Демократия и социально-экономический прогресс, О. Т. Богомолов 2 международная коррупция, С. П. Глинкина 17 вступление СССР в войну - shikardos.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Демократия и социально-экономический прогресс, О. Т. Богомолов 2 международная коррупция - страница №1/29

Оглавление


ДЕМОКРАТИЯ И СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ПРОГРЕСС, О. Т. БОГОМОЛОВ 2

МЕЖДУНАРОДНАЯ КОРРУПЦИЯ, С. П. ГЛИНКИНА 17

ВСТУПЛЕНИЕ СССР В ВОЙНУ С ЯПОНИЕЙ В 1945 году. ПОЛИТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ, А. А. КОШКИН 44

ДВУХСОТЛЕТИЕ НАЧАЛА ВОЙНЫ ЗА НЕЗАВИСИМОСТЬ И СТОЛЕТИЕ РЕВОЛЮЦИИ 1910 года В МЕКСИКЕ, Л. С. ОКУНЕВА 61

ПРОБЛЕМА ИНТЕГРАЦИИ СЕВЕРОАФРИКАНСКИХ МУСУЛЬМАН ВО ФРАНЦУЗСКОМ ОБЩЕСТВЕ, Л. Р. САДЫКОВА 75

США И ИРАН: ОБ ИСТОКАХ КОНФЛИКТА (1979-1984 годы), М. В. РАКУ 87

КВАНТИТАТИВНАЯ ИСТОРИЯ И ИСТОРИЧЕСКАЯ ИНФОРМАТИКА: ЭВОЛЮЦИЯ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ, И. М. ГАРСКОВА 113

БАЛКАНСКИЙ ВОПРОС ВО ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКЕ ВЕЛИКОБРИТАНИИ (1908-1912 годы), О. И. АГАНСОН 137

РОССИЯ И КИТАЙ. ПОРА ИЗЖИВАТЬ ОСТАТКИ СТАРЫХ ТЕРРИТОРИАЛЬНЫХ МИФОВ, С. Л. ТИХВИНСКИЙ 159

XXI МЕЖДУНАРОДНЫЙ КОНГРЕСС ИСТОРИЧЕСКИХ НАУК В АМСТЕРДАМЕ, М. В. БИБИКОВ 172

РАЗГОВОР ДВУХ ИСТОРИКОВ (Е. Н. КУШЕВА - Б. А. РОМАНОВ. ПЕРЕПИСКА 1940-1957 годов), В. П. КОЗЛОВ 180

СОВРЕМЕННАЯ МИРОВАЯ ПОЛИТИКА. НОВОЕ УЧЕБНОЕ ПОСОБИЕ, А. С. МАНЫКИН 187

БРИТАНСКИЕ ТОРИ: ВОЗРОЖДЕНИЕ ИЛИ УГАСАНИЕ? П. Ю. РАХШМИР 195

VII СЪЕЗД РОССИЙСКИХ ВОСТОКОВЕДОВ, Д. Д. Васильев, А. А. Столяров 206

Дж. Ф. КЕННАН: "БОЛЬШИЕ ДЕБАТЫ", И. И. Орлик 221

ЖИЗНЬ И БОРЬБА СИМОНА БОЛИВАРА, Е. А. ЛАРИН 248

ПОСЛЕДНИЙ КРЕСТОВЫЙ ПОХОД ХРИСТИАНСКОЙ ЕВРОПЫ, В. Н. ВИНОГРАДОВ 264

МАДАГАСКАР: ПОЛИТИКА МАЛАГАСИЗАЦИИ, Л. А. КАРТАШОВА 284

ФОРМЫ СОЛДАТСКОГО ПРОТЕСТА В АВСТРО-ВЕНГЕРСКОЙ АРМИИ ВО ВРЕМЯ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ, В. В. МИРОНОВ 293

ЭМИГРАЦИЯ ИЗ ШВЕЙЦАРИИ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX века, А. В. ТИХОНОВА 303

ПЕРВАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА: НЕМЦЫ ГЛАЗАМИ БРИТАНЦЕВ, Н. Ю. ЗАБЕЛИНА 314

ПЕРВЫЙ ПРАВОСЛАВНЫЙ ХРАМ В ГАВАНЕ, О. В. ЕГОРОВА, А. Н. МОИСЕЕВ 329

М. О. Трояновская. ДИСКУССИИ ПО ВОПРОСАМ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ В США (1775-1823), В. В. Согрин 335

А. П. Тупикин, В. С. Шилов. ЦЕНТР И РЕГИОНЫ ВО ФРАНЦИИ И РОССИИ (опыт сравнительного исследования), Г. Н. Канинская 340

