Министерство здравоохранения республики беларусь - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Министерство здравоохранения республики беларусь 2 508.94kb.
Министерство здравоохранения республики беларусь 12 4268.63kb.
Министерство промышленности Республики Беларусь представляет перечень 2 512kb.
Министерство здравоохранения республики беларусь 1 154.07kb.
Министерство здравоохранения республики беларусь гу «клецкий районный... 1 21.52kb.
Министерство здравоохранения республики беларусь 14 4679.6kb.
Государственный комитет по науке и технологиям республики беларусь 1 330.4kb.
Министерство здравоохранения республики беларусь 1 21.94kb.
Согласие на предоставление Национальным банком Республики Беларусь... 1 11.8kb.
Статья 57 Конституции Республики Беларусь Основного Закона страны 1 71.24kb.
Научно-практическая конференция «Актуальные вопросы акушерства, гинекологии... 1 88.21kb.
Методические рекомендации для студентов Бийск бпгу имени В. 3 549.05kb.
- 4 1234.94kb.
Министерство здравоохранения республики беларусь - страница №1/15



МИНИСТЕРСТВО ЗДРАВООХРАНЕНИЯ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ
УЧРЕЖДЕНИЕ ОБРАЗОВАНИЯ

«ГОМЕЛЬСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ МЕДИЦИНСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ»

Ежеквартальный рецензируемый научно-практический журнал


ПРОБЛЕМЫ ЗДОРОВЬЯ

И ЭКОЛОГИИ
PROBLEMS OF HEALTH

AND ECOLOGY

Издается с сентября 2004 года

Выходит один раз в квартал




Учредитель — учреждение образования «Гомельский государственный медицинский университет»
Главный редактор Лызиков Анатолий Николаевич
Редакционная коллегия: В. В. Аничкин (Гомель) , С. Б. Мельнов (Минск), М. Е. Абраменко (Гомель) , А. Д. Наумов (Витебск), Е. И. Барановская (Гомель) , В. С. Новиков (Санкт-Петербург), В. Н. Беляковский (Гомель), И. А. Новикова (Гомель), В. Н. Бортновский (Гомель), Ю. П. Островский (Минск), Н. А. Васильков (Гомель) , Э. С. Питкевич (Гомель), А. И. Грицук (Гомель) , В. В. Потенко (Гомель), В. П. Дейкало (Витебск) , В. П. Ситников (Гомель) — зам. главного редактора, З. А. Дундаров (Гомель) , Н. Ф. Сорока (Минск), С. В. Жаворонок (Минск) , А. Н. Стожаров (Минск), А. Л. Калинин (Гомель) — зам. главного редактора, С. И. Третьяк (Минск), И. А. Карпов (Минск), Е. А. Уланова (Гомель), А. Н. Косинец (Витебск), С. В. Федорович (Минск), Ю. В. Крылов (Витебск), В. Я. Латышева (Гомель) , Т. М. Шаршакова (Гомель) — зам. главного редактора.
Редакционный совет: А. Амброзайтис (Вильнюс), А. Ю. Барышников (Москва), Бенджамин Бонна (США), А. Е. Доросевич (Смоленск), А. И. Ковалев (Москва), Н. Комодо (Флоренция), Е. Ф. Конопля (Гомель), Я. Э. Кенигсберг (Минск), М. И. Михайлов (Москва), Уильям Нейлсон (США), В. В. Нечаев (Санкт-Петербург), Д. К. Новиков (Витебск), Н. Такамура (Нагасаки), С. Сиригатти (Флоренция), Г. И. Сидоренко (Минск), В. П. Трошин (Брянск), В. В. Чумак (Киев), В. Е. Шевчук (Минск), С. Ямасита (Нагасаки).
Адрес редакции:

ул. Ланге, 5, 5246000, г. Гомель

Телефоны: главного редактора — 74-10-62,

заместителей главного редактора — 74-21-78, 74-21-60, 74-17-80


E-mail: plotkoN24@rambler.ru
Свидетельство о государственной регистрации средств массовой информации № 1241 от 08.02.2010, выданное Министерством информации Республики Беларусь.
Включен в Перечень научных изданий Республики Беларусь для опубликования результатов диссертационных исследований по медицинской отрасли науки (приказ Высшей аттестационной комиссии Республики Беларусь от 04.08.2005 г., № 101) и для опубликования результатов диссертационных исследований по биологической отраcли науки (приказ Высшей аттестационной комиссии Республики Беларусь от 13.02.2007 г., № 25).
Издатель — Учреждения образования «Гомельский государственный медицинский университет».

Секретариат: Н. И. Шолохова, С. М. Поладьева

Редактор: Т. А. Соколова, С. Н. Козлович

Компьютерная верстка: С. Н. Козлович


Подписной индекс: 00550 — для индивидуальных подписчиков; 005502 — для организаций.

Подписано в печать 02.08.2010. Формат 60´841/8. Бумага офсетная. Гарнитура Times. Усл. печ. л. 18,14. Тираж 200 экз. Заказ 226.


Учреждение образования «Гомельский государственный медицинский университет».

ЛИ № 02330/0549419 от 08.04.2009. ул. Ланге, 5, 246000, г. Гомель


© Учреждение образования

«Гомельский государственный

медицинский университет», 2010

СОДЕРЖАНИЕ

СТАТЬИ И ОБЗОРЫ

КЛИНИЧЕСКАЯ МЕДИЦИНА

А. А. Литвин, А. А. Филатов, В. А. Ковалев, А. В. Прус, А. В. Юргель, Д. В. Анасович

Диагностика инфицированного панкреонекроза на основе анализа анизотропии КТ-изображений 7



А. А. Лызиков

Выключение из кровотока различных сегментов глубоких вен нижних конечностей:

исходы и прогноз 12

А. В. Гомоляко, И. А. Новикова, А. П. Саливончик

Предиктивная значимость показателей иммунограммы в оценке эффективности иммуно-

модулирующей терапии у больных хроническим рецидивирующим фурункулезом 16

Е. И. Михайлова, Н. В. Филипенко

Дифференциальная диагностика органической и функциональной патологии кишечника

на основе фекального лактоферрина и иммунохимического теста на скрытую кровь в кале 21

В. М. Мицура

Качество жизни пациентов с хронической HCV-инфекцией 25



О. Л. Палковский, Л. И. Новогран, А. В. Шершнев

Проблемы терапии нозокомиальной пневмонии, вызванной P. aeruginosa (обзор литературы) 30



С. С. Осочук, Г. Д. Коробов, О. А. Голюченко

Клинико-лабораторные критерии отнесения детей к диспансерной группе часто болеющих 36



В. П. Сытый, А. А. Гончар, Ю. В. Сытый

Аденомы гипофиза: история, распространенность, клиника, диагностика, лечение 41



Ю. И. Рожко, Л. Н. Марченко, Н. А. Ребенок, А. О. Кривун, Л. В. Дравица,

Ю. Л. Белькевич, Т. В. Бобр, Ж. И. Ленкова, Д. П. Глушко

Нейроретинопротекторное действие кортексина и ретиналамина в терапии открытоугольной

глаукомы 50

Н. В. Бажкова, Н. И. Андрейчик, И. В. Вуевская, Ж. А. Чубуков

Анализ результатов ранней велоэргометрии у больных Q-инфарктом миокарда 55



Э. А. Доценко, Д. П. Саливончик

Современная роль гипербарической оксигенации в терапии кардиоваскулярных заболеваний 58



И. В. Пальцев, А. Л. Калинин, А. С. Прокопович

Лабораторные показатели крови у больных хроническими диффузными заболеваниями печени

с синдромом перегрузки железом 64

Г. Д. Панасюк, Н. Г. Власова, С. Н. Никонович, Э. А. Надыров, А. В. Рожко

Структура заболеваний щитовидной железы у детей в зависимости от величины поглощенной

дозы радионуклидов йода 68

Я. Л. Навменова, Н. П. Шилова, И. Г. Савастеева, Т. В. Мохорт

Сахарный диабет и депрессивные расстройства (обзор литературы) 71



Ф. В. Багинский, Н. В. Галиновская, Н. Н. Усова, В. О. Демидова, В. Я. Латышева

Рассеянный склероз: современное состояние проблемы (обзор литературы) 75



В. В. Евсеенко, О. В. Шилова, И. В. Григорьева, О. И. Курс

Качество жизни больных психосоматическими расстройствами, проживающих на территориях,

пострадавших в результате аварии на Чернобыльской АЭС 81

А. Ю. Крылов

Анализ структуры первично-множественных злокачественных новообразований при раке

желудка в Витебской и Гомельской областях Республики Беларусь 84

Л. А. Чунихин, Д. Н. Дроздов, Н. Г. Власова

Верификация реконструкции накопленных эффективных доз облучения населения Беларуси

инструментальными методами оценки доз 89

В. М. Шимон, М. М. Гелета, А. А. Шерегий

Тиреоидный статус и состав микроэлементов у пациентов с переломами диафиза

костей голени (предварительное исследование) 94

А. А. Кабанова, И. О. Походенько-Чудакова

Особенности клинических и этиологических характеристик у пациентов с одонтогенными

флегмонами на современном этапе 99

Н. И. Миклис, А. Б. Юркевич, С. В. Григорьева, И. И. Бурак

Эффективность раствора спиртового «Витасепт-СКЗ» для наружного применения 103



М. Ф. Курек

Контурная пластика тела с использованием компьютерного моделирования 111



А. С. Бань, Г. М. Загородный

Возможные ошибки при проведении анализа вариабельности ритма сердца 119



В. Я. Латышева, О. А. Иванцов, Е. В. Карпович

Коррекция уродинамических нарушений и оценка качества жизни больных с аденомой

предстательной железы после гипертермии 124

ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНАЯ МЕДИЦИНА И БИОЛОГИЯ

Э. Л. Мачкалян

Изучение распространенности обширных дефектов коронок зубов в зависимости

от определяющих их факторов 128

Е. Л. Малиновский, В. И. Николаев

Коррекция кислотно-основного состояния применением мексидола и биофена в остром

периоде экспериментальной политравмы 134

ОБЩЕСТВЕННОЕ ЗДОРОВЬЕ И ЗДРАВООХРАНЕНИЕ, ГИГИЕНА

Ю. Е. Разводовский, О. Л. Дукорская, В. В. Дукорский

Социальные и психопатологические корреляты парасуицида в Гомельской области 137



С. А. Столяров, П. С. Иванов

Применение формулярной системы как способ оптимизации расходов центральной

районной больницы 143

НОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ

С. В. Шилько, Ю. Г. Кузьминский, В. В. Аничкин, М. В. Борисенко

Возможности первичной диагностики сердечно-сосудистой системы на основе

биомеханического анализа гемодинамики 148


CONTENTs

Articles and reviews

CLINICAL MEDICINE

A. А. Litvin, A. A. Philatov, V. A. Kovalev, A. V. Prus, A. V. Yurgel, D. V. Anasovich

Diagnosis of infected pancreatic necrosis on the basis of the analysis of CT-images anisotropy 7



A. A. Lyzikov

Exclusion of various segments of deep veins in lower extremities from blood flow:

outcomes and prognosis 12

A. V. Gomoliako, I. A. Novikova, A. P. Salivonchyk

Predictive significance of immunogram indices in the estimation of immunomodulating therapy

effectiveness in patients with chronic recurrent furunculosis 16

E. I. Mikhailova, N. V. Filipenko

Differential diagnosis of organic and functional pathology of bowels on the basis of fecal

lactoferrin and immunochemical hemoccult test 21

V. M. Mitsura

Life quality in patients with chronic HCV-infection 25



О. L. Palkovsky, L. I. Novogran, А. V. Shershniov

Problems of the therapy of nosocominal pneumonia caused by P. aeruginosa (literature review) 30



S. S. Osochuk, G. D. Korobov, O. A. Goliuchenko

Clinical and laboratory criteria for labelling children to a supervision group of the frequently

suffering with respiratory infections 36

V. P. Syty, A. A. Gonchar, Yu. V. Syty

Pituitary adenomas: history, prevalence, clinics, diagnostics, treatment 41



Yu. I. Rozhko, L. N. Marchenko, N. A. Rebenok, A. O. Krivun, L. V. Dravitsa,

Yu. L. Belkevich, T. V. Bobr, Zh. I. Lenkova, D. P. Glushko

Neuroretinoprotective effect of cortecsin and retinalamin in the treatment of open-angle glaucoma 50



N. V. Bazhkova, N. I. Andreichyk, I. V. Vuevskaya, Zh. A. Chubukov

Analysis of the results of early veloergometry in patients with myocardial Q -infarction 55



E. A. Dotsenko, D. P. Salivonchyk

Present-day role of hyperbaric oxygenation in the therapy of cardiovascular diseases 58



I. V. Paltsev, A. L. Kalinin, A. S. Prokopovich

Laboratory indicators of blood in patients with iron overload syndrome suffering from

chronic diffuse liver diseases 64

G. D. Panasiuk, N. G. Vlasova, S. N. Nikonovich, E. А. Nadyrov, А. V. Rozhko

Structure of thyroid gland diseases in children depending on the magnitude of the absorbed dose

of iodine radionuclides 68

Ya. L. Navmenova, N. P. Shilova, I. G. Savasteeva, T. V. Mokhort

Diabetes mellitus and depression disorders 71



F. V. Baginsky, N. V. Galinovskaya, N. N. Usova, V. O. Demidova, V. Ya. Latysheva

Multiple sclerosis: modern view on the problem (literature review) 75



V. V. Yevseenko, O. V. Shilova, I. V. Grigоrieva, O. V. Kurs

Life quality of patients with psychosomatic disorders living in the territories affected as a result

of the Chernobyl accident 81

A. Yu. Krylov

Analysis of the structure of initially-plural malignant neoplasms in stomach cancer in Vitebsk

and Gomel regions of Belarus 84

L. A. Chunikhin, D. N. Drozdov, N. G. Vlasova

Verification of reconstruction of the accumulated effective doses in the population of Belarus

using instrumental methods of dose assessment 89

V. M. Shimon, M. M. Geleta, A. A.Sheregiy

Thyroid status and composition of microelements in patients with fractures of shank bones

diaphysis (preliminary study) 94

А. А. Kabanova, I. О. Pokhodenko-Chudakova

Features of clinical and ethiological characteristics in patients with odontogenous phlegmons

at the present stage 99

N. I. Miklis, A. B. Yurkevich, S. V. Grigorieva, I. I. Burak

Efficiency of alcoholic solution «Vitasept-SkZ» for external application 103



M. F. Kurek

Body contouring plasty using computer modeling 111



A. S. Ban, G. M. Zagorodny

Possible mistakes in the analysis of heart rate variability 119



V. Ya. Latysheva, О. А. Ivantsov, Е. V. Karpovich

Correction of urodynamic disturbances and assessment of life quality of patients with adenoma

of prostate after hyperthermia 124

EXPERIMENTAL MEDICINE AND BIOLOGY

E. L. Machkalyan

Study of the prevalence of extensive teeth crowns defects depending on their determining factors 128



Е. L. Malinovsky, V. I. Nikolaev

Indicators of acid-base state at the background of the application of mexidol and biofen

in acute period 134

public health and health care, HYGIENE

Yu. E. Razvodovsky, O. L. Dukorskaya, V. V. Dukorsky

Social and psychopatological correlates of parasuicide in Gomel region 137



S. A. Stolyarov, P. S. Ivanov

Use of legal medicament list system as a way of costs optimization of the Central Regional Hospital 143



New technologies

S. V. Shilko, Yu. G. Kuzminsky, V. V. Anichkin, M. V. Borisenko

Potential of primary diagnostics of cardiovascular system on the basis of biomechanical analysis

of hemodynamics 148

КЛИНИЧЕСКАЯ МЕДИЦИНА



УДК 616.37-002-073.756.8

ДИАГНОСТИКА ИНФИЦИРОВАННОГО ПАНКРЕОНЕКРОЗА

НА ОСНОВЕ АНАЛИЗА АНИЗОТРОПИИ КТ-ИЗОБРАЖЕНИЙ

А. А. Литвин, А. А. Филатов, В. А. Ковалев, А. В. Прус,

А. В. Юргель, Д. В. Анасович

Гомельский государственный медицинский университет

Гомельская областная клиническая больница

Объединенный институт проблем информатики НАН РБ

Гомельский областной клинический кардиологический диспансер

Статья посвящена актуальной проблеме экстренной хирургии — диагностике инфицированного панкреонекроза. Авторы разработали и провели анализ клинической эффективности применения нового способа дифференциальной диагностики стерильного и инфицированного панкреонекроза: вычисления параметров анизотропии тканей на основе КТ-изображений. Разработанный способ анализа КТ-данных оказался достаточно точным для диагностики панкреатической инфекции.



Ключевые слова: острый панкреатит, инфицированный панкреонекроз, диагностика, КТ-изображения, анизотропия.

DIAGNOSIS OF INFECTED PANCREATIC NECROSIS ON THE BASIS

ANALYSIS OF CT-IMAGES ANISOTROPY

A. А. Litvin, A. A. Philatov, V. A. Kovalev, A. V. Prus,

A. V. Yurgel, D. V. Anasovich

Gomel State Medical University

Gomel Regional Clinical Hospital

United Institute of Informatics Problems of the National Academy of Sciences

of the Republic of Belarus

Gomel Regional Clinical Cardiologic Dispensary

The paper is dedicated to a vital topic of emergency surgery, diagnosis of infected pancreatic necrosis. The authors have developed and have analysed clinical efficiency of the new method of differential diagnosis of sterile and infected pancreatic necrosis using CT image data. The method is based on the quantitative estimation of the anisotropy features of pancreas texture. The developed method of CT-data analysis has praved to be sufficiently precise for the diagnosis of pancreatic infection.



Key words: acute pancreatitis, infected pancreatic necrosis, diagnosis, CT scan, anisotropy.



Введение

Ранняя диагностика инфицированного панкреонекроза представляет значительные трудности, диагностические ошибки при инфекционных осложнениях панкреонекроза достигают 40 % [1]. Учитывая, что панкреонекроз сопровождается развитием системной воспалительной реакции даже при отсутствии инфекции, а традиционно используемые клинико-лабораторные показатели воспаления не являются специфичными и чувствительными для диагностики панкреатической инфекции, весьма актуальным является поиск новых эффективных методов дифференциального диагноза стерильного и инфицированного панкреонекроза (СПН, ИПН) [2, 3].

«Золотым стандартом» в диагностике панкреонекроза является компьютерная томография (КТ) с внутривенным контрастированием [4, 5]. Однако проведение КТ для верификации ИПН в большинстве случаев оказывается неэффективным. Достоверным и единственным признаком панкреатической инфекции по данным КТ является симптом «пузырьков газа» в парапанкреатической клетчатке, который наблюдается лишь у 20 % всех пациентов с панкреатическими абсцессами и крайне редко у пациентов с инфицированным панкреонекрозом (1 %) [6].

Известно, что при переходе СПН в ИПН КТ-участок поджелудочной железы и парапанкреатической клетчатки может лишь изменять свои размеры в ту или иную сторону, практически не изменяя денситометрические показатели, находящиеся в пределах 20–30 Н (среднее между плотностью воды и плотностью мягких тканей) [7]. Иными словами, стандартный анализ и описание КТ-изображений при ориентировании на денситометрические показатели не позволяет точно дифференцировать стерильный и инфицированный панкреонекроз. Другие специфические симптомы при выполнении КТ, которые указывали бы на различие зон стерильного и инфицированного панкреонекроза, отсутствуют [6].

Одним из новых и многообещающих методов компьютерной обработки и количественного анализа медицинских изображений является метод верификации анизотропии тканей [8]. Основанием для анализа КТ-изображений с помощью вычисления анизотропии тканей послужило предположение, что при ИПН в результате секвестрации и гнойного расплавления происходит нарушение локальной структуры ткани поджелудочной железы и парапанкреатической клетчатки. Мы впервые в международной медицинской практике применили метод анализа анизотропии КТ-изображений органов брюшной полости пациентов с ТОП с целью дифференциальной диагностики СПН и ИПН.

Цель

Разработать и оценить диагностические возможности нового метода компьютерного анализа КТ-изображений для верификации гнойно-септических осложнений тяжелого острого панкреатита.



Материал и метод

Дизайн исследования — ретро- и проспективное, нерандомизированное, обсервационное, одноцентровое. Нулевая гипотеза: применение разработанного способа дифференциальной диагностики стерильного и инфицированного панкреонекроза не позволяет идентифицировать гнойно-септические осложнения ТОП на основе анализа КТ-изображений. Задача исследования: разработка и оценка диагностических возможностей метода дифференциальной диагностики стерильного и инфицированного панкреонекроза.

Критерии включения: пациенты с тяжелым острым панкреатитом; возраст старше 18 лет; выполнение КТ-исследования органов брюшной полости с внутривенным контрастированием на компьютерном томографе «GE LightSpeed Pro 16» УГОКБ; обязательная точная верификация формы панкреонекроза (СПН или ИПН) в ближайшие сутки от момента выполнения КТ (тонко-игольная аспирационная биопсия, оперативное лечение и др.); отсутствие приступов тяжелого острого панкреатита в анамнезе. Критерии исключения: несоответствие критериям включения; отечная форма ОП, пациенты с тяжелым острым панкреатитом, ранее оперированные по поводу инфицированного панкреонекроза в других ЛПУ г. Гомеля и Гомельской области. Конечная точка — точность диагностики гнойно-септических осложнений панкреонекроза с помощью анализа анизотропии ткани поджелудочной железы и парапанкреатической клетчатки по КТ-данным. Сроки исследования: август 2008 г. — апрель 2010 г.

Методика КТ-исследования заключалась в следующем: подготовка пациента начиналась с предварительного контрастирования органов желудочно-кишечного тракта по общепринятой схеме (пероральный прием 200–250 мл 3 % водорастворимого рентгеноконтрастного вещества вечером накануне исследования и такого же его количества непосредственно перед исследованием). КТ проводилась на компьютерном томографе «GE LightSpeed Pro 16» срезами 5 мм с шагом 5 мм. После получения нативных томограмм всем пациентам была выполнена дополнительная серия срезов после контрастного усиления путем внутривенного введения 40–60 мм 76 % раствора урографина или «Омнипака-300».

При анализе анизотропии тканей по данным КТ-изображений выделяются следующие три основных типа ориентационного строения текстур: 1) анизотропия однонаправленная, имеющая одно достаточно явное направление ориентации; 2) анизотропия многонаправленная, имеющая несколько явно выраженных направлений ориентации без очевидного доминирования какого-либо из них; 3) изотропная, не имеющая сколь-нибудь заметного направления в пространстве [8]. Известно, что анизотропия КТ-изображений текстур может быть количественно охарактеризована круговой диаграммой распределения ориентации градиентов типа «розы ветров». При этом вычислительная процедура состоит в равномерной разбивке окружности на секторы одинаковых размеров и подсчете круговой гистограммы, т. е. количество векторов градиентов, ориентация которых попадает в пределы каждого сектора.

Суть методики заключается в следующем. На КТ-изображениях вычисляется градиент яркости в окрестности каждого пикселя интересующей области. Минимальный размер окрестности составляет 3×3 = 9 пикселей. Величина градиента яркости выражает степень изменения яркости (уменьшения или увеличения) в пределах рассматриваемой окрестности. На основе градиента яркости каждого пикселя области интереса КТ-изображения вычисляются следующие статистические параметры градиента и параметры анизотропии:

1) экстремальный коэффициент анизотропии, определяемый как отношение максимального значения ориентационной гистограммы к минимальному (F1);

2) интегральный коэффициент анизотропии (F2), определяемый как глобальное среднеквадратичное отклонение значений частот распределения векторов градиентов по 12 возможным направлениям величиной 360/12 = 30 градусов каждый (среднее значение вычисляется по всем 12 направлениям);

3) коэффициент пространственной неоднородности анизотропии (F3), вычисляемый как локальное среднеквадратичное отклонение значений частот распределения векторов градиентов по тем же 12 направлениям, но измеряемое по отношению к соседним направлениям (т. е. среднее значение вычисляется только по двум соседним направлениям);

4) зернистость текстуры (G) — параметр, определяющий степень вариабельности яркости пикселей в пространстве и вычисляемый как среднее значение абсолютных величин локальных градиентов пикселей, участвующих в подсчете градиентов.

Программная реализация метода осуществлена специалистами Объединенного института проблем информатики НАН Беларуси В.А. Ковалёвым и А.В. Прусом (пакет программ «Texture prober v2.0», UIIP, Belarus).

В соответствии с клиническими, морфологическими и бактериологическими данными выделены 2 группы пациентов. В 1 группу включены 16 пациентов с инфицированным панкреонекрозом. 2 группу составили 23 пациента со стерильным панкреонекрозом (таблица 1). Диагноз тяжелого острого панкреатита устанавливали на основании данных анамнеза, клинической картины заболевания, лабораторного исследования, включавшего определение активности панкреатических ферментов в крови (амилаза), моче (амилаза), перитонеальном экссудате, динамики гомеостатических показателей (лейкоциты крови, лейкоцитарный индекс интоксикации, гематокрит, глюкоза, билирубин, мочевина, креатинин, общий белок, альбумин, активность аланинаминотрансферазы, аспартатаминотрансферазы, лактатдегидрогеназы, содержание натрия, калия, кальция, хлора), УЗИ органов брюшной полости и забрюшинного пространства, эзофагогастродуоденоскопии, по показаниям — экстренной диагностической лапароскопии, КТ. Верификация формы панкреонекроза (СПН или ИПН) проводилась на основании бактериологического исследования перитонеального экссудата и содержимого сальниковой сумки, полученных интраоперационно во время лапароскопии или лапаротомии, а также при тонко-игольной аспирации поджелудочной железы и (или) парапанкреатической клетчатки под УЗ-наведением.



Таблица 1 — Характеристика групп больных

Показатель

Группы больных

ИПН, n = 16

СПН, n = 23

Возраст, годы (Me [25-75%])

49 [46–52,5]

43 [28–49]

Пол, мужской/женский

14/2

16/7

BMI, кг/м2 (Me [25-75%])

28 [24–33]

29 [25–34]

Этиология панкреонекроза, n (%)







— алкогольный

12 (75,0)

15 (65,2)

— билиарный

2 (12,5)

5 (21,8)

— идиопатический

2 (12,5)

3 (13,0)

Сроки выполнения КТ от начала заболевания, сутки (Me [25–75 %])

19 [17–22]

15 [13–17]*

Классификация E. Balthazar (1985) [9], n (%)

C – 1 (6,3)

D – 7 (43,7)

E – 8 (50,0)


C – 4 (17,4)*

D – 14 (60,9)

E – 5 (21,7)


КТ индекс тяжести ОП (по E. Balthazar (1990)) [10], баллы (Me [25–75 %])

8 [8–10]

6 [5–8]*

SAPS II при поступлении, баллы (Me [25–75 %])

20 [7–30,5]

12 [7–26]

* Достоверность различий между группами (p < 0,05), BMI – Body Mass Index



В нашем исследовании параметры F1, F2, F3 и G, по данным КТ-изображений, сравнивались в группах пациентов с инфицированным и стерильным панкреонекрозом. Точный клинический диагноз на момент выполнения КТ (СПН или ИПН) подтверждался во время последующего оперативного лечения и (или) тонко-игольной пункции парапанкреатической клетчатки. Методика анализа КТ-изображений была максимально стандартизирована. Работа с КТ-изображениями проводилась с помощью программы для просмотра DICOM изображений «Centricity DICOM viewer», version 3.1. Использовались срезы, полученные в артериальную фазу болюсного введения контрастного вещества. КТ-данные анализировались на трех поперечных «срезах» с шагом 10 мм, в каждом изображении все параметры оценивались в четырех областях — головка, тело, хвост поджелудочной железы и парапанкреатическая клетчатка (ППК) (12 оцениваемых областей КТ поджелудочной железы).

Полученные данные обработали с помощью программы «Statistica» 6.1 с применением методов вариационной статистики. Результат выражали в виде медианы и 25–75 процентилей (Me [25–75 %]). Для сравнительного анализа независимых групп использовали тест Манна-Уитни с расчетом U-критерия. Различия между сравниваемыми величинами считали достоверными при p < 0,05. Корреляционный анализ проводили на основе корреляционного коэффициента Спирмена. Для анализа связи между несколькими независимыми переменными (вышеуказанными F1, F2, F3, G) и зависимой бинарной переменной (СПН или ИПН) использован метод бинарной логистической регрессии. Для определения пороговых значений предполагаемых предикторов гнойно-септических осложнений панкреонекроза применяли построение ROC-кривой и ее анализ. Построение ROC-кривых осуществляли с помощью пакета программ MedCalc, версия 9.2.0.1.



Результаты исследования

Выявленные нами типичные значения параметров градиента яркости и параметров анизотропии для стерильного и инфицированного панкреонекроза приведены в таблице 2. При стерильном панкреонекрозе преимущественно наблюдалась картина однонаправленной анизотропии, имеющей одно достаточно явное направление ориентации со следующими показателями — F1 = 2,40 [2,36–2,58], F2 = 4,35 [3,98–4,59], F3 = 7,71 [7,27–8,08], G = 34,5 [27,5–43,0] (Me [25–75 %]). Гистограмма анизотропии ткани поджелудочной железы при инфицированном панкреонекрозе преимущественно имела многонаправленный вид с несколькими явно выраженными направлениями, без очевидного доминирования какого-либо из них с показателями: F1 = 3,71 [3,32–4,47], F2 = 5,99 [5,68–6,99], F3 = 8,74 [8,32–10,19], G = 39,5 [38–48] (Me [25–75 %]).

Общие показатели F1, F2, F3, G, определяемые в 12 точках (3 поперечных среза в 4 областях — головка, тело, хвост, ППК), у пациентов с инфицированным панкреонекрозом достоверно отличались от показателей пациентов со СПН (F1 — p < 0,0001; F2 — p < 0,0001: F3 — p < 0,0004; G — p < 0,006). Необходимо также отметить, что степень изменения показателей анизотропии поджелудочной железы коррелировала с формой панкреонекроза (СПН или ИПН) (г = 0,83, р < 0,0001; г = 0,82, р < 0,0001; г = 0,62, р = 0,0002; г = 0,50, р = 0,001 соответственно).


Таблица 2 — Характеристика показателей анизотропии патологических участков поджелудочной железы и парапанкреатической клетчатки (ППК) по данным КТ-изображений

Показатель

Группы больных

p

ИПН,

n = 16


СПН,

n = 23


F1, ед., Me [25–75 %]

головка

тело


хвост

ППК


3,55 [2,97–5,11]

3,64 [3,06–4,09]

4,48 [3,96–4,78]

3,61 [3,41–4,59]



2,36 [2,21–2,58]

2,28 [2,19–2,56]

2,31 [2,20–2,58]

2,29 [2,20–2,65]



p < 0,0001

p < 0,0001

p < 0,0001

p < 0,0001



F2, ед., Me [25–75 %]

головка

тело


хвост

ППК


6,51 [4,61–6,90]

6,36 [5,00–7,09]

7,25 [7,01–7,83]

6,73 [5,39–7,54]



4,16 [3,75–4,47]

4,23 [3,91–4,68]

4,37 [4,05–4,97]

4,47 [4,21–4,87]



p < 0,0003

p < 0,0001

p < 0,0001

p < 0,0002



F3, ед., Me [25–75 %]

головка

тело


хвост

ППК


9,22 [7,38–11,10]

9,78 [8,23–10,14]

10,95 [10,20–11,50]

8,73 [7,76–10,46]



7,06 [5,87–8,23]

7,06 [6,20–7,81]

7,65 [6,4–9,24]

7,22 [5,71–8,13]



p < 0,002

p < 0,0003

p < 0,0001

p < 0,002



G, ед., Me [25–75 %]

головка

тело


хвост

ППК


45,5 [43,5–48]

42 [40–44]

40,5 [36,5–44,5]

41,5 [38,5–44]



36 [33–43]

36 [33–39]

37 [30–42]

41 [32–44]



p < 0,0001

p < 0,0004

p = 0,048

p = 0,58




Мы провели оценку предсказательной ценности показателей анизотропии и выбор их пороговых значений (порог отсечения — cut-off value) с использованием ROC-кривых. Предсказательную ценность каждого параметра оценивали по экспертной шкале значений площади под ROC-кривой (Area Under Curve — AUC). При этом выявлены «отличные» предсказательные возможности показателей F1 и F2 (AUC = 0,980 и AUC = 0,978), «очень хорошие» — показателя F3 (AUC = 0,842), «хорошие» предсказательные возможности параметра G (AUC = 0,755) (рисунок 1).

Для обеспечения возможности применения полученной модели в практической работе мы определили пороговые значения, при которых достигается баланс специфичности и чувствительности используемых показателей. Установлено, что оптимальным пороговым значением для параметра F1 как показателя инфицированного панкреонекроза является 3,27 ед. (87,5 % чувствительность и 100 % специфичность), для F2 — 4,73 ед. (чувствительность — 100 %, специфичность — 97,3 %), для F3 — 8,46 ед. (68,6 и 95,7 % соответственно) и для G — 36 ед. (100 и 56,5 % соответственно) (таблица 3). При этом в случае выявленных значений F1, F2, F3, G выше пороговых диагностируется инфицированный панкреонекроз, а при F1, F2, F3, G ниже пороговых значений правомочен диагноз «стерильный панкреонекроз».





Рисунок 1 — ROC-кривые для показателей F1, F2, F3 и G
Таблица 3 — Показатели «порога отсечения» и диагностической ценности параметров анизотропии тканей поджелудочной железы и ППК

Параметры

Cut-off value

(порог отсечения), ед.



Чувствительность, %

Специфичность, %

ППЦ, %

ОПЦ, %

F1

3,27

87,5

100,0

100,0

92,0

F2

4,73

100,0

97,3

88,9

100,0

F3

8,46

68,6

95,7

91,7

81,5

G

36

100,0

56,5

61,5

100,0

Примечание: ППЦ — положительная предсказательная ценность, ОПЦ — отрицательная предсказательная ценность



Обсуждение

В настоящее время известны следующие группы рентгенологических признаков, встречающиеся при остром панкреатите [11]: 1) признаки, характеризующие состояние поджелудочной железы: увеличение ее размеров; сглаженность контуров; утрата четкости контуров; диффузное или очаговое снижение плотности паренхимы при нативном исследовании; диффузное или очаговое снижение накопления контрастного вещества после внутривенного контрастирования; 2) признаки, отражающие состояние клетчатки брюшной полости: уплотнение парапанкреатической клетчатки; уплотнение жировой клетчатки в других отделах брюшной полости — по ходу латеральных каналов (чаще — левого), паранефральной, в корне брыжейки тонкой и толстой кишок, в воротах селезенки, большого сальника, вокруг левого надпочечника; неоднородность инфильтрации жировой клетчатки; появление в инфильтрате пузырьков газа; 3) признаки, характеризующие состояние серозных оболочек: утолщение листков брюшины, расположенных в непосредственной близости к ПЖ (сальниковая сумка); утолщение листков брюшины по ходу латеральных каналов; утолщение почечных фасций; появление свободной жидкости в брюшной полости (в том числе в области утолщенных листков брюшины); скопление жидкости, отграниченное листками брюшины; наличие плеврального выпота.

Однако достоверных признаков, позволяющих идентифицировать СПН и ИПН, на вооружении врача-рентгенолога нет (кроме появления в инфильтрате пузырьков газа, встречающихся только в 1 % наблюдений). При инфицированном панкреонекрозе наблюдается лишь изменение размеров парапанкреатического инфильтрата в ту или иную сторону, практически не изменяются денситометрические показатели [6].

В настоящее время разрабатываются новые методы компьютерной обработки и количественного анализа медицинских изображений [12], одним из которых является метод верификации анизотропии тканей [8]. Основанием для анализа КТ-изображений с помощью вычисления анизотропии тканей послужило предположение, что при инфицированном панкреонекрозе в результате секвестрации и гнойного расплавления происходит нарушение локальной структуры ткани поджелудочной железы и парапанкреатической клетчатки.

Мы провели оценку предсказательной ценности параметров анизотропии для дифференциальной диагностики стерильного и инфицированного панкреонекроза. При этом выявлены достаточно хорошие диагностические возможности метода («отличные» предсказательные возможности показателей F1 и F2 (AUC = 0,980 и AUC = 0,978), «очень хорошие» — F3 (AUC = 0,842), «хорошие» предсказательные возможности параметра G (AUC = 0,755)). Нами установлены оптимальные пороговые значения параметров анизотропии для диагностики панкреатической инфекции (F1 > 3,27 ед. (87,5 % чувствительность и 100 % специфичность), F2 > 4,73 ед. (чувствительность — 100 %, специфичность — 97,3 %), F3 > 8,46 ед. (68,6 и 95,7 % соответственно) и G > 36 ед. (100 и 56,5 % соответственно)).

Таким образом, наши исследования и приведенные результаты продемонстрировали, что вычисление анизотропии тканей на основе анализа КТ-изображений позволяет выявить определенные изменения, возникающие в результате нарушения локальной структуры ткани поджелудочной железы и парапанкреатической клетчатки при секвестрации, гнойном расплавлении. Данный метод анализа КТ-изображений предоставляет врачу-рентгенологу новый инструмент количественной оценки возникших изменений в поджелудочной железе путем добавления к стандартной визуализации возможностей компьютерного анализа.



Выводы

Сравнение показателей анизотропии тканей поджелудочной железы и парапанкреатической клетчатки на основе анализа КТ-изображений выявило достоверные различия в группах пациентов со стерильным и инфицированным панкреонекрозом. Метод позволяет на основе анализа КТ-изображений проводить диагностику гнойно-септических осложнений тяжелого острого панкреатита. Для более точного определения информативности предлагаемого метода необходимы дальнейшие исследования на достаточном клиническом материале.


БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Пугаев, А. В. Острый панкреатит / А. В. Пугаев, Е. Е. Ачкасов. — М.: Профиль, 2007. — 335 с.

2. Савельев, В. С. Панкреонекрозы / В. С. Савельев, М. И. Филимонов, С. З. Бурневич. — М.: Медицинское информационное агентство, 2008. — 264 с.

3. Management of acute pancreatitis: from surgery to interventional intensive care / J. Werner [et al.] // Gut. — 2005. — Vol. 54. — P. 426–436.

4. Кармазановский, Г. Г. Компьютерная томография поджелудочной железы и органов забрюшинного пространства / Г. Г. Кармазановский, В. Д. Федоров. — М.: Паганель, 2000. — 304 с.

5. Каган, И. И. Поджелудочная железа: микрохирургическая и компьютерно-томографическая анатомия / И. И. Каган, Л. М. Железнов. — М.: Медицина, 2004. — 152 с.

6. Choe, K. A. Imaging in pancreatic infection / K. A. Choe // J. Hepatobiliary Pancreat. Surg. — 2003. — Vol. 10, № 6. — P. 401–405.

7. Kim, D. H. Radiologic assessment of acute and chronic pancreatitis / D. H. Kim, P. J. Pickhardt // Surg. Clin. N. Am. — 2007. — Vol. 87. — P. 1341–1358.

8. Ковалев, В. А. Анализ текстуры трехмерных медицинских изображений / В. А. Ковалев. — Минск: Белорус. наука, 2008. — 263 с.

9. Acute pancreatitis: Prognostic value of CT / E. J. Balthazar [et al.] // Radiology. — 1985. — Vol. 156, № 3. — P. 767–772.

10. Acute pancreatitis: value of CT in establishing prognosis / E. J. Balthazar [et al.] // Radiology. — 1990. — Vol. 174. — P. 331–336.

11. Надточий, А. Г. Возможности компьютерной томографии в оценке тяжести течения и выявления осложнений острого панкреатита / А. Г. Надточий, Б. С. Брискин, Г. С. Рыбаков // Мед. визуализация. — 2001. — № 1. — С. 23–30.

12. Вычисление объемных характеристик изображений компьютерной томографии / А. М. Недзьведь [и др.] // Искусственный интеллект. — 2009. — № 3. — С. 582–586.

Поступила


УДК

ВЫКЛЮЧЕНИЕ ИЗ КРОВОТОКА РАЗЛИЧНЫХ СЕГМЕНТОВ ГЛУБОКИХ ВЕН

НИЖНИХ КОНЕЧНОСТЕЙ: ИСХОДЫ И ПРОГНОЗ

А. А. Лызиков

Гомельский государственный медицинский университет

Статья посвящена изучению острых флеботромбозов. Целью исследования явилось определение исходов заболевания в зависимости от локализации и протяженности окклюзии различных сегментов глубоких вен нижних конечностей с целью прогнозирования возможности хирургического изъятия венозных сегментов различной локализации. В исследование были включены больные в количестве 91 человека, находившиеся в отделении хирургии сосудов учреждения «Гомельский областной клинический кардиологический диспансер» (ГОККД) за период 2004–2005 гг., в их числе было 54 мужчины и 37 женщин в возрасте от 17 до 88 лет. Флеботромбоз диагностировался на основании клинических данных с обязательным проведением ультразвукового дуплексного сканирования. Исследование носит смешанный характер: отбор больных для включения в группы осуществлялся ретроспективно, дальнейшие наблюдения носили проспективный характер. Изучали клиническую картину в зависимости от уровня окклюзии. Проанализировали демографический состав больных. В статье описаны исходы острых окклюзий через 6 месяцев. Также изучены результаты применения стандартных схем лечения.



Ключевые слова: острый флеботромбоз, исходы лечения, стандартные схемы, демографический состав, уровни окклюзии.

EXCLUSION OF VARIOUS SEGMENTS OF DEEP VEINS IN LOWER EXTREMITIES

FROM BLOOD FLOW: OUTCOMES AND PROGNOSIS

A. A. Lyzikov

Gomel State Medical University

The report is dedicated to the study of acute venous thrombosis. The aim of the research was to reveal the disease outcomes depending on the localization and length of occlusion of various segments of deep veins in lower extremities for determination of possibility of surgical harvesting of the veins. 91 patients treated at Gomel vascular surgery department from 2004 to 2005 were examined. There were 54 man and 37 woman aged from 17 to 88 years. The acute venous thrombosis has been diagnosed basing on clinical manifestations and essential ultrasonic control. The research is mixed in its character: patients selection was performed on retrospective basis and further observations were prospective. The clinical pattern of the disease was studied depending on occlusion level. Demographic characteristics were analyzed. In the article thtre is a description of the outcomes of acute occlusions after a half of year. Results of standard treatment are revealed.



Key words: acute venous thrombosis, treatment outcome, standard treatment, demographic pattern, occlusion level.



Введение

Патология венозного русла является наиболее часто встречающейся в практике сосудистого хирурга. Подавляющее большинство таких больных страдает поражением сосудов системы нижней полой вены. В этом бассейне, в свою очередь, максимальной распространенностью обладают поражения поверхностных вен. Наиболее частой патологией является варикозная болезнь. Однако при современном уровне развития медицинских знаний варикозную болезнь можно в большинстве случаев лечить на уровне компенсированного процесса. Таким образом, поражения поверхностных вен нижних конечностей в настоящее время являют собой проблему больше косметического и функционального характера, чем источника инвалидности. Другая картина складывается при поражении глубокого венозного русла нижних конечностей. Такие заболевания, как тромбозы глубоких вен нижних конечностей обладают рядом весьма неприятных особенностей: им свойственна низкая диагностическая достоверность — по разным источникам на уровне 60 %; они являются основной причиной тромбоэмболических окклюзий легочных артерий [1]; сопровождаются неполной реканализацией, что, в свою очередь, является причиной развития постфлебитического синдрома в различных клинических формах и степени функциональной компенсации [2]. Таким образом, тромботические окклюзии глубокого венозного русла нижних конечностей являются серьезной причиной инвалидности и даже смертности.

Традиционно больные с острым флеботромбозом глубоких вен нижних конечностей разделяются на две группы: с проксимальным тромбозом и дистальным флеботромбозом (голени). Проксимальный флеботромбоз, поражающий вены от подколенной и выше, связан с более чем трехкратно высоким риском ТЭЛА, чем при дистальном поражении [1]. Поскольку флеботромбоз глубоких вен обычно поражает сосуды на их протяжении, то возможно предположить, что последствия перенесенного заболевания могут зависеть не только от уровня, но и от протяженности поражения. Таким образом, больные с тромбозом подколенной вены и протяженностью окклюзии 2–4 см могут рассчитывать на благоприятное течение заболевания, тогда как пациенты с феморальным или илеофеморальным тромбозом, распространяющимся от колена до уровня паховой связки или выше, могут иметь худший прогноз [3, 4, 5].

Исходя из этой информации, представляется логичным предпринять попытку прогнозирования вероятности развития и степени выраженности постфлебитического синдрома после перенесенного острого тромбоза глубоких вен нижних конечностей в зависимости от уровня и протяженности поражения.

Острый флеботромбоз глубоких вен нижних конечностей является многофакторным заболеванием [7]. Поскольку основной целью исследования явилось определение исходов заболевания в зависимости от локализации и протяженности окклюзии различных сегментов глубоких вен нижних конечностей с целью прогнозирования возможности хирургического изъятия венозных сегментов различной локализации, то актуальным являлось исключение из исследования факторов невенозного характера. Исходя из этой цели, ставились следующие задачи:

● обеспечить однородность исследуемых групп по половому и возрастному признакам;

● исключить возможное влияние выраженных факторов риска на развитие заболевания и его последствий;

● определить последствия развития острых тромботических окклюзий различных сегментов глубоких вен нижних конечностей.



Материал и метод

В исследование были включены больные в количестве 91 человека, находившиеся в отделении хирургии сосудов ГОККД за период 2004–2005 гг., в их числе было 54 мужчины и 37 женщин в возрасте от 17 до 88 лет. Флеботромбоз диагностировался на основании клинических данных с обязательным проведением ультразвукового дуплексного сканирования. Исследование носит смешанный характер: отбор больных для включения в группы осуществлялся ретроспективно, дальнейшие наблюдения носили проспективный характер. Выделяли следующие группы больных:

По локализации:

1. Феморальный.

2. Илеофеморальный.

3. Голени.

4. Всей ноги.

Илеофеморальным флеботромбозом считали вовлечение сегментов нижней полой вены, общей и наружной подвздошной вен, общей бедренной и глубокой вены бедра.

Феморальным флеботромбозом считали поражение поверхностной бедренной вены.

Флеботромбозом голени считали поражение подколенной, малоберцовой и задней большеберцовой вен.

Флеботромбозом всей ноги считали тотальное поражение вышеуказанных сегментов.

Поскольку отбор больных производился ретроспективно, не представилась возможность изначального точного топического деления больных.

По распространенности выделяли:

1. Унилатеральный.

2. Билатеральный.

Острым считали флеботромбоз давностью до семи суток от начала заболевания.

Из исследования исключали больных:

1) с клинически массивными флеботромбозами (phlegmasia caerulea dolens, венозная ишемия нижней конечности);

2) подходящих для тромболитической терапии;

3) имеющих флоттирующие тромбы;

4) имеющих проявления тромбоэмболии легочных артерий;

5) с патологией систем гемостаза;

6) беременных.

Для оценки отдаленных последствий использовали клинические и ультразвуковые критерии. Клиническими служили критерии NA ISCVS/SVS [6] с разделением по классам:

Класс 0 — никаких проявлений.

Класс 1 — телеангиоэктазии, ретикулярный варикоз.

Класс 2 — варикозные вены.

Класс 3 — отек без кожных изменений.

Класс 4 — гиперпигментация или липодеоматосклероз.

Класс 5 — кожные изменения с зажившей язвой.

Класс 6 — кожные изменения с открытой язвой.

Для ультразвукового исследования глубоких вен нижних конечностей использовали аппарат Siemens G60S. Исследование производили в горизонтальном положении, для проксимальных сегментов использовали датчик 5 MHz и для дистальных сегментов — датчик 10 MHz. Все исследования производил один врач УЗД. Исследовались следующие сегменты: нижняя полая вена, наружная и общая подвздошные вены, общая бедренная вена, глубокая вена бедра, поверхностная вена бедра, подколенная вена, малоберцовая и задняя большеберцовая вены. Использовали В-режим и режим Доплера. Признаком клапанной несостоятельности считали ответ на пробу Вальсальвы и на внешнюю компрессию при наличии ретроградного кровотока более 2 секунд. Критерием для диагностики окклюзии являлось наличие эхопозитивного препятствия в просвете сосуда и отсутствие реакции на компрессию.

Использовали следующие ультразвуковые критерии (по NA ISCVS/SVS) [6]:

1) наличие нового некомпрессируемого венозного сегмента;

2) более, чем на 4 мм увеличение вышележащей вены при изменении локализации предыдущего тромба;

3) увеличение протяженности непрокрашиваемого при УЗДС сегмента.



Результаты и обсуждение

Общая характеристика исследуемых больных приведена в таблице 1.



Таблица 1 — Общая характеристика исследуемых больных

Локализация

поражения



Кол-во

больных


Пол

Возраст,

лет


Сторона поражения

муж.

жен.

правая

левая

Илеофеморальный

23

14 (60,9 %)

9 (39,1 %)

56,3 ± 17,2

14 (64,2 %)

9 (35,8 %)

Феморальный

37

23 (62 %)

14 (38 %)

60,2 ± 14,9

18 (48,6 %)

19 (51,4 %)

голени

26

14 (54 %)

12 (46 %)

51 ± 15,5

17 (65,4 %)

9 (34,6 %)

Всей ноги

5

3 (3,3 %)

2 (2,2 %)

66,1 ± 11,1

3 (3,3 %)

2 (2,2 %)

Всего

91

54 (59,3%)

37 (40,7 %)



52 (57,2 %)

39 (42,8 %)



Группа больных с илеофеморальным флеботромбозом (ИФТ) включала 23 человека. Средний возраст составил 56,3 ± 17,2 лет. В этой группе было 14 (60,9 %) мужчин и 9 (39,1 %) женщин. Правостороннее поражение встречалось в 14 (60,9 %) случаях, в том числе у 9 (64,3 %) мужчин в возрасте 53,2 ± 21,2 лет и 5 (35,7 %) женщин в возрасте 55,6 ± 18,1 лет. Левостороннее поражение встречалось в 9 (39,1 %) случаях, в том числе у 5 (55,5 %) мужчин в возрасте 54,6 ± 15,6 лет и 4 (44,5 %) женщин в возрасте 66,3 ± 8,06 лет.

Группа больных с феморальным флеботромбозом (ФФТ) включала 37 человек. Средний возраст составил 60,2 ± 14,9 лет. В этой группе было 23 (62 %) мужчины и 14 (38 %) женщин. Правостороннее поражение встречалось в 18 (48,6 %) случаях, в том числе у 11 (61,1 %) мужчин в возрасте 61,8 ± 13,2 лет и 7 (38,9 %) женщин в возрасте 53,9 ± 16,3 лет. Левостороннее поражение встречалось в 19 (51,4 %) случаях, в том числе у 13 (68,4 %) мужчин в возрасте 64,5 ± 12 лет и 6 (31,6 %) женщин в возрасте 58 ± 20,9 лет.

Группа больных с флеботромбозом голени (ФГ) включала 26 человек. Средний возраст составил 51 ± 15,5 лет. В этой группе было 14 (54 %) мужчин и 12 (46 %) женщин. Правостороннее поражение встречалось в 17 (65,4 %) случаях, в том числе у 9 (52,9 %) мужчин в возрасте 56,1 ± 17,8 лет и 8 (47,1 %) женщин в возрасте 47,25 ± 11,87 лет. Левостороннее поражение встречалось в 9 (34,6 %) случаях, в том числе у 6 (66,6 %) мужчин в возрасте 46,8 ± 16,7 лет и 3 (33,3 %) женщин в возрасте 54,33 ± 18,82 лет.

Группа больных с флеботромбозом всей ноги (ТФ) включала 5 человек. Средний возраст составил 66,1 ± 11,1 лет. В этой группе было 3 мужчин и 2 женщины. Правостороннее поражение встречалось в 3 случаях, левостороннее — в 2 случаях.

Достоверных различий в качественном составе групп по возрастному признаку не выявлено.

Отмечались следующие зависимости:

1. Наиболее часто в стационарном лечении нуждались больные с поражением глубоких вен бедра (40,66 %).

2. Больные наиболее молодого возраста подвержены поражению глубоких вен голени.

3. Илеофеморальные флеботромбозы и флеботромбозы голени чаще поражали правую конечность в отличие от феморального флеботромбоза.

4. Выраженных возрастных различий по заболеваемости острым илеофеморальным флеботромбозом у пациентов обоих полов нет.

5. Поражение глубоких вен бедра у женщин с увеличением возраста встречается реже, чем у мужчин.

6. Пик заболеваемости флеботромбозом голени у женщин приходится на 41–48 лет, у мужчин — на 57–64 года.



следующая страница >>