Темы: Древние Греция и Рим Материал для гр. 11Т по игип рекомендую, предлагаемый ниже текст, для подготовки к зачету по разделам «Др - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Темы: Древние Греция и Рим Материал для гр. 11Т по игип рекомендую, предлагаемый - страница №1/1

Темы: Древние Греция и Рим Материал для гр. 11Т по ИГиП

Рекомендую, предлагаемый ниже текст, для подготовки к зачету по разделам «Древняя Греция» и «Древний Рим»



Античная цивилизация (от латинского слова antiquus [a, um] «антиквус», древний)

В начале второго тысячелетии до н. э. на побережье и островах Средиземноморья начали возникать общества, которые были уже не варварские, но которые — в силу географической обстановки — еще не могли создать полноценные цивилизованные государства. Здесь не было крупных рек, ни обширных пастбищ в горных долинах. Поэтому скотоводство и земледелие могли существовать лишь в очень ограниченных масштабах, но уже достаточных для возникновения городов, окруженных стенами, дворцов, ремесел, искусства — словом, всего, чем государство отличается от первобытной общины. Хотя общинные взгляды сохранялись еще не одно столетие, они мало-помалу уступали место разложению общества на богатые и знатные семьи, с одной стороны, и основную массу рядовых общинников — с другой.

Первые города-государства такого типа образовались в начале второго тысячелетия до н. э. на острове Крит и в Южной Греции (Кнос, Микены и другие). Они просуществовали почти тысячелетие, прежде чем в Грецию с балканских долин спустились греческие племена — ионийцы, ахейцы, эолийцы, позже дорийцы и другие. Они завоевали весь юг Балканского полуострова.

С историей государства и права двух городов-государств – полисов (Спарта и Афины) вы знакомы.

Спарта традиционно соперничала с Афинами во влиянии на другие греческие города. Как мы видели, она даже предпочла нейтралитет во время первого персидского похода на Греции и стала союзником Афин, лишь когда убедилась в смертельной опасности для себя. Но когда персов изгнали из Греции, соперничество обострилось, и дело вскоре обернулось внутренней войной. Политически линия раздела проходила по всей Греции между проафинскими демократами и проспартанскими олигархами, обладавшими всюду большим влиянием.

Более сорока лет тянулись Греко-персидские войны (492–449 годы до н.э.). И с 431 года до 403 года до н.э. шла Пелопоннесская война — война между Спартой и Афинами Спартанская армия была, безусловно, сильнее, и дело быстро дошло до осады Афин. Но афинский флот держался дольше. Спарте пришлось затратить немалые усилия, чтобы построить столь же мощный флот и победить Афины и на море.

Но судьбу войны решила общая нелюбовь большинства греческих полисов к гегемонии Афин (так же, как сегодня во всем мире недолюбливают США).

Пелопоннесская война — в отличие от Греко-персидских войн — была гражданской войной, а гражданская война всегда беспощаднее, опустошительнее.

Что такое победа одного города-полиса над другим, своим соседом? Чаще всего — это массовое убийство всех, кого нельзя продать в рабство, дымящиеся руины на месте только что процветавшего города. Реже — тысячи жителей, угнанных на продажу в рабство, изнасилованные женщины, разрушенные семьи. Эти ужасные картины очень живописно реконструирует в своем великолепном романе «Таис Афинская» И. А. Ефремов. И такое случалось множество раз на протяжении почти тридцати лет!

Александр Македонский – один из величайших завоевателей в истории.

Всего лишь за 11 лет (334-323 гг. до н.э.) он изменил мир. Но только харизмы и таланта полководца для этого было бы недостаточно

Как Александру Македонскому (356-323 гг. до н.э.) удалось за несколько лет совершить невозможное – создать «Первую империю» - величайшую империю античного мира? На этот вопрос существует множество ответов, и с течением времени гипотез, предположений и теорий становится все больше.

То, чего не смогли сделать с Грецией персы, сделали сами греки собственными руками. На протяжении многих десятилетий IV века до н. э. (после Пелопоннесской войны) Греция выглядела, как Россия после Гражданской войны 1918–1920 годов.

Была утрачена гегемония Афин, Спарта пришла в упадок… Но кто-то должен занять их место. Неожиданностью стало то, что место это заняли македонские племена из наименее цивилизованной области на севере Греции.

Маленькая Македония, расположенная к северу от Греции, сумела создать самую сильную в мире армию – македонскую фалангу смог превзойти только римский легион. Царь Филипп II Гераклид, разбив греков в битве при Херонее в 338 году, создал могущественное государство.

Русский историк XIX века Р.Ю. Виппер писал:

«Македоняне были греки, но их постоянно беспокоили дикие горцы, и они отстали в торговле, ремесле и образовании от остальных греков. Македоняне были суровыми охотниками и воинами: их обычай требовал, чтобы юноша, еще не убивший кабана, не смел садиться на пиру за стол; кто не умертвил ни одного врага, носил на теле в знак позора веревку. Порядки у них были старинные: во главе крестьян стояли воинственные князья. Царей окружали дружины людей, с которыми они делились военной добычей».

В Македонии существовали три сословия – царь, знать и свободные общинники. Царями становились представители старой родовой знати и считались «первыми среди равных». Македонская знать – гетайры – составляла кавалерию войска и содержала себя сама. Основным владельцем земли был царь, который жаловал ее гетайрам. За это они были обязаны служить в армии, выставляя конных воинов, число которых зависело от размера землевладений. Подати крестьян не были обременительными – македонцы не считали уплату податей бесчестьем и чувствовали себя свободными.

Даже рядовые воины – пехотинцы имели право участвовать в войсковом собрании. Их голоса имели решающее значение. Во власти собрания было избрание нового царя и вынесение приговоров по государственным преступлениям. Непосредственно государственную власть представлял царь и его окружение.

