Комедия в двух действиях Действующие лица - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Комедия в двух действиях Действующие лица - страница №2/3

ЕЛИЗАВЕТА. Следи, чтобы несправедливости по отношению к защитникам отечества не было! Я не хочу, чтобы говорили, что русская императрица—свинья! Ещё расскажи что-нибудь… про этого, про… ну как его…

РАЗУМОВСКИЙ. Я понял, про Староверова. Поступила информация, что хотят отравить Папу Римского. Матвей людей этих нашёл, и убил!

ЕЛИЗАВЕТА. Орёл! А зачем мы в Рим полезли? Нам этот Папа нужен?

РАЗУМОВСКИЙ. Папа всем нужен! Он нам потом поддержку во всех делах обеспечил!

ЕЛИЗАВЕТА. А кто его убить-то хотел, знаешь?

РАЗУМОВСКИЙ. Точно не знаю, но предположения имеются! Думаю, китайский след!

ЕЛИЗАВЕТА. Китайский след? Ну, а этим-то что надо? Сидят за своей стеной, никто им, вроде, не нужен… И вдруг—на тебе! Папа им помешал! Что это?

РАЗУМОВСКИЙ. Матушка, в этом мире все друг друга убить хотят! Я в этой кухне уже 20 лет сижу! И кухня печёт свои пирожки без передышки!

ЕЛИЗАВЕТА. И что, остановить этот кошмар нельзя?

РАЗУМОВСКИЙ. Остановить нельзя, но оборониться от него, можно!

ЕЛИЗАВЕТА. Следи, чтобы у армии нашей было всё самое лучшее! Какой-нибудь параноик подумает, что мы ему мешаем, и попрёт на нас! Есть чем встретить?

РАЗУМОВСКИЙ. Есть и чем встретить, и где похоронить!

ЕЛИЗАВЕТА (помолчав). Ну, а ещё что твой Староверов сделал полезного для России?

РАЗУМОВСКИЙ. В Турцию шёл английский корабль с оружием! Посередь нашей с турками войны! Матвей корабль этот взорвал!

ЕЛИЗАВЕТА. Я же говорю, Генрих враг! Я воюю с турками, а он им оружие тайно шлёт! Ну и гадина! Где твой Староверов?

РАЗУМОВСКИЙ. В приёмной…

ЕЛИЗАВЕТА. Давай его сюда!

РАЗУМОВСКИЙ (приоткрыл дверь). Староверов! (Входит Староверов, высокий, красивый, статный парень.) Государыня говорить с тобой хочет!

ЕЛИЗАВЕТА. Староверов, давай палец!

СТАРОВЕРОВ (опешил). Какой палец, ваше величество?!

ЕЛИЗАВЕТА. На правой руке, любой!
Староверов, испуганный, побелевший, протягивает правую

руку с растопыренными пальцами. Елизавета снимает со

своей руки перстень, и пытается надеть его Староверову на палец.
ЕЛИЗАВЕТА. Ах, не получается! Лапища у него большая! (Умоляюще смотрит на Разумовского).

РАЗУМОВСКИЙ. Давай-ка, Матвей, примерь! (Снимает со своей руки драгоценный перстень, и надевает на палец Староверова.) В самый раз! Носи на здоровье!

СТАРОВЕРОВ. За что, ваше величество, ваше превосходительство?

ЕЛИЗАВЕТА (глаза горят, возбуждена до дрожи). Молчи, Староверов! Скажи, Староверов, какую самую страшную гадость мы можем сделать королю Англии Генриху?

СТАРОВЕРОВ (успокоился). Любую!

ЕЛИЗАВЕТА. Нет, ты ясно скажи! Какую?! Чтобы он от ярости с ума сошёл?!

СТАРОВЕРОВ. Недавно он построил новый военный, стопушечный корабль. Называется этот корабль «Английская стрела». Генрих хвалился, что это самый мощный и самый быстрый корабль в мире. Уйти от него нельзя! Специалисты говорят, что это правда. Можно эту «Стрелу» на дно пустить. Если Генрих с ума не сойдёт, я очень удивлюсь.

ЕЛИЗАВЕТА. Сделай, голубчик, сделай! Век буду за тебя Богу молиться! А как ты это сделаешь?

СТАРОВЕРОВ. Как сделаю не знаю, ваше величество… Надо на месте посмотреть… Вариантов—без числа! Надо выбрать.

ЕЛИЗАВЕТА. Выбери! Но сначала письмо отвези графу Самарину в Париж. Едешь официально, третьим секретарём посольства. Будешь охранять русско-французскую переписку. Вроде бы…

СТРОВЕРОВ. Да я и это могу, ваше величество!

ЕЛИЗАВЕТА. Поезжай, голубчик! (Крестит Староверова.) Храни тебя Господь! Иди! (Староверов уходит.) Сделает? Как думаешь, Илья?

РАЗУМОВСКИЙ. Будем надеяться! Человек удивительный!
Входит придворный с подносом. На подносе чашка.
ПРИДВОРНЫЙ. Шоколад, её императорскому величеству!

ЕЛИЗАВЕТА. Нет, не буду! Уходи! И скажи, чтобы больше не носили! (Придворный величественно уходит.) Ты его пьёшь?

РАЗУМОВСКИЙ. Нет, не могу… Запирает он живот, как на замок! И не только у меня, все жалуются! Но ведь приказ—пить…

ЕЛИЗАВЕТА. Скажи, чтобы пили только те, кому хорошо! На врачей пусть внимания не обращают! Врачи, как я заметила, сами его не очень жалуют… Предпочитают коньяк. Пойдём, Алёша, к драматургам, у меня сюжетик есть, пусть напишут!

РАЗУМОВСКИЙ. Про любовь?

ЕЛИЗАВЕТА (весело). Конечно! А разве про что-то другое интересно смотреть? (Елизавета и Разумовский целуются.)

Через сцену быстро идут Генрих и Гладстон. Генрих постоянно

останавливается, чтобы изложить очередную мысль.


ГЕНРИХ. Гладстон, вы не представляете себе, как я благодарен старушке Скарлет за предупреждение! Сам бы я ещё подумал, затевать эту афёру, или нет! Что было бы ужасно глупо! Смотрите, как всё чудесно складывается! Фридрих прёт с войсками к границе Франции, скоро они там сцепятся с Людовиком как скорпионы! Все страны Европы будут вовлечены в мясорубку, а я буду сидеть на золотом горшке, на своём прекрасном острове, и потирать ручки от удовольствия! Грызите друг друга, идиоты! Англии на пользу и на радость! (Слышен страшный взрыв.) Что это, Гладстон?! Почему вы молчите?! Что это?!
Генрих и Гладстон убегают.
Один из коридоров резиденции Людовика. Появляется

Маргарита. Она спешит куда-то… Навстречу ей выходит,

явно поджидавший её, Северак. Маргарита хочет обойти

его. Северак заслоняет ей дорогу.


МАРГАРИТА. Северак, уйдите!

СЕВЕРАК. Маргарита, я хочу тебя!

МАРГАРИТА. А я тебя нет! Отойди!

СЕВЕРАК. Чем этот русский лучше меня? Таких как он, я убил целый полк!

МАРГАРИТА. Этим подавишься!

СЕВЕРАК (жалобно). Марго, ну объясни!

