«Нет города красивее, чем Киев» (Киев Михаила Булгакова) - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
«Нет города красивее, чем Киев» (Киев Михаила Булгакова) - страница №1/1

«Нет города красивее, чем Киев»

(Киев Михаила Булгакова)

Есть имена в литературе, которые привлекают к себе всех, кто интересуется культурными достижениями человечества. Одно из таких имён в русской классике – имя Михаила Афанасьевича Булгакова, писателя – мистика, писателя, произведения которого стали достоянием мировой литературы и переведены на многие языки, писателя, о котором до сих пор спорят отечественные и зарубежные литераторы.

Уже не одно поколение отечественных и зарубежных читателей искренне увлекается творчеством выдающегося писателя Михаила Афанасьевича Булгакова. Его произведения стали классикой славянской культуры, которую знает и любит весь мир.

В ряду бессмертных произведений Булгакова особое место занимает роман "Белая гвардия". Этот роман во многом является автобиографическим, написанным на основе "живого" материала: фактов из жизни близких и друзей во времена гражданской войны в Украине. Характер произведения Михаила Афанасьевича заложен в его названии: "Белая гвардия". Если исходить из исторических реалий названия, то роман должен восприниматься, как глубоко трагический и сентиментальный.

Описываемые в романе исторические события относятся к концу 1918 года: борьбе в Украине между социалистической украинской Директорией и консервативным режимом гетмана Скоропадского. Главные герои романа оказываются втянутыми в эти события, и в качестве белогвардейцев защищают Киев от войск Директории. Под знаком носителей Белой идеи мы и воспринимаем персонажей романа. В своей "белогвардейской сущности" были глубоко убеждены и те офицеры и добровольцы, которые действительно в ноябре-декабре 1918 года защищали Киев. Как выяснилось позже, белогвардейцами они не были. Добровольческая белогвардейская армия генерала Антона Деникина не признавала Брестского мирного договора и де- юре оставалась в состоянии войны с немцами. Не признавали белые и марионеточного правительства гетмана Скоропадского, правившего под прикрытием немецких штыков. Когда на Украине началась борьба между Директорией и Скоропадским, гетману пришлось искать помощи в среде интеллигенции и офицерства Украины, в большинстве поддерживающей белогвардейцев. Чтобы привлечь на свою сторону эти категории населения, правительство Скоропадского в газетах объявило якобы имеющий место приказ Деникина о вхождении войск, сражающихся с Директорией, в состав Добровольческой армии. В соответствии с этим приказом, части, защищавшие Киев, становились белогвардейскими. Этот приказ оказался откровенной ложью министра внутренних дел правительства Скоропадского Игоря Кистяковского, который таким образом завлекал в ряды защитников гетмана новых бойцов. Антон Деникин отправил в Киев несколько телеграмм, отрицающих факт наличия такого приказа, в которых он отказывался признавать защитников Скоропадского белогвардейцами. Эти телеграммы были сокрыты, и киевские офицеры и добровольцы искренне считали себя частью Добровольческой армии. Имеют свое историческое пояснение и другие варианты названия романа "Белая гвардия": "Белый крест", "Полночный крест", "Алый мак". Дело в том, что во время описываемых исторических событий в Киеве формировалась Северная добровольческая армия генерала Келлера. Граф Келлер по приглашению Скоропадского некоторое время возглавлял оборону Киева, а после занятия его украинскими войсками был расстрелян. Основные вехи жизни Федора Артуровича Келлера, а так же его внешние физические недостатки, связанные с ранениями, были очень точно описаны Булгаковым в образе полковника Най-Турса. По приказу Келлера опознавательным знаком Северной армии стал белый крест, который изготавливался из материи и нашивался на левом рукаве гимнастерки. В последующем Северо-Западная и Западная армии, которые считали себя приемниками Северной армии, оставили опознавательным знаком своих военнослужащих белый крест. Скорее всего, именно он и послужил поводом для возникновения вариантов названий с "крестом". Название же "Алый мак" вполне можно связать с победой большевиков в гражданской войне.

Киевский фольклор, в особенности, фольклор времен гражданской войны, был богат и разносторонен. Не смотря ни на какие перевороты, грабежи, расстрелы киевляне оставались киевлянами, слагали анекдоты и истории про каждую новую власть, благо, эти менявшиеся власти сами давали городу обильный материал для рассказов и обсуждения.

Описание смены властей в Киеве можно найти и у всех писателей, переживших гражданскую войну и так или иначе соприкасавшихся с городом. Стоит вспомнить хотя бы "Необыкновенные приключения доктора" Михаила Афанасьевича Булгакова: "Пятую власть выкинули, а я чуть жизни не лишился… Происходит что-то неописуемое… Новую власть тоже выгнали…" Пожалуй, калейдоскопическая смена властителей города больше всего занимала киевлян в гражданскую войну. Правда, многим из них эта смена стоила жизни. Попробуем же провести экскурс в историю киевских переворотов, чтобы поближе познакомиться с городом и его жителями того времени.