Народ понимал свою власть над царем и старался обезопасить себя от посягательств знати. Гордых македонцев расколоть и подчинить было почти невозможно. Эти качества и обуславливали силу и мощь македонской армии, к которой Филипп II добавил силу и мощь своей фаланги. Ему удалось сделать весьма прочным положение царского дома. Он поддерживал права народа, который отвечал ему уважением. Любому македонцу можно было получить доступ к царю.

Македония во время Греко-персидских войн и Пелопоннесской войны (а ведь это в совокупности — почти столетие!) сделала немалые успехи в усвоении греческой культуры. Главный из них — хорошо подготовленная и усовершенствованная армия. У македонцев фаланга строилась в несколько рядов, причем задние воины клали свои длинные пятиметровые копья-хариссы на плечи передних. Получался гигантский «еж-дикобраз», насквозь пробивавший иглами боевой строй любого противника. Очень скоро это щетинистое существо с блеском продемонстрировало свои убийственные способности.

Полис за полисом обращался в руины или сдавался на милость македонцев, и вскоре вся Греция оказалась в руках македонского царя.

. Македонская регулярная армия была самой организованной армией своего времени. Требовался только талантливый полководец, чтобы использовать все преимущества македонской фаланги. И такой полководец — юный сын македонского царя — нашелся.

Прошло совсем немного времени, и великолепная военная машина македонцев нашла новое применение! Греческие колонии на западном берегу Малой Азии продолжали платить дань персидскому царю.

Царь Филипп II Гераклид Македонский в 336 г. он был убит одним из своих телохранителей. Скорее всего, убийца мстил Филиппу за личную обиду, но новый царь Александр официально обвинил в организации убийства персов.

Весной 334 г. до н.э. Александр Македонский выступил в поход. Его армия, которая подошла к Геллеспонту, насчитывала 30 тысяч пехоты и 5 тысяч конницы. Кроме македонян, в ней были наемники, а также представители тех греческих городов, что решили принять участие в походе. Их было немного: Александр не хотел делить ни с кем свою будущую славу.

С этой горстью людей и верой в свою счастливую звезду он отправился на завоевание мира. Даже денег, чтобы содержать собственную армию, у него почти не было. Отправляясь в поход, Александр раздал свое имущество друзьям. Его спросили: "Что же ты оставляешь себе?" Он ответил: "Надежду.

Александру противостояло огромное Персидское царство с его почти неограниченными людскими и материальными ресурсами. Но одна из величайших империй древности давно уже раздиралась мятежами и междоусобицами. В результате дворцовых переворотов один царь сменял другого. Лишь незадолго до начала войны персам удалось вновь покорить мятежный Египет. Правил государством дальний родственник прежней персидской царской семьи Кодоман, принявший имя Дария III.

Подданные персидского царя теперь должны были сражаться на своей земле и за свою страну, что увеличивало их силу. Напротив, по мере того, как македоняне должны были углубляться во вражескую страну, им все труднее становилось бы снабжать свою армию продовольствием и подкреплениями. Кроме того, македонский флот был намного слабее персидского. Если бы персы вовремя ввели свои эскадры в Геллеспонт, поход Александра вообще не смог бы начаться. Но персидские корабли появились там лишь через несколько месяцев после того, как греко-македонское войско благополучно пересекло пролив, отделяющий Европу от Азии.

Персидская армия вчетверо превосходила македонскую численностью, она на четверть состояла из греческих наемников, использовавших в сражении ту же самую греческую фалангу. Грек, сражающийся за деньги, и грек, сражающийся за «Великую Грецию», — это два разных грека. А вся остальная часть персидской армии, — это племенные ополчения, разбегающиеся перед регулярной армией.

Весной 334 года до н. э. тридцать тысяч македонских пехотинцев и пять тысяч всадников переправились через Геллеспонт и вторглись в Малую Азию. Им противостояло примерно столько же персов плюс две тысячи греческих наемников. Греческая конница опрокинула персидскую, фаланга разгромила наемников и персы панически бежали.

На следующий год произошло сражение с главными силами персидского царя. Снова фаланга разгромила наемников, а конница прорвалась к ставке царя. Царь бежал, за ним все войско (вчетверо превосходившее македонцев по численности). Затем македонцы штурмом взяли несколько городов Финикии и Палестины, а египетский сатрап персидского царя сдался без боя.

Дарию после бегства удалось собрать только 4 тысячи воинов, с которыми пересёк Евфрат на пути в центральные области Азии. Александр не преследовал его. Греческие наёмники-гоплиты в количестве 8 тысяч организованно отошли в горы, после чего переправились на Кипр. Многим из персидского войска удалось спастись, потому что солдаты Александра бросились грабить богатый обоз. В руки Александра попали мать, жена и дети Дария, а также много золотой утвари и предметов роскоши, прежде не виданных македонцами. Жена Дария позднее скончалась в обозе македонской армии, а дочь Дария Александр взял в жёны после возвращения из индийского похода. Большая добыча была захвачена также в Дамаске, где персидский царь оставил свой двор, прежде чем отправиться на несчастливую для него битву.

Как писал Плутарх :«Македоняне тогда впервые научились ценить золото, серебро, женщин, вкусили прелесть варварского образа жизни и, точно псы, почуявшие след, торопились разыскать и захватить все богатства персов.»

После победы при Иссе Александр покорил всё восточное побережье Средиземного моря, включая Финикию, Палестину и Египет. Следующее большое сражение с царём Дарием произошло при Гавгамелах через 2 года, в 331 до н. э.

Наступление македонцев продолжилось. Были форсированы Тигр и Евфрат. Персидский царь попытался решить судьбу войны еще в одном генеральном сражении. Соотношение сил — примерно то - же (четырехкратное в пользу персов). И судьба сражения — та же (в пользу македонцев). Македонцы ударным «кулаком» пробили брешь в боевом порядке противника, и персидский царь снова бежал, за ним все войска.

Персидские сатрапы убили своего царя, ставшего «лишним» в начавшейся агонии. Затем македонцы завоевали Среднюю Азию.