МАРГАРИТА. Жак, я объясняла 20 раз! Я увидела его, и забыла о твоём существовании! Прости, я не хотела, но ты… Ты великий фехтовальщик, умный человек, но ты… Ты не всё понимаешь…

СЕВЕРАК. Это ты не всё понимаешь! Я даю Самарину последний шанс! Или он, или я!

МАРГАРИТА. Я не поняла, повтори!

СЕВЕРАК. Повторяю! Если ты не вернёшься ко мне, я убью Самарина!

МАРГАРИТА. Король запретил тебе драться!

СЕВЕРАК. Да!

МАРГАРИТА. Тебя повесят!

СЕВЕРАК. Да!

МАРГАРИТА. И всё равно убьёшь?

СЕВЕРАК. Да!

МАРГАРИТА. Подойди ко мне, я тебя поцелую!
Северак, раскрыв объятья, с улыбкой подходит к Маргарите.

Хочет обнять её. Маргарита наносит ему мгновенный, острый

удар в область солнечного сплетения. Северак рухнул. Как

сломался.


МАРГАРИТА. Только тронь! (Уходит спокойно).

СЕВЕРАК (лёжа на полу). Кажется, она говорит правду… Самарина она явно любит больше меня… (Ползёт.) Говорят, она ездила в Китай учиться медицине! Да, надо признать, научилась! Наши врачи ей в подмётки не годятся. (Уползает).


По сцене, освещённой слабым, голубоватым светом,

медленно, как в забытьи, ходит Генрих. Он в чёрном

балахоне до пят.
ГЕНРИХ. Меня ужалили в самое сердце… Мой лучший друг, мой сын, мой брат, лучший корабль в мире—уничтожен… Я знаю, я совершил преступлений без числа, но такой кары я не заслужил… Вы меня не переубедите… Не заслужил…
Входит Гладстон.
ГЛАДСТОН. Ваше величество, врачи прописали вам горький шоколад с варёной сельдью и пюре из японской тыквы…

ГЕНРИХ. Скажи врачам, что другого от них я и не ожидал… Беда, Гладстон, беда… Пожалуйста, Гладстон, принеси мне бутылку сорокалетнего виски…

ГЛАДСТОН. Но, врачи…

ГЕНРИХ. Отнеси им тоже бутылку… Я не такая сволочь, как они…


Гладстон уходит, и возвращается с бутылкой.
ГЕНРИХ. Отпивает глоток. Прощай, мой друг! Прощай! (Гладстону.) В Англии объявляется годичный траур…

ГЛАДСТОН. Но, ваше величество! Такой продолжительный траур, естественен только всвязи со смертью коронованной особы!

ГЕНРИХ. А он и был коронованной особой, Гладстон! Был!
Генрих медленно уходит. За ним уходит

испуганный Гладстон.


Через несколько секунд после ухода Генриха и Гладстона,

сцена заливается ярким, солнечным светом. Резко, вдруг,

ударила весёлая, диковатая, русская музыка. Появляются

пляшущие, нарядные Елизавета и Разумовский, с красной

гармошкой. Пушечный выстрел—салют! Самозабвенно

заливаются певчие! Ревёт роговой оркестр! Елизавета и

Разумовский пляшут долго, страстно, с наслаждением! Гром

пушек! И в небе расцветают разноцветные гроздья салюта!

Потом ещё, ещё и ещё!
Русское посольство в Париже. Кабинет Самарина. Самарин

у стола читает письмо. Староверов сидит в кресле у камина.

Рядом с ним маленький, низкий лакированный столик. И

другое кресло. Большое, удобное, из дорогой кожи.


САМАРИН (откладывает письмо). Благодарит тебя государыня, Матвей! (Староверов вскакивает.) Садись, садись, а то упадёшь… Жалует она тебя графом, дарит тысячу душ, и сто тысяч рублей! Не дурно, а? Как считаешь?

СТАРОВЕРОВ (потрясён совершенно). Ваше сиятельство, Константин Петрович, не знаю что сказать!

САМАРИН. Граф Староверов! Звучит! Нашего полку прибыло! Давай-ка, ваше сиятельство, Матвей Захарыч, отметим это дело!
Вытаскивает из шкафчика бутылку арманьяка, стаканы,

и садится в кресло напротив Староверова.


САМАРИН. Я заметил: когда человек от радости свихивается, то очень хорошеет! Глаза горят, румянец на щеках расцветает. (Смеётся, и наливает арманьяк).

СТАРОВЕРОВ (хлопает себя по щекам). Румянец нам ни к чему! Мы не барышни!

САМАРИН. Ну, за удивительный твой успех, Матвей Захарыч! (Пьют).

СТАРОВЕРОВ. Это что за вино?

САМАРИН. Не пил такого ещё?

СТАРОВЕРОВ. Нет, не доводилось! Бархатной, огненной волной пошло! Дорогое, наверное?

САМАРИН. Это, Матвей, столетний арманьяк, один из видов французского коньяка. Стоит дорого, но нам с тобой доступно! Государыня слуг своих не забывает! Щедра, добра… Ты расскажи, как ты эту «Английскую стрелу» в небеса запустил?

СТАРОВЕРОВ. Да получилось всё, Алексей Петрович, неожиданно, и как-то странно просто! Приезжаю в порт, где «Стрела» стояла. Иду спокойно, осматриваюсь. Кругом патрули, конечно. Я иду. Подходят, ну, документы… Я с улыбкой документы протягиваю. Ну, что там? Английский офицер, моряк… Эка невидаль! Документы посмотрели и отпустили. Показалось мне, что документы смотрят невнимательно, формально. Удивляюсь очень. В порту английский флагман, а тут вот как! Иду дальше… В порту шляется масса пьяных. Песни орут, виски у всех… Кричат мне: мол, откуда, старина? Я весело отвечаю, что из Ливерпуля. Ну, шутки, прибаутки. Иду дальше, то есть, ближе к «Стреле»… Слышу из трактира «Морской волк» вопли доносятся… Смех, музыка противная, английская. Что-то морячки празднуют. Я туда. Там, где праздник, там, думаю, мне самое раздолье! Сразу всё разнюхаю! Вхожу, сажусь за стол, беру пиво… Моряков вокруг, пьяных вдрабодан, человек 50… Понимаю, что команда «Английской стрелы» празднует завтрашнее отплытие. И один за другим тосты: мы, мол, лучшие в мире—только на разный лад. Я смеюсь в душе. Но вот, вдруг, встали неожиданно, и запели английский гимн.

САМАРИН. Ну, как запели? Заорали, загорланили…(Наливает. Пьют). Какой-нибудь безобразный рёв!

СТАРОВЕРОВ. Не совсем так, Алексей Петрович! Рёв может быть и безобразный, но впечатляет! Лица у моряков суровые, строгие! Глаза горят! Видно, что они всерьёз любят свою Англию, и животы свои положат за неё с радостью! У них чувство своей непобедимости—огромное! Поэтому, может и побеждают они везде.

САМАРИН (нахмурился). Знаю… Давай дальше!

