1949 – 1950 годах, вскоре оказалась свернутой. На XIX Съезде партии в октябре 1952 года эта тема практически вообще не поднималась. Однако еще в октябре 1949 года Г. Карпов указал Патриарху Алексию, что «Синоду и Патриархии следовало бы продумать сумму мероприятий, ограничивающих деятельность церкви храмом и приходом». Неоднократные попытки Первоиерарха добиться встречи со Сталиным и как-то изменить ситуацию закончились неудачей. Совет по делам РПЦ все больше сосредотачивался на функциях надзора, хотя отчасти сохранял прежнюю традицию и порой амортизировал особенно ущемлявшие интересы Церкви указы и постановления.

В 1949 году ЦК ВКП(б) отмечал, что в ряде областей «имеет место значительное оживление религиозной идеологии и возрождение предрассудков, суеверий и варварских обрядов старины («Крестные ходы», «водосвятия», «крещенские» купания в прорубях и т. п.). Все это свидетельствует об усилении активности церковников, добивающихся расширения религиозного влияния на отсталые слои населения». По мнению ЦК, «оживление религиозной идеологии является результатом того, что многие местные партийные организации… ослабили, а в некоторых случаях совершенно прекратили работу по пропаганде научно-атеистических знаний и заняли в отношении религиозной идеологии небольшевистскую позицию нейтралитета, облегчая тем самым деятельность церковников».

Начиная с 1949 года постепенно прекращаются службы вне стен храмов, отменяются крестные ходы, кроме Пасхальных, ограничиваются разъезды духовенства по населенным пунктам, не допускается, чтобы одним священником обслуживалось несколько церквей. Еще активнее стали преследоваться совершавшие религиозные обряды коммунисты и комсомольцы. Так, бюро Ивановского обкома ВКП(б) по этой причине исключило из партии в 1949 году – 105, а в I квартале 1950 года – 44 человека. В 1950 году по рекомендации Совета был принят указ о пострижении в монашество только с разрешения Патриарха; учащихся Духовных школ, не имевших сана, начали призывать в армию. Увеличились налоги – как с храмов, так и со священнослужителей. В 1951 году не только стали облагать ими причтовые отчисления в пользу епархии и подарки духовенству, но и в принудительном порядке заставили уплатить соответствующие суммы за 1949 – 1950 годы.

В начале 1950-х годов в государственном и партийном аппаратах началась переориентация в отношении к религиозному вопросу. Если Сталин и Молотов выступали в общении с Церковью от имени Советского государства, то с 1953 года эти вопросы переходят в сферу партийного влияния (в том числе атеистического).

На местах отмечается определенное давление местных партийных и советских органов на уполномоченных Совета по делам РПЦ, участвовавших в открытии храмов. При этом Совет не мог оказать своим уполномоченным реальной помощи. Так, например, уполномоченный Совета по Калининской области В. Хевронов писал в ноябре 1951 года его председателю по поводу того, что облисполком лишил его служебного транспорта: «В течение года я пользовался этой машиной и в течении года переживал недопустимый в советских органах нажим некоторых руководящих работников облисполкома, добивавшихся отбора этой машины. В конце концов машина без ведома Совета и по имуществу без моего ведома и согласия руководством облисполкома была передана одному из председателей райисполкомов.

Как же прореагировал на это Совет? В порядке критики следует сказать, что пока еще никак, хотя и прошло уже пять месяцев после этого унижения авторитета уполномоченного, да и в целом Совета.

Мне кажется, что ни одно Министерство, ни один Главк, ни один орган при Совете Министров не оставили без внимания эту несправедливость к работнику их аппарата».

Данное письмо является определенным свидетельством снижения авторитета как уполномоченных, так и в целом Совета по делам Русской Православной Церкви в глазах руководителей советских и административных органов на местах.

Еще более тревожные предпосылки гонений на Церковь появляются в 1954 году вместе с ростом политического веса Н.С. Хрущева. По его указаниям М.А. Сусловым, Д.Т. Шепиловым и А.Н. Шелепиным было подготовлено постановление ЦК КПСС «О крупных недостатках в научно-атеистической пропаганде и мерах ее улучшения» от 7 июля 1954 года. В нем жестокой критике была подвергнута та линия в отношениях с Церковью, которую проводил с 1943 года И.В. Сталин.

1954 год – время массированного наступления на Церковь. Преследовались прихожане, закрывались Церкви, разгонялись молящиеся. Все это вызвало сильнейшую негативную реакцию духовенства и мирян. В ЦК КПСС, правительство стала поступать информация не только о случаях недовольства новой религиозной политикой, но и о росте количества проводимых церковных обрядов, массовом крещении детей.