ГОСУДАРСТВА АЛЬПИЙСКОГО РЕГИОНА И СТРАНЫ БЕНИЛЮКС В МЕНЯЮЩЕЙСЯ ЕВРОПЕ, А. С. Намазова, Е. В. Котова 344

Н. П. Комолова. СТО ЛЕТ ИСТОРИИ ИТАЛИИ (XX век), С. М. Гаврилова 349

РОССИЯ, ДАЛЬНИЙ ВОСТОК И "НЕМЦЫ", Л. И. Ивонина 353

А. Г. Голиков, И. С. Рыбачёнок. СМЕХ - ДЕЛО СЕРЬЕЗНОЕ. РОССИЯ И МИР НА РУБЕЖЕ XIX-XX веков В ПОЛИТИЧЕСКОЙ КАРИКАТУРЕ, М. Ю. Лачаева 357

В. А. Евсеев. ОЧЕРКИ ПО ИСТОРИИ АНГЛИЙСКОГО ГОРОДА РАННЕГО НОВОГО ВРЕМЕНИ, А. Г. Праздников 363

МЕМОРИАЛЬНЫЕ КОМПЛЕКСЫ И МУЗЕИ ИСТОРИИ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ В ЦЕНТРАЛЬНОЙ И ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЕ, Ю. М. Коршунов 367

РОССИЙСКО-ГЕРМАНСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ В ВОЛГОГРАДЕ, Т. В. Евдокимова 372

КОНФЕРЕНЦИЯ ПО ИСТОРИИ БИЗНЕСА В ГЛАЗГО, Б. М. Шпотов 375

ПАМЯТИ Н. П. КОМОЛОВОЙ, В. В. Домье 380

ПАМЯТИ И. И. ЯНЧУКА, Е. А. Ларин, Н. П. Калмыков, Н. С. Иванов 383

АННОТАЦИИ И КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА ОПУБЛИКОВАННЫХ МАТЕРИАЛОВ 385



Заглавие статьи

ДЕМОКРАТИЯ И СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ПРОГРЕСС

Автор(ы)

О. Т. БОГОМОЛОВ

Источник

Новая и новейшая история,  № 1, 2011, C. 3-12

Рубрика

  • Статьи

Место издания

Москва, Россия

Объем

37.1 Kbytes

Количество слов

4383

Постоянный адрес статьи

http://ebiblioteka.ru/browse/doc/24220028

ДЕМОКРАТИЯ И СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ПРОГРЕСС, О. Т. БОГОМОЛОВ


Академик О. Т. БОГОМОЛОВ

Связь между политической демократией и рыночной экономикой продолжает оставаться предметом споров. Преобладает мнение, что демократическое устройство в рыночных условиях благоприятствует экономическому прогрессу. Хотя имеются и исключения. С другой стороны, можно привести не только аргументы, но и реальные примеры относительно успешного функционирования рыночных механизмов при авторитарной государственной власти. Некоторые считают, что такая власть даже больше устраивает крупный капитал, чем демократические порядки. Однако является фактом, что в век глобализации демократия стала преобладающей концепцией общественного и государственного устройства в мире, а диктаторские и авторитарные режимы воспринимаются скорее как исключение. Даже при сильном и образованном правителе они со временем теряют устойчивость в результате нарастающих внутренних противоречий1.

Конечно, под названием демократические порой скрываются режимы, которые лишь с большими оговорками можно так называть. С 1990 по 2010 г. число автократических режимов в мире уменьшилось, а демократических увеличилось с 69 до 1162. Доля населения мира, живущая в условиях тех или иных форм демократии, возросла к 2002 г. до 57%3. И это позитивно сказывается на мировом социально-экономическом развитии.

ОСНОВОПОЛАГАЮЩИЕ ПРИНЦИПЫ ДЕМОКРАТИИ

Демократического переустройства требует в особенности современная экономика, основанная на знаниях и результатах инноваций. Она нуждается в свободных, образованных и независимо мыслящих личностях. При этом становятся возможными отбор наиболее честных и способных лидеров, выработка эффективной политики на основе учета доводов "за" и "против", раскрытие творческого потенциала общества. Процесс глобализации стимулирует распространение демократии, поскольку информация и знания очень быстро становятся общемировым достоянием. Примеры успешно функционирующей демократии обретают большую притягательную силу для прогрессивной общественности и даже правящих кругов в различных странах мира.

Все больше накапливается доводов и фактов в пользу того, что эффективная демократия, претворяющая в жизнь свои основополагающие принципы, может быть серь-



Богомолов Олег Тимофеевич - действительный член Российской академии наук, советник РАН.

1 The Economist, 16.I.2010, p. 55.

2 Ibid., p. 54.

3 United Nations Development Programme (UNDP) 2002, Human Development Report 2002. Deepening Democracy in a Fragment World. New York, p. 15.

стр. 3


езным фактором экономического роста и повышения национальной конкурентоспособности. В теории к главным атрибутам демократии обычно относят обеспечение прав и свобод человека, в том числе на выражение своих взглядов, критику властей, свободное волеизъявление на выборах руководящих органов и лиц. Кроме того, она предполагает контроль избирателей за деятельностью выбранных структур власти и управления. Это ядро представительной демократии.