На месте Персидской державы появилась Греко-македонская империя, которая простиралась от Египта до Индии.

Была сделана попытка захватить и Индию. Индийского похода, который должен был закончить создание империи Александра Македонского. Индийский поход 327–326 годов до н.э. был не завершен – армия не выдержала восьмилетних завоеваний. Армия застряла в индийских джунглях под градом стрел невидимых лучников. Солдаты устали и не видели дальнейшей перспективы.

Армию, так блестяще начавшую и завершившую свой поход, постигли ужасные бедствия — словно в наказание за бездумную авантюру.

Великий полководец оказался плохим государственным деятелем. Сначала обескровленная сражениями армия без воды и пищи с величайшим трудом прошла через пустыню от Инда к Евфрату и Тигру. Затем несколько лет она бессмысленно бездействовала в Месопотамии, в центре новообразованной империи.

В 323 году до н.э. последовала внезапная смерть полководца, на личности которого, собственно, и держалось все предприятие. Началась яростная борьба за власть среди его приближенных, в ходе которой погибли любимые жена и сын полководца. И затем — почти две сотни лет прозябания разорванной на куски греко-македонской державы. В ожидании своего завоевателя.

Конечно, по сравнению с только что закончившейся героической эпохой состояние Греции было жалким.

Но никуда не делась греческая культура. Были построены великолепные города, дворцы, библиотеки. Первый звездный атлас неба чего стоит! Напомним, что именно в эти два столетия были построены два последних из Семи чудес света. И что эти два столетия вошли в историю мировой культуры под гордым названием «эллинизм». В признание заслуг греков, а не кого-нибудь еще, за это развитие именно их культурных достижений.

О войнах Александра Македонского: www.diletant.ru/excursions/2433325/ ; Империя АлександраМакедонского www.redov.ru/istorija/gosudar_vlast_v_istorii_chelovechestva/p6.php

Семь чудес Света http://turismy.com/
Древний Рим

Второй частью античной цивилизации —сыгравшей в европейской культуре не меньшую меньшую роль, чем Греция, был Древний Рим.

В то время как на Балканах, Ближнем и Среднем Востоке разыгрывались гремевшие на весь цивилизованный мир (кроме разве что Китая) исторические события, Апенинский полуостров и Пиренейский полуостров - Иберия (нынешняя Испания и Португалия ), представляли из себя регионы, в которых не происходило ничего заслуживающего внимания историков.

На территории современной Италии увязли в непрерывных войнах за земли, рудники и рабов греческие колонии, раскинувшиеся по берегам Южной Италии и Восточной Иберии ( В Южной Италии и Восточной Сицилии их было настолько много, что эта область, в отличие от метрополии, именовалась Великой Грецией). Эти колонии, как и метрополия, были слабы, и у них со временем появились два соперника, постоянно досаждавшие им.

Главный соперник город-государство Карфаген (в переводе на русский — Новгород), основанный в 825 году до н.э. выходцами из финикийского города-государства Тира. Постепенно карфагеняне завоевали все северное побережье Африки почти до самого Египта, а также южное побережье Иберии, Западную Сицилию, Сардинию, Корсику, Балеарские и прилегающие к ним острова. Их экспансия набирала силу и противостоять ей было практически некому.

Второй соперник - племена Средней и Северной Италии: япиги, оски, латины, этруски, лигуры, умбры, сабеллы, венеты, кельты и другие.

Начиналась история Рима в нижнем течении реки Тибр на Апеннинском полуострове. На левом берегу Тибра расположена цепь холмов: Палатин, Эсквилин, Квиринал, Целий, Капитолий, Виринал и Авентин.

Они овладели большой областью Тоскана к северу от Рима и подчинили себе племена от Рима до Неаполя, а также в бассейне реки По Эта «федерация» в крошечном городке под названием Рим установила правящую династию одного из подчиненных племен — латинов.



Латины относились к числу наименее значительных племен и не шли ни в какое сравнение, скажем, с этрусками или кельтами. Все эти племена находились на разных стадиях разложения первобытной общины. У них выделилась племенная аристократия, появились вожди, носившие гордое имя «правитель» (у латинов, например, «рекс», а его супруга — «регина»). Их по традиции часто именуют «царями» — как мы делали это выше по отношению к персидским и иным монархам — но цари (Цезарь, Кесарь, Кайзер) появились чуть ли не тысячелетием позже и отличались от «рекса» тем, что царь правил государством, тогда как за «рексом» мог стоять всего лишь совет старейшин племени. Наиболее сильным объединением племен на Апеннинах были этруски (возможно, они стали результатом смешения нескольких племен).

Как господствующие иноземцы, этруски больше столетия держали латинов, что называется, «в черном теле». И те наконец восстали. Поводом к восстанию, согласно исторической легенде, послужило насилие сына «рекса» над одной из знатных женщин, которая покончила с собой, воззвав к мщению. Самое раннее поселение римлян, одного из племён латинян, появилось на холме Палатин. Постепенно были заселены и остальные холмы. Так возник город Рим, который называют «городом на семи холмах».

Этруски, которые были уже «умирающим» народом, столкнулись — в лице латинов — с народом «рождающимся». И пали жертвой своего «старения».