СТАРОВЕРОВ. Ну, спели, успокоились, сели… И ещё им катят пару бочек пива! И красивая девчонка с весёлой улыбкой отправляет на стол огромные, полные кружки, одну за другой! И все, конечно, смотрят на девчонку! А помощник капитана смотрит на меня! Как матросня на девчонку! С тем же выражением! Я всё понял, и посылаю взгляд—мол, согласен! Помощник капитана садится за мой столик… И через пару минут, мы в обнимку отправляемся на «Стрелу»! Спокойно проходим охрану, поднимаемся к помощнику в каюту, я мгновенно сворачиваю ему шею, и иду в пороховой погреб! Кругом тоже пьяные, на меня ноль внимания! Спускаюсь в погреб. Стоит там, на часах, один—один!—полусонный матрос. Увидел меня, встрепенулся, в грудь штыком тычет… Кто вы, спрашивает? А я говорю, что я новый офицер, осматриваю караулы. И пока он пытался в темноте моё лицо разглядеть, я ему в сердце нож бросил! Потом открыл погреб, фитилёк запалил, и бегом на палубу, и за борт! Десяти метров проплыть не успел, как рвануло!

САМАРИН. Обломками убить могло.

СТАРОВЕРОВ. Могло. Но Бог спас! (Крестится.) Проплыл метров 800, выхожу на берег, там наш человек с лошадьми меня ждал. Ну и рванули мы во все лопатки! Недалеко наш, русский корабль стоял под португальским флагом, я на него. И вот, сижу, пью вино с вами!

САМАРИН. За твой успех, Матвей! Чудом ты живой остался! (Пьют.) Но ты не расслабляйся! Впереди у нас дела серьёзные, страшные! Знаешь, что в том письме было от государыни, что ты месяц назад мне привёз?

СТАРОВЕРОВ. Нет, конечно. Сказали, умри, а довези! Больше ничего не знаю!

САМАРИН. Просит нас государыня вывести на чистую воду Генриха. Вся Европа уверена, что посла прусского убили по его приказу. А документы, с планами уничтожения французских пороховых складов, подбросили. Они же, подбросили, англичане. Ну, ясно, войну затеять хотят! Чем Европа слабей, тем им, англичанам, лучше! А чем Англии лучше, тем, нам, русским, хуже! Скоро воевать с ними будем! Государыня укорот хочет им дать, а то распустились дальше некуда. Куда ротище свой английский протянут—всё сожрут! Надоело это! Да и дела свои Генрих ведёт очень подло, бесчеловечно. Ради своей выгоды готов любую гадость сделать. А убийство для него, это самый пустяк. При этом в церковь чуть ли не каждый день бегает. Лицемер.

СТАРОВЕРОВ. Константин Петрович, разрешите я вас перебью!

САМАРИН. Давай!

СТАРОВЕРОВ. Мне кажется, напрасно мы «Стрелу» в небеса пустили! Они теперь настороже. Лучше бы сначала было бы с послом разобраться! А теперь трудно нам будет!

САМАРИН. Трудно нам будет в любом случае. Генрих понимал, на что шёл. Готов ко всему. Ты, говоришь, государыню трясло от ярости, когда она тебя просила корабль взорвать?

СТАРОВЕРОВ. Трясло! И глаза огнём сверкали! На богиню была похожа греческую, гневную!

САМАРИН. Ну, это ей наш с тобой подарочек. А то, всё она нам, дарит и дарит. Должны и мы ей чем-то угодить!
СТАРОВЕРОВ. Вроде угодили!

САМАРИН. Ну, хвастать не будем! Немного расскажу тебе о людях, которые в этой истории участвуют! Первое! Людовик! Огромный человек! Всё в нём есть! И честность и подлость! И грубость и нежность! И щедрость и скопидомство! И лукавство неимоверное и искренность! И доброта и жестокость! Но всё плохое ему прощаю! Живёт для своей страны человек, а не для себя! Редкостный государь! Не то, что Генрих! Этот думает, что народ английский существует для обслуживания его интересов, не более того! О нём и говорить нечего! Но флот сделал, потрясающий! Но как человек—слизняк… Дальше! Фридрих Прусский! Гений! Полководец от Бога! Смысл своей жизни видит только в войне! Но для оправдания свей хищности, придумал философию: мол, война двигатель жизни! То есть, убивает он тысячи людей, ради них самих же! Благодетель! На самом деле просто грабитель! Нужны ему деньги—война! Вот кого было бы хорошо угробить! Весь мир вздохнул бы с облегчением! Но это потом… Пока не до него… Далее! Маргарита де Моро! Главная шпионка Людовика! Приставлена ко мне, лично им, для совместных операций! Ты ведь знаешь, у нас с Францией договор по поводу некоторых тонких вопросов! Так вот, госпожа де Моро, разведчица таланта неимоверного, блистательного! Умна, хитра, оружием владеет, как никто!

СТАРОВЕРОВ. Но она же, это… Баба!

САМАРИН. Да, баба! Очень даже баба! Какая красавица, видал? То-то! Но если ей нужно будет убрать таких, как мы с тобой… Уберёт без проблем! И ещё одна вещь… У меня с ней амуры, а она доверенное лицо Людовика! Вобщем, сложно всё это!

СТАРОВЕРОВ. Ясно…

САМАРИН. И последнее! В окружении Людовика есть один человек… Страшный человек!

СТАРОВЕРОВ. Содомит?

САМАРИН. Хуже! Гораздо хуже! Капитан гвардии, граф де Северак! Доверенное лицо короля! Человек, который каким-то образом знает всё, что происходит во дворце! Но не это главное! Северак—великий боец! Великий мастер фехтования! Первая шпага Франции! Известно, что на дуэлях убил 50 человек! Враньё! Не 50, а 500 или 600! Такую правду страшно открывать! Поэтому, врут. Людовик официально запретил ему драться, но он дерётся… И Людовик закрывает глаза на это! Я уверен, запрет на дуэли для Северака—игра! Он нужен Людовику! Если где-то, кто-то, что-то вякнул против короля, появляется Северак… И болтуна хоронят.


Самарин неожиданно вскакивает и гаркает, как на плацу.
САМАРИН. Встать, граф Староверов! (Изумлённый Староверов поднимается из кресла. Напротив него стоит Самарин, злой, напряжённый, пьяный.) Запрещаю тебе, граф Староверов Матвей Захарович, драться с этим человеком, не взирая ни на какие обстоятельства! Например, он тебя оскорбит! И обязательно тогда, когда вокруг будет много вельможных баб и дворян! То есть, в ситуации, когда ты обязан будешь сделать ему вызов! Спокойно говори ему, что ты дипломат, и драться на дуэлях не имеешь права.

СТАРОВЕРОВ. Но ведь это, действительно так! Не имею права!

САМАРИН. Он это знает! И плевать он хотел на всякие правила! Он тебя так оскорбит, что не заметишь, как шпагу выхватишь! А шпага обнажена—дерись! Назад дороги нет! Садись!
Садятся. Самарин разливает третью бутылку. Он заметно

пьянеет, становится злым, кажется, какое-то отчаяние

овладевает им.
СТАРОВЕРОВ. Ваше сиятельство, Константин Петрович! А почему этот француз чёртов, обязательно должен меня убить? Что я ему сделал?

САМАРИН. Ты ничего, а я—всё! Я увёл у него Маргариту… Вернее, мы как увидели с ней друг друга, так поняли, что встреча наша—судьба! Сошлись быстро… Маргарита всё рассказала Севераку… Тот взбесился и обещал меня убить…

СТАРОВЕРОВ. Не понимаю! Француженку у него вы увели, а убить он хочет меня! Не понимаю…

САМАРИН. Первым, он убьёт меня. А ты ведь мстить полезешь?