Перевороты были разные. Одни — совсем бескровные, другие — с долгими и упорными уличными боями, третьи — с кровавыми расстрелами и погромами. Некоторые власти оставались в городе всего один или несколько дней, другие же правили Киевом более полугода.

Три года жестокой Первой мировой войны забрали у Киева почти все мужское население: студенты и вчерашние гимназисты, чиновники и врачи, кадровые офицеры и купцы, рабочие и ремесленники, — все ушли на фронт. Оттуда пока возвращались лишь искалеченные воины да похоронки. Для киевлян, как и для жителей других городов империи, эти три года в моральном отношении были очень тяжелыми.

Настоящим потрясением стала и Февральская революция 1917 года, которая для жителей города еще ассоциировалась с первым переворотом в Киеве. Странная это была революция: в один день все почему-то вспомнили о свободе, равенстве и братстве, дружно заклеймили позором императорскую Россию и с криком "ату их" бросились уничтожать царские портреты, сбивать с гордых российских двуглавых орлов короны, вытаскивать на улицу и избивать старых героев-генералов и почтенных чиновников преклонных лет, которые, как оказалось, были "заклятыми врагами свободного человека".

Хронологические рамки романа "Белая гвардия" у Михаила Афанасьевича мало соответствуют реальным историческим событиям. Так, если в романе от дня начала боев под Киевом до времени вступления украинских войск проходит всего около трех суток, то на самом деле события борьбы между Скоропадским и Директорией развивались целый месяц. Начало артиллерийского обстрела Киева украинскими частями приходится на вечер 21 ноября, похороны убитых офицеров, описанные в романе, состоялись 27 ноября, а окончательное падения города произошло 14 декабря 1918 года. Таким образом, историческим роман "Белая гвардия" назвать сложно, поскольку писателем не соблюдалась реальная хронология событий. Так, среди перечисленных в романе погибших офицеров нет ни одной правильной фамилии. Многие факты романа являются авторским вымыслом.

Центральной фигурой романа "Белая гвардия", с которой начинает и которой фактически заканчивает повествование Михаил Афанасьевич Булгаков, является военный врач Алексей Васильевич Турбин, после смерти матери ставший главой семьи и квартиры на Алексеевском спуске, 13. Многие биографические факты Алексея Турбина дают нам повод считать, что писатель изобразил в романе самого себя. В уста Алексея Турбина Михаил Афанасьевич вложил суждения, доминировавшие в киевском обществе в 1918 году, и подверг их иронии и критике. Вполне возможно, таким образом, писатель спорил с самим собой и со своими убеждениями времен гражданской войны. В 1917–1920 годах Михаилу Афанасьевичу пришлось пережить события, которые не могли не изменить его мировоззрение. Возможно, этот переворот Булгаков и хотел показать на примере Алексея Турбина, ведя с ним и его убеждениями в романе скрытый диспут. Найдутся читатели, которые не согласятся с таким отождествлением главного героя и автора. Именно поэтому сначала мы попробуем обосновать внешние параллели, и лишь затем перейти к взглядам и суждениям.

Но, безусловно, самым киевским произведением М.А. Булгакова остаётся роман «Белая гвардия». В романе через образы семьи Турбиных показаны судьбы интеллигенции, попавшей в водоворот исторических событий. Герои этого произведения особенно дороги писателю. Неслучайно их прототипами послужили многие родные и близкие ему люди. Есть и ещё один любимый герой в произведении — булгаковский Город, до мелочей описанный на страницах «Белой гвардии». Своих героев романа, а также его сценической версии — пьесы «Дни Турбиных» — Михаил Афанасьевич поселяет там, где жил сам с родителями с 1906 по 1919 год: в доме № 13 по Андреевскому спуску (в романе — Алексеевский спуск). Фамилия Турбиных для Булгакова тоже родная: это девичья фамилия его бабушки Анфисы Ивановны. В этих двух произведениях описаны события, свидетелем которых стал Булгаков. Он говорил так: «Я, автор этой пьесы “Дни Турбиных”, бывший в Киеве во времена гетманщины и петлюровщины, видевший белогвардейцев в Киеве изнутри, за кремовыми занавесками…».