Царский период (Kēniņu laikmets) : Достоверных источников о ранней истории Рима чрезвычайно мало. Римляне создали легенду, согласно которой основателем Рима был царь Ромул. Согласно преданию, Рим был основан Ромулом в 11 календы мая (21 апреля) 753 года до н.э. Согласно преданию, Рим был основан Ромулом в 11 календы мая (21 апреля) 753 года до н.э. .(Есть календарь «от основания Рима» (Natale di Roma).: http://www.calend.ru/holidays/0/0/660/)
По легенде: когда погибла древняя Троя, некоторым защитникам города удалось спастись. Во главе их стоял Эней. Сын троянца Энея основал на Апеннинском полуострове город Альба-Лонго. Прошло много лет. В Альба-Лонге правил потомок Энея – Нумитор. Его младший брат Амулий, сам желавший власти, свергнул Нумитора и уничтожил его наследников. Дочь Нумитора Рею Сильвию он заставил сделаться жрицей богини Весты, чтобы та  не смогла вступить в брак. Но по воле богов  у Реи Сильвии родились два мальчика-близнеца, их отцом был бог войны Марс. Амулий приказал казнить Рею Сильвию, а детей её бросить в Тибр. Но дети спаслись и были воспитаны царским пастухом. Когда братья Ромул и Рем выросли,  они убили Амулия, вернули власть своему деду, а сами решили основать новый город на том месте, где они когда-то были выброшены Тибром и накормлены волчицей – на Палатинском холме. Однако между братьями произошла ссора. Разгневанный Ромул убил брата. Ромул стал первым царём нового города.

После Ромула в Риме правили ещё шесть царей: Нума Помпилий, Тулл Гостилий, Анк Марций, Тарквиний Древний, Сервий Туллий и Тарквиний Гордый. Первых трёх царей, включая Ромула, современные историки считают фигурами легендарными. Остальные цари являлись реальными историческими деятелями. По преданию Ромул сразу придал общине правильную организацию (см. курс – конспект стр. 66- 67(рус), 44 -45 (lat.)/



Последним царем в Риме стал Тарквиний Гордый (534/533-510/509 гг. до н. э.), при его правлении Рим в 510г. становится аристократической рабовладельческой республикой, начинается новый исторический и культурный этап развития Древнего Рима, названный периодом республики.
Римская республика

В 510 году до н.э. город Рим стал республикой. Но так как любая республика «без царя в голове» — нежизнеспособна, римляне создали свое собственное государственное устройство, заимствованное впоследствии многими государствами мира. Высшей государственной инстанцией стал совет старейшин (сенат), количество членов которого постепенно увеличилось с 300 до 900. Правительство возглавляли два консула, которые избирались ежегодно и правили поочередно (чтобы не допустить возврата тирании). Консулы назначали чиновников по разным секторам управления государством и были полностью подотчетны сенату, который одновременно являлся и высшей судебной инстанцией. Эта система оказалась, как увидим, очень эффективной при сложившихся обстоятельствах. И сделалась беспомощной (через несколько столетий), когда обстоятельства изменились.

Уже давно миновало героическое прошлое Греции. Уже раскололась великая греко-македонская держава. А римляне все еще пребывали в ничтожестве несильного, попираемого соседями племени где-то на задворках Апеннин.

Преимущества нового государственного строя сказались не сразу. Латинам пришлось выдержать длительную борьбу с этрусками, отразить несколько нападений соседей, причем в одном случае они спаслись чудом: нападавшие всполошили гусей, и те своим гоготанием подняли на ноги уснувшую стражу. Латинам также пришлось пережить несколько тяжких поражений, откупаться от торжествующих победителей, выдержать унизительную процедуру прохода, согнувшись, под копьями противника. Римская армия дважды была почти целиком уничтожена в сражениях. Но встали новые бойцы, которые сумели победить первоклассных профессионалов. Потому что сражались за родной город, потому что — как и у греков — главным всегда было Чувство Человеческого Достоинства, исчезавшее у высокого профессионала, если он был лишь наемником или рабом своего господина.

Сохранилась легенда о подвиге захваченного в плен римлянина. Его уже собрались подвергнуть пыткам, чтобы склонить к предательству. Но он добровольно положил руку в костер и выдержал неимоверную боль, чтобы показать верность Родине. Думается, в этой легенде — ключ к тайне будущих побед Рима.

Стоит добавить, что попутно римляне сделали один важный шаг вперед в военном и военно-морском искусстве.

Они отказались от греческой фаланги, как от слишком громоздкой и неповоротливой. Свою армию римляне разделили на легионы (полки) численностью от 4,2 до 6 тысяч воинов каждый. Легион представлял отдельную войсковую часть и мог вести боевые действия самостоятельно. Где бы он ни останавливался — хоть на одну ночь, он обустраивал укрепленный лагерь и застигнуть его врасплох было практически невозможно. Первоначально легионов было всего четыре, и этого оказалось вполне достаточно для масштабов Апенинского полуострова. Позднее количество их перевалило за тридцать,— и с такой армией Рим стал господином мира.

Легион делился на манипулы (батальоны) по две центурии (сотни) в каждой. Перебрасывая подвижные манипулы на главное направление удара, римляне легко достигали численного перевеса, необходимого для прорыва, и добивались победы.

Изменилось и вооружение. Щит стал огромным и надежно защищал от стрел. А копье (пилум) стало коротким и тяжелым. Его бросали в противника за три-четыре метра до него. Попадал пилум в незащищенное место — противник выбывал из строя, попадал в щит — щит опускался к земле, и противник становился незащищенным. Оставалось добить его коротким мечом — фехтовальная подготовка у легионеров была отличная. Со временем римская армия стала непобедимой.

Один легион был способен обратить в бегство многократно превосходившие его по численности отряды варваров. Чувство Человеческого Достоинства не позволяло бежать с поля боя при самом невыгодном соотношении сил. Легионеры боялись позора сильнее, чем децимации — казни после боя каждого десятого из той центурии, которая бежала под напором врага.

В отличие от греков, римляне изначально были сухопутным народом, и им было неуютно в морском бою. Но и тут нашелся выход. Были изобретены так называемые вороны — абордажные мостики с острым крюком. Увернувшись от таранного удара, римская галера становилась борт о борт с противником, на палубу вражеского корабля перекидывался мостик, и легионеры устремлялись по нему в атаку. А дальше все шло, как на «твердой» земле.