СТАРОВЕРОВ. Конечно, а как же иначе?

САМАРИН. Вот я и говорю тебе—не лезь!

СТАРОВЕРОВ. Константин Петрович, простите! Меня непонимание душит просто! Почему вы не можете отказаться от дуэли? Вы главный русский дипломат во Франции. Он к вам близко подойти не смеет! Почему вы не можете отказаться от дуэли, как мне велите?

САМАРИН. Не могу. Нашему роду Самариных, 500 лет. Не могу! Ты вот что, как он меня убьёт, ты ладанку эту, вот на шее у меня висит, матери моей отправь… Напиши, что я перед смертью прощения просил у неё…

СТАРОВЕРОВ. Константин Петрович! Да как же так? На смерть идёте! Чего ради? Зачем? Я эту блоху французскую убью из-за угла, и все дела! Пусть ищут убийцу! Сволочь, убил 500 человек, так врагов у него пол Франции! Разрешите, Константин Петрович! Я его смахну, как хлебную крошку со стола!

САМАРИН. В спину ударишь?

СТАРОВЕРОВ. Если это вас коробит, могу и в грудь! По-честному, по-благородному! Обещаю, мучиться не будет!

САМАРИН (смеётся). Забавный ты парень, Матвей! Ты знаешь, мне тоже в голову приходило, убрать Северака и жить дальше… А то, что будет? Ну, убьёт он меня, что Маргошка сделает? А вот что: отравит его, или спицу в шею воткнёт! А потом во всём Людовику признается. Она короля обожает! Чуть ли не обожествляет! У них дружба большая… Ну, и что Людовику делать? Он тоже Маргошку любит, ценит, но может и вздёрнуть! Вот какая перспектива вырисовывается!

СТАРОВЕРОВ (разливает коньяк). Ну, так и получается, что нет у нас другого выхода, Константин Петрович! Северака убираем! Когда прикажете?

САМАРИН. Подождём немного… Что-то он стал странно вести себя: обходит меня стороной, и смотрит так, словно я скорпион! А раньше бывало, каждую минуту мне рожу свою демонстрирует! И глазами сигналит: убью, мол! Жди! (Стук в дверь). Входите! (Входит Маргарита.)

МАРГАРИТА. Не помешала?

САМАРИН (с шутливой напыщенностью). Солнце не может помешать человеку! Оно его оживляет! Прошу вас, баронесса! В этом платье вы похожи на персидскую розу!

МАРГАРИТА. Здравствуйте, господин Староверов!

СТАРОВЕРОВ. Здравствуйте, госпожа, де Моро!

МАРГАРИТА. Запутались в комплиментах, Константин Петрович! То я солнце, то я роза… Я не могу быть и тем и другим одновременно!

САМАРИН. Вы можете! Вы всё можете! Для вас препятствий нет!

МАРГАРИТА (рассматривает пустую бутылку). Какая по счёту? Или счёт давно потерян?

САМАРИН. Маргоша, а какой смысл их считать? Это что, овцы, или павлины?

МАРГАРИТА. Костя, у меня мало времени! Я пришла тебе спину помассировать, а потом убегу!

САМАРИН (Староверову). Представляешь, это нежное, хрупкое существо, так швырнуло меня в тренировочном зале, что чуть не убило! Теперь лечит! Доктором притворяется!

МАРГАРИТА. Тебе не помогает моё лечение?

САМАРИН. Помогает!

МАРГАРИТА. Ну, так что же?

САМАРИН. Откуда столько талантов? Я всё поражаюсь! Матвей, ты иди! Барышню там себе присмотри… Только не позволяй ей бросать себя через бедро!

МАРГАРИТА. Я уверена, господин Староверов знает, что жизнь французского двора очень не проста…

СТАРОВЕРОВ. Знаю…

МАРГАРИТА. Ну, так примите холодный душ, и делайте что хотите! Кстати, придворные дамы хорошо воспитаны, и через бедро, сразу, никого не бросают!

СТАРОВЕРОВ. Вы меня успокоили, госпожа де Моро! А то я боялся нос высунуть! Всего хорошего! (Староверов уходит).

МАРГАРИТА. Костя, снимай рубашку и ложись!

САМАРИН. Один? Ты издеваешься?!

МАРГАРИТА. Я с пьяными мужчинами не сплю! Костя, ну давай, снимай рубашку! У меня дел по горло!
Самарин снимает рубашку и ложится на тахту.
САМАРИН. День без любви, потерянный день!

МАРГАРИТА. Здесь больно?

САМАРИН. Ещё бы! Если человека так шваркнуть…

МАРГАРИТА. (сердито). Я серьёзно!

САМАРИН. Нет, уже не болит…

МАРГАРИТА. А здесь?

САМАРИН. И здесь не болит… Я здоров! Слушай, ты не знаешь, почему Северак от меня шарахается?

МАРГАРИТА (массирует Самарина). Я его полечила немного…

САМАРИН. За что?

МАРГАРИТА. Хочет, чтобы я опять к нему вернулась…

САМАРИН. И ты дала ему стакан валерьянки?

МАРГАРИТА. Нет, я ему дала кулаком в живот…

САМАРИН (улыбаясь счастливо). Он сказал тебе спасибо?

МАРГАРИТА. Да, не забыл… Граф, всё-таки… Сказал спасибо, потом упал и уполз…

САМАРИН (смеётся). Так вот почему он обходит меня стороной! А я думал, это он от отвращения ко мне!

МАРГАРИТА. Какое нам дело до Северака! (Целует Самарина в спину.) Всё, массаж закончен!

САМАРИН (весело). Первая часть! Первая часть! (Вскакивает и ловко раздевает Маргариту.)
Свет гаснет. Свет вспыхивает. Полураздетые Самарин

и Маргарита сидят на тахте.


САМАРИН. Поедешь со мной в Россию?

МАРГАРИТА. А ты останешься со мной во Франции?

САМАРИН. Марго, я рад бы, но как я могу?! Я русский дворянин древнего рода! Мы у государей на службе 500 лет! У меня полный набор высших, русских орденов! В Санкт-Петербурге у меня дворец не меньше императорского! У меня поместья обширнее вашего Прованса или Бретани! 25 тысяч душ! Понимаешь?

МАРГАРИТА. Костя, я могу быть любовницей, я счастлива с тобой! Но могу ли я быть матерью, я не знаю! Я человек деятельный, авантюрный, и без этого не смогу!

САМАРИН. Да у нас в Санкт-Петербурге и в Москве, такие возможности для авантюризма—ахнешь! Поехали!

МАРГАРИТА. Костя, я Францию люблю! Это, во-первых! Во-вторых, впереди у нас с тобой такие дела, что загадывать что-то про счастье—глупо! Я пошла! Помоги мне одеться! (Самарин целует её в шею, помогает одеться.) Если ты позволишь Севераку убить себя, я тебя прокляну! А уж Северака вылечу совсем! (Целует Самарина. Уходит.)

САМАРИН. Я всё думаю, свадьба, свадьба… А может Маргошка права! Впереди туман, а за ним яма в английской грязи! Вот вам и свадьба, господа шпионы! (Смеётся.) Жизнь у меня чудная какая-то…
На сцене появляются: Людовик, Северак, Маргарита,

Самарин, Староверов.