Осуществление демократии требует наличие гласности в стране, доступности информации о положении дел в обществе и экономике, прозрачности деятельности выбранных органов власти и высших руководителей. Одним из непременных атрибутов демократии является также разделение законодательной, исполнительной и судебной властей, независимость судов и наличие независимых СМИ. Все ветви власти, включая и четвертую - СМИ, особенно телевидение, должны образовывать систему "сдержек и противовесов", предотвращающую принятие ошибочных или недостаточно проработанных решений. Но если законодательная, исполнительная и судебные власти в демократических государствах формируются, как правило, на выборной основе, то "четвертая власть", влияние которой стремительно возрастает, не избирается и контролируется собственниками СМИ и зависит от политики властей. А это не может не ограничивать действенность демократического устройства.

Следует также добавить, что такое устройство государства становится эффективным, когда опирается на развитое гражданское общество, многопартийную систему, наличие наряду с правящей партией или коалицией также оппозиционных партий, пользующихся равными правами. Развитое гражданское общество предполагает активную деятельность неправительственных организаций.

Однако модель демократии, в которой бы нашли последовательное воплощение все ее основные атрибуты, едва ли где-либо в мире присутствует. Они реализуются часто лишь в той мере, в которой не ставят под угрозу интересы правящего слоя, не подрывают его власти. Кроме того, специфические условия стран, исторические традиции, уровень экономического развития, культуры населения и другие обстоятельства не могут не отражаться на конкретных формах общественного устройства, полноте претворения в жизнь демократических начал. На практике имеют место большие или меньшие ограничения в их применении, а нередко демократические декорации служат лишь маскировкой автократического правления. Все эти особенности обусловливают многообразие моделей демократии.

При низком материальном и культурном уровне населения, наследии вековой несвободы попытки ускоренного перехода к демократическому устройству западноевропейского или американского типа могут принести противоположные результаты. Непросвещенными и забитыми житейскими тяготами людьми легко манипулировать. В таких условиях свобода и гласность могут обернуться торжеством бесправия, демагогии, разгулом криминала, самоуправства. Они способны расчистить путь наверх карьеристам и проходимцам. Поэтому утверждение демократии в незрелом обществе не может не быть поэтапным и достаточно длительным процессом. Во имя поддержания стабильности и порядка в обществе, в интересах подготовки и постепенного созревания подлинной демократии свобода волеизъявления и выбора, гласность и свобода слова могут подвергаться контролю и ограничению со стороны властвующих "верхов". Но это может делаться и с корыстной целью удержания "верхами" как можно дольше власти и ухода от ответственности за злоупотребления ею.

В этой связи выглядит опасной и двусмысленной мессианская роль США по насаждению демократии в других странах. Экспорт демократии американского покроя, внешнее участие в "оранжевых революциях" и организации других массовых акций и даже дворцовых переворотов совершаются якобы во имя благородных идеалов свободы и демократии, а, в сущности, имеют целью замену тех режимов, которые не устраивают США и некоторых их союзников. Но эти методы, противоречащие самому духу и идеалам демократии, на деле являются ее компрометацией в глазах народов соответствующих стран. Последствиями такого вмешательства нередко оказывается дестабилизация,

стр. 4


расстройство внутренней жизни этих стран, новые тяготы для их народов. Нельзя не согласиться со словами З. Бжезинского, который считает, что "американская глобальная мощь противоречит демократии, как внутренней, так и экспортированной". По его мнению, нельзя недооценивать серьезного "противоречия между демократическими ценностями и обязанностями глобальной державы"4.



КРИЗИС ЗАПАДНОЙ ДЕМОКРАТИИ

Разумеется, было бы наивно думать, что в цивилизованных западных обществах демократия работает в соответствии со своими провозглашенными основополагающими принципами. Кризис западной демократии констатируют многие политологи и политики в Европе и США. Выборы без подлинного выбора и честного учета мнения большинства избирателей, как они заявляют, не позволяют достичь оптимального государственного устройства, обеспечивающего гармоничное развитие общества, приход к власти наиболее достойных и компетентных деятелей. Французский парламентарий А. Беллон отмечает в своей статье в газете "Монд Дипломатик" "упадок демократических процедур, превращение выборов скорее в акт подчинения, чем свободы". Сужение народных прав проявляется и в том, что налогоплательщики имеют все меньше возможностей влиять на распределение поступающих в государственную казну средств. Их расходование нередко происходит в интересах господствующих слоев общества. Политические партии теряют свой авторитет как выразителей нужд и надежд различных слоев общества, превращаются в инструмент лоббирования интересов тех, кто их финансирует. Их программы часто мало отличаются друг от друга, так что характер голосования избирателей больше зависит от их симпатий или антипатий к партийным лидерам. Словом, демократические принципы девальвируются.

Этот факт констатирует все большее число видных политиков и политологов. Ж. Аттали пишет в книге "Мировой экономический кризис. А что дальше?": "Человечество вползло в депрессию планетарного масштаба, пожалуй, самую тяжелую ныне за последние 80 лет... Это одновременно кризис социальный, идеологический и политический, обнаживший несостоятельность неолиберальных концепций, которые носят недемократический характер"5.

Кризис западной демократии нарастает на фоне славословия американских политиков по поводу такого устройства общества, в особенности его заокеанского образца. С одной стороны, в конституции все большего числа стран закладываются демократические принципы, а с другой, в государствах, давно практикующих демократию, содержание этого понятия, а именно - народовластие, т.е. власть народа и для народа, выхолащивается. Выборы, как главный признак наличия демократии, теряют смысл, ибо с помощью больших денег и возможностей телевидения, приемов так называемых "политтехнологов", "административного ресурса" властей и других средств обработки общественного мнения удается манипулировать поведением избирателей. Кроме того, избиратель все более ощущает свое бессилие влиять на политику и формирование власти. Сталкиваясь с аморальностью и беспринципностью многих политических деятелей, он сторонится политики, считая ее грязным делом, становится безучастным к гражданским делам. Да и сами выборы все больше походят на театрализованное шоу, чем на политический акт. С экранов телевизоров, эстрадных подмостков, со страниц газет и журналов людей убеждают голосовать за телегеничных кандидатов, нередко превращая в политическую фигуру сомнительную, но примелькавшуюся на экранах личность, главное достоинство которой в готовности после избрания отстаивать интересы тех, кто ее финансировал и "раскручивал".





4 Бжезинский З. Выбор. Глобальное господство или глобальное лидерство. Пер. с англ. М., 2004, с. 179, 183.

5 Аттали Ж. Мировой экономический кризис. А что дальше? Пер. с франц. СПб., 2009, с. 7, 129.

стр. 5


Уже есть примеры передачи верховной власти прямым или назначенным наследникам, что, по меткому определению одного из политологов, превращает демократический режим в "выборную монархию". Более наглядной демонстрации кризисного состояния современной демократии трудно и придумать.

Прав К. Н. Брутенц, автор обстоятельной книги "Закат американской гегемонии", когда пишет: "кризисные явления в современной демократии, заявляемой как стандарт для всего мира, столь глубоки и существенны, если не разрушительны, что уже не кажется еретической мысль об актуальности поисков иной, альтернативной ее формы -свободной от издержек и слабостей нынешней, возвращенной к ее подлинному смыслу и к эгалитарности граждан, отвечающей современным социально-экономическим и коммуникационным условиям"6.

Конечно, далеко не все политики и политологи готовы признать справедливость этого вывода. Вопрос не ставится так, что народовластие, понимаемое в строгом смысле этого слова, сегодня стало непрактичным и нереалистичным и поэтому нам остается довольствоваться существующими его формами. Напротив, предстоит отыскивать пути и способы преодоления того, что сегодня даже в развитых странах искажает смысл демократии.



СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ДЕМОКРАТИЧЕСКИХ ИНСТИТУТОВ

Реализация ее принципов на практике требует определенных реформ демократических механизмов. Действенная, а не выхолощенная демократия способна дать многое для создания наиболее благоприятных условий экономического и социального развития. Прежде всего, обеспечить представительство и защиту интересов основных слоев, классов и групп населения, способствовать нахождению консенсуса по жизненно важным вопросам, консолидации общества и гармонизации различающихся подходов в политике. При правильном и честном применении демократических процедур становится возможной селекция на руководящие посты наиболее компетентных и пользующихся доверием общественности граждан, контроль за их деятельностью, отчетность и ответственность народных избранников перед избирателями. Такие процедуры - фундамент общественного согласия, доверия народа к власти. Это тот социальный капитал, который необходим для устойчивости и успешного развития экономической системы. Можно сказать, что проблема совершенствования демократии привлекает внимание во многих странах мира, она волнует и все наше общество. Об этом, в частности, свидетельствует проведенный в сентябре 2010 г. в Ярославле Мировой политический форум.

К сожалению, наша новейшая история изобилует примерами раскола в общественном сознании. Съезд народных депутатов Советского Союза, собравшийся в 1989 г., выпукло обозначил идейный водораздел. Философы называют его антиномией. Одни депутаты, представлявшие меньшинство съезда, были искренне убеждены в необходимости знать полную правду о прошлом и настоящем, требовали окончательного разрыва со сталинизмом во всех его проявлениях. Они считали необходимым проведение реформы отношений собственности, введение настоящего народовластия, добивались торжества социальной справедливости и национальных прав. По мнению другой части съезда, допустимы и даже были предпочтительны полумеры, лишь частичные либерализация и гласность. Им казалось, что лучше не ворошить прошлого, не поднимать вопроса об ответственности за длительный застой и подавление десятилетиями живой мысли, за преступления той поры. Были и такие, кто был готов оправдать применение грубой военной силы против тех, кто отстаивает иные политические лозунги, выходит на митинги и демонстрации.

Тем не менее перестройка и участие широких народных масс в подавлении августовского путча 1991 г. придали сильный импульс демократизации российского обще-





6 Брутенц К. Н. Закат американского гегемонизма. М., 2009, с. 39.

стр. 6


ства и породили надежду на окончательное преодоление тоталитарного прошлого. К сожалению, распад Советского Союза, слом прежнего государственного устройства и хаотичный характер становления новой государственности в России, наконец, шоковый переход к ультралиберальному рынку повернули развитие вспять. Произошло обеднение основной массы населения и чудовищное имущественное расслоение общества. Свертывание производства, остановка и закрытие заводов, галопирующая инфляция вызвали разочарование людей в выбранном курсе реформ. Произошел раскол в общественном сознании по отношению к шоковой терапии и перспективам дальнейшей демократизации.

Российский Съезд народных депутатов и Верховный Совет, избранные на основе относительно свободного волеизъявления, без широкого использования современных политтехнологий, предлагали скорректировать принятый курс реформирования. Президент всячески противился этому. Отставка исполняющего обязанности главы правительства Е. Т. Гайдара и замена его на В. С. Черномырдина не разрядили обстановку. На встречах экспертов и общественных деятелей к середине 1993 г. наметилось согласие о путях улучшения положения в стране. Однако президент и правительство проигнорировали представленные им компромиссные предложения. Противостояние продолжалось, нарастало напряжение в обществе, накалялись страсти. Б. Н. Ельцин и его окружение предпочли силовые методы решения общественных противоречий. Критики разрушительного курса реформирования были объявлены красно-коричневыми, с которыми невозможен компромисс.

Кульминацией стал осенью 1993 г. расстрел из танков Белого дома. В нем находилась часть членов Верховного Совета, полных решимости защитить законно избранный парламент. Дым из окон верхних этажей горящего здания, неизвестные снайперы в округе, стреляющие с крыш домов по людям, штурм спецназовцами парламента, сражение в Останкино у телецентра - все это позорное действо, увиденное миллионами потрясенных телезрителей, затоптало пробивающиеся ростки российской демократии, надолго похоронило в массовом сознании веру в возможность построения правового государства.

Известно к чему привели инсценированный фашистами поджог рейхстага в Германии, захват военными президентской резиденции в Чили. Скатывание к авторитарной форме правления, прикрываемой демократическими декорациями, стало естественным результатом конституционного переворота в России. Чтобы возродить веру людей в идеалы демократии, в возможность влиять на формирование власти, пробудить в элите общества гражданскую ответственность за судьбы страны потребуется не одно десятилетие. То же можно сказать о надеждах на установление правового государства, в котором торжествует диктатура закона, а не сила денег.

В современном обществе силой, тем более военной, массированной пропагандой и демагогией не обратить несогласных в свою веру. На мой взгляд, путь к консолидации ведет через разрешение глубоких противоречий общественного бытия, которые столь по-разному воспринимает массовое сознание. Общество при Ельцине и его наследниках все очевиднее раскалывалось, и это, со своей стороны, стопорило назревшие преобразования. Выход из клинча возможен двоякий: либо одна из противостоящих сторон берет верх и силой навязывает свою волю, либо удается прийти к приемлемым компромиссам, необходимой степени согласия относительно того, что и как надо делать. В. В. Путин в конце своего президентства, а затем президент Д. А. Медведев склонны встать на второй путь.

К сожалению, нередко вместо выяснения причин, раскалывающих общество, и поиска путей к согласию превалируют попытки дать отпор критикам, отодвинуть их в сторону, не допустить к участию в принятии решений. Их стараются не подпускать к телевизионному экрану и влиятельной прессе. До сей поры живучи представления о диалектике общественного развития как единстве и борьбе противоположностей, заканчивающейся отрицанием отрицания. Убежденность в бескомпромиссности борьбы, видимо, крепко засела в сознании людей, сформировавшемся под влиянием марксизма-

стр. 7


ленинизма. Если появляются силы, противостоящие политике властей, то задача последних - разгромить их, как можно скорее. Удобная сталинская диалектика. А между тем в сегодняшнем мире достаточно примеров синтеза, взаимного оплодотворения различающихся начал, достигаемого в результате компромиссов, или как теперь часто говорят - конвергенции, а не отрицания одного другим. Можно называть это решением противоречий политическими средствам, или сознательным добровольным согласием, или как-нибудь по-другому; важно, что прогресс сегодня становится возможным именно на такой основе, создаваемой введением демократии.

В советскую эпоху страна неоднократно страдала от волюнтаризма правителей, убежденных в правоте своих часто далеко не бесспорных решений. При нынешней концентрации власти страна не застрахована от новых проявлений волюнтаризма. Чтобы избежать серьезных ошибок, нужно прислушиваться к оппонентам, анализировать их аргументы. Политическая оппозиция неотъемлемый элемент демократического устройства, механизм самокоррекции деятельности государственной машины. В политике, как и в науке, истина рождается в спорах и окончательно утверждается, когда ее подтверждает практика.

Если такой механизм отсутствует, отсутствует и ответственность руководителей за ошибочную политику, неверные решения, нанесшие ущерб стране. Те, кто предлагал им альтернативу, предупреждал о негативных последствиях остаются невостребованными политиками или учеными. В нормальном демократическом обществе такое случается редко. Обанкротившихся деятелей сменяют те, кто доказал правоту своего видения проблем и имел соответствующую программу действий. Можно только надеяться, что в конце концов архитекторов реформ и их последователей, ввергнувших российскую экономику и социальную сферу в упадок, из которого за двадцать с лишним лет не удается выйти, призовут признать свою ответственность. Важно, чтобы представительные органы, выбранные руководители, а также чиновники, нанятые на средства налогоплательщиков, несли ответственность за свои действия не только перед вышестоящим начальством, но и перед теми, кто за них голосовал и кого их деятельность затрагивает. Но для этого нужна конструктивная оппозиция в обществе и парламенте, нужно развивать институты гражданского общества.

Интересам экономики отвечает такое государственное устройство, которое способно обеспечивать бесконфликтность смены высших органов власти и их лидеров, отбор наиболее компетентных, неподкупных и добросовестных руководителей, заслуживающих безоговорочного доверия большинства населения. А с другой стороны, своевременную "выбраковку" тех, кто в деловом и моральном плане оказался несостоятельным. Личность руководителей, деловые и нравственные качества политической элиты, как известно, решающим образом влияют на выработку политики и ее реализацию.

Трудно представить сегодня лучший способ предотвратить ошибки и провалы в политической и управленческой деятельности без строгого разделения законодательной, исполнительной и судебной властей, учета мнений не только большинства, но и разумных возражений меньшинства. Нужны независимые от власти, но не от избирателей, контрольные органы, особенно по бюджетным и денежным делам, социальным конфликтам и жалобам граждан. Их выводы должны быть предаваемы гласности, а виновные в злоупотреблениях и несправедливых действиях привлекаемы без исключений к ответственности. Нужна объективная государственная статистика важнейших социально значимых показателей - прожиточного минимума, инфляции, распределения доходов и имущества и др., прошедшая экспертизу и одобрение экономической науки, профсоюзов, представителей общественности. Достоверные цифры - залог принятия правильных решений правительством и активного участия людей в их выполнении.

Селекция кадров управленцев всех уровней приобретает ключевое значение с точки зрения эффективности функционирования демократии и развития экономики. Лозунг "кадры решают все" справедлив и сегодня. Тем более что ныне назначения на руководящие посты нередко определяются в очень узком кругу. В таких случаях личные симпатии, соображения лояльности, знакомство по прежней совместной работе могут

стр. 8


исключать оптимальный выбор. Во власть попадают случайные деятели, не имеющие за плечами долголетнего опыта руководящей работы, завоеванного авторитета в обществе или среди коллег, не доказавшие делами своей компетенции и организаторских способностей, не говоря уже о честности и неподкупности. Противоядие такой практике хорошо известно - отлаженные механизмы выращивания и назначения управленцев, свобода слова, гласность, процедуры отбора руководящих кадров, включающие проверку их знаний, культурных и нравственных качеств.

Социологические исследования, проводимые в разных странах мира, не оставляют сомнения в том, что демократия, реализующая шаг за шагом свои основополагающие принципы, создает благодатную почву для процветания экономики. Поэтому ее совершенствование должно стать стержнем модернизации российского общества и его экономического базиса.

ВЫБОР МОДЕЛИ ОБЩЕСТВЕННО-ЭКОНОМИЧЕСКОГО УСТРОЙСТВА

Разочаровавшись в социалистической системе, многие граждане и политики в России и странах Центрально-Восточной Европы не сомневались в том, что ей на смену должно прийти общественное устройство подобное американскому или западноевропейскому. Такое устройство оправдало себя на протяжении многих десятилетий и даже веков, потому что основывалось на демократии и рыночных отношениях. Оно служило бесспорным примером и ориентиром для того, чтобы пойти тем же путем. Мало кто задумывался во время "бархатных" революций в Восточной и Центральной Европе над тем, что в мире существуют различные формы демократии и рынка, что это объясняется историческими особенностями и традициями отдельных стран, менталитетом и уровнем культуры их народов. Поэтому нынешние модели общественного устройства в США и Европе, складывавшиеся в ходе длительного исторического процесса, могут оказаться мало пригодным для переноса на другую почву. Тем более результат длительного исторического процесса недостижим в короткие сроки с помощью искусственных приемов. Методы социальной инженерии и шоковой терапии, использовавшиеся некоторыми новыми политическими режимами, неспособны за несколько дней и даже месяцев и лет переделать психологию и поведение людей, заставить их принять новые духовные и нравственные ценности. Отсюда проистекают многие неудачи предпринятых преобразований и разочарование в них значительных масс населения. Поэтому не является праздным вопрос о том, через какие этапы должны проходить преобразования и какая модель экономического и социального устройства была бы наиболее удачным итогом постсоциалистической трансформации. Воодушевляющие цели, удваивающие людскую энергию, остаются востребованными.

К сожалению, опыт и продуманная стратегия трансформации в России и большинстве других постсоциалистических стран отсутствовали. Упускались из вида сложности и возможные последствия кардинальных преобразований, не четко виделись их конечные цели. Оказывалась не на высоте политическая, хозяйственная и творческая элита. Ее нравственные качества и гражданская ответственность, стратегическое видение не отвечали вызову нового времени. В результате рождались извращенные формы демократии и рыночных отношений, приводящие к поляризации общества и социальной напряженности. Вместо подлинного гражданского общества устанавливались псевдодемократические порядки, волеизъявление избирателей становилось объектом манипуляций. Власть утрачивала связь с народом. Отсутствовали механизмы обратной связи, позволяющие вовремя корректировать политику. Вместо зрелых форм капитализма складывались дикие, примитивные рыночные и нерыночные отношения, которые западноевропейские страны давно изжили, потому что они были чреваты революционными потрясениями и братоубийственными конфликтами. Неприемлемый размах приобрела преступность и коррупция, моральная деградация общества.

В современную эпоху общественное устройство большинства развитых стран Запада покоится на двух главных устоях - государственных и гражданских институтах и

стр. 9

рыночной экономике. Но различия между странами обусловливает то, как складываются отношения между государством и экономикой, между государственными структурами и гражданским обществом, каков сам характер власти. В одних случаях может быть больше государственного вмешательства и меньше рыночных свобод, в других наблюдается обратное соотношение. То же самое относится к роли и влиянию институтов гражданского общества и их взаимоотношениям с государственной властью. Заверяя о своей приверженности идеалам демократии, власть может выступать выразителем и защитником интересов наиболее богатой и влиятельной части общества, пренебрегать интересами других слоев населения, использовать авторитарные методы управления, утрачивая всеобщее доверие.

Существуют и немалые расхождения в идеологии и политике формирования общественных отношений. В зависимости от того, как складываются упомянутые взаимосвязи, меняется характер общественного устройства, различаются его модели. Нелишне поэтому задуматься над тем, какая из моделей наиболее подходит в качестве цели постсоциалистической трансформации.

Выбор стратегии развития для стран, переходящих к иному общественному устройству, сводится либо к воспроизведению с теми или иными поправками уже апробированного опыта стран Запада, либо попытке найти свой путь, учитывая особенности своего исторического опыта и принимая во внимание то, что вызревает из кризисного состояния современного капитализма, но еще не стало там определяющим. Второй путь не лишен риска, но зато обещает в случае успеха стратегический прорыв в социально-экономическом развитии. К сожалению, политики часто предпочитают проторенные дороги.

В этой связи уместен вопрос: все ли из прошлого постсоциалистических стран подлежит разрушению? Все ли нуждается в замене на западные либеральные модели? Это не надуманные вопросы. Они злободневны, ибо многие люди в постсоциалистических странах приходят к пониманию того, что не следует пренебрегать рядом преимуществ прошлого строя. Кстати, еще 50 лет тому назад один из известных американских историков и дипломатов Дж.Ф. Кеннан пророчески писал: "некоторые черты советской системы заслуживают того, чтобы они пережили ее"7. Добавим к этому, что и в Европе возникла социальная модель капитализма - "государства благосостояния", которая сильно отличается от неолиберальной англо-саксонской, положенной в основу рыночных реформ в большинстве постсоциалистических стран. Современный капитализм извлек уроки из истории и вынужден во имя социального мира и консолидации общества придавать экономическому развитию все большую социальную ориентацию, включать государство в перераспределение ВВП. Этому способствовало и влияние Советского Союза и его достижений в социальной сфере. Кроме того, сегодня этого требует накопление человеческого и социального капитала, что выражается в повышении уровня знаний, культуры, здоровья населения, а также доверия людей к социально-экономическому строю, к власти, наконец, в духовном и моральном состоянии общества.

Словом, есть основания утверждать, что социальная ориентация развития, возрастающая роль государства в перераспределении валового внутреннего продукта, предоставление населению социальных гарантий во имя консолидации общества и социальной справедливости - все это остается фактором успешного подъема экономики и ее конкурентоспособности.

Такие "государства благосостояния", как Дания, Норвегия, Швеция, Финляндия продемонстрировали на протяжении ряда последних десятилетий динамичный рост экономики и народного благосостояния. По многим важным социально-экономическим параметрам они превосходили другие европейские государства и США. Английский журнал "Экономист", посвятивший в своем сентябрьском номере 2006 г.8 специальную статью шведской модели общественного устройства, отмечает ее достоинства, но не



7 Кеннан Д. Ф. Америка и русское будущее. - Новая и новейшая история, 2001. N 3, с. 84.

8 The Economist, 2006 September.

стр. 10


считает единственной, заслуживающей подражания другими странами. И тем не менее социальная ориентация экономического развития становится для многих стран актуальной задачей.

Содержание понятия социального государства не разъяснено ни в конституции Российской Федерации, ни в других официальных документах или речах. Это позволяет его трактовать различным образом соответственно пониманию того или иного автора. Либо вообще не вспоминать о нем. Можно лишь догадываться о том, что имели в виду составители конституции, включив в текст эту расплывчатую формулу. Присутствовало ли у них желание сохранить преемственность с социалистическим прошлым, или они руководствовались намерением подсластить предстоящую реставрацию капитализма?

Опыт европейских "государств благосостояния" позволяет выделить ряд характерных для них общих черт:

наличие крупного среднего класса с относительно высоким уровнем жизни;

отсутствие крайней дифференциации доходов различных слоев населения;

государственные социальные гарантии населению (бесплатные медицинская помощь, образование, предоставление нуждающимся социального жилья, достойные пенсии и др.);

значительная роль государства в перераспределении доходов, практика государственно-частного партнерства, участие социал-демократов в политике;

эффективные формы демократического устройства и гражданского общества.

О роли государства в перераспределении национального дохода и осуществлении социальных функций косвенно свидетельствует доля собираемых им налогов в ВВП. По данным британского журнала "Экономист", в 2004 г. в Швеции она составляла 50%, в Дании - 49%, в Бельгии - 45%, в Норвегии - 44%, Финляндии и Франции - 43%. Австрии - 42%.

Примеры успешного функционирования этой модели в Европе могут и нам подсказать многое. Построение в России социального государства в гораздо большей степени отвечает психологии людей и историческому опыту социалистической эпохи, ее сильным сторонам.

Выбор модели социального государства мог бы означать для России следующее:

сохранение социальных завоеваний прошлого и важной регулирующей роли государства в восполнении провалов рыночной экономики;

недопущение беспрецедентной пропасти между бедными и богатыми, отсутствие массовой нищеты, большой безработицы, достойный уровень средней заработной платы;

равные возможности для всех вне зависимости от уровня благосостояния, религии, национальности, места жительства для реализации своих способностей, получения образования и обеспечения своим трудом достойного уровня жизни;

активная роль государства в обеспечении интересов всего общества, в формировании социально справедливой политики доходов, в предоставлении основных социальных гарантий всему населению, в развитии науки, культуры, здравоохранения, просвещения, охране окружающей среды, поддержке инноваций и технического прогресса, борьбе с преступностью и в поддержании необходимого морального климата в стране;

обеспечение демократических процедур принятия важнейших государственных решений, честного информирования общества о положения дел в стране, поддержка институтов гражданского общества, независимость СМИ и демократический контроль за их деятельностью.

Понятно, что ко всему этому путь пролегает через ряд этапов. Важно, однако, видеть перспективу. Некритичное заимствование западных моделей политического и экономического устройства, игнорирование собственного исторического опыта привело к серьезным осложнениям в постсоциалистической трансформации.

Засилие неолиберальной идеологии и политики, усиленно рекламируемой Западом, помешало увидеть возможности других моделей и решений, в частности китайского опыта преобразований. Не позволило разглядеть ориентиры будущего развития миро-

стр. 11


вой цивилизации. Характерным примером неудачного заимствования чужих моделей может служить переустройство по либеральным рецептам венгерского сельского хозяйства. Эта процветающая в социалистическом прошлом в Венгрии отрасль пришла в упадок в результате разрушения ее кооперативных форм.

Можно привести и другие примеры, подтверждающие, сколь неразумно следовать либеральным догматам вопреки здравому смыслу и собственному историческому опыту. Политическую и экономическую системы тогда можно считать адекватными, когда они обеспечивают устойчивое и динамичное социально-экономическое развитие страны, подъем благосостояния и культуры всех слоев общества.

В модели такого общественного устройства многое зависит от нахождения правильного соотношения между государственным регулированием и рыночным саморегулированием. Наивно полагать, что нынешний капитализм заслуживает безоговорочного подражания и Россия должна придерживаться догоняющего варианта развития. Последний наиболее разрушительный за всю послевоенную историю капитализма кризис, несомненно, поставил в повестку дня реформирование буржуазного общества, придание его эволюции социальной направленности и усиление регулирующих функций государства. Одна из важных функций государства будет заключаться в обеспечении гармонии частных и общественных интересов, интересов труда и капитала и недопущении подчинения экономической политики корыстным побуждениям тех или иных слоев общества. Поэтому постсоциалистическая трансформация не может не учитывать этого в определении стратегических ориентиров проводимых преобразований. Надо искать ориентиры в том, что несет с собой будущее мировой экономики, что серьезно рассматривается сегодня в качестве направлений ее реформирования.

стр. 12

Заглавие статьи

МЕЖДУНАРОДНАЯ КОРРУПЦИЯ

Автор(ы)

С. П. ГЛИНКИНА

Источник

Новая и новейшая история,  № 1, 2011, C. 13-30

Рубрика

  • Статьи

Место издания

Москва, Россия

Объем

69.2 Kbytes

Количество слов

8324

Постоянный адрес статьи

http://ebiblioteka.ru/browse/doc/24220015


следующая страница >>