. Где силой, где хитростью, где подлостью римляне подчинили себе один за другим все этрусские города, а за ними последовали города и других племен. Где не получалось подчинение — предлагался выгодный «союз» (оборачивавшийся наделе тем же подчинением). Римлянам повезло: греческие города на востоке Сицилии и в Южной Италии ввязались в длительную войну с Карфагеном. И это время было использовано Римом на все сто процентов.

. Греческие города в Южной Италии решили наконец обратиться против гораздо более грозного для них врага, чем Карфаген. Они призвали на помощь выдающегося греческого полководца — царя Эпира — небольшого царства на северо-западе Греции. В 280 году до н.э. он высадился в Италии и в первом же сражении разбил римлян. Но, как мы уже знаем, римлян можно было разбить и раз, и два, но ни разу — победить. Второе сражение в 279 году тоже закончилось победой царя Эпира. Той самой, после которой он произнес свои знаменитые слова: «Еще одна такая победа, и я останусь без войска» (военное искусство римлян росло, а потери их врага — не восполнялись). На несколько лет царь Эпира отвлекся войной с карфагенянами в Сицилии. А когда в 275 году вернулся в Италию и дал римлянам третье сражение — был разбит и вскоре погиб.

Теперь вся Италия до реки Рубикон, за которой простирались земли галлов, была под Римом.

Настала очередь Карфагена.

Римляне потратили на уничтожение Карфагена более столетия (если точнее — 118 лет, с перерывами). Они провели с этой целью три так называемые Пунические войны — римляне называли карфагенян пунами — в 264–241, 218–201 и 149–146 годах до н. э (см. учебник средней школы).

Напоминаю: Первая война началась из-за того, кому владеть Сицилией. С помощью греческих инструкторов римляне создали огромный флот (120 галер!) и, успешно используя «ворон», одержали ряд побед. Воодушевленные этими успехами, римляне высадились в Африке и двинулись на Карфаген. Однако карфагеняне привлекли греческих наемников и их руками разгромили римлян. К тому же сильный шторм разметал римский флот. Казалось, все кончено. Но не с теми связались! Римляне построили новый флот, и все началось сначала. Более двадцати лет шла война «на измор». Наконец, в 241 году под Карфагеном вспыхнуло крупное восстание рабов (о нем можно прочесть в лирическом романе Г. Флобера «Саламбо»), и пуны запросили мира. Карфаген потерял Сицилию. А римляне под шумок прихватили еще и Сардинию с Корсикой. Взамен они дали согласие на захват карфагенянами Иберии. Но захватчики надолго застряли в этом диком тогда краю.

В этот момент для карфагенян начался период длительного везения. У них появился полководец, не уступавший талантом македонскому. Он предложил поразить врага (римлян) в его собственной берлоге (Риме). В 218 году до н.э. огромная карфагенская армия (80 тысяч пехотинцев, 12 тысяч всадников, 37 боевых слонов, игравших роль тогдашних танков) прошла восточным берегом будущей Испании и южным берегом Франции, переправилась в Италию через снежные кручи Альп. Потери карфагенян были огромны: до Италии добрались всего двадцать тысяч пехотинцев и шесть тысяч конников, почти все боевые слоны погибли. Казалось, авантюрная затея провалилась (она и закончилась провалом — только через много лет). Но на сцену вновь дважды выступила Ирония Истории, и Рим дважды оказался на краю гибели, прежде чем авантюра пришла к закономерному гибельному концу.

Сначала карфагеняне дважды разбили римлян, а затем, обойдя с тыла их лагерь у Тразименского озера, уничтожили римскую армию почти целиком. Рим собрал новую армию: восемьдесят тысяч пехотинцев и шесть тысяч всадников. Карфагеняне тоже получили подкрепление, но оставались вдвое слабее противника: сорок тысяч пехотинцев и четырнадцать тысяч всадников. Этот недостаток был с лихвой возмещен военным талантом их полководца. Под городком Канны карфагеняне поставили в центр своего боевого порядка союзников — иберов и галлов. Римляне начали теснить их, углубились в боевые порядки врага и… оказались в ловушке: на них со всех сторон обрушились карфагенские воины. Это была не битва, а бойня: в считанные минуты толпу деморализованных римлян перерезали, как баранов. Битва при Каннах вошла в военную историю как образец военного искусства.

После этого карфагеняне вроде бы сделались хозяевами всей Италии и даже подступили к стенам Рима. Но они воевали далеко от своих баз, а римляне — у себя дома. Почти пятнадцать лет продолжались безнадежные для карфагенян военные действия. В 202 году их предали союзники, они потерпели поражение и вынуждены были заключить мир, по которому Карфаген терял все свои заморские колонии, выплачивал огромную контрибуцию, передавал Риму своих боевых слонов и военный флот и вообще становился зависимым от него.

Теперь Карфаген был обречен, и его уничтожение становилось только вопросом времени. Один из римских сенаторов вошел в историю тем, что каждое свое выступление в сенате (о чем бы он ни говорил) заканчивал фразой: «А Карфаген должен быть разрушен».

Повод для третьей войны нашелся лишь через полстолетия. На сей раз у карфагенян не было никаких шансов на победу, и они выразили готовность сдаться на милость победителя. Римляне потребовали сдать оружие. Карфагеняне выполнили требование. Тогда римляне потребовали, чтобы карфагеняне оставили город, который будет разрушен. Это означало рабство. И тогда пуны совершили акт отчаяния. В срочном порядке они выковали новое оружие, и началась более чем двухлетняя героическая оборона Карфагена. Город пришлось брать квартал за кварталом, дом за домом. Наконец его разрушили весь, сожгли и плугом провели борозды в знак того, что это место предано проклятию. В таком виде оно и дожило до наших дней и служит объектом посещения для туристов, приезжающих в Тунис.

Задолго до того, как пал Карфаген, было покончено с Грецией. Собственно, самих греков и не требовалось покорять. Они уже были покорены македонцами и по части социальной апатии (политического безразличия) вполне могли бы соперничать с россиянами начала XXI века. Требовалось сменить македонскую гегемонию римской — только и всего. Что и было сделано тремя походами в Македонию (205, 197, 168 годы до н. э.).