ЛЮДОВИК. Такого сада, как у меня, нет ни у кого в Европе! У кого одновременно цветут розы персидские, афганские, египетские, ливанские, сирийские, и армянские? Ни у кого! Могу поспорить! (Хлопает в ладоши.) Браво, моим садоводам! (Резко меняется. Становится холоден и серьёзен.) Я привёл вас, господа, в эту комнату поскольку войти в неё можно только с моего разрешения… А я его обычно не даю! Так расскажите мне про свой план, дорогая госпожа де Моро!

МАРГАРИТА. Мы отправляемся в Англию. Я, граф Староверов и граф Самарин. Вы, ваше величество, не возражаете, если в операции примут участие эти русские?

ЛЮДОВИК. Нет, конечно! У наших разведок договор о сотрудничестве!

СЕВЕРАК. Ваше величество, но я…

ЛЮДОВИК. Простите, Северак, но вы останетесь во Франции. У меня для вас назрело неотложное дело. Кроме вас его сделать некому. Дальше, Маргарита!

МАРГАРИТА. У Генриха два самых близких человека, лорд Гладстон, и графиня Диана Черчилль! Мы проникнем в их дома… Неожиданно, ночью… И потребуем написать письма, в которых они признают инициативу Англии, то есть короля Генриха, в убийстве прусского посла в Париже! И в подбросе подложных документов, компрометирующих Пруссию! Таким образом мы сможем доказать европейскому сообществу, что цель провокации Генриха—организация военного столкновения между Францией и Пруссией! Зачем ему это нужно, ни для кого не секрет… Характер его и политика давно известны…

ЛЮДОВИК. Признаниям, полученным под дулом пистолета, грош цена…

МАРГАРИТА. Ваше величество, нет такой гадости, которой не сделал бы Генрих. Короля с подобной репутацией можно обвинить в чём угодно! И все поверят!

ЛЮДОВИК. Зачем тогда ездить в Англию, и рисковать головой? Документы, изобличающие Генриха, можно написать в соседней комнате…

МАРГАРИТА. Главное, мы хотим узнать имя английского агента, убившего посла!

ЛЮДОВИК. Что за глупости, Маргарита! Он уже давно смылся из Франции! Или вы думаете, он будет сидеть, и ждать, пока вы его найдёте?

МАРГАРИТА. Ваше величество, убийство произошло в 9 утра. Из посольства никто в течении суток, до и после, не выходил. Все члены посольства сейчас арестованы. Но, если даже убийца и сбежал, то получив его имя, мы его найдём. Он может знать очень много. Например, агентурную сеть англичан во Франции. Кто знает, может быть, сейчас готовится новое убийство! Это надо пресечь!

ЛЮДОВИК. Да, надо… Вы правы! Поезжайте! С Богом! Северак, вы останьтесь! (Все, кроме короля и Северака уходят.) Дорогой, граф Северак! Моя просьба к вам такова! В Марселе появился идиот, который уверяет горожан, что я крещусь не так, как полагается, а отрезанным и высушенным пальцем гигантского шимпанзе! И, следовательно, я антихрист!

СЕВЕРАК. О, Боже!

ЛЮДОВИК. Найдите этого ублюдка, и убейте! Не надо никакой дуэли! Ещё вашу гениальную шпагу марать! А возьмите с собой человек 20 гвардейцев, или, сколько вам нужно, и сотрите эту гадину с лица земли! Любым удобным способом! И ещё! Северак, прошу вас, перестаньте домогаться Маргариты! Это бесполезно и опасно. В Китае её научили всяким фантастическим методам убийства! Она бросает какие-то железные круги, квадраты, параллепипеды, которые, как бритвой срезают дерево толщиной с мою руку! При чём, обратите внимание, на расстоянии ста метров! Ваша шея, вряд ли крепче этих деревьев! И ещё! Она при мне, на спор, одним ударом убила корову! Северак, ну оно вам надо? Я слышал, она вам уже демонстрировала своё мастерство! (Северака передёрнуло.) Ну, ладно, ладно… Я ничего не слышал… Скажите, дорогой Северак, каким образом вам удаётся знать обо всём, что происходит во дворце? Вы ходите и подслушиваете?

СЕВЕРАК. Нет, ваше величество, это не по моей части. Просто у меня есть людишки, которые тайно собирают информацию! За деньги, разумеется!

ЛЮДОВИК. Вы и про меня можете купить информацию?

СЕВЕРАК. Ради вашей безопасности, ваше величество, я готов на любое преступление!

ЛЮДОВИК (смеясь). Шутник вы, Северак! Но, опасный шутник! Ладно, идите, дорогой Северак, смойте эти дикие бредни с моего христианского имени!

СЕВЕРАК. Ваше величество, у меня просьба…

ЛЮДОВИК. Слушаю.

СЕВЕРАК. В Тулузе один мелкий дворянин, распускает порочащие меня слухи о том, что я будто бы убийца! Меня это оскорбляет!

ЛЮДОВИК. Делайте с ним, что хотите!

СЕВЕРАК. Другой такой же человек повторяет эту ложь в Бордо…

ЛЮДОВИК. И этого туда же… Но, одно условие, Северак! Все знают, что я запретил вам драться! После того, как вы всё исправите, я, для отвода глаз, вынужден буду на две недели посадить вас в Бастилию! Вы не возражаете?

СЕВЕРАК. Конечно, нет, ваше величество! Я ваш преданный слуга!

ЛЮДОВИК. И ещё! После всех этих экспедиций в Англию, я разрешаю вам убрать Самарина… Разумеется, без помпы, дуэли… С Елизаветой я ссориться не хочу! Так что ищите варианты. И ещё! Маргарита! Предупреждаю, что остановить её я не смогу! Не хочу быть смешным! Так что решайте! Но имейте ввиду: между Маргаритой и вами, я выбираю вас! (Северак низко кланяется.) Ну, в путь, мой дорогой друг! (Обнимает Северака. Тот уходит.) Тоже мне, нашли няньку! Счастливые влюблённые! Я им ещё сопли должен вытирать! А у меня у самого проблема! Мне нужно мальчишку сделать, короля! А у меня не получается! (Уходит).
Покои королевы Анны. Анна неподвижно стоит посреди комнаты.

Входит Маргарита.


МАРГАРИТА. Вы меня вызывали, ваше величество?

АННА. Вызывала, чтобы поговорить на одну щекотливую тему. Разговор может стоить нам жизни. И тебе и мне. Если подобная беседа тебя не устраивает, ты свободна. Я тебя больше не потревожу.

МАРГАРИТА. Ваше величество, не хвастаясь, скажу, что я создана для подобных бесед! Я веду их постоянно! То там, то сям… Мне кажется, вы считаете меня своей подругой и нуждаетесь в моей помощи! Я прошу вас располагать мной! Кстати, вы уверены, что нас никто не подслушивает?

АННА. Я думаю, нет… Что интересного в нашей этой встрече? Просто королева Анна, болтает с баронессой де Моро. Кому это интересно?

МАРГАРИТА. Одну секунду, ваше величество! (Быстро обследует комнату и коридор.) Всё нормально, ваше величество! Я готова вас выслушать!

АННА. Маргарита, я буду говорить сумбурно, я нервничаю, прости… У меня есть план! Моё положение при дворе тебе известно. Я не способна родить наследника престола! Король не может со мной развестись, и я с ним тоже! Мой дед и брат этого не допустят! Они объявят Франции войну! Поэтому у Людовика один выход: отравить меня! Не понимаю, почему он этого до сих пор не сделал!