Впрочем, необходимо отметить, что в это время жесткое давление на верующих было не повсеместным. Иеромонах Анатолий (Берестов) вспоминает об этом так: «В 1953 году я поступил в медицинское училище. Я страстно полюбил медицину. А потом, прослужив в армии, я поступил во 2-й Московский мединститут на педиатрический факультет. Когда мы начали проходить диамат и истмат, я вдруг почувствовал, что это не философия, это – обман. Что заставило меня задуматься о жизни и смерти. И неожиданно для себя я стал верующим человеком, на втором курсе. На 5-м курсе узнали, что я – верующий. Меня решили выгнать из института, несмотря на то, что я был ленинским стипендиатом – единственным на курсе. Сказали: «За аморальное поведение». Я спросил: «В чем же заключается мое аморальное поведение?» – «А Вы, будучи комсомольцем, ходите в церковь и верите в Бога!» За меня вступились. Это дошло, видимо, до начальства, а потом, как я узнал, и до ЦК, и решили меня не трогать. Сняли только с ленинской стипендии». Из этого мы можем сделать вывод, что в данное время вера хотя и являлась препятствием для получения высшего образования, но не непреодолимым.

Новый натиск на Церковь получил широкую огласку на Западе и вызвал критические комментарии в зарубежной печати. Это оказалось совсем не ко времени и подрывало авторитет советского руководства, предпринимавшего особенно энергичные усилия по выводу страны из изоляции, по смягчению холодной войны и предотвращению угрозы третьей мировой войны. Аргументы противников развязывания новой кампании борьбы с Церковью дошли до Хрущева, и он согласился с ними. По его инициативе 10 ноября 1954 года было принято новое постановление ЦК под названием «Об ошибках в проведении научно-атеистической пропаганды среди населения». Ссылки на «грубые ошибки на местах» – это обычный прием при обосновании изменения линии партийного руководства, открытая критика которого считалась недопустимой, ведь советскому народу внушалась мысль о непогрешимости партии в лице ее вождей. В постановлении не было и намека на отказ от атеизма как главного идеологического фундамента коммунистической партии, но после издания нового Постановления кампания пропагандистской агрессии против Церкви утихла. В последующие годы атеистическое воспитание советских людей велось на, так сказать, конструктивной основе – религии противопоставляли реставрированный культ Ленина, который изрядно потускнел в последнее десятилетие сталинской диктатуры. Кроме того, против антирелигиозных акций выступили часть членов Президиума ЦК – Маленков, Ворошилов и Молотов. И в этом же 1954 году давление на Церковь было свернуто вплоть до начала массовых антицерковных акций в 1958 году по инициативе Н.С. Хрущева.

Мы видим, что церковно-государственные отношения в 1943 – 1958 годах не были ровными, зависели от многих внешних и внутренних факторов. Возросшая во время Великой Отечественной войны религиозность населения, в первую очередь женского, необходимость использования религиозного вопроса в международной политике заставили руководство Советского государства пойти на ряд уступок. Начали открываться храмы, смягчились репрессии по отношению к духовенству и верующим, Советское государство де-факто признало Русскую Православную Церковь централизованной организацией.

 

Библиографический список



Научная и периодическая литература:

1.           Dickinson, A. Quantifying Religious Oppression: Russian Orthodox Church Closures and Repression of Priests 1917-41 / A. Dickinson // Religion, State & Society. Vol. 28. № 4. 2000.

2.           Dickinson, A. A Marriage of Convenience? Domestic and Foreign Policy Reasons for the 1943 Church State «Concordat» / A. Dickinson // Religion, State & Society. Vol. 28. № 4. 2000. P. 337.

3.           Поспеловский, Д.В. Русская Православная Церковь в ХХ веке /, Д.В. Поспеловский. М.,1995

4.           Прядкина, О.А. Взаимоотношения Советского государства и Русской Православной Церкви в 1941 – 1954 гг. (на материалах областей Верхнего Поволжья) : автореф. дис. … канд. ист. наук / О.А. Прядкина. Кострома, 2004.

5.           Судьба и вера. Беседы с учеными, священниками, творческой интеллигенцией. М., 1999.

6.           Федотов, А.А. Из истории православия в Советской и постсоветской России / А.А. Федотов. Иваново,1996

7.           Шкаровский, М.В. Русская Православная Церковь при Сталине и Хрущеве / М.В. Шкаровский. М., 1999.

 

Источники:



 

1.           ГАРО. Ф. Р-5629. Оп. 1. Д. 17.

2.           ГАРФ. Ф. 6991. Оп. 2. Д. 71.

3.           ГАТО. Ф. р-3354. Оп. 1. Д. 2; Д. 3.

4.           ГАТвО. Ф. р-2723. Оп. 1. Д. 8.

5.           РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 132. Д. 11.

6.           ЦАГМ. Ф. 3004. Оп. 2. Д. 2. Д. 3. Оп. 1. Д. 1. Д. 17.

 

 




следующая страница >>