Кстати, во время одного из этих походов пострадало современное человечество. Чтобы возглавить армию, требовался подходящий консул. Консулов, как уже говорилось, переизбирали ежегодно, с Нового года. Новый год начинался у римлян, как и у многих нормальных людей того времени, с марта, что было связано с весенним солнцестоянием. Но на дворе стоял январь, отсрочка до марта грозила осложнениями, и римский сенат, ничтоже сумняшеся, волевым порядком перенес Новый год с марта на январь. К солнечному календарю это не имеет никакого отношения. Типичное политическое жульничество. Но консулы были избраны, поход состоялся, а мы сегодня вынуждены встречать Новый год в ничем не примечательный день среди зимы.


Таким образом, за какую-то сотню с небольшим лет (если начинать с подчинения Риму всей Италии) в Средиземноморье вместо заурядного полиса, каких в Италии были десятки, появилась держава, простиравшаяся от Иберии до Малой Азии и претендовавшая на мировое (в тогдашних масштабах) господство.

Правда, римляне не подозревали, что у них, как у сегодняшних русских, остался еще один враг — увы, непобедимый. Он их и погубил.

Это были сами римляне.

Когда Рим еще не был республикой, а представлял — как и все его соседи — союз племен, находившихся в последней стадии разложения первобытной общины, он, по преданию, состоял из трехсот родов. Каждые десять родов объединялись в курию, каждые десять курий — в трибу. Это позволяло избежать вырождения племени — невеста и жених не могли принадлежать одному роду. Но этим же определялось и политическое устройство союза. Старейшины родов объединялись в сенат — совет старейшин. И на этом основании (как и у многих других народов Средиземноморья) триста представленных ими родов считались основополагающими, патрицианскими. Однако за несколько первых веков существования Рима там набралось еще множество родов из разряда «пришлых», В отличие от патрициев, они назывались плебеями (плебсом) и поначалу не имели никаких политических прав, а в экономической жизни вынуждены были полагаться на милость патрициев.

Поэтому ранняя история Рима — это история борьбы плебеев против патрициев за свои права. Надо сказать, плебеи избрали довольно эффективный способ борьбы: чуть что — они дружно покидали Рим и располагались лагерем поблизости. Если вспомнить, что Риму постоянно приходилось воевать с соседями, можно представить себе ощущения брошенных патрициев. Затевались переговоры. Достигался компромисс. В чем в чем, а в этом римляне были большие мастера. И если в области культуры, при всех достижениях, им было далеко до греков, то в области права они были и остаются несомненными лидерами. Недаром же Запад считается наследником не какого-нибудь, а именно римского права.

Так шаг за шагом плебеи почти сравнялись с патрициями в области прав и сформировали единый «римский народ». Разница осталась лишь в степени чванливости новых и потомственных дворян. Появились специальные должности — народные трибуны (представители триб), которые имели право голоса в сенате и отстаивали интересы плебса.

Следом за плебеями на правовой лестнице стояли «союзники», обладавшие неодинаковыми привилегиями (по принципу: разделяй и властвуй). Затем следовали «чужестранцы» — большей частью торговые партнеры. И наконец, рабы, которых считали не людьми, а разновидностью животных («говорящие орудия»).

Споры шли в основном о земле (кому, сколько выделять) и о налогах. Накал страстей возрастал от столетия к столетию. Кульминация наступила к концу II века до н.э., когда в Риме создались условия, разительно отличавшиеся от минувших времен.

Успешные войны привели к притоку рабов и дани (особенно важную роль играло зерно). Сосредоточение масс рабов в наиболее богатых семьях привело к появлению латифундий — огромных имений, где производилась сельскохозяйственная продукция. А в гавани Рима и Брундизия входили галера за галерой с даровым, награбленным в колониях зерном, которое раздавалось гражданам по ценам ниже рыночных.

Между тем основу легионов Рима составляли граждане-воины, которые после шестнадцати лет службы становились владельцами небольших участков земли. Урожая с этих участков хватало и для прокорма семьи, и для продажи. Но латифундии и раздача зерна по символическим ценам разоряли мелких землевладельцев, которые переходили в ряды безработных паразитов-пролетариев, оставивших свой след в истории — знаменитый лозунг «Хлеба и зрелищ!» Молодежь из таких семей уже не стремилась в легионы. Легионерами становились «мы-сами-не-здешние», что резко снижало боеспособность армии. Правда, происходило все это медленно, почти незаметно. Но в конечном счете кончилось катастрофой.

Некоторые народные трибуны пытались приостановить этот процесс, предлагали законы о раздаче земли легионерам, об ограничении латифундий, об уравнении в правах всех жителей государства (кроме, конечно, рабов). Но алчность у «человека разумного» всегда одолевала голос разума. Трибунов убивали, нарыв разрастался, и в начале I века до н.э. дошло до гражданской войны и крупного восстания рабов. Многим выход виделся в личной диктатуре, в «твердой руке». Но среди сенаторов существовала и группировка сохранения прежних республиканских порядков. Мощный конфликт различных интересов и составил суть истории Рима середины I века до н.э.

Требовался достаточно авторитетный и энергичный диктатор, который подчинил бы своей личной власти сенат и все республиканские учреждения Рима, то есть сделал бы республику монархией (империей).

Такой диктатор нашелся в лице талантливого полководца, который только что завоевал Галлию и обрел большую популярность в стране. Он не сразу стал диктатором. Сначала заключил союз с двумя популярными лидерами. Получился триумвират в руках которого постепенно сосредоточилась власть. Затем один из триумвиров умер, а со вторым завоеватель Галлии начал еще одну гражданскую войну. Он победно закончил ее в 44 году до н. э. и стал уже единоличным диктатором, от которого зависели все государственные чиновники. Формально диктатор носил множество высших республиканских званий (консул, префект, цензор и другие), но фактически предпочел неформальный титул «император» (повелитель) — таким возгласом римские легионеры приветствовали своего командующего после одержанной победы.