М.А. Булгаков очень любил свой родной город — Киев. Такая любовь к городу закономерна: здесь он родился, жил, даже был назван Михаилом в честь архангела Михаила, покровителя Киева. В своих произведениях писатель много раз с огромной любовью и теплотой упоминает этот город. В раннем рассказе «Я убил» герой, в котором можно легко узнать автора, произносит такие слова: «Ах, какие звёзды на Украине. Вот семь лет почти живу в Москве, а всё-таки тянет меня на родину. Сердце щемит, хочется иногда мучительно в поезд … и туда. Нет красивее города на свете, чем Киев». Тоскует по Киеву и герой пьесы «Бег»: «Эх, Киев! — город, красота! Вот так Лавра пылает на горах, а Днепро! Днепро! Неописуемый воздух! Неописуемый свет!». В очерке «Киев-город» Булгаков назовёт Киев «жемчужиной», «беспокойным местом», «городом прекрасным и счастливым».

Родной дом Булгаковых, дом, в котором «поселились» его персонажи, с лёгкой руки другого замечательного писателя, тоже киевлянина, Виктора Платоновича Некрасова стали называть «Домом Турбиных».

Холодной осенью двадцать первого года Михаил Афанасьевич прибывает в Москву, чтобы остаться здесь навсегда. Но в Москве надо где-то жить. Пресловутый квартирный вопрос с этого момента станет головной болью писателя почти до конца жизни, но тогда ему повезло: Булгакова смог поселить у себя муж его сестры – Андрей Земский, счастливый обладатель комнаты в коммуналке. Сам же Земский вскоре уехал в Киев, так что комната осталась в полном распоряжении Булгакова, но местные швондеры не хотели его прописывать и отстали от Михаила Афанасьевича лишь после того, как за писателя заступилась сама Крупская, которой Булгаков смог пожаловаться на свое бедственное положение. Таким образом, Булгаков на целых четыре года обосновался в пятидесятой квартире дома номер десять (или, как в «Мастере и Маргарите», номер 302-бис) по Большой Садовой улице. Через несколько лет в этой же квартире поселится свита Воланда. Наверняка, Михаил Афанасьевич чрезвычайно удивился бы, узнав, что собственными руками сделал этот дом одним из любимейших мест для своих поклонников. Сама идея поместить в Москву тридцатых годов князя тьмы Воланда и его свиту, олицетворяющих те силы, которые не поддаются никаким законам логики, была глубоко новаторской. Фантастический поворот дела позволит писателю развернуть перед нами целую галерею персонажей весьма неприметного вида, проведя аналогию с самой жизнью. Внезапная встреча с нечистой силой выворачивает наизнанку видимость всех этих берлиозов, латунских, алоизиев могарычей, никаноров Ивановичей. Сеанс черной магии, который Воланд со своими помощниками дает в столичном варьете, в буквальном и переносном смысле “раздевает” некоторых граждан до «наготы». Но при этом дьявольские казни строго избирательны. Нигде не прикоснулся Воланд к тому, кто сознает честь, живет ею. Не дьявол страшен героям. Дьявола, пожалуй, для Булгакова действительно не существует, как не существует богочеловека. В его романе живет глубокая мысль о низменных нравственных законах. Это именно то, чего не хватало многим жителям Москвы.

Дом, в подвальчике которого жил мастер, цел до сих пор. На Садовой улице, совсем недалеко от дома 302-бис, располагалось Варьете, где Воланд устроил свой скандальный сеанс черной магии. То есть, на самом деле, Варьете существовало лишь в романе, а в действительности в начале века здесь помещался цирк Никитиных, который к моменту написания «Мастера и Маргариты» превратился в Мюзик-холл – он-то и носит в романе название Варьете.

Свой последний след в Москве герои романа оставляют на Ленинских (Воробьевых) горах, и след внушительный. Рядом с Маргаритой от свиста Фагота "с корнем вырвало дубовое дерево, и земля покрылась трещинами до самой реки. Огромный пласт берега, вместе с пристанью и рестораном, высадило в реку. Вода в ней вскипела, взметнулась, и на противоположный берег, зеленый и низменный, выплеснуло целый речной трамвай с совершенно невредимыми пассажирами". Мастер прощался с Москвой, "глядя на раскинувшийся за рекою город с ломаным солнцем, сверкающим в тысячах окон, обращенных на запад, на пряничные башни Девичьего монастыря.

Булгаковская Москва - город необыкновенный, а главная дверь в необыкновенную Москву - Арбатская площадь. Сверните здесь в любой переулок, войдите в любой двор, поднимитесь по любой лестнице, постучите в любую дверь, расспросите любого, кто вам откроет, и вы с первой же попытки обнаружите кусочек настоящей большой тайны

В двух городах, которые Михаил Афанасьевич любил всем сердцем, он, вопреки неумолимому течению времени, продолжает жить – и, прежде всего, в сердцах поклонников его таланта…


Куракина Валентина Вадимовна,

учитель-методист мировой литературы

Белоцерковской специализированной

школы І – ІІІ степеней № 12



с углублённым изучением

информационных технологий