МАРГАРИТА. Он любит вас, и не теряет надежды на появление наследника!

АННА. Видишь ли, на этом деле надо сосредоточиться! А король разбрасывает семена своего дерева где угодно, только не в моей спальне! Я тоже верю в появление наследника… Только не от него… Страшные слова?

МАРГАРИТА. Да!

АННА. Дальше будешь слушать?

МАРГАРИТА. Да!

АННА. Ты обратила внимание, что этот русский, граф Староверов, очень похож на короля?

МАРГАРИТА. Вот после ваших слов я это поняла! А то думаю…

АННА. Сделай так, чтобы он пришёл ко мне! В комнате будет совершенно темно! Так, видны будут только движущиеся тени… Скажи ему, что в комнате его ждёт знатная дама… И что он должен с этой дамой сделать…

МАРГАРИТА. Предположим, всё получится! Вы уверены, что обязательно будет мальчик? А, вдруг, опять девочка?

АННА. Людовик достался мне уже серьёзно потасканным… А Староверов молод, свеж, очень крепок… Я надеюсь, его мужская природа поборет мою, женскую… И потом, что мне терять?

МАРГАРИТА. Староверов когда-нибудь слышал ваш голос?

АННА. Нет.

МАРГАРИТА. Стоял рядом с вами? Я имею ввиду духи…

АННА. Нет!

МАРГАРИТА. Ну, тогда не будем тянуть кота за хвост! Потянем его за другое место! Ждите нас! (Уходит).

АННА (одна). Какая ужасная шутка!


На сцене появляются Староверов и Маргарита.
СТАРОВЕРОВ. А эта женщина красива?

МАРГАРИТА. Да!

СТАРОВЕРОВ. Молода?

МАРГАРИТА. Да!

СТАРОВЕРОВ. Тогда зачем темнота?

МАРГАРИТА. Тайна!

СТАРОВЕРОВ. А мне башку не снесут после этих удовольствий?

МАРГАРИТА. Будете молчать—не снесут!

СТАРОВЕРОВ. А Константину Петровичу я могу сказать?

МАРГАРИТА. Можете! Я понимаю, вам нужно будет поделиться своими успехами… Скажите, что всё организовала я! И просила держать в строжайшей тайне! Он поймёт, как это важно и объяснит вам!

СТАРОВЕРОВ. Сударыня, я и сам не дурак.

МАРГАРИТА. Ну, если не дурак, то пойдёмте! (Уходят).


Откуда-то, из темноты выходит красиво одетый, молоденький паж.

Навстречу ему выходит Северак. Паж быстро шепчет ему что-то

на ухо, Северак даёт ему кошелёк с деньгами. И они расходятся.

Покои королевы Анны. Анна в пеньюаре мечется по комнате.

Горит один светильник.
АННА. Что я делаю?! Что я делаю?! (Подходит к зеркалу.) Выгляжу я хорошо! Но, глупость какая! Не всё ли равно?! Он меня всё равно не увидит! Я могу выглядеть, как угодно! Но он ведь, наверное, будет меня как-то трогать, ласкать? У меня прекрасная кожа, гибкое тело… Он ведь поймёт это?! Я бы хотела, чтобы понял! А зачем? А затем, что он нравится мне! И я не дам его убить! Но… Кто меня спросит?! Здесь все вопросы решаются одинаково! Нож в спину, и всё в порядке! Дикий, страшный мир! Может быть мне самой отравиться? И было бы всё хорошо! И король бы обрадовался, и русский остался бы жив! Но почему он должен умереть? Маргарита обещала охранять его! Гарантировала тайну! Я не хочу умирать! Я молода, красива! Говорят, я хороший человек, у меня дочери, которых я люблю! Кто будет их воспитывать? Короля интересуют государство и бабы! Всё! Он даст дочерям в воспитательницы какую-нибудь дуру, или вообще сплавит в монастырь! Нет, нет! Я должна жить! Где это зелье успокоительное? Вот оно! (Наливает себе что-то из чёрной бутылки.) А вдруг я вообще отключусь? У меня слабая нервная система! А, ладно! Будь, что будет! Зелье принесла Маргарита, так что боятся нечего! (Залпом выпивает тёмную жидкость.) Не очень противно… Я думала будет хуже… Какая приятная слабость! Страх ушёл… Мне весело… Я всё могу! У меня всё получится! (Стук в дверь. Анна гасит светильник. Комната погружается во тьму. Входит Староверов. Голоса во тьме.)

СТАРОВЕРОВ. Сударыня, вы здесь?

АННА. Да, я здесь.

СТАРОВЕРОВ. Что вы делаете?

АННА. Расстёгиваю вам штаны!

СТАРОВЕРОВ. А остальное снимать?

АННА. Остальное не нужно. Без света вы не сможете одеться. А света не будет! Маргарита дала вам напиток?

СТАРОВЕРОВ. Да! Отрава какая-то китайская…

АННА. Как вы себя чувствуете?

СТАРОВЕРОВ. Смешно как-то. Как будто я состою из одного члена!

АННА. Он стоит?

СТАРОВЕРОВ. Ещё как!

АННА. Дайте, я пощупаю!

СТАРОВЕРОВ. Извольте! (Пауза.)

АННА. Кавалер, у нас пять минут!

СТАРОВЕРОВ. Я готов! (Пауза).

АННА. Всё! Уходите быстро! И штаны поправьте!

СТАРОВЕРОВ. Как хорошо вы пахнете! И кожа у вас шёлковая! И голос нежный, как у феи! Я не хочу уходить! Я ещё хочу!

АННА. Если вы не уйдёте, мы погибли! И вы, и я! Уходите!

СТАРОВЕРОВ. Как уйти! Я влюбился в вас! Я не знаю, какое у вас лицо, но я влюбился! Что мне делать?!

АННА. У меня в руках яд! Если вы не уйдёте, я его приму!

СТАРОВЕРОВ. Нет, нет, дорогая! Нет! Я ухожу!

АННА. Штаны, штаны!
Староверов, застёгивая штаны, выскакивает в коридор.

Там его ждёт Маргарита.


МАРГАРИТА. Давайте помогу!
Появляется Северак.
СЕВЕРАК (насмешливо). Вам мало одного русского? Поезжайте в Россию! Их там как собак нерезаных!

МАРГАРИТА. Граф, у вас здесь не болит? (Указывает на свой живот.) Я могу полечить!


Северак быстро уходит.
МАРГАРИТА. Отлично! Он всё понял так, как нужно мне! Подарок судьбы! Скоро про нас с вами будут говорить, что мы любовники! Что мы совокуплялись в коридоре! Не отрицайте этого и не подтверждайте! И никаких дуэлей! Вы дипломат! Если что-то скажут, сразу жалобу в канцелярию! Вы поняли?

СТАРОВЕРОВ. Я полюбил эту женщину! Вы поняли?!

МАРГАРИТА. Глупости! Выкиньте из головы! Я вам найду кое-что получше! По крайней мере, вы будете видеть её! Всю! Пошли! (Уходят).
Комната Анны. Горит свеча.
АННА. Какой мощный! Он чуть не проткнут меня! Мне кажется, у нас всё получилось! Я чувствую, что получилось! Чувствую, как животное!

Англия. Замок Гладстона. Ночь. Появляются Самарин,

Маргарита и Староверов.
САМАРИН. Ещё далеко?

МАРГАРИТА. Идём через рощу, и мы у замка Гладстона.

САМАРИН. Проклятая Англия! Дождь здесь никогда не кончается!

СТАРОВЕРОВ. В этом лесу грибов, наверное, до чёрта! Маргарита, здесь есть грибы?

МАРГАРИТА. Здесь всё есть! И англичане с ружьями тоже есть! Пошли! (Исчезают).
Замок Гладстона. Спальная комната. Гладстон ложится спать.

Перекрестился, лёг…


ГЛАДСТОН (засыпая). Боже, храни короля! (Засыпает.) И меня грешного! (Храпит).
Появляются Маргарита, Самарин и Староверов. Маргарита

подходит к спящему Гладстону. Самарин и Староверов с

пистолетами рядом.
МАРГАРИТА. Сэр Гладстон! Вам пора пить шоколад!

ГЛАДСТОН. Как, уже? Я ещё не выспался! (Видит направленные на него пистолеты.) Господа, что вам угодно? Я неприкосновенное лицо! Я…

МАРГАРИТА. Тихо! (Мягко закрывает ему рот ладонью.) Ещё одно слово, и мы вас убъём! Гладстон, мы французы! Мы обвиняем Англию в провокации против Франции и Пруссии! Я имею ввиду убийство посла! И фальсифицированные документы о намерении взорвать пороховые склады в Лионе! Не дёргайтесь, откушу голову! Вы должны подтвердить письменно, что именно так и было. И назвать автора этой гнусности! А, именно, короля Англии, Генриха!

ГЛАДСТОН. Я готов! Я напишу! Я говорил Генриху, что всё это глупо! Дайте мне сесть за стол, и я всё напишу! Я говорил, что это глупо и подло! (садится за стол. Пишет.) Я религиозный человек! Я не могу лгать! Если я совершаю преступление, то я готов в этом признаться! Вот письмо, господа! Там всё написано чистосердечно!

МАРГАРИТА. Спасибо, мы удовлетворены! Но здесь нет вашей подписи!

ГЛАДСТОН. Нет подписи? А зачем вам подпись? У меня есть кое-что получше! Личная печать Гладстонов! Ей триста лет! Она вон там, на книжной полке! Можно её взять?

МАРГАРИТА. Быстрее, быстрее!

ГЛАДСТОН. Я вас не задержу! Совершенно не задержу! (Не выпуская письма из рук, подходит к книгам, и, вдруг, скрывается за потайной дверью. Кричит из-за неё: «Стража! Стража! Меня убивают французы!» Староверов стреляет из двух пистолетов сразу. Гладстон визжит за стенкой: «Меня убили! А-а-а!»)

СТАРОВЕРОВ. Неужто попал?

МАРГАРИТА. Уходим! (Исчезают).

Лес. Появляются Староверов, Маргарита и Самарин.
САМАРИН. Как он нас провёл?! Как детей!

МАРГАРИТА. До замка Дианы Черчилль 16 миль! Летим к ней! (Исчезают).


Замок Черчилль. Диана молится в спальной комнате.
ДИАНА (стоя на коленях). Великая Скарлет! Явись ко мне! Я хочу увидеть твоё священное лицо! И поблагодарить тебя за всё, что ты сделала для Англии! Яви своё лицо!
Бесшумно появляются Маргарита, Староверов и Самарин.
МАРГАРИТА. А моё лицо вас устроит? Тихо! (Маргарита схватила Диану за горло.) Пиши, тварь, что прусского посла убили по приказу Генриха! Или я тебя задушу!

ДИАНА (обезумела от страха). Я, бе, бе, бе, бе… (И так долго говорит: бе, бе, бе…)

МАРГАРИТА. Она не сможет ничего написать. Мы перестарались… Надо было сначала ей подарить пирожное!

САМАРИН. Чем это пахнет?

МАРГАРИТА. Она обмочилась! (Диана без чувств падает в лужу собственной мочи.)

СТАРОВЕРОВ. Сдохла?

МАРГАРИТА. Надеюсь! Уходим! (Исчезают).
Франция. Покои Людовика. Людовик сидит в кресле, ест банан.

Перед ним стоят Самарин, Маргарита и Староверов.

ЛЮДОВИК. Жаль, очень жаль, господа, что затея ваша провалилась… Вы знаете, коньяк очень вкусно закусывать бананом… Пойдёмте в комнату рядом, там есть и бананы и коньяк, и фазаны… И вообще всё! Интересное вино привезли из Ливана! Хорошее, но не лучше нашего, конечно… (Серьёзно.) Господа, я не рассчитывал увидеть вас живыми! И вот вы здесь, передо мной! Я счастлив, господа! А на письмо мне наплевать! Есть оно, нет его… Какая разница? В любом случае, мы с Фридрихом воевать не собираемся! Мы не идиоты! А вот, если английское посольство взлетит в воздух вместе с дипломатами, то пусть Генрих винит в этом себя самого!

САМАРИН. Вы позволите, ваше величество…

ЛЮДОВИК. Говорите, Самарин!

САМАРИН. У русской императрицы Елизаветы есть ясновидящий, монах… Она прибегала к его услугам, и он не обманул её ожиданий… Я напишу ей письмо!

ЛЮДОВИК. Я понял, пишите… Мне это интересно… Маргарита, почему у всех всё есть, даже монахи-ясновидцы? А у меня есть только жена, которая закидала меня девчонками?

МАРГАРИТА. Простите, ваше величество, но королева, при всём её усердии, не может родить вам монаха-ясновидца!

ЛЮДОВИК (насмешливо). Так-таки и не может? А я на неё рассчитывал! Пойдёмте, господа! Есть тема для дискуссии! Может, или не может? Может, или не может? (Уходят).
Пруссия. Дворец Фридриха. Кабинет Фридриха.

Фридрих в длинном, чёрном сюртуке с серебряной

звездой, в белых штанах, в чёрных, блестящих,

мягких сапогах и, конечно, в белом парике с косичкой,

стоит возле карты Европы, и водит по ней указкой.
ФРИДРИХ. Венгрию я пройду, как нож сквозь масло… Вена? Немножко подерёмся с этими откормленными прожигателями жизни, лидерами в области бальных и народных танцев… Они подпишут всё, что мне нужно, и дадут мне денег столько, сколько мне нужно… И что дальше, Париж? Это сложно, но возможно… Людовик сосредоточен на деторождении… Прекрасно! Удобный момент! Вперёд!
Входит Отто.
ОТТО. Вы позволите, ваше величество?

ФРИДРИХ. А, дорогой Отто! Вы с докладом?

ОТТО. Да, ваше величество! Всё готово! И пушки и карабины… В общем, всё!

ФРИДРИХ. Отлично! Через две недели выступаем!

ОТТО. Ваше величество, для военных действий нужен повод! В этом смысле у нас ничего не готово!

ФРИДРИХ. Чепуха какая! Ну, так подготовьте!

ОТТО. Если ваш маршрут не изменился, он таков: Будапешт, Вена, Париж! Всё так?

ФРИДРИХ. Конечно! Я не понимаю, Отто, что с вами?

ОТТО. Ваше величество, для нападения на Венгрию нет повода!

ФРИДРИХ. Как нет? Вы знаете, кто убил моего посла в Париже?

ОТТО. Имеются предположения…

ФРИДРИХ. Да, да… Предположения! Всегда предположения! Англичане, да? А я вот точно знаю, что это сделали венгры!

ОТТО. Точно знаете?

ФРИДРИХ. Абсолютно точно! А зачем они это сделали? Ну, например, для того, чтобы я от огорчения стал больше пить вина, испортил себе желудок, и умер! Вот для чего!

ООТО. Так и объяснить причину войны?

ФРИДРИХ. Нет… Пишите, что Венгрия заинтересована в дестабилизации мира в Европе! Мечтает о лидерстве! Та-та-та…

ОТТО. Но это…

ФРИДРИХ. Бред? Согласен. Пусть. Но повод обозначен, хоть и смехотворный. Кстати, повод серьёзный, обоснованный—мне совсем ни к чему! Всегда без него обходился!

ОТТО. Ваше величество, зачем нам всё это? У нас всё есть! Пруссия могущественна! Она процветает! Её все боятся!

ФРИДРИХ. Я не понимаю, как у моего старого боевого товарища, великого солдата Германа фон Фроста мог родиться такой наивный сын! Объясняю вам, Отто, суть дела! Соберитесь, говорить буду кратко! Пруссия—сильное, великое государство! И таким его сделал Я! Все мои войны легкомысленны только внешне! Да, я грабил, и буду грабить побеждённые государства! Но это не главное! Главное—победа! Пруссак живёт победой! Победа не даёт угаснуть его творческим силам! А победа даётся в войне! Драться, драться, драться! Вот живительная гимнастика для Пруссии! Без неё она захиреет, зажиреет, впадёт в лень, депрессию, и кто-нибудь другой будет разрушать её прекрасные города! Я этого не допущу! Только война! Только война требует исключительного напряжения творческих и физических сил народа! И только исключительное напряжение создаёт великие государства! Я угробил в двадцатилетних войнах 500 тысяч пруссаков! И кто-нибудь упрекнул меня в этом? Никто, за исключением крохотного комочка интеллигентской плесени! Меня боготворят! Меня обожают! Я дал своему народу ощущение величия! Они счастливы, что именно я управляю ими! Для них это огромная честь! Они поют, пляшут, строят! Они рожают детей, они с удовольствием учатся, они обеспечены всем! Они имеют право свысока смотреть на другие страны, где царит разочарование! Ну, что вам ещё сказать, Отто! Я устал!

ОТТО. Боже, храни моего короля! (Преклоняет колено перед Фридрихом).

ФРИДРИХ. Встаньте, встаньте, мой мальчик! Вот приказ по армии! Передайте немедленно!

ОТТО. Слушаюсь! (Берёт приказ, и поклонившись, уходит).

ФРИДРИХ. Повод, повод! Мне нужны деньги, и все! Разве это не повод для войны? И жить хорошо хотите и воевать не хотите! Так не бывает, милые мои! (Фридрих медленно уходит, подбрасывая золотую монетку.) Эй, вы там! Бездельники! Приготовьте мне клавесин! Я иду играть Моцарта! (Уходит.)

ВТОРОЕ ДЕЙСТВИЕ.
Россия. Императорский дворец. Покои Елизаветы. Елизавета

и Разумовский играют в карты.


ЕЛИЗАВЕТА. Озадачил меня Самарин… К Дорофею на поклон идти? Не хочу! Он мне смерть в 53 года накаркал! Это неужто я такая молодая умру?

РАЗУМОВСКИЙ. Лизонька, тебе только 37 лет! 16 лет проживёшь спокойно! Если бы он тебе этого не открыл, то ты со своей мнительностью, думала бы, что умрёшь через 5 минут… Каждый день бы так думала! Тебе бы спасибо ему сказать, а ты его запесочила в Соловки!

ЕЛИЗАВЕТА (сердито). Почему не говоришь, что я опять дура?!

РАЗУМОВСКИЙ. Лиза, не могу же я это сказать пятый раз подряд!

ЕЛИЗАВЕТА. Дорофей живой?

РАЗУМОВСКИЙ. В приёмной сидит!

ЕЛИЗАВЕТА (улыбнулась благодарна). Давай его сюда!

РАЗУМОВСКИЙ. Дорофей, батюшка, заходи!


Входит Дорофей. Маленький, рыжий монашек,

с реденькой бородкой. Улыбается весело и добродушно.

Хромает, еле идёт…
ДОРОФЕЙ. Здравствуй, матушка императрица, очень я разболелся… Скажи пожалуйста, нельзя ли мне сесть? Спина еле держит, и ноги слабые!

ЕЛИЗАВЕТА. Ты что, монах! При мне простой человек сидеть не может!

ДОРОФЕЙ. Если сидеть нельзя, разреши, я на пол лягу! Как простой человек!

ЕЛИЗАВЕТА. Ладно, ладно, Дорофей, садись…(Дорофей беспомощно озирается, не сходя с места. Разумовский быстро подставляет ему стул.)

ДОРОФЕЙ. Спасибо тебе, канцлер… Тебе бы черники сушёной поесть… Глаза болят?

РАЗУМОВСКИЙ (растерялся). Болят!

ДОРОФЕЙ. Поешь чернички, ложки три в день! И через месяц пройдёт! И водку не пей, месяца два! Сердце покалывает?

РАЗУМОВСКИЙ. Покалывает!

ДОРОФЕЙ. Это от водки, не пей! На пустырник переходи, и будешь молодцом!

ЕЛИЗАВЕТА (очень присмирела). Дорофей, что же ты людей лечишь, а себе помочь не можешь? Почему? Если тебе что нужно, скажи, я дам!

ДОРОФЕЙ (посмеиваясь). Да, нет, не нужно! Я скоро умру! Слава тебе, Господи! (Крестится.)

ЕЛИЗАВЕТА. Дорофей, у меня дело к тебе!

ДОРОФЕЙ. Знаю!

ЕЛИЗАВЕТА. Какое, знаешь?

ДОРОФЕЙ. Знаю! Человека убили…

ЕЛИЗАВЕТА. Знаешь кто?

ДОРОФЕЙ. Убил итальянец по приказу аглицкого царя…

ЕЛИЗАВЕТА. Как ты это знаешь?

ДОРОФЕЙ. Сказали!

ЕЛИЗАВЕТА. Кто?

ДОРОФЕЙ. Голоса!

ЕЛИЗАВЕТА. Чьи голоса?

ДОРОФЕЙ. Не знаю.

ЕЛИЗАВЕТА. Врёшь?

ДОРОФЕЙ. Можно и так сказать…

ЕЛИЗАВЕТА. Запретили тебе эту тайну открыть? Так?

ДОРОФЕЙ. Ну, близко к тому…

ЕЛИЗАВЕТА. А зачем английский король это сделал?

ДОРОФЕЙ. Ты знаешь…

ЕЛИЗАВЕТА. Да, знаю… Слушай, я письма буду писать королю французскому и прусскому… Они люди недоверчивые, скажут, откуда этот монах всё знает? Как их убедить?

ДОРОФЕЙ. У ножа, которым немца убили, рукоятка синего цвета…

ЕЛИЗАВЕТА. Это хорошо… Это убедит!

ДОРОФЕЙ. Ты аглицкого короля не очень осуждай. Он хоть и бандит, но на это убийство его подбили.


<< предыдущая страница   следующая страница >>