В том же году в сенате состоялся заговор против диктатора, его убили. Естественно, началась междоусобица. Сложился еще один триумвират, разразилась еще одна гражданская война, длившаяся целых двенадцать лет (43–31 годы до н.э.). Победителем в войне вышел усыновленный убитым диктатором внучатый племянник.. Он и стал первым в длинной — на целые пять веков — череде римских императоров. Среди них были весьма талантливые государственные деятели (их оказалось немного), и изверги рода человеческого (таковых — несколько), и простые марионетки в руках своей личной охраны (преторианцев).

Три события отметили этот 500-летний период:

Первое. Продолжалась, как и подобает империи, внешняя экспансия. Ко времени своего падения Римская империя включала в себя все Средиземноморье и Южную Европу с границей по Рейну и Дунаю плюс Британию (до Шотландии).

Второе. В первые же десятилетия империи зародилась и стала распространяться в Средиземноморье новая мировая религия — христианство. Сначала оно подверглось жестоким гонениям, а потом сделалось государственной религией империи. И стало важной идеологической основой всей культуры Запада.

Третье. Именно на протяжении первой половины первого тысячелетия н.э. в Приуралье из тюркоязычных хунну и местных угров сложился кочевой народ гунны, который с 70-х годов IV века н. э. двинулся на запад, вовлекая в свое движение все новые племена и вызвав Великое переселение народов. В частности, германские и славянские племена вторглись во Фракию и Македонию, ряд германских племен вторгся в Галлию и Северную Италию. Римляне вынуждены были оставить Британию и Дакию (нынешнюю Румынию), фактически отступили с Балкан. В 410 году германское племя вестготов, теснимое гуннами и допущенное в пределы Римской империи, взяло Рим и разграбило его. В 451 году гунны были разгромлены римско-германскими войсками в битве на Каталаунских полях. Но в 455 году Рим еще раз был разграблен вандалами, а в 476 году вождь другого германского племени низложил последнего, чисто номинального римского императора. К этому времени на всей территории Западной Европы (включая западную часть бывшей Римской империи) уже существовали варварские королевства, о которых речь пойдет в следующей главе.

Прискорбно-позорны оба разгрома Рима, который с 300 года уже не был столицей империи, перенесенной в Константинополь, и стал провинциальным городом. В 410 году раб по тайному ходу (безо всякого «троянского коня»!) ночью провел банду разбойников в бывшую столицу. Гарнизон, численно превосходивший бандитов, но состоявший, как и вся римская армия к тому времени, из «пришлых», в панике разбежался. Мужчин, не пожелавших стать воинами, резали, как баранов, их жен и дочерей насиловали, дома грабили, крушили и сжигали. Вандалам в 455 году уже мало что осталось пограбить, они просто разрушили все, что под руку попало, и стали в истории именем нарицательным.

А император с двором чуть не столетие трусливо прятался в своей вилле далеко к северу от Рима среди непроходимых болот Равенны. Но в конце концов нашли его и там.

Внешне главной причиной падения Римской империи представляется полная небоеспособность римской армии. Ее тактика осталась прежней, а состав изменился. Вместо римской молодежи, спаянной чувством товарищества и надеждой на получение хорошего участка земли, способного обеспечить благосостояние семьи, в легионы хлынули выходцы из различных племен. Фактически это были уже наемники, которые не выдерживали натиска пассионарных племен, сплоченных единым порывом общины (пусть и находившейся на разных стадиях разложения). Однажды, на Каталаунском поле, такую орду удалось рассеять. На десятках таких полей по Рейну и Дунаю — нет.

Но какова судьба римского народа, где он оказался? Там же, где и нынешние западные народы,— в умирающем, заживо разлагающемся обществе.

…Массаж в знаменитых римских банях. Включая эротический, с разного рода извращениями. Бесконечные пиры, самые изысканные блюда и… страусиное перо, чтобы пощекотать горло, искусственно облегчить желудок и принять новую дозу вкусовых ощущений. Возможно более частая смена секс-партнера (любого пола) — и никаких детей, осложняющих жизнь. Распад семьи и вырождение рода. Еда и питье из свинцовой посуды (ну это от незнания). Главное развлечение: зрелище возможно более кровавого терзания людей или животных, все равно. Культ насилия, сиюминутного наслаждения (кайф), чисто животный смысл жизни, выраженный лозунгом «Хлеба и зрелищ!» Итог всего этого — трусливо-подлый характер, передающийся из поколения в поколение…

Положит ли такой человек руку в огонь, чтобы показать свое моральное превосходство над врагом? Встанет ли он в строй, чтобы встретить врага в ореоле его непобедимости? Сможет ли он противостоять противнику, который только что полностью уничтожил две армии, гордость и славу отечества? Нет, нет и еще раз нет.

Мы все чаще злоупотребляем словосочетанием «Третий Рим», не давая себе труда задуматься о его содержании. Разве оно относится только к Москве, не ко всему Западу? Разве оно говорит только о маленьком городе, ставшем великой империей и давшем миру еще одну мировую религию?

Не говорит ли оно также о последних днях Первого Рима, когда толпа вандалов безнаказанно громила изнеженных, извращенных, изживших себя и уставших от своей жизни предшественников такого же Третьего Рима?

Мы, европейцы, заявили себя наследниками античной цивилизации. Но не рабовладения же, не галер и не однополой любви, не «рексов» и не императоров.

Мы заявили себя наследниками античной Культуры: философской, научной, художественной, моральной, правовой, политической, религиозной.

О правовой и тесно связанной с ней морально-политической культуре мы уже говорили. О лидерстве римлян в этой области — тоже.

Говорили и о религии.

Но и о других областях есть что сказать.

Очень жаль, что Рим дважды разгромлен варварами. То, что осталось от Первого Рима, свидетельствует, что архитектура его вообще, скульптура и настенная роспись в частности оригинальны и так же бесценны, как и греческие.

В философии римляне развили идеи лучших греческих мыслителей. Прочитайте поэму «О природе вещей». Ничего подобного давно уже не пишут.

Римские поэзия, проза, драматургия — тоже немало внесли в сокровищницу мировой культуры.

(http://www.nnre.ru/istorija/ochen_uzh_kratkaja_istorija_chelovechestva_s_drevneishih_vremen_do_nashih_dnei_i_dazhe_neskolko_dolshe/p5.php)

Секст Тарквиний. Он был третьим, младшим отпрыском царя и при этом обладал самым неуемным нравом. Когда он вместе с друзьями предавался кутежам, добропорядочные римляне предпочитали запираться в своих домах, чтобы ни в коем случае не столкнуться с развеселой компанией. Ну а тем, кто спрятаться не успел, оставалось только молиться.

Однажды внимание Секста Тарквиния привлекла женщина по имени Лукреция. Она славилась на весь Рим своей добропорядочностью и хорошим воспитанием. Чаще всего ее так и звали - «добродетельная Лукреция». И все завидовали ее мужу - патрицию Луцию Тарквинию Кол-латину. Он был родственником Тарквиния Гордого, но это не уберегло его от беды. Секст Тарквиний, увлекшийся красотой и кротким нравом Лукреции, напал на нее в отсутствие мужа и изнасиловал. Этого женщина пережить не смогла. Рыдая, она рассказала обо всем мужу, а потом на его глазах пронзила себя мечом.

Это переполнило чашу терпения римлян. Тело обесчещенной Лукреции пронесли по улицам города на руках. А Тарквиний Гордый с сыновьями едва успел скрыться из Рима. Царская власть была объявлена низложенной, а городом отныне стали править два консула, избираемые на год. Первыми римскими консулами стали Тарквиний Коллатин и Луций Юний Брут. Наступило время Республики.
Тем временем изгнанный Тарквиний Гордый внезапно вспомнил о своих корнях и обратился за помощью к этрускам. Этрусский царь Ларе Порсенна сначала не хотел воевать с могущественным городом. Но Тарквиний обманул его, сказав, что консулы хотят свергнуть всех царей в Италии и распространить республиканскую форму правления повсеместно. Этого Порсенна стерпеть не мог и двинул войска к Риму.

Он выиграл несколько битв, но в конце концов отступил. Говорят, что это решение Порсенна принял после того, как был пойман римский лазутчик, посланный убить его. Этого лазутчика звали Гай Муций.



«История Лукреции» Сандро Ботичелли

Ему угрожали пытками. В ответ, демонстрируя силу духа и стойкость римлян, Гай Муций сунул правую руку в огонь и держал там до тех пор, пока она не обуглилась. Это настолько поразило этрусского царя, что он отпустил юношу на свободу, а затем заключил с Римом мир. Этот юноша позже стал известен как Муций Сцевола («левша»).

Что же до Тарквиния Гордого, то, разочаровавшись в этрусках, он обратился за помощью к латинам. В 496 году до н. э. состоялась битва возле озера Регил. Плохо организованные латины во главе с жестоким, но не наделенным полководческим талантом Тарквинием были наголову разбиты римлянами. Бывший царь был вынужден снова бежать - на этот раз в одну из греческих колоний. Там он и умер спустя год.

А все его сыновья пали в битве при Региле. Все, кроме Секста Тарквиния. Он не пошел на войну вместе с отцом, а попытался скрыться в том самом городе Габии, который когда-то захватил столь бесчестным образом. Там-то его и убили восставшие горожане, не забывшие и не простившие его коварства.
Респу́блика (лат. res publica, «дело народа») — форма государственного правления, при которой верховная власть осуществляется выборными органами, избираемыми населением (или государственными органами) на определённый срок.

Импе́рия (от лат. imperium - власть) монархическое государство во главе с императором;

колониальная держава, установившая своё господство над колониями и зависимыми территориями



Триумф (лат. triumphus) в Риме — торжественное вступление в столицу победоносного полководца и его войска.

Трибу́н (лат. tribunus) — должностное лицо в Древнем Риме.

Гладиа́тор («меченосец» от лат. gladius — «меч», «гладиус») — наименование бойцов в Древнем Риме, которые сражались между собой или с животными на забаву публике на специальных аренах.
Амфитеа́тр (от греч. άμφιθέατρον — досл. «круглый театр») — древнеримская постройка для разнообразных массовых зрелищ (гладиаторских боёв, звериной травли и т. д.), Наиболее известным амфитеатром является Колизей в Риме, построенный в 80 году и вмещавший до 50 тысяч зрителей.

Коллегии жрецов.

1. Понтифики. Они являлись верховными жрецами, которые ведали всеми другими коллегиями. В их функции входило проведение различных религиозных обрядов и погребений, написание календарей с пометками благоприятных и неблагоприятных дней.

2. Авгуры – жрецы, в функции которых входило гадание по полетам и крикам птиц, получившее название ауспиции.

3. Гаруспики – коллегия жрецов, которая занималась гаданием по внутренностям животных, которых до этого принесли в жертву, а также проводила толкование различных явлений природы, таких как снег, молния, дождь, гром и т. п.

4. Фециалы – жрецы, следившие за выполнением принципов международного права, они проводили обряды при заключении мира или объявлении войны.

5. Фламины – жрецы, поклонявшиеся отдельным богам.



Развитие религии привело и к ее влиянию на архитектуру, стали появляться первые храмы (храм Юпитера на Капитолийском холме, построен при правлении легендарного римского царя Тарквиния Приска (Древнего)).

См. курс конспект и интернет : Античные цивилизации Средиземноморья - Реферат , страница 1,2 works.doklad.ru/view/ZYeDM988IuA.html




Преподаватель доц. (С.Гершович)

12.